Глава 62

– Как ты это делаешь? – Так же, Раби, как и ты, – брат театрально закатил глаза. – Ты некромант? – Хм…, – мужчина задумался. – Не думаю. Но вот силы от нашего папочки я определенно получил, Нейраби. – Я Тетра! – Ох, решила взять имя матери, – он прижал руку к груди. – Это так мило, сестричка. Как бы твоему другу не последовать за ней. Реян указал на лежавшего у его ног сыщика и Тетра непонимающе замотала головой: – О чем ты? А потом яркая вспышка их разговора с Дэгстером и она, зажав рукой рот, вскрикнула. – Отец сказал мать умерла от сонной болезни. Это ведь ты с этим связан? – она непроизвольно сжала кулаки, почувствовав болезненное сокращение мышц. – Но как? Почему? – Ты еще спрашиваешь? – Реян зло сощурился. – Налина много плакала в то время, и я всеми фибрами души ненавидел Тетру Бланшетт, отнимающую счастье у нашей семьи. Как–то она имела наглость приехать на разговор с моей матерью, и я, еще не осознавая, какая сила живет в моем маленьком теле, подбежал к ней и ударил. На удивление, она пошатнулась, но устояла. А через год ее не стало. – Значит, все, до кого ты дотронулся, – она кивнула в сторону векторов. – Все они рано или поздно умрут от сонной болезни. – Нет. Они умрут сейчас. А что касается твоей матери, больше я такого не смог повторить. Возможно, потому, что только ее я истинно ненавидел, а они – лишь средства по достижению моей цели. – А духи? – Их я не вижу, – пожал он плечами, будто бы его это совсем не заботило. – Видимо, кровь Бланшеттов посчитала меня недостойным. – Только чистые душой могут видеть, – вспомнила она слова веды. – Чистые. Грязные. Мне плевать. Но я должен признаться, что это ты помогла мне осознать свою силу. – Я? – Именно, – он усмехнулся. – В детстве я так хотел изучать с тобой некромантию, но отец и слушать не желал, говорил, что непосредственно ты переняла дар семьи Бланшетт. Как же я злился и завидовал. И я смог отвоевать себе хотя бы малую часть книги, которую ты так упорно от меня скрывала. – Что было на тех страницах, Реян? – Тебе и правда любопытно? – Просто хочу понять, какой вклад внесла во все это. – Вот это, как ты говоришь, – он обвел рукой спящих векторов. – И есть результат. Контроль душ. Вот о чем говорилось на тех злосчастных листах. Сначала я думал, что вырвал самые бесполезные страницы, ведь я не вижу призраков, как ты. Но Вирия, – он с наигранной грустью посмотрел на безжизненное тело. – Прознав про мой талант вводить людей в сон, растолковала, как я могу использовать свою силу на благо ритуала. – Значит, они спят, пока ты удерживаешь их души под контролем? – Вот именно! Ты их видишь только после смерти, а я могу держать во сне их всех. Возможно, изучи ты эту практику, смогла бы из людей делать рабов, но я же могу только использовать сон. Но и этого достаточно. Так бы мне пришлось держать векторов под замком, переживать, что они сбегут. – А я ведь пыталась оправдать тебя, Реян, – горько воскликнула Тетра, чувствуя, как по щекам бегут слезы. – Мальчик с тяжелым детством, потерявший любимую. Но… Голос девушки предательски задрожал. Собственное дыхание отдавалось набатом в ушах Тетры, а сердце гулко стучало о грудную клетку. – Но ты чудовище во плоти! – рот ее искривился от отвращения, и она плюнула в его сторону. – Я ненавижу саму мысль о том, что мы с тобой связаны кровью. Но Реян лишь рассмеялся на ее выпад. – Ты вольна думать обо мне все, что хочешь. А сейчас я продолжу то, что начал. – Я тебе не позволю! – У тебя нет выбора, сестричка. Если ты подойдешь ко мне, то уснешь точно так же, как и все они. Красная дорожка побежала из носа обезумевшего брата, и пару капель крови выступили в уголках глаз. Реян раздраженно провел по лицу. Он тратил много сил на удержание такого количества человек в магическом сне. То были издержки силы: чем больше берешь, тем больше отдаешь. Тетра кинула последний взгляд на Вильяма, который так и не пришел в себя, но чья грудная клетка равномерно поднималась и опускалась. – Прости, – прошептала она едва слышно. – Но я должна рискнуть. И в момент, когда рука Реяна с ножом была вознесена над телом одной из векторов, Тетра с криком бросилась на брата, намеренно привлекая его внимание и отвлекая от невиновной жертвы. Неуловимым движением руки он поймал сестру за руку и вывернул ее кисть до хруста. Красные пятна поплыли перед глазами Тетры, и она бесконтрольно упала перед ним на колени. – Глупая–глупая, Тетра, – раздосадовано поцокал он языком. – А ты – самодовольный болван! – Ты думаешь, что сможешь разозлить меня такими глупостями? – он скептически поднял бровь, и кровь из глаз потекла с удвоенной силой. – Спи, сестричка. Тепло заструилось по венам Тетры, а глаза налились свинцом. Но могла ли она поддаться этой магической атаке? И был ли брат достаточно силен, чтобы справиться с некромантом? Поборов в себе блаженную дремоту, она с силой распахнула веки и, пока Реян не осознал свой провал, ударила головой ему прямо в пах. Один раз. Второй. Он, согнувшись, отошел на пару шагов. – Но как? – прохрипел он не понимая. Тетра поднялась над ним в полный рост и с усмешкой на губах сказала – Ты не всесилен. Брать под контроль такое количество людей, это выше всяких похвал, но ведь и у твоего резерва есть конец. В подтверждение ее словам, тела лежавшие на постаменте, зашевелились: несильно, едва уловимо. Лэнгдон замычал во сне, потирая глаза. Скоро и он очнется. – Что ты наделала? – выкрикнул Реян, обнажив свои зубы, словно дикий бешенный зверь. Из уголков рта его закапала слюна. – Ты все испортила, идиотка! – Нет, Реян, это ты испортил все. Еще давным–давно, когда решил убить мою мать! Брат Тетры до боли сжал челюсти, одержимо следя за каждым ее движением. Он уже отошел от боли внизу живота и нервно сжимал и разжимал пальцы на рукояти ритуального ножа. Сейчас он был опасен как никогда. – Ты своим существованием изгадила мне детство, а теперь и всю жизнь. Тебе не место в мире людей. И только я могу исправить это недоразумение, – в конец обезумев, Реян подлетел к некроманту. Девушка, завидев переливающееся в его руках лезвие, попыталась отступить, но споткнулась о лежавшего на полу Лэнгдона. Тело стало крениться назад, но брат не позволил ей упасть. Он ухватил девушку за ворот, подтянул к себе и с силой всадил нож девичий в бок. Она с ужасом смотрела в глаза своей смерти, хватая воздух ртом. Боль стала расти и заполнять собой все ее тело. В глазах потемнело. Реян же, будто только сейчас осознав, что наделал, вынул нож из тела сестры и, почувствовав липкую жидкость у себя на пальцах, выбежал из бальной залы. Потеряв опору, девушка упала, окончательно лишившись чувств. Лужа крови растекалась по мраморному полу, служа отражением для Кровавой луны.