ГЛАВА 20

Я сидела на работе и мечтательно смотрела в окно, наматывая при этом локон волос на палец. Все мысли занимал Максим. Поездка на природу принесла мне много положительных эмоций. Для меня это было как глоток свежего воздуха. Два дня не виделись, только созванивались по телефону. За это время успела соскучиться по Ковалёву.

— Виктория Александровна, пройдите в мой кабинет, — услышала я голос Курсакова и вздрогнула от неожиданности.

— Хорошо, — выдохнула, поднялась с места и отправилась за начальником. Он пропустил меня вперед, а потом вошел следом. Поправил галстук и сел на свое место, открыл верхний ящик стола и вытащил оттуда конверт.

— Это премия за проделанную работу. Мы провели аудит в организации «Нефтяник», теперь на очереди другая фирма. Хочу, чтобы вы снова помогли аудиторам. Возьметесь? — поинтересовался Владимир Дмитриевич, протянув мне конверт.

— С радостью, — кивнула, ощутив, как вспыхнули щеки. Цепкий взгляд Курсакова пробирал до костей, казалось, что этот мужчина умел читать мысли и проникать в самые укромные уголки подсознания.

— У меня к вам одна просьба. Я сегодня должен присутствовать в суде, но совершенно не успеваю. Сможете отвезти все необходимые документы и зафиксировать то, что скажет судья? Доверенность сейчас на вас составлю. Попросил бы ребят из юридического отдела, но у них ни одной свободной минуты. К вам обратился, потому что вижу как вы добросовестно относитесь к работе.

— Если подробно расскажете, что нужно сделать, я без проблем отправлюсь на слушание дела, — пожала плечами. Мне нравилось выполнять различную работу, учиться чему-то новому. Курсаков одарил меня такой искренней улыбкой, что у меня дух захватило.

— Конечно, там ничего сложного, — уверил меня Владимир Дмитриевич. Получив подробную инструкцию о том, что мне нужно сделать, я отправилась в арбитражный суд.

В подобном месте никогда не была, с интересом рассматривала интерьер, сканировала взглядом людей, которые там работали. Деловые костюмы, задумчивые взгляды. Меня пригласили в кабинет. Заполнила все необходимые бумаги и внимательно слушала речь судьи, делая для себя пометки. На все ушло два часа. Курсаков разрешил не возвращаться на работу, поэтому собиралась поехать домой. Стоило выйти из здания, как завибрировал телефон. Сердце приятно защемило, когда увидела номер Максима.

— Привет, красавица! Чем занимаешься? — прозвучал голос Ковалёва, а у меня сладкие мурашки поползли по телу. В жар бросило стоило вспомнить наш страстный поцелуй в палатке. Хорошо, что Максим по пляжу всегда ходил в свободных шортах, иначе всем было бы заметно, как он на меня реагировал.

— Домой собираюсь. Курсаков отправил в арбитражный суд, я выполнила его задание, поэтому теперь свободна, — весело проговорила.

— Вика, это судьба, — хохотнул Максим, а я не поняла, что его так развеселило, а потом услышала, как мне посигналил автомобиль. Взглядом пыталась отыскать откуда раздался звук. Машина Ковалёва появилась на горизонте. — Я был в соседнем здание, отвозил документы на подпись. Раз ты освободилась, я тоже не стану возвращаться на работу.

Я улыбнулась и покачала головой. Максим остановил автомобиль напротив меня, приглашая сесть. Стоило оказаться в салоне, как крепкие мужские руки притянули меня к себе. Ковалёв захватил в плен мои губы и целовал так страстно, требовательно, проникновенно, что не осталось сомнений в том, что он тоже дико по мне соскучился. У меня бабочки запорхали в животе, кровь устремилась по венам. Заметила горящий взгляд Макса и дыхание сбилось.

— Я обещал тебе подарок за победу в стрельбе, вот держи, — заявил он, протянув мне красную коробочку, а я облизнула пересохшие от волнения губы и удивленно захлопала ресницами.

