Глава 33

– Помогите! – Кричи, моя дорогая, кричи. Стены здесь толстые. Никто тебя не услышит. – Что вам надо? – Вернуть то, что у меня отняли! – глаза незнакомца горели безумием. – И ты мне в этом поможешь, дорогая Луиза. Все вы. Он обвел рукой темную комнату с кроватями, на которых лежали люди. Лежали неподвижно, почти не вдыхая затхлого воздуха, отчего складывалось впечатление, что они и вовсе мертвы. – А теперь спи. – Нет! – Я. Сказал. Спи. – глаза девушки закатились, и она замерла.– Добро пожаловать в Порти–Имру! Ичи с компанией стояли на уступе, устремив взгляды на великий каменный город удильщиков. Ливень прошел, и на чистом небе стали загораться первые робкие звезды. Луна светила ярко, переливаясь голубым и белесым светом на тщательно отполированных камнях дворцового комплекса. – Там живет веда со своими близкими и вся королевская семья. – Нам туда? – спросила Тетра у стоявшего рядом удильщика, что держал лошадь за уздцы, но не торопился двинуться дальше. Он помотал головой на вопрос девушки и пальцем указал в самый центр города, где на пологой кладке стоял алтарь для жертвоприношения. За ним возвышался главный храм, возле которого уже стали собираться люди. – Это они нас так встречают? – Вильям повернулся к Ичи. – Не думаю, – мужчина задумался и нахмурил брови. В это время один из наездников подпихнул Вильяма вперед и кивком головы попросил идти вниз, к толпе. Остальные удильщики вновь запрыгнули на лошадей и стали стеной, отрезая путникам дорогу в обратном направлении. – Что–то мне это все не нравится, – Лэнгдон пошел по дороге, что поражала своей точностью подгонки гранитных блоков. – Держимся вместе и если что, деремся до последнего. – До этого не дойдет, – сказал Ичи, но уже не был столь уверен в своих словах. – Если бы они хотели нас убить, то сделали это, даже не пуская в город. – Звучит вроде логично, но совсем не успокаивает, – Вильям оглядывался по сторонам, ожидая чего–угодно от непредсказуемых горожан. Они петляли по лабиринту улочек, проходя мимо жилой зоны, что была плотно застроена двухэтажными домиками. В закоулках виднелись тупики, а где–то даже нависшие над пропастью террасы. Наконец, друзья спустились в самый низ, где у подножья лестницы стояла женщина, одетая в красное платье со шлейфом, и такую же алую длинную фату, что вроде бы просвечивалась, но все равно скрадывала черты. – Веда…, – Тетра без подсказок поняла кто перед ними стоит. – Верно, девочка, – произнесла женщина голосом, словно самый мягкий бархат, наклонив голову в бок, практически до плеча и посмотрев так на незваных гостей. – Вы задержались, Ичи. Я ждала вас на пару дней раньше. – Меня укусила обезьяна, – Тетра выступила вперед, желая отгородить собой проводника. – И у меня началась лихорадка. Веда молчала, разглядывая девушку, потом, раздвинув полы фаты, протянула к некроманту руку, облаченную в длинную красную перчатку, и дотронулась указательным пальцем до центра ее лба. – Ты ведь тоже видишь? Тетра хотела ответить, но веда помотала указательным пальцем перед ее лицом. – Говори молча, девочка. Я все услышу. Женщина вновь вернула палец на центр лба и замерла ожидая. Девушка не сразу поняла, чего от нее хочет удильщица, но в голове ее внезапно зашумело, и она услышала тот самый мягкий голос. Женщина говорила, задавала вопросы, но губы ее в реальности не двигались, и это зрелище сводило с ума. Сначала Тетра отвечала на вопросы несмело, но заметив на лице женщины сквозь фату одобряющую улыбку стала делиться с ней всем, чем никогда ни с кем не делилась. От веды шла такая мощная энергетика, что все плыло перед глазами, однако это уже не пугало. Тетра чувствовала такую любовь, заботу и участливость, которую она столько лет ждала от собственного отца. Впервые за долгое время слезы потекли из глаз некроманта, освобождая ее от тяжкого бремени. Резко разговор их прервался, оставляя теплое послевкусие. – Нам пара, – веда ухватила девушку за руку и повела ее за собой. – Идемте. Церемония скоро начнется. Некромант повернула голову, шагая следом за женщиной, и посмотрела на трех мужчин, что поспешили за ними. Глаза ее зацепились за лицо Вильяма, на котором так отчетливо проступала тревога. Тетра улыбнулась ему подбадривающе, и он улыбнулся ей в ответ. Веда вывела их в самый центр площади к алтарю, на котором сидела молодая женщина с младенцем в руках. – Вы что их убьете? – Тетра стремительно затормозила ногами, заставив тем самым веду остановиться и повернуться. Та громко рассмеялась, и толпа вторила ей раскатами хохота. – Мы, конечно, уважаем кровь и приносим жертвы своим богам, но дети святая святых, девочка. Сейчас вы увидите ритуал ушепрокалывания. Стойте здесь. Ув, подойди, – из толпы вышел невысокий парнишка лет тринадцати. – Если у пришлой веды возникнут вопросы, просвети ее. Мальчишка серьезно кивнул, встав рядом с Тетрой, и женщина, похлопав его по щуплому плечу, прошла к алтарю, привлекая внимание всех собравшихся. Вильям встал рядом, а Лэнгдон с Ичи остались позади, словно охраняя некроманта от всех вокруг. Сразу же к веде подбежала молодая девушка с серебряным подносом, на котором лежали две иглы: золотая и медная, с продетыми в них белыми нитями. – Для чего это? – Так веда защищает нас от злых духов, – поучительно прошептал Ув. – Золотая игла, дар Солнца, медная – Луны. И в так его словам, веда стала поочередно прокалывать уши мальчику: сначала золотая игла прошла через правую мочку, и пока мать завязывала узел, женщина проколола левую. Потом веда повернулась к Тетре и поманила ее к себе. – Возьми этот красный порошок и помажь им верхушки ушей маленького Когу. Благослови его, пришлая веда, на долгую жизнь! Некромант, ведомая только ей известной нитью понимания происходящего, взяла щепотку перетертых окрашенных трав и, нанеся их ребенку на ушки, произнесла: – Благословляю! Толпа ликующе взревела.