Глава 63

Лэнгдон пришел в себя, резко вздохнув, словно вынырнув из ледяной воды за глотком необходимого кислорода. Вокруг творилось нечто невообразимое: очнувшиеся векторы стонали и пытались слезть с постаментов. Кто–то плакал, кто–то стонал, а кто–то громко кричал. Голос был очень знаком сыщику. – Луиза? Он подорвался и стал осматривать помещения, ища среди людей свою любимую, но глаза зацепились не за нее, а за тело, неподвижно лежащее на полу. Именно над ним склонилась Луиза, громко крича: – Нейраби очнись! Не смей уходить, девочка! Слезы потоком лились из ее глаз, но она не обращала на них никакого внимания, силясь привести некроманта в чувства. – Кто–нибудь помогите! Лэнгдон вскочил и кинулся в их сторону, но чуть вновь не упал, почувствовав резкую боль в ноге. Чертов Реян! Его нигде не было видно, а значит, Тетра ценой своей жизни все–таки сорвала ритуал. Спасая людей, девушка пожертвовала собой. А ведь в этом была вся она: решительная, бесстрашная, сопереживающая. Некромант совершенно не ценила свою жизнь, но при этом дорожила судьбами других. Ох, девочка, что же ты наделала? – Лу, как она? – Лэнни? – глаза Луизы расширились от удивления, смешанного с облегчением, и она шмыгнула носом. – Лэнни, она умирает. И это было правдой. Лэнгдон отчетливо видел голубое свечение, окутавшее тело Тетры. А еще он видел толстую прочную нить выходящую из ее груди и связывающую ее с телом Вильяма. – Держись! – прошептал он умирающей и кинулся к другу. Он, минуя векторов, подлетел к Вильяму и стал трясти его за плечи. – Очнись! Голова Вила болталась из стороны в сторону, и казалось, что дело не увенчается успехом. Тогда сыщик, не придумав ничего другого, ударил друга по щеке и чуть не расплакался как мальчишка, когда глаза того распахнулись. – Какого черта? – попытался он возмутиться, но тут же схватился за грудь, в которую еще не так давно угодил пульсар. – Нет времени объяснять, Вильям. Идем! Он ухватил друга за руку и поволок за собой, словно тряпичную куклу. Времени совсем не оставалось. Вокруг Тетры собрались уже все вектора. Луиза, сидя у тела некроманта, призывала их помочь, но никто не мог понять, что вообще происходит в этой комнате и как они здесь оказались. В какой–то момент она даже попыталась воспользоваться своей силой, но резкая боль сдавила грудную клетку. – Я не понимаю… Женщина выглядела растерянной. Но при этом она продолжала и продолжала пытаться развернуть время вспять и вернуть девушку к жизни. К ней на колени опустилась еще одна женщина и, вытянув руки, сосредоточилась, но сразу же скорчилась от невыносимой рези в районе солнечного сплетения. Один за одним люди опускались рядом с телом Тетры, но никто так и не смог применить свою силу. Ритуал был запущен, но никто не знал, как его завершить. Лэнгдон замер. Он видел то, чего другие видеть не могли. Душа Тетры отделилась от тела и воспарила над ним. И в это же мгновение Вильям за его спиной согнулся пополам. Тетра умерла, но нить все еще держалась, хотя и натянулась до предела. – Вил! – Как же больно! – Вил, – он приподнял голову друга и пристально посмотрел в глаза друга, который еще не догадывался о случившемся. – Тетра умерла. – Что? Ты спятил? Он отпихнул сыщика в бок и на согнутых ногах подошел к кругу из человеческих тел, пытающихся спасти его девушку. Увиденное горячей лавой сдавило виски. Больше не чувствуя боли, он кинулся к той, что уже находилась за гранью. Лэнгдон же следил, как девушка, положив маленькую руку на голову горюющему мужчине, устремила взгляд куда–то ввысь. – Тетра, даже не думай этого сделать! Некромант резко обернулась на голос сыщика. – Все кончено, Лэнгдон, – с грустью в голосе произнесла она. – Скажи Вильяму… – Нет! – … что я люблю его. – Ты скажешь это сама! – Она здесь? – голос Вильяма ворвался в их разговор. Мужчина стал рыскать глазами по пространству, пытаясь увидеть или хотя бы почувствовать присутствие девушки. – Она прямо возле тебя. И все, что ее держит тут, это тонкая нить между вашими душами. Услышав это, парень вдруг зажмурился, силясь восстановить контроль над ситуацией, а потом заметался между векторами. – Есть способ, – крикнул он, и ухватившись пальцами за виски, попытался сконцентрироваться и собраться с мыслями. – Ритуал можно закончить. Лэнгдон отшатнулся от друга. – Ты хочешь их всех убить? Люди вдруг заволновались: кто–то встал, кто–то вновь заплакал, а кто–то попытался уйти из комнаты. – Стойте! – Вильям крикнул из всех сил. – Тетра рассказала мне, что Голос говорил об искреннем отказе от сил. – Мужчина говорил, что это больно, – выкрикнул один из векторов, нахмурив глаза. – Возможно, даже смертельно, – вторили ему голоса. Они сомневались. Призрак девушки начал нервничать. – Останови его, – попросила она, подлетев к Лэнгдону. – Голос предупредил, что это очень и очень больно! Я не хочу, чтобы люди страдали! Тетра выглядела так печально. Но сыщик понял для себя одно – что не может дать ей уйти. Ведь если бы не упорство некроманта, все бы здесь были мертвы. – Он прав! – крикнул он в беснующуюся толпу, устремив взгляд прямо на Луизу. Ведь ей, как и всем, придется пройти через муки ради спасения жизни. – Эта девушка спасла вас сегодня от смерти. Она не побоялась отдать свою жизнь ради этой цели. Разве миг боли не достойная плата? – Мы потеряем свою силу. Луиза подскочила: – Я добровольно отдаю свою силу ради этой девушки. Ничего кроме страданий этот дар мне не принес. Я готова остаток жизни прожить без этой ноши, но зато с гордостью за свой поступок и решение! Вильям и Лэнгдон с благодарностью смотрели на смелую женщину. Внезапно что–то изменилось. Тетра закричала, и дух ее стал развеваться, уносясь ввысь. Сыщик хотел предупредить всех, но Вильям, будто почувствовав это, кинулся к телу девушки и с силой прижал к себе. Душа некроманта замерла. Их связь хоть и истончилась, но Вильям не давал девушке уйти на Зов. – Я держу тебя, любимая! Ты должна терпеть ради меня. Не смей меня покидать, слышишь? Тетра заплакала и закрыла уши руками, стараясь противиться смертному призыву. Лэнгдон видел, что время пошло на считанные минуты. – Поспешите! И хоть были те, кто сомневался, но никто из находящихся здесь векторов не хотел слыть слабаком и трусом. Все хотели отдать дань храбрости Тетре. – Я отрекаюсь… – Отдаю дар добровольно… – … по собственной воле! Как только все произнесли свои слова, купол засиял красным светом, и вместе с душераздирающими криками нечто белое отделилось от каждого вектора и понеслось к телу Тетры. Казалось прошла целая вечность, наполненная тишиной и ожиданием, когда веки девушки вдруг зашевелились и она распахнула глаза. Ритуал завершился.