— Какая красота, — выдохнула, пальцами провела по золотому кулончику, сделанному в виде английской буквы «V», украшенному бриллиантовой крошкой. — Спасибо. Очень приятно, но не стоило так тратиться.

— Захотелось порадовать тебя, — пожал он печами. — Как на счет того, чтобы отправиться сегодня в кино?

— Хорошо, только сперва заедем ко мне домой? Хочу переодеться.

Не желала ехать в кинотеатр в строгой официальной одежде.

— Все, что пожелаешь, — подмигнул мне Максим, а я не удержала улыбку. Любовалась Ковалёвым. Деловой стиль ему чертовски шел. Светлая рубашка, темные брюки, начищенные до блеска ботинки.

— Максим Александрович, вы меня так разбалуете, — усмехнулась я.

Ковалёв одной рукой держал руль, а второй нежно провел по моей ноге. У меня кожа горела от его прикосновения, дыхание сбилось. Сердце замерло, когда его теплая ладонь переместилась под юбку, остановившись на внутренней стороне бедра. Прежде чем я успела хоть как-то отреагировать на это, Максим, как ни в чем не бывало, плавно вернул руку мне на колено. Я с шумом втянула в себя воздух, пытаясь справится с нахлынувшей волной возбуждения. Ковалёв будто специально ненавязчиво дразнил меня, не давил, не намекал на близость, но делал все, чтобы я его желала.

Максим оторвал взгляд от дороги и посмотрел на меня так пленительно, что мурашки поползли вдоль позвоночника. Он сводил меня с ума. Никогда бы не подумала, что смогу вот так легко испытать влюбленность.

— Девушки для того и созданы, чтобы их любили и баловали, — улыбнулся он. — Так что Виктория Александровна, привыкайте.

Всю дорогу до дома мы болтали на разные темы, шутили, смеялись. Ковалёв принес в мою жизнь кусочек света, подарил свое тепло и заботу, и я тянулась к нему, как мотылек к огоньку.

Мы с Максимом вошли в квартиру. Дома никого не оказалось. Леша и мама были на работе, а Оля повела Ванечку на развивающие занятия. Она занималась с ребенком, постоянно записывала его в различные кружки.

Я пригласила Ковалёва в свою комнату. Он внимательно скользил взглядом по фотографиям, которые висели на стене в рамках.

— Моменты, когда ты была очень счастлива? — поинтересовался Максим, кивнув в сторону снимков. Взял со стола книгу, которую я собиралась прочитать и улыбнулся. — Мне тоже нравится этот автор. Все серии дома есть, если захочешь, дам почитать.

У меня брови взлетели от удивления. Ого! Значит у нас действительно много общего.

— Обязательно воспользуюсь твоим предложением, — ответила, утонув в омуте его глаз. — Ты прав, здесь все моменты, когда я была очень счастлива.

— Придется постараться, чтобы ты сюда повесила наше совместное фото, — подмигнул он мне, а я не удержала улыбку. Достала из шкатулки золотую цепочку и повесила на нее кулон.

— Не то слово, — заявила я, взяла вещи с полки и отправилась переодеваться в комнату брата. Надела приталенное темно-синее платье с красивым декольте. Когда Максим увидел меня в этом наряде, присвистнул, посмотрел с восхищением, а у меня бабочки запорхали в животе. Хотелось, чтобы Ковалёв всегда так на меня смотрел, будто я самый прекрасный цветок на планете.

— Потрясающе выглядишь. Не хватает только одной детали, — проговорил он и взял со стола золотую цепочку, на которую я успела повесить подаренный кулон. Ковалёв подошел ко мне, осторожно откинул мои пряди волос за спину, провел пальцами по шее, прикоснулся к бешено пульсирующей венке, спустился к ложбинке, а я затаила дыхание.

