Глава 24

Всегда дружелюбная, я постепенно растеряла всех подруг, большая часть из которых обзавелись семьей и уютным «насестом». До сих пор оставаясь незамужней, для них я стала потенциально опасным объектом. Те же, кто все еще находился в поиске, тоже не годились! Ведь я уже не искала…

Если прежде поиск пары значился в списке планов, то теперь место в моем сердце было прочно занято Олегом. Он не спешил разоблачаться, и наше общение проходило, как и раньше, в тени! Однако встречи стали более частыми, и потребность в нём со временем обретала взаимность.

Я радовалась дружбе с Маринкой! Во многом еще и потому, что, будучи секретаршей Олега, она представляла собой ценный источник информации. Отныне я знала, кто к нему ходит, сколько чашек кофе он выпивает в день, и когда ждать очередной букет.

— Прикинь, тридцать алых роз, — делится подруга.

— И для кого они? — интересуюсь я.

— В том-то и дело! Понятия не имею! — раздраженно поясняет Маринка.

Меня не смущает, что выбор цветов он поручает своей секретарше. Напротив! Эта игра «в прятки» служит своеобразной прелюдией к следующей встрече…

— Ну что, будем допивать? — вопрошает подруга, изучая остатки винного зелья на дне бутылки.

— Давай! — я подставляю свой бокал.

Отделанная по последней моде, её квартира-студия, как и сама Маринка, выглядит идеально. Мягкая мебель и шторы, выдержанные в едином стиле, создают уютную атмосферу. На однотонных стенах яркими пятнами разбросаны картины. Кухня здесь, скорее, для вида. Ибо кулинария – не её конёк! Подруга живет одна, и кухонные ящики забиты полезной дребеденью. Мюсли, хлебцы, чай из ягоды годжи... Вместо сладостей - сорбит, вместо кофе – цикорий, а вместо мужчины – резиновый фаллос.

Раньше, еще до того, как я стала вхожа в её дом, меня одолевала ревность! Когда я видела очередной сексапильный наряд, стройные ножки, одетые в нейлон... И фантазия принималась за работу, подкидывая живописные примеры поз, в которых они делают это.

Однако образ сердцеедки, как и всё остальное в жизни Маринки, был очередным жертвоприношением в угоду модным тенденциям. Дома, сняв изуверские шпильки, избавившись от косметики и облачившись в домашний халат, звезда офисных будней превращалась в простую девчонку.

— Ну, давай за твой отпуск! — говорит Маринка с улыбкой, и опрокидывает в рот остатки алкоголя.

Я следую её примеру.

— Косарев вон тоже намылился куда-то, — произносит она задумчиво. — Матвейчук вместо него будет. Как я его ненавижу!

Она кривится, точно съела лимон.

— А ты плюй ему в кофе, — советую я.

— А то, как же! Непременно! — кивает Маринка.

Я вспоминаю о предстоящих сборах, и охваченная предвкушением, не могу сдержать улыбку. За окном уже ночь, когда мы наконец-то прощаемся.

— Если увидишь на пляже нашего шефа, — лукаво бросает Маринка, уже на пороге, — передавай привет!

— Кого? — ухмыляюсь я, — Косарева что ли? Я тебя умоляю! Думаю, мы с ним будем отдыхать в разных местах!

— Это уж точно! — заключает она.

Пару минут мы наперебой обсуждаем предпочтения нашего шефа, представляя себе, в каких отелях тот привык коротать отпуска. Маринка рисует образ его любовницы, длинноногой блондинки, с пышной грудью. Любопытно, что будет, когда она узнает правду? Вероятно, тогда нашей дружбе придет конец…

Телефон вибрирует в сумочке, когда лифт выпускает меня наружу. «Любимый» - оповещает надпись на экране. И это - истинная правда!

— Хотел пожелать спокойной ночи. Думал, ты уже дома! — его голос звучит недовольно.

— Немного заболтались, — виновато отвечаю я.

— Тебе не кажется, что слишком поздно? — произносит он сурово, и эта суровость меня… возбуждает.

— Ты за меня волнуешься?

