Глава 14

Выхожу из машины Громова и вижу Григория Палыча, околачивающегося на улице. Завидев нас, он притормаживает и цокает с восхищением: – Какая пара! Ну какая же вы красивая пара! – Мы не пара, – возражаю с улыбкой. – Вот и Зинка мне говорит то же самое: мы с тобой не пара, Гриша. Использует меня в качестве курьера и всё. Забираю ее заказики, с этого как его? Варбериса. – Гриша, ну нельзя же быть таким мамонтом, – смеется Громов, прислушиваясь к нашему разговору. – Да какой же я мамонт, товарищ майор? – обиженно насупливается Григорий Палыч. – Я, может, в душе совсем молодой! Просто эпоха у нас такая, что за этими вашими этими… интернетами не угонишься! Зинка кричит: «Гриша, ты динозавр!». А я ей: «Зинка, динозавры вымерли, а я вот он, живой, покупки тебе принес!». – Гриня, я имел в виду – лох, – поясняет Игорь. – Лох не мамонт, не вымрет, слышал такую фразу? – Вот спасибо, значит я лох. – Игорь! – смотрю на майора с укором. – Ладно, Гриша, не серчай. Просто тебя надо немного поднатаскать. Я, если хочешь, могу пару уроков дать. Как с женщинами себя правильно вести. – Уроки от майора Громова?! – глаза Григория Палыча загораются. – Да я, можно сказать, только и мечтаю об этом! Уж больно Зинка замучила своей современностью. Все ей не так, все не эдак. Научите, Игорь, умоляю! Готов даже за ваши услуги Варберисовскими штучками расплачиваться! У меня там, знаете, всякого добра навалом… от ароматических свечей до светящегося очка. – Очко мне твое не надо, Гриш. Тем более светящееся. Не по адресу. – Я хотел сказать: очков. Оговорился малость. – Да я понял. – Так когда приходить на урок? – Эм… Завтра с утра. Часов в одиннадцать. – Какое же это утро? – удивляется Гриша. – У нас в селе оно начинается в пять. А одиннадцать это уже день деньской, жара. – Ладно, ладно, уговорил, жаворонок ты наш! Приходи в десять. "Во что я ввязался…" – читается в каждой морщинке на лице Громова. Но отступать поздно. Тем более, Григорий Палыч смотрит на него с таким обожанием, словно Громов не майор полиции, а божество. Григорий Палыч кивает в ответ с таким рвением, что чуть не сбивает свою кепку с залысин. – Все понял, товарищ майор! Готов к трансформации! Только Зинке об этом ни слова, а то она меня сразу в музей сдаст с табличкой «Редкий вид: Гриша Доставучий». Добродушно посмеиваясь над односельчанином, мы подходим каждый к своей калитке. Синхронно беремся за ручку и одновременно поворачиваем друг к другу головы. – Может на чай зайдешь? – говорим с майором одновременно. Снова становится легко и весело. – К тебе или ко мне? – спрашивает Громов. – Давай ко мне. Я пирог испекла с мясом. – Весомый аргумент в твою пользу. Во дворе пахнет скошенной травой и яблоками, осыпавшимися с соседской яблони. Пока Громов расшнуровывает свои берцы, я проскальзываю в дом. Решаю не переодеваться, а еще немного походить в его одежде. Оперативно накрываю на стол, шикнув на соседского кота, который пришел по запаху. – Ну что, молодая хозяйка, показывай свои пироги, – гремит голос Громова, и я, улыбаясь, выношу из духовки золотистый пирог. Запах умопомрачительный! – Только смотри, не объешься! – поддразниваю, пока он усаживается за стол. – А то потом, когда выйдешь из отпуска, твои коллеги тебя не узнают. Режу пирог, наблюдая, как Игорь с жадностью вдыхает его аромат. Первый кусок исчезает в мгновение ока. – Ну как? – спрашиваю я, скрестив руки на груди. – Шедеврально! – восклицает он, облизывая пальцы. – Ты точно не ведьма? А то откуда у тебя такие кулинарные чары? – Просто у меня есть пара секретов, которые передаются из поколения в поколение, – загадочно отвечаю я. Мы уплетаем пирог, запивая ароматным чаем с лимоном. Разговоры льются рекой, перескакивая с одного на другое: о смешных случаях из жизни, о планах на будущее, о глупых соседях и их еще более глупых кошках. Время летит незаметно, словно его кто-то украл. – Ну, мне пора, – объявляет Громов. Провожаю гостя до двери, и мы снова оказываемся лицом к лицу. На этот раз молчание длится дольше, и в нем слышится нечто большее, чем просто прощание. Легким движением он убирает прядь волос с моего лица и наклоняется ближе. – Спасибо за прекрасный вечер, Василёк, – шепчет Игорь, и его губы касаются моих. А потом… Целует. Легко, нежно, словно пробует. Словно боится вспугнуть что-то важное, долгожданное. Мое сердце замирает, а потом начинает бешено колотиться в груди, пытаясь вырваться наружу. Отвечаю робко, неуверенно, но он углубляет поцелуй, и все сомнения отступают. Его руки обнимают меня за талию, притягивая ближе. Чувствую тепло его тела, его горячее дыхание. Забываю обо всем на свете: о времени, о месте, о том, что было до этого момента. Есть только мы двое, и этот поцелуй, который, кажется, длится целую вечность. Воздуха начинает не хватать, и мы отстраняемся друг от друга. Знаю наверняка, что не хочу, чтобы этот момент заканчивался. Не хочу, чтобы он ушел. – Останься, – прошу я. – Ты уверена? – вглядывается в мои глаза. – Да. Просто побудь со мной. До утра. – Не пожалеешь? – А ты сделай так, чтобы не пожалела. Громов подхватывает меня на руки и несет в спальню. Обвиваю его могучую шею руками и прижимаюсь к нему. Он опускает меня на кровать, и я смотрю на него снизу вверх. В его глазах – огонь, который опаляет, но не обжигает. Майор наклоняется и снова целует. Горячо, безумно. Его руки касаются моей кожи, и мурашки бегут по телу. Обжигающее дыхание скользит возле ушной раковины, и я невольно выдыхаю с шумом. Крепкая мужская рука приподнимает мою футболку, открывая сначала бёдра, затем живот и пупок… Его губы находят мою грудь, осыпая поцелуями сразу обе. Он оставляет влажный след от шеи до ключиц. О-о! Пытаюсь сжать колени, но Громов нежно разводит их. Не прекращая ласкать мою грудь, он опускает ладонь ниже, к интимной зоне. Издаю громкий стон. Внизу живота всё пылает, словно я облилась кипятком. Сбрасываю с себя остатки одежды, оставаясь в одном белье. Громов смотрит с восхищением, и этот взгляд заставляет меня чувствовать себя желанной, красивой, особенной. Он раздевается сам, и я не могу оторвать взгляд от его тела. Сильные руки, широкие плечи, рельефный пресс… Он красив, даже очень. Ложится рядом и обнимает меня. Прижимаюсь к нему, чувствуя себя в безопасности и защищенности. Громов целует мои волосы, шею, плечи. Его прикосновения нежные и ласковые, но в то же время полны страсти. Я отвечаю на его ласки, растворяясь в этом моменте. – Я охренеть как тебя хочу, – выдыхает мне в ухо. – Игорь, – всхлипываю в ответ. – Да…