— Позволишь? — выдохнул он, осторожно развернув меня к себе спиной. У меня сердце чуть не выскочило из груди, когда Максим повесил мне на шею цепочку, застегнул карабин, а потом губами проложил путь от плеча к мочке уха. Я задрожала как осиновый лист, между ног стало влажно, а желание острыми иглами вонзалось под кожу. Судорожно сглотнула.

— Вот теперь идеально, — прошептал он мне на ухо, обжигая своим дыханием, а я прикусила губу, чтобы удержать стон. Хотелось большего, чтобы Максим схватил меня и сжал в своих объятиях, но он будто специально этого не делал, разжигал во мне огонь, дразнил. Желала броситься в омут с головой, но потом останавливала себя. Нельзя идти на поводу эмоций. К тому же с Ковалёвым встречаемся всего несколько дней, мне требовалось время, чтобы привыкнуть к нему, довериться.

Я развернулась, смотрела в зеленые глаза, которые заволокло пеленой страсти и боялась пошевелиться, казалось, что стоит моргнуть и окажусь на диване придавленная тяжелым мужским телом. Максим хорошо умел контролировать свои эмоции, быстро взял себя в руки и поинтересовался:

— Готова? Поехали в кино.

Стоило мне сделать два шага, в сторону выхода, как Максим поймал меня за руку и резко дернул на себя. Я по инерции впечаталась в его твердую грудь. Ковалёв впился в мои губы своими губами, целовал страстно, с жадностью. Я на миг потеряла связь с миром. Обхватила его затылок, пальцами сминала волосы, растворялась в эмоциях, горела, плавилась и казалось, что еще немного и лишусь рассудка. Где-то на темной стороне подсознания закралась мысль о том, что хочется плюнуть на все правила и отдаться во власть этого мужчины. Максим умел сводить с ума. Его теплые ладони скользили по моей спине, спускались ниже, дразнили, прикасаясь к бедрам. У нас дыхание стало тяжелое и рваное, пульс зашкаливал. Ковалёв будто почувствовал, что мы приближаемся к точке невозврата, отстранился, взял за руку и повел в коридор. На пороге квартиры Максим снова притянул меня к себе, покусывал мои губы, а потом бережно зализывал укус языком. Мне уже не хотелось никуда идти, мышцы налились свинцом, появилось приятное томление внизу живота.

— Так бы тебя и съел, — выдохнул Ковалёв мне на ухо, укусил за мочку уха, а я не удержала стон наслаждения. — Но чтобы ты не считала, что мне от тебя только секс нужен, придется держать себя в руках.

У меня мурашки побежали по спине от его слов, смотрела в зеленые глаза и земля уходила из под ног. Околдовал!

Максим отстранился от меня, подхватил с полки мою сумочку и кофточку, которую взяла с собой на тот случай, если вдруг будем возвращаться поздно. Ковалёв открыл дверь, пригласив на выход. Я не удержала улыбку, взяла его за руку и мы вместе вышли на лестничную площадку. Украдкой бросила взгляд на дверь соседней квартиры и сердце неприятно кольнуло. Еще недавно считала, что моя судьба связана с Поляковым, но как оказалось, у нее другие планы на меня. Жизнь двигалась дальше, свела меня с Максом. Хорошо это или плохо? Этого я еще не знала, да и не возможно определить верную ли тропу выбрал каждый из нас.

Максим открыл передо мной дверь автомобиля, подождал, когда я устроюсь на переднем сиденье, а потом сел за руль. Всю дорогу до кинотеатра мы общались, веселились. Когда останавливались на светофоре, Макс меня целовал так страстно, что дух захватывало. К реальности нас возвращал сигнал машин, стоящих позади. Выбрали романтичный фильм. Максим купил билеты на последний ряд.

— Специально выбрал места для поцелуев? — пошутила я, а Ковалёв лукаво прищурился.

— Что-то типо того, — подмигнул он мне.

