Глава 16.

Глеб

Я практически не спал этой ночью даже после того, как конфета, обессилившая и изнеможённая, уснула у меня на груди. Не хотелось ни на секунду закрывать глаза. Я с какой-то звериной жадностью впитывал в себя каждую ее черту. Каждое движение. Не мог насытиться ее близостью. Даже спящая она такая манящая и притягательная. Такая моя. Вся без остатка.

Я ежесекундно ее хочу. И не просто тело ее, а всю ее хочу. Вот такую какая есть. С улыбкой игривой, взглядом манящим, голосом мягким, кожей нежной с ароматом шоколада.

Дина. Ведь моя она. Вся моя и всегда ей была. С самого первого взгляда, с первого прикосновения. А я – дурак, не понял этого сразу. Ведь тянуло к ней с непреодолимой силой. Но я как слепец не видел очевидного. Или не хотел тогда этого видеть думая, что мне не нужны отношения. Но как же глубоко я заблуждался.

То время, проведённое врозь, стало настоящей пыткой и испытанием. Но оно дало мне понять, как сильно я в ней нуждаюсь. И как хреново мне без неё.

Поделом себя сжирал, за глупость и ошибку, которая слишком дорого мне обошлась. Была бы возможность отмотать время назад – все было бы по-другому. Не было бы той боли, что драла нас двоих изнутри. Но это мне не подвластно и совершив ошибку я сделал выводы. Я, конечно, понимаю, что учимся мы на ошибках, но в жопу такие ошибки.

В добавок к самобичеванию ещё и мать костерила, на чем свет стоит. Она сразу смекнула в чем дело, ведь Кристина успела и у них отметиться после того вечера. А сопоставить ее появление и нашу жопу с конфетой, о которой я вскользь упомянул, ей труда не составило. Такой я мать ещё не видел. Она парочкой крепких фраз выбила из меня остатки кислорода, которого и так катастрофически не хватало. Ведь мой глоток воздуха меня ненавидел в тот момент. И было за что. Сам себя ненавидел.

Удивительно, даже Кристина, которая была вхожа в нашу семью чуть ли не с пелёнок, не пользовалась такой популярностью. Хоть и относились к ней родители раньше, как к родной. А Дина как-то быстро всех очаровала. Хотя, чему я удивляюсь? Сам залип на ней не успев опомниться как.

Кстати о Крис. Она досаждала каждый день на протяжении всего этого времени. Продыху не давала. Писала, звонила. Один раз даже снова пришла к дому. Но меня как отвернуло. Каждое ее появление проносилось болезненным воспоминанием о Дине. И, получив от ворот поворот, Крис сменила тактику. И теперь уже вместо бдений под моими окнами стала осаждать дом моих родителей.

Из разговора с отцом я узнал, что вернулась она не просто так. Мужик, с которым она жила и за которого собиралась замуж, выпер ее из дома. Причины не известны, но бежала она на родину поджав хвост. И я очередной раз убедился, что никакой любовью тут и не пахло-она просто решила по-удобнее устроиться за мой счёт. Только мне она на хрен не сдалась. Жаль, что понял это совершив ошибку. Ненависти к ней я не испытывал, мне было плевать. Я скорее злился на себя за то, как поступил с Диной. Не знаю, сколько времени должно пройти, чтоб я смог хоть на йоту простить себя за свой поступок. Иногда мне кажется, что чувство вины перед конфетой будет преследовать меня вечно.

Но в одном я уверен точно – не важно, что будет происходить в наших жизнях – я всегда буду выбирать Дину. Даже не так. Я уже ее выбрал и никуда не отпущу. Каждый день доказывать буду, что она не пожалеет о втором шансе, который мне дала. Моя маленькая сладкая конфета с огромным сердцем и не менее огромной душой.

Завозившись на постели, Дина что-то довольно промурлыкала себе под нос. Такая милая. Снова залип на ней, не смея отвести взгляда. Словно загипнотизированный боялся лишний раз моргнуть. Моя конфета.

Дина

Утро встретила в квартире Глеба. После сумасшедшего секса в подсобке клуба мы поехали к нему и продолжили уже дома, в постели. Ночь растянулась на несколько часов. Жарких, пылких, сопровождаемых стонами и громким дыханием.

Проснулась от стойкого ощущения, что за мной наблюдают. Раскрыла глаза и встретилась с изучающим взглядом Глеба.

– Привет. – довольно потянулась и зажмурилась от удовольствия. Тело приятно ныло, напоминая о тех безумствах, что мы творили несколько часов назад.

– Привет. Выспалась?

– Ага, более чем. А ты?

– У меня было занятие поинтереснее сна. – хмыкнув, притянул меня к себе.