— Да! Чёрт возьми! — бросает Олег. Кажется, ему не до смеха…

— Не волнуйся, Олеж, я на такси, — я озираюсь по сторонам.

Пустынный двор в окружении многоэтажек не подает признаков жизни. И только ветер легонько кружит увядший раньше времени листок.

— Гарик, ты куда втопил? — слышу я хриплый женский голос. — Я тебе не гончая!

Курчавый пудель дефилирует по тротуару в собачьих ботинках, и тащит за собой сонную всклокоченную хозяйку. Заметно, что та собиралась второпях! Резиновые сланцы, небрежно наброшенная на плечи кофта и зажженная сигарета в зубах. Женщина раздраженно покрикивает на собаку. И, если отвернуться, можно решить, что вместо питомца рядом с ней шлепает по лужам «непутевый» супруг.

— Марин, ты меня слышишь? — обрывает мои наблюдения настойчивый голос Олега. — Будь там, я пошлю за тобой Николая!

— Олеж, ну зачем?

— Сказал, жди! — отрезает он и кладёт трубку.

Я покорно усаживаюсь на лавочку. «Как всегда, его непререкаемый авторитет не оставляет мне выбора», — думаю я удрученно. Но обида быстро сменяется радостью! Пожалуй, прощу ему эту маленькую грубость? Время и в самом деле позднее... Двор уже опустел, и лишь кое-где между деревьев мелькают скорченные тени прохожих.

Чтобы скрасить ожидание, достаю из сумочки новёхонький загранпаспорт. С фотографии на меня глядит кучерявое безобразие! Свежие странички призывно похрустывают. Ещё пустые! Совсем скоро здесь появится первая отметка…

— Девушка, как проехать в библиотеку? — слышится сзади.

«Так быстро?», — я удивленно оборачиваюсь, ожидая увидеть Николя.

Однако, это не Коля... Взамен знакомому авто, рядом с подъездом притормаживает чернобрюхая девятка. Изнутри недвусмысленно благоухает! Очевидно, веселая компания давно колесит улицы в поисках приключений. Я демонстрирую полное безразличие.

— Девушка, а который час? — не унимается нахальный приставала. Судя по голосу ему лет 25. Но рассмотреть пассажиров мешает яркий свет фар.

«Главное, не отвечать», — убеждаю я себя, хотя внутренний датчик уже вовсю сигналит, предлагая дать дёру. Подняться обратно к Маринке мне мешают два обстоятельства! Во-первых, я не какая-нибудь там школьница, чтобы позорно бежать от малолетних хулиганов. А, во-вторых, нельзя допустить, чтобы подруга увидела, какая именно машина забирает меня у подъезда. Так что, я продолжаю сидеть, надеясь, что мое молчание заставить их отступить.

— Эй ты, немая что ли? — фыркает парень, и взрывы хохота убеждают меня в том, что он не один.

«Беги, дура», — советует разум. Но, как это бывает после нескольких рюмок спиртного, внутри просыпается «женщина-воин».

— Ехали бы вы отсюда! — высокомерно бросаю я через плечо. — Сейчас сюда приедет мой муж и вам накостыляет!

В ответ на мою угрозу компания ребят смеется так громко, что старушка-девятка приплясывает на асфальте.

— Может, лучше прокатимся? — угомонившись, предлагает их «главарь».

«Ну, это уж слишком», — стараясь сохранять невозмутимость, я поднимаюсь с лавочки, и решительно направляюсь прочь. Однако не успеваю…

Дверцы машины распахиваются, выпуская наружу троих здоровенных парней! Один из них, тот, что проявлял инициативу, подбегает спереди, остальные окружают лавочку с двух сторон.

Дальше все происходит, как в страшном кино… Солидная порция адреналина выплескивается в кровь, приводя в действие механизм самообороны. Я замахиваюсь сумочкой, желая нанести удар, но теряя равновесие, падаю в объятия незнакомца.

— В машину её! — слышу я, ощущая слабость.

Троица обступает меня, сильные руки, словно тиски, сжимают запястья, а крик тонет в широкой ладони. Последнее воспоминание – сильная боль в предплечье! Точно острое жало дырявит кожу! А после – темнота и безмолвие…