В будний день людей в кинотеатре оказалось очень мало. Мы заняли свои места и приготовились к просмотру фильма. Свет погас, на огромном экране начался филь, вот только у меня не получалось сосредоточиться на сюжете. А все потому, что Ковалёв, притянув меня к себе, нежно покусывал шею. У меня от его действий разум отключался. Хотела шикнуть на него, чтобы не мешал смотреть, но не стала, потому что чертовски было приятно, не хотелось, чтобы он останавливался. Хитрый черт! Сообразил, что на своей территории, я его оттолкну, заманил в кино. Я напряглась, когда теплая ладонь опустилась мне на колено. Максим очень медленно вел рукой вверх, нежно поглаживая мою кожу. У меня дыхание сбилось. Стало любопытно насколько далеко он рискнет зайти? Когда его ладонь скользнула мне под платье, я резко накрыла его руку своей, чтобы остановить, но не тут то было. Ковалёв ловко подавил мое сопротивление. Одной рукой зажал мои запястья, не позволяя мне мешать задуманному, а второй рукой снова медленно и мучительно прокладывал тропинку от колена до внутренней стороны бедра.

— Что ты делаешь? — шикнула на него, грозно посмотрев. Однако заметив смешинки в его взгляде, оттаяла.

— Вика, не мешай мне фильм смотреть, — усмехнулся он, сделав вид, что ничего не происходит.

Не удержала нервный смешок. Кто кому мешает, вопрос, конечно, очень спорный.

Попыталась освободить руки, но Макс держал мои запястья мертвой хваткой. Положил мне на колени кофточку, которую я взяла с собой, тем самым прикрыв от посторонних глаз то, что вытворяла его рука. А она бесцеремонно скользнула дальше и прикоснулась к кружеву. Я с шумом втянула в себя воздух и судорожно сглотнула. Бросило в жар, в висках адреналин стучал, а сердце был готово выскочить из груди. Хорошо, что в кинотеатре было всего человек десять и все они сидели на первых трех рядах. Нас не могли увидеть, но все же, происходящее будоражило кровь, приносило невероятную остроту ощущений.

Максим с невозмутимым видом смотрел фильм, и никто бы в округе не догадался, что в тот самый момент он безжалостно меня пытал. Его пальцы не знали пощады, то нежно прикасались к кружеву, то дерзко. У меня звездочки мельтешили перед глазами, тело налилось свинцом, ерзала на месте, мечтая о большем, но Максим специально дразнил, не давал мне желаемого. Я искусала губы в кровь, посмотрела на него с мольбой.

Максим наклонился и прошептал мне на ухо, будоража сознание, проникая голосом под кожу:

— Станем на шаг ближе? Или мне прекратить?

Часть меня хотела вырваться из плена, но тогда бы я привлекла к себе ненужное внимание. Другая же половина, та, что вечно нашептывала глупости и сбивала с правильного пути, призывала согрешить. Всю жизнь жила, стараясь вести себя достойно и правильно, а тут словно бес попутал. Вернее желания вышли на первый план. Не стала ему ничего отвечать, лишь разжала ноги, предоставив его руке больше свободы. У меня щеки пылали, а сердце билось с такой силой, что едва не выскочило из груди. Победная улыбка Максима и раздражала и чертовски волновала. До чего же он хорош! Мне в нем нравилось буквально все: и чувственные губы, которые умели целовать так, что земля уходила из под ног, и глаза зеленые, в которых то черти плясали, то пламя бушевало, и взгляд порой теплый, а иногда колючий. Он волновал мою душу, ломал барьеры, шел к моему сердцу уверено и напролом.