– Какое например?

– Тобой любовался. – после его слов щеки обдало жаром. Глупо смущаться, но ничего не могла с собой поделать. Это сильнее меня.

– Ты серьезно? Совсем не спал что ли?

– Совсем. Да и как тут уснёшь, когда под боком лежит такая прекрасная провокация к отсутствию сна.

– Так, завязывай меня смущать и лучше накорми. – от одного только упоминания о еде желудок скрутило болезненным спазмом. Была готова слона проглотить.

– Желание дамы – закон. – с этими словами он встал с постели, надел серые спортивные штаны и поцеловав вышел из комнаты.

Откинувшись на подушку блаженно прикрыла глаза. Неужели все это действительно не сон? Неужели я и правда нахожусь здесь и сейчас? Даже захотелось себя ущипнуть для пущей убедительности. Но глубоко втянув носом запах с соседней подушки поняла, что нет, не сон. Ещё раз потянувшими всем телом, рывком поднялась с постели.

Пока Глеб колдует на кухне решила сходить в душ и привести себя в более приличный вид. Пройдя в ванную посмотрела на себя в зеркало.

Волосы спутанные, глаза светятся искристым блеском. На бледной коже яркими отметинами горят напоминания о проведённой ночи. Никогда ещё синяки и засосы не приносили мне столько морального удовольствия. Вообще никакого удовольствия на приносили. Но сейчас, проведя пальцами по каждой отметине на теле, не смогла сдержать улыбки. Каждый след пронзал тело острым удовольствием.

Приняв освежающий душ, позаимствовала у Глеба футболку и пошла на аппетитный запах, который привёл меня прямиком на кухню.

На столе стояли тарелки с ароматным и очень аппетитным омлетом. А рядом кружки с горячим и дымящимся кофе. Блаженство.

Усевшись за стол с аппетитом начала поглощать приготовленный Глебом завтрак. Чувство насыщения пришло быстро. И, допивая кофе, влюблёнными глазами смотрела на моего персонального кулинара.

Из моего молчаливого созерцания меня вырвало прикосновение чего-то мокрого и прохладного к руке. Опустив взгляд увидела Бакса, мило тычущегося носом мне в руку. Почесав его за ухом сделала ещё один глоток кофе. А этот конь в собачьем обличии уместился головой на моих коленях.

– Ну вот, у меня, похоже, появился конкурент на место у твоих ног. – с напускной досадой проговорил Глеб.

– Не переживай – всем места хватит.

– Точно? Или мне уже начинать ревновать?

– К кому? К собаке? – удивленно вскинула брови.

– Я тебя к столбу ревновать готов. Не то, что к собаке.

– Дурень ты. – поднявшись с места, уселась к Глебу на колени.

– Может и дурень, но ни с кем тебя делить не готов. Даже с ним. – метнул на Бакса, виляющего хвостом, прищуренный взгляд.

– И не дели. Я только «за»!

Поддавшись порыву нежно поцеловала его в губы. Такие невесомые поцелуи будоражили ничуть не хуже жарких, откровенных и глубоких ласк.

– Я запомню. – охотно ответил на мой поцелуй.

– Какие у нас планы на сегодня? – спросила, проведя носом по его слегка колючей щеке.

– Я бы с радостью предложил тебе не выбираться весь день из постели, но у нас на сегодня есть одно дело.

– И какое, позволь поинтересоваться? Раз ты готов отказаться от варианта с постелью. – метнула в него взгляд, полный любопытства.

– Сегодня у мамы день рождения. И мы с тобой поедем на тортик.

– Мы? – спросила взволнованным голосом.

– Мы. – утвердительно кивнул в ответ на мой вопрос. – Тем более нас ждут.

Нас. Так приятно печет в груди от этого его – НАС.

Родители Глеба мне понравились с первой минуты знакомства и сейчас я не видела причин отказываться от приглашения.

Ещё немного понежившись и с трудом отлипнув друг от друга, выгуляли Бакса и выехали. Сначала заскочили ко мне. Как ни крути, ехать к родителям Глеба во вчерашнем, изрядно измятом и потрёпанном платье и без трусиков, в мои планы точно не входило.

Собралась я по-шустрому и мы направились в торговый центр за подарком маме Глеба. Управились довольно быстро и прямым путём направились за город. В дом, где жили родители мужчины, от взгляда на которого сердце заходилось в бешеном ритме. Сейчас даже думать не хотела о том, что могло бы быть по-другому. Мы вместе и это главное.

Александр Викторович и Татьяна Михайловна вышли встречать нас стоило машине припарковаться во дворе.

– Ну наконец-то приехали! Мы уже заждались.

– Здравствуйте. С днём рождения вас! – протянула подарочный пакет Татьяне Михайловне.

– Спасибо, милая.

– С днём рождения, мам. – Глеб вручил ей букет и крепко обнял. – А мы что, последние?

– Спасибо, сынок. Марк с отцом уже полчаса назад приехали. Лиза с Игнатом тоже около того. – при упоминании последних, Глеб ощутимо напрягся. – Они одни.

– Хорошо.

– Ну, проходите, молодежь. Нечего на пороге топтаться. Пойдёмте к столу. Я такое мясо приготовила-пальчики оближешь!

Пройдя в дом разулась и пошла за Глебом. Дом был большим и просторным, но не лишён уюта. Тут все говорило о том, с какой любовью все сделано и обставлено. Не было ничего кричащего. Все просто, но со вкусом. Я знала, что родители Глеба обеспеченные люди, но они этим не кичились. Во всем был упор на домашнее тепло, а не на показную и холодную статусность.

– Иди ко мне. – взяв меня за руку, повёл в гостиную. Пользуясь случаем, пока мы остались одни, решила уточнить у Глеба один момент.

– А кто такие Лиза и Игнат?

– Родители Кристины. – сухо ответил Глеб. Он не горел желанием говорить на эту тему.

– Тогда понятно. – вздохнула и непроизвольно поежилась.

– Что именно? – остановился и внимательно впился в меня взглядом.

– Ты так напрягся при их упоминании. Мне это показалось странным.

– Не думай ни о чем, ладно? Просто не хотел, чтоб тут была она. И не потому, что это что-то для меня значит. Не значит. А из-за того, что не хотел, чтоб тебе было не комфортно.

– А если бы она была здесь?

– Значит мы бы уехали домой. – невозмутимо пожал плечами.

– Твоя мама бы этого не поняла.

– Поверь, поняла бы. Я больше чем уверен, что она озвучила ее родителям желание провести этот день без Крис.

– Почему? – была удивлена его таким предположением.

– Потому что она понимает, что это лишнее. То, что она плотно общается с ее родителями, не равно тому, что она так же относится к Крис. Собственно, это она им озвучила и на годовщине свадьбы зная, что я приеду туда с тобой.

– Ясно. – не знала что ещё сказать на это объяснение. Хоть слов и не было, но я невольно ещё большим теплом прониклась к маме Глеба.

Зайдя в гостиную поздоровалась с присутствующими гостями. Марк приветливо махнул рукой. Остальные гости тоже обменялись приветствием.

Представив меня всем, с кем я не была знакома, Глеб проводил меня к столу и, отодвинув стул, помог усесться.

И тут я наткнулась на изучающий взгляд женщины. Я вспомнила ее. Это она так пристально сканировала меня на годовщине свадьбы родителей Глеба. Теперь стало понятно это прицельное внимание. Это была мать Кристины. И изучала она меня, как соперницу своей дочери. И вот от неё дружелюбием не веяло от слова «совсем». Гордо вздёрнув голову кивнула в знак приветствия. Собственно, решив игнорировать эту женщину, полностью погрузилась в празднование.

Насчёт того, что заедем на тортик, Глеб сильно приуменьшил. Стол был накрыт такой, будто нас не восемь человек, а в три раза больше.

В целом, вечер прошёл в спокойной и дружелюбной обстановке. Я была лишена таких семейных торжеств. Единственным родным человеком в моей жизни был дедушка. Нет, я не жалуюсь. Он всегда старался компенсировать мне отсутствие родителей и недостаток их любви. И я очень ему благодарна. Но мы всегда были только вдвоём. И сейчас, находясь в этой обстановке, с витающей атмосферой семейности, невольно ловила себя на мысли, что мне это нравится.

Когда мы начали собираться уезжать мама Глеба эмоционально всплеснула руками.

– Как уезжаете?! Оставайтесь у нас. Места всем хватит.

– Ма, мы бы с радостью, но завтра на работу.

– Ну тогда жду вас снова в гости.

– Договорились. – ответил он матери.

Пока Глеб отошёл о чем-то переговорить с отцом перед отъездом, Татьяна Михайловна вернула все внимание ко мне.

– Диночка, пойдём я тебе покажу свою оранжерею пока мальчики общаются.

С радостью приняв приглашение пошла следом за хозяйкой дома.

Оранжерея была впечатляющей. Видно, что все сделано с любовью. Каждое растение было словно произведением искусства. Все так красиво, гармонично. Татьяна Михайловна с таким упоением рассказывала о своём хобби, что я невольно прониклась этой красотой. Хотя раньше была более чем спокойна по отношению к растениям.

– Я рада, что вы все утрясли с Глебом и приехали вместе. – сказала Татьяна Михайловна, так неожиданно сменив тему.

– Вы знаете? – удивленно посмотрела на женщину.

– Знаю. Наворотили дел. Кристинка-дура истеричная влезла. Глеб, как тюфяк бесхребетный. – не смогла сдержать улыбки на такое ее определение. – Но я правда рада, что ты смогла его простить. Не уверена, что я смогла бы, будь на твоём месте.

– Сама не думала, что это возможно.

– Ох, великая сила любви. – после этих слов я немного смутилась. Не привыкла так открыто обсуждать с кем-то чувства. Сама до сих пор до конца не осознала происходящее между нами, а тут так в лоб.

– Я думала Вы тепло относитесь к Кристине. – спросила то, что немного скребло внутри. Я знала, что она росла у них на глазах и они воспринимали ее, как родную. Я таким похвастаться не могла.

– Милая, как бы мы к кому не относились, мы всегда выберем сына. И тебя.

Это признание заставило меня расчувствоваться. Спасибо Глебу, который так вовремя появился и спас меня от подступающих слез.

– Ну что, поехали? Или вы ещё не закончили? – подошел и увлёк меня в объятия. Его мать смотрела на нас с нескрываемым удовольствием.

Уезжали с целыми сумками продуктов. Так просто нас не отпустили. Раз уж мы не смогли остаться – нам нагрузили целую машину провизии. ЗдОрово, когда так.

К слову, Марк с отцом поехали с таким же комплектом вкусностей. Видимо, в этой семье так заведено.

Сегодня, кстати, отметила: если раньше, по началу, Марк был сдержан в общении, то сегодня общался очень открыто и легко. Отметила их сходство с Глебом. Они хоть и не родные братья, но очень похожи. Правда Марк всё-таки чуточку сдержаннее Глеба. Он словно долго приглядывается и только потом решает для себя принимает он человека или нет. Глеб же все делает слёту.

Интересно, с Мариной у них окончательная точка или нет? Хотя, судя по подруге, она уже полностью переключилась и не вспоминает о своём мимолетном, но ярком приключении с Марком.

Всегда у неё так. Резко загорается и так же резко потухает. В этом наше разительное отличие. Я если загораюсь, то прикипаю к человеку. Что не вырвать. Собственно, так и случилось с Глебом. Но это различие не мешает нам с Мариной крепко дружить и поддерживать друг друга во всем.

– К тебе или ко мне? – спросил Глеб на въезде в город, вырвав меня из размышлений.

– Первый вариант. Мне завтра нужно на работу выйти. Девочка-напарница попросила подменить.

– Не вопрос. Тогда заедем ко мне? Быстро выгуляю и накормлю Бакса. А то он без меня совсем одичает.

– Конечно. – если при первой встрече его пёс меня изрядно напугал, то сейчас он вызывал у меня умиление и теплоту. Такой огромный пёс с повадками, словно у маленького щенка.

Собственно, придерживаясь этого маршрута, заехали на квартиру к Глебу и поехали ко мне.

Приятное тепло расползалось внутри. Я чувствовала себя на своём месте. Моя маленькая вселенная разрасталась от переполнявших меня чувств. Необъятное счастье концентрировалось внутри и давало мне покой и наслаждение.

Переступая порог своей квартиры наслаждалась присутствием Глеба. Ещё пару дней назад я и не надеялась оказаться здесь с ним. Снова рядом и вместе. А сейчас таяла от его близости.

Пока раскладывала продукты в холодильнике Глеб принимал душ. Выйдя ко мне в одном полотенце, притянул меня к себе. Ощутив спиной его обнаженную и влажную после душа кожу, откинула голову ему на плечо.

– Помнится у тебя были мои вещи. Я бы не отказался одеться, хотя … могу и так походить. – прижался ко мне плотнее, давая ощутить степень своего возбуждения.

– Упс. – вспомнила, с каким остервенением утрамбовывала все в мусорный мешок и нервно засмеялась.

– Упс? – развернулась в его руках и посмотрела на вопросительно изогнутую бровь.

– Ну как бы тебе сказать.

– Выкинула? – сказал скорее утвердительно.

Потупив взгляд, виновато кивнула головой.

– Ну, считай, что это – вызов. И скоро я заполоню твою квартиру своим шмотьём.

– Да что ты говоришь.

– Ага. – сказал утвердительно. – А сейчас держись. Сама напросилась, оставив меня в одном полотенце.

С этими словами он подхватил меня на руки и решительно направился в спальню. Кинув меня на постель, так что я взвизгнула и отпружинила от матраса, начал уверенно меня раздевать.

И сейчас я была только рада, что выбросила все его вещи. Все это такие мелочи. Ведь он рядом. Со мной и мой.