Глава 19

«Тишь» улетала с гостеприимного Кориата с набитым под завязку трюмом. Фермеры расщедрились и поделились консервами и припасами.

Так много новых поселенцев к ним не привозили с момента основания колонии. А новая кровь для выживания бесценна. Тут одними фруктами не отплатить.

Каюты и столовую привели в порядок. Мест теперь вполне хватило для пассажиров и команды, пусть Мелани и пришлось потесниться и поставить вторую кровать для Кайли. Единственной девушке, решившей продолжать путешествие.

Восемь мужчин с комфортом разместились по двое в гостевых, а Дарук по-прежнему царственно занимал свою в одиночестве.

Подселяться к опасному для жизни эшемину никто не пожелал. Да он бы и не пустил — берег чужое здоровье.

С Мелани, нужно отметить, Дарук уживался без проблем. Максимум, что он мог сделать — закоротить часть наноботов, и то ненадолго. А вот обычного человека сжег бы дотла в одно мгновение.

По крайней мере, так он утверждал и не было поводов ему не верить. Учитывая, что из его ладоней во время боя выскакивали самые настоящие молнии, невзначай прикоснувшемуся к эшемину точно бы не поздоровилось.

Теперь, когда на корабле стало непривычно оживленно, Дарук почти перестал выходить в общие отсеки, ограничиваясь маршрутом каюта — рубка. Проверял курс, выставлял новые задачи искину, вел переговоры с отделом безопасности.

Всю дипломатическую часть Мелани благоразумно свалила на самого флегматичного в их команде. И теперь эшемину приходилось лавировать между разъяренным начальником службы, Маркусом Цорном, главой исследовательской части и представителем правительства. Последний требовал немедленной передачи всех привезенных пленников в закрытый научный центр для последующего изучения.

Естественно, Дарук был против. Как и Маркус.

Вместо того чтобы тратить время и вытягивать из и без того пострадавших людей последние соки, проще их быстро расспросить и на основе показаний выстроить стратегию дальнейших действий.

А предпринять что-то стоило, поскольку во время пересечения границы между Ойкуменой и Содружеством за пределами Потока Мелани учуяла множество военных кораблей. Специфическая форма и вооружение говорили сами за себя.

Охранять границу между двумя государствами, пронизанную многочисленными нитямиподпространственных тоннелей, довольно сложно. Собственно, так и выстраивали в свое время разделение — по течению Потоков. Там, где они заканчивались, располагалась пограничная станция.

Существовало три линии, ведущих напрямую с одной стороны на другую. Их тщательно охраняли на дистанции, равной неделе пути.

Именно столько в среднем нужно, чтобы израсходовать единицу плазмы. Для того чтобы ее заменить, необходимо в любом случае выйти из Потока.

Контрабандисты выходили из положения, устанавливая дополнительные разъемы в двигателях, но при поимке это помогало их вычислить. Именно для упрощения контроля все транспортники, занимающиеся транзитом, обязаны были иметь лишь один активный туб. «Тишь» — не исключение, но экипажу не нужно было скрываться от обеих пограничных служб.

Только от Ойкумены.

Потому до последнего они не тянули. Вышли из Потока сразу же, как пересекли границу.

На ближайшей станции их уже ждали.

— Девочка моя! Опять что-то натворила! — распахнул объятия статный мужчина средних лет.

По внешности никто бы не сказал, что Маркусу Цорну далеко за сотню. Активный образ жизни и витаминные добавки, которые заботливо подсовывала ему супруга, делали свое дело.

— Дядя! — Мелани с разбегу повисла на шее старого друга семьи.

Если высчитывать отношения поколений строго, то он скорее приходился ей дедом. Но называть его так означало обращаться к его жене, Дженнифер, как к бабушке.

А этого бы она не стерпела.

Дарук перехватил инициативу, пользуясь тем, что начальство занято встречей с подопечной.

— Вот документы о предоставлении временного убежища на территории Содружества, — он кивнул Джареду, что поднял повыше увесистую стопку бумаг. — Прошу подписать вместе с гарантией неприкосновенности.