Его пальцы бесцеремонно отодвинули промокшее кружево в сторону и проникли внутрь. Я едва не задохнулась от наслаждения, разлившегося по телу. Он сводил меня с ума своими действиями, проделывал со мной что-то невероятное, отчего голова кружилась и терялась связь с миром. Его губы накрыли мои в настойчивом, требовательном поцелуе. У нас обоих сбилось дыхание. Максим целовал шею, обжигая своим горячим дыханием, покусывая кожу зубами. Меня лихорадило, пыталась удержать стоны. Мы смотрели друг другу в глаза. Его взгляд лишал воли, рассудка, порабощал. Мне было невероятно приятно, но в тоже время безумно стыдно. Щеки пылали. Как я ему в глаза смотреть буду, когда свет включат? Но тут же накатывали волны наслаждения и было уже на все плевать. Я отдавалась на волю эмоциям. Максим впился в мои губы, поглотив крик. Я рассыпалась в его руках, разлетелась на атомы. Зажмурилась, получив долгожданно освобождение. Ковалёв осторожно убрал руку, поправил мне платье, а потом отпустил запястья. Показалось, что с меня сняли кандалы. Боялась пошевелиться, нерешительно положила голову ему на плечо, а он поцеловал меня в макушку. Сердце стучало где-то в висках, разгоняя кровь по венам, адреналин зашкаливал. И почему все запретное такое сладкое? Осознавала, что мы повели себя не пристойно, но в то же время это чертовски заводило.

Когда включили свет, я затаила дыхание, щеки горели, не знала, как смотреть Максиму в глаза. Ковалёв же сделал вид, будто ничего не произошло. Он обнял меня за талию, вместе вышли из кинотеатра.

— Как на счет того, чтобы съездить перекусить? — поинтересовался Максим, крепче сжав мою талию. У меня мурашки поползли по телу. Бросила на него взгляд исподлобья.

— Что? — вскинул он брови, буравя меня взглядом. — Почему так смотришь на меня?

— Максим Александрович, вы себя плохо ведете, — заявила я, скрестив руки на груди. Ковалёв улыбнулся, в глазах черти плясали. Притянул меня к себе и прошептал на ухо:

— Виктория Александровна, но вам же понравилось, иначе оказали бы более убедительное сопротивление.

Уперлась ладонями в его твердую грудь, чувствовала, как под моей рукой колотилось его сердце. Я волновала его. Осознав это, тепло разлилось по венам.

— Ты рядом со мной все время сдержанна и напряжена. Вот решил немного обломать твои колючки, — заявил он, сорвав с моих губ легкий поцелуй. — А теперь поехали в кафе. Знаю одно уютное место, тебе там точно понравится.

— Ладно, уговорил, — ответила, решив сменить тему.

Максим переплел наши пальцы и потянул за собой в сторону автопарковки. До машины не дошли, потому что Ковалёв снова прижал меня к себе и впился в губы страстным поцелуем. Максим покусывал мои губы, а потом нежно зализывал языком место укуса, его взгляд порабощал, заставлял меня таять.

— Ты такая сладка, от тебя невозможно оторваться, — выдохнул он, обхватив мои щеки ладонями. У меня сердце грохотало так, что едва не оглушило. — Пойдем, Макарунчик, а то вместо ужина точно тебя съем, — улыбнулся Макс, а меня будто прострелило. Причем пуля прошла через сердце, разорвав его на части. Я замерла, не могла сделать вдох. По щекам градом покатились слезы. Ковалёв с беспокойством смотрел на меня и ничего не понимал. У него брови сошлись на переносице, следил за мной не моргая.

— Викуль, прости, если обидел, — выдохнул он и прижал меня к себе, лихорадочно целовал щеки, стирал подушечками больших пальцев мои слезы. Меня трясло как в лихорадке.

— Как ты меня назвал? — спросила осипшим голосом, облизнув пересохшие губы.

— Макарунчик… Ты такая сладкая, что напомнила мне десерт, который пробовал, — насторожился Макс, а я зажмурилась, глотая слезы. Что за насмешка судьбы?

— Никогда больше не называй меня так. Никогда! — зашипела, оттолкнула его от себя, обхватила себя руками и поспешила прочь. Слезы текли ручьем, ничего не видела на своем пути. Понимала, что Ковалёв не специально, но все же вспорол мне внутренности тупым ