Глава 23

Мы молча допили по неизвестно уже какой кружке горячего шоколада, переваривая услышанное. Воздух гудел от невысказанных мыслей. – Долги, – наконец произнес Рилан, уставившись в точку на стене. – Интересно, если удастся доказать, что Аманда разорена, то… – …то ее авторитет в ковене рухнет, – закончила я, чувствуя, как внутри загорается искра надежды, смешанной с азартом. – Она потеряет рычаги влияния. И насчет книги… Рилан нахмурился. – В книге собраны рецепты эликсиров, зелий и даже заклятий на основе криогенной магии, вроде бы прабабки, но, может, и прапра… – То есть у тебя кто-то в роду обладал тем же даром, что и Аманда? – Я выразительно приподняла бровь. – Ну… – немного смутился Рилан, – да… И у меня тоже есть зачатки. Но совсем небольшие. Я их даже не регистрировал. – И отлично! – Отодвинув пустую кружку, я задумалась, пытаясь уловить мелькающую в голове очередную безумную идею. – А твой отец знает? Рилан отрицательно мотнул головой, и моя идея наконец-то поймалась, пусть и не сформулировавшись полностью: – Тогда мы сможем использовать твое умение против Аманды! Надо только придумать как. – Придумаем. – Рилан встал, уверенный и спокойный. – Что ж, у нас впереди очень плодотворные дни. Подготовка тебя к зачету, приготовление средства для Эрдехази, расследование финансовых дел Аманды и обдумывание контрнаступления. Пусть тоже понервничает! Я злорадно ухмыльнулась, представляя, как стерва Деврил начнет метаться, если мы прижмем ей хвост. Осталось только понять: действовать сейчас, быстро и решительно, или, наоборот, медленно – дождавшись, пока я закончу Академию? Были у меня смутные подозрения, что на второй вариант лучше не рассчитывать, каким бы удобным он ни был… Мы вышли на улицу. Вечерний воздух был прохладен, освежая мысли. Рилан шел довольно быстро – торопился поскорее начать подготовку к зачету. – Кстати, – вдруг обернулся он ко мне, – я тут кое-что откопал в своих архивах. Методичку по подготовке к практическому зачету по зельеварению, написанную самой Торнхилл. Вряд ли что-то кардинально поменялось за четыре года. А там есть стандартные вопросы, типовые ошибки, критерии оценки. Наша с тобой шпаргалка, солнышко. – Шутишь? – Я остановилась как вкопанная. – Ты ее сохранил?! Она же перестала их раздавать как раз через год после твоего выпуска. – Какие шутки? – подмигнул мне Рилан. – Там даже есть рецепты обязательных для зачета зелий. Так что сегодня разбираем «Сонную Пыль» и «Эликсир Истины». Основы основ, но именно на них Торнхилл ловит большинство. Дорога до лаборатории пролетела в обсуждении рецептов. Вынув из кармана связку ключей, Рилан выбрал самый блестящий – от нового замка. – Странно, – пробормотал он, вставляя ключ в замочную скважину. Ключ повернулся только на один оборот, открывая автоматически срабатывающий запор. Но я видела, как Рилан запирал на два оборота! Меня накрыло удушающей волной дурного предчувствия. – Взломано, – уверенно произнес он. – Профессионально. Видишь эти микроцарапины? Работал специалист… Рилан резко отступил на шаг, задвигая меня за спину. Только потом дернул дверь на себя, и она бесшумно открылась. Мы вошли и замерли на пороге. Не было разбитых колб или рассыпанных порошков, полки с ингредиентами стояли ровно, но… банки были чуть сдвинуты, ящик стола в основной зоне был задвинут не до конца. Мелочи – почти незаметные, если бы не идеальный порядок в лаборатории. Кто-то очень аккуратный и быстрый все обыскал, выискивая что-то конкретное. – Кабинет… – Рилан устремил взгляд к двери в дальнем углу. На ее поверхности, прямо на уровне замка, горел слабый, мерцающий синим светом отпечаток. Он был похож на сложную витиеватую руну, сплетенную из узоров. – Я повесил защиту, – пояснил Рилан. – На всякий случай. Разрешил доступ только тебе и себе. И заклятие сработало, – с мрачным удовлетворением процедил он. – Тот, кто пытался сюда проникнуть, сейчас носит на среднем пальце метку – вот такую же руну. И снять ее никто не сможет, пока та не сойдет сама через лунный цикл. – Теперь у нас есть его опознавательный знак? – Я предвкушающе улыбнулась. – Осмотрим основных подозреваемых? – Обязательно! – согласно кивнул Рилан. И тут же, побледнев, кинулся к реактору. – Кристалл… Его голос сорвался, стал хриплым, чужим, сам он тоже побледнел, схватившись за край стола. А я нащупала в кармане куртки твердый, теплый комочек, завернутый в салфетку. Инстинкт? Интуиция? Не знаю. – Рилан… – Он резко обернулся, а я достала сверток и развернула салфетку. В ладони замерцал золотисто-янтарный кристалл пейнита, целый и невредимый, все еще излучающий едва уловимое тепло. – Прости… Я его просто сунула в карман. Боялась, вдруг с ним что-то случится. Рилан замер. Потом стремительно приблизился. Его руки обхватили мои, сжимая ладонь с кристаллом. Он не вырывал его, просто смотрел на сверкающие грани, как на чудо воскрешения. Потом взглянул на меня. В серой глубине бушевал ураган: облегчение, потрясение, невероятная благодарность. – Солнышко… – он выдохнул это слово с таким чувством, что у меня по спине пробежали мурашки, – ты… ты гений хаоса, спасительница бизнеса и моего рассудка! Его смех прозвучал немного истерично, намекая, что с рассудком уже как раз не все в порядке. Но, учитывая происходящее, по-моему, мы оба отлично держимся. Рилан отступил на шаг, все еще держа мою руку, его взгляд стал жестким, решительным. – Ладно. – Он осмотрел лабораторию. – Не знаю точно, что эти гады ищут, но знаю точно, что вернутся. Так что я буду жить здесь до полной победы над Амандой. Спать, есть, готовить зелья – все здесь. Ни шагу из лаборатории. Меня передернуло. Жить среди колб и реакторов под постоянной угрозой взлома? – Это безумие! Ты свалишься с ног! Надо просто… усилить защиту! Рилан горько усмехнулся, наблюдая, как я роюсь в ящиках стола в поисках коробочки для пейнита. – Солнышко, найди мне артефника, который не на крючке у Аманды или моего отца. Которому можно довериться. Обычные замки, – он кивнул на дверь с царапинами, – как видишь, для профи – дело пяти минут. А хороший артефник… такие нарасхват, и все они либо уже куплены, либо их услуги стоят как крыло дракона. Да и время… Сперва я запаниковала, мысленно соглашаясь, что довериться абы кому страшно, а все крутые спецы под колпаком Городского ковена, но потом… – У меня отец – артефник, – вспыхнуло в голове очередное безумное озарение.