Рокси Нокс. Притворись моим, майор Громов!

Черт бы побрал эту жарищу! Даже на реке, где по идее должно быть прохладно, пот ручьем стекает по спине. Сижу на раскладном стульчике, держа в руках свою навороченную удочку с подсветкой, и безуспешно пытаюсь поймать хоть что-нибудь, кроме солнечного удара. Дождался, называется, отпуска. Так что ничто не сможет омрачить его. Совершенно ничто! Даже отсутствие рыбы в этой узкой речухе. Ну, и хрен с ней! У меня есть холодное пиво и возможность спокойно поразмышлять о том, что жизнь – это не только череда погонь, драк и допросов, но и редкие минуты тишины и покоя… Сначала я слышу плеск воды. Списываю на бобра. Потом – тихий смех. По ходу, у бобра вечеринка с веселыми девочками. Даже завидно становится. Когда я последний раз куролесил с девчонками? В молодости? Нет я, конечно, не старый пердун. А мужик в расцвете лет. За фигурой блюжу, не пью, не курю. Прям подарочек – усмехаюсь про себя. Только вот не вывозит мой образ жизни никто. Сбегают от меня женщины. Последняя и месяца не выдержала. И вдруг вижу ее… Ох ты ж гребанный карась! Из-за кустов ивняка, словно Афродита из пены морской выходит девушка. Богиня! Извиняюсь за клише. Золотистые волосы, разметавшиеся двумя косицами по плечам, глаза – два озера, губы пухлые. А формы… Ох, эти формы! Они настолько пышные и аппетитные, что даже моя удочка, флегматично лежащая на берегу, подпрыгивает от удивления. И не только удочка, но и кой-чего в штанах. И самое главное – она почти… голая. Нет, ну, формально на ней что-то есть, какая-то легкая туника, но она настолько мокрая и прозрачная, что я, человек, видевший всякое, внезапно почувствовал себя неловким подростком, застуканным за подглядыванием в замочную скважину. Она смеется, плещется, подставляя свое лицо солнцу, и кажется абсолютно счастливой и беззаботной. Понимаю, что пялиться на речную нимфу – это некрасиво. Что я – представитель закона, вообще, должен думать о поимке преступников, а не о том, как красиво переливаются капли воды на ее шее и сиськах. Но не могу оторвать взгляд. Это как гипноз. У нее фамилия случайно не Кашпировская? Как будто смотрю какое-то волшебное кино и не хочется, чтобы оно заканчивалось. Хотя, честно говоря, хотелось бы посмотреть этот фильм для взрослых поближе. А еще лучше потрогать руками… В рамках оперативно-следственных мероприятий, разумеется! Для более детального изучения объекта, так сказать. И тут, как назло, у меня клюет! Да так сильно, что чуть удочку из рук не вырывает. Рыба проснулась, зараза, и решила воспользоваться моментом, испортить мне всю малину! И что делать? Продолжать наблюдать за бохиней или вытаскивать трофей? Выбор мучителен, но я вовремя вспоминаю зачем сюда пришел. Резко дергаю удочку, вытаскивая из воды здоровенного леща. Уау! Рыбина отчаянно бьется, сверкая чешуей на солнце. Готово! Лещ надежно водружен в ведро, а я, довольный собой, победоносно оборачиваюсь к кустам. Но богини там уже нет! Лишь легкая рябь на воде и слабый аромат диких цветов напоминают о ее недавнем присутствии. "Эх, упустил!" – думаю с досадой, но тут же одергиваю себя. "Не время раскисать, Громов! Впереди еще много рек и озер, полных прекрасных русалок со здоровенными сиськами! Отпуск ведь только начался…" Мысль обрывает резкий удар по затылку. Звезды сыплются из глаз, ноги подкашиваются, и я медленно валюсь на землю. Очухиваюсь на раскладном стульчике, с удочкой в руках и гудящей головой. Рыбы, естественно, уже нет. Меня кто-то нагло обворовал. Зато есть огромный, пульсирующий шишак на затылке, который недвусмысленно намекал, что встреча с прекрасным полом для меня закончилась не очень хорошо. Незнакомки тоже след простыл. Только на песке остался лежать небольшой камешек. Подняв его, вижу… записку! На ней корявым почерком написано: «Не подглядывай!». И всё. Ни имени, ни телефона, ни даже намека на дальнейшую встречу. Черт побери! Вот это я понимаю – урок феминизма по-деревенски!