Условия и подпункты обсуждались с министерством внешних и внутренних дел всю дорогу. Выдать полный иммунитет беженцам из Ойкумены сложно, для этого требуется дипломатический статус, а его бывшим пленникам, разумеется, никто не предоставит. А вот частичный, защищающий от заключения в тюрьму или лабораторию, — вполне реально.

Конечно, если правительству очень сильно захочется ставить опыты на беглецах, его никто не остановит. Но права человека в Содружестве старались соблюдать.

Да и добровольное сотрудничество сейчас властям гораздо выгоднее. Кто-то же должен бороться с кжотами!

Мистер Цорн кивнул ассистенту, тот быстро проставил печати, подтверждая договор.

— Прошу на корабль, — широким жестом пригласил он всех присутствующих. — Вас уже ждут регенерационные капсулы, квалифицированные врачи и помощники. По пути в центр можете немного отдохнуть и прийти в себя.

— Мы в центр? Не в столицу? — нахмурилась Мелани.

— Штаб сейчас весь у нас, — отозвался Цорн. — Министры спорят не первый день, выстраивают стратегию военных действий.

— Рановато они. Война еще не началась. И не начнется, если мы успеем ударить первыми.

— Дай угадаю. У тебя уже есть план, — с ноткой обреченности в голосе констатировал глава разведки.

Мелани просияла.

— Дядюшка, ты так хорошо меня знаешь!

— Рискованный, спонтанный, в случае провала — смерть?

— Как всегда!

— Что-то мне это уже не нравится, — проворчал Джаред, изучая свой экземпляр документов.

— Ты мне не доверяешь? — оскорбилась Мелани.

Мужчины понимающе переглянулись, Дарук сдержанно закатил глаза.

Погрузка всех десятерых на борт лайнера прошла по-военному быстро. Цорна уже предупредили о специфике перевозки одаренных — в спящем состоянии, и капсулы стояли в каждой каюте. Вместо того чтобы определять всех в медблок, психологи посоветовали создать иллюзию обыденности. Чем меньше напоминаний о пережитых ужасах, тем лучше.

«Тишь» с комфортом разместилась в ангаре. Гигантский лайнер предназначался для перевозок вооружения, в том числе истребителей, и один несчастный транспортник практически затерялся в просторном трюме.

— Ну наконец-то цивилизация! — Мелани вытянулась поперек кровати, раскинув руки.

Ей отвели каюту рядом с остальными. Обычно девушка останавливалась на верхнем уровне, недалеко от рубки, в отсеке для почетных гостей. Но сейчас ситуация иная. Беглецам здесь кроме нее никто не знаком. Дарук не в счет — он жилеткой для переживаний послужить не может. А у Джареда у самого проблем выше крыши.

В любом случае все одаренные полдороги будут спать. Но само ощущение, что рядом есть кто-то, способный им помочь и вытащить из неприятностей, подсознательно успокаивает.

До базы разведывательного центра долетели за три дня. Большую часть времени Мелани ела: наноботы плодились в огромных количествах, восполняя утраченные ресурсы.

Кроме питания девушку интересовали новости со стороны Ойкумены. Их она просматривала вместе с дядей.

— Ситуация пока что не достигла критической отметки, — прокомментировал Цорн во время очередного аналитического сеанса. — Замечены движения на военных базах, но массовая переброска армии еще не начата. Усилены патрули, впрочем, это касается обеих сторон. На этом все. Даже странно.

— Не особо, — возразила Мелани. — Насколько мне известно, еще не вся верхушка власти Ойкумены подчиняется кжотам. А войска частично контролирует аристократия. Император не может единолично объявить начало войны просто так, ему требуется обоснование. Будут провокации, теракты. Сначала жахнет в самой Ойкумене, а уже потом переключатся на нас. Для этого нужна подготовка. Мы застали их врасплох с разгромом базы, им понадобится время, чтобы перестроить планы.

— И что ты предлагаешь?

