42

Квартира встречает меня тишиной и пустотой.

Вот оно и возвращается, одиночество. И я по нему, честно, не соскучилась.

Неторопливо принимаю душ, вместо ужина — йогурт. А после холодная постель. И в ней такая тоска на меня нападает. Нет, не хочу так больше.

Утром прихожу на работу, чтобы провести единственную на сегодня встречу. Ее отменить никак нельзя — люди приехали издалека. А вот дальше у меня никаких дел, по сути, нет. Женя постарался, подкорректировал мое расписание. Чтобы я могла поехать на выписку сестры.

Она состоится в два часа дня. И у меня есть время, чтобы купить сестре подарок. Его варианты мне тоже подгоняет мой секретарь. Все он знает, все может, не человек, а машина. Прощаюсь с ним и спешу в детский магазин.

Упаковка подгузников для новорождённых — это первое в списке подарков, что всегда пригодится. Еще покупаю милый комплектик одежды для самых маленьких. Розовый, с сердечками. Ну и деньги сестре подарю, пусть сама выберет, что ей еще нужно.

У перинатального центра, что находится почти в центре города, покупаю букет чайных роз. Очень удачно здесь располагается цветочный магазинчик.

У входа в отделение стоит толпа людей, среди них мама с Аленкой и Антоном, Сумский, рядом с ним его мать, надо же, пришла, а до этого не приходила, еще вижу Анькиных подружек. Все, ну, кроме свекрови сестры, улыбаются, в руках цветы, шарики.

Вскоре нас приглашают зайти. Мы смотрим на большом мониторе, как ребенка пеленают, такая маленькая она, кроха, и тоже спокойная, не плачет, смотрит.

Но когда Аня выносит малышку, она начинает кричать. Громко, с надрывом, сестра дает дочку мужу, они фотографируются на розовом фоне с надписью: "У нас девочка!"

Ну а затем все идут поздравлять мамочку.

Мы едем в дом Сумских, где накрыт небольшой стол. Это мама наша расстаралась, узнаю ее руку. Аленка крутится рядом со мной, что-то показывает, напоминает про субботу.

— Как насчет океанариума? — предлагаю я тихо. Аленка радостно кивает и спрашивает:

— А Макс с нами пойдет?

— Если хочешь, позовем.

— Кто такой Макс? — тут же материализуется поблизости моя мама.

— Это сосед Яны, — отвечает племянница, — он очень вкусно готовит.

— Ты мне про него не рассказывала, — начинает канючить мама. — Симпатичный? Молодой?

Я закатываю глаза:

— Нечего рассказывать.

— Не ври маме. Женя мне намекнул сегодня, что у тебя кто-то появился.

— Я тебя прошу — не лезь. Хватит! — злюсь, не сдерживаюсь, повышая голос. Чем вызываю излишнее внимание присутствующих. Мама уводит меня на кухню, где она тихо мне напоминает:

— Я же не просто так. Завещание, Яночка, ты же помнишь?

— Как про такое забудешь.

— Тебе нужно торопиться.

— Но я не собираюсь беременеть от первого попавшегося. Да и вообще, подумываю оспорить…

— Не получится, — качает головой мама. — Я буду выступать против. Все связи привлеку…

Хмурюсь, злясь на собственную маму.

— Это, знаешь ли, нечестно, — качаю головой.

— Зато правильно.

— А вот это понятие относительное. Для каждого "правильно" означает нечто свое. И с твоим я не согласна.

Мама пытается возразить, но я не слушаю, спешно покидаю кухню. Прощаюсь с сестрой и племянниками и ухожу. Не хочу быть здесь. Не хочу, чтобы лезли в мою жизнь. Этим они мне только мешают.

В машине даю волю эмоциям, от души отдубасив руль. Мама, тоже мне… Очень жалею сейчас, что Макс сегодня на работе, вернётся поздно. А мне так хочется прижаться к его груди, утонуть в его объятиях, раствориться в глазах цвета спелой вишни…

"Хочу к тебе", — набираю ему сообщение. И жду. Но мне не отвечают. Что ж, на работе человек, Макс все-таки врач, может, ему некогда.

В этот момент до меня вдруг доходит — то, что он врач, я знаю, но вот какой именно — нет. Макс не говорил. Да и в целом о своей основной работе не рассказывает. Может, думает, что мне будет брезгливо слушать рассказы про болячки?

Наконец телефон оповещает о сообщении. Открываю, там грустный смайлик, а вслед за ним приходит текст:

"Как прошла выписка?"

"Мило".

"Ты у сестры сейчас?".

"Нет, ушла. Еду домой.

"Ты когда освободишься?"

"Боюсь, что поздно".

"Жаль", — отвечаю я и убираю телефон.

Завожу машину и действительно еду в сторону дома. А оказавшись у него, задираю голову и с тоской смотрю на ровный столб окон моего подъезда. Не хочу домой.

Здесь вдруг звонит телефон. Достаю его, надеясь, что это Макс. Может, передумал, отпросился? Но нет, звонит Родион. Разочаровано вздохнув, трубку я все же снимаю.

— Привет, ты еще на работе?

— Привет, нет, я почти дома. Сегодня Аньку с дочкой выписывали.

— Слушай, я тоже освободился, может, я заскочу к тебе?

Думаю пару секунд, а потом отвечаю:

— Не стоит. Устала я что-то.