Мелани предпочитала поначалу держать гениальный план при себе, обкатывая варианты и продумывая стратегию. Но пришла пора поделиться.

— Мы захватим императора в заложники, — радостно сообщила она. — И уничтожим кжотов на Терре. Они обязательно отреагируют на угрозу их марионеткам. Тогда восстановить нормальное управление будет проще. Не вся же семья его величества подчинена, кто-то должен был уцелеть. Хотя бы из побочных ветвей.

Случай на безымянной отдалённой планете, полностью подконтрольной червям, не выходил у Мелани из головы.

Раз кжоты так яростно защищали своих подчиненных, значит, и императора попробуют защитить.

Все-таки эти существа, пусть и могущественные, не слишком разумны. Они подчиняют мозг человека и закладывают специфическую программу, цель — уничтожить жизнь во вселенной. А уж люди сами дальше придумывают, как это осуществить.

— Прекрасный план, — с ноткой издевки протянул Маркус. — Одно маленькое «но»: как добраться до императора? Подлететь к Терре и приземлиться — уже задача не из простых. Там контроль похлеще, чем у военных баз. А дальше что?

— Ну, допустим, Джареда зараженные не видят. А от остальных я могла бы замаскировать себя и еще пару человек ботами. — Мелани встала и принялась расхаживать туда-сюда по просторному залу.

Собравшиеся в зале для совещаний министры, генералы и служащие бюро в курсе ее особенностей и в выраженияхможно было не стесняться.

А спасенные пленники, будущие звезды военных действий, и подавно прониклись могуществом хрупкой с виду девушки. Впрочем, сами они тоже умели многое.

Описание всех способностей новых наемных работников службы разведки заняло немало времени. Отчасти потому, что почти весь полет они провели во сне, и полагаться можно было разве что на показания приборов капсул. А то, что они рассказывали врачам, звучало настолько невероятно, что не верилось.

Воздействие на мозг другого человека? С этим не каждый аппарат справлялся, откуда у человека подобные таланты?

— И вы втроем проникнете во дворец и совершите переворот? — не скрывал скептицизма министр обороны.

Несмотря на наличие наноботов, Мелани все еще оставалась человеком. Убить ее было крайне сложно, но все же реально, что уж говорить о возможных спутниках. Да и просочиться мимо охраны и многослойной защиты, которой окружил себя император-параноик еще до заражения, не так-то просто.

— Пожалуй, я могла бы вам в этом помочь, — негромко заявила Кайли, поднимаясь.

Присутствующие притихли, с недоумением оглядывая беловолосую красотку.

— Она из твоих, что ли? — повернулся к Даруку Маркус.

Эшемин покачал головой.

Его сородичи распространились по обитаемой вселенной лишь недавно, и всех их Дарук знал в лицо. Не так их и много, не более сотни.

Спасенная из лаборатории девушка была точно не из их числа.

— Если вы про волосы, то это генетическая мутация. По крайней мере, так мне объясняли в лаборатории. — Кайли потянула себя за прядь, оглядела ее, будто видела впервые, и заправила обратно за ухо. — Что-то связанное с нейронной активностью, влияющей на пигменты вообще и меланин в частности. Не совсем альбинизм, но близкое. Все мои родственники темноволосы и смуглы. Собственно, вы их знаете.

Кайли повела рукой в сторону огромного экрана, на который во время обсуждения выводили те или иные данные. Прямо сейчас он демонстрировал портрет его императорского величества Алириуса в полный рост.

— Род Мансуэнь насчитывает много веков и придерживается традиций в выборе супруг для повелителя. Моя мать не была исключением, — продолжала Кайли, не замечая как оторопело вытягиваются лица слушателей. — Из благородной семьи, порядочная, добродетельная. Кто знает, откуда в ее чреве взялась я? Если верить версии ученых крыс… простите, ученых, то мой дефект возник в результате влияния «Эйфо» на организм обоих родителей.

— Дефект? — растерянно повторил Дарук, в то время как прочие ошеломленно молчали.

Не ожидали, что в их ряды вдруг проберется самая настоящая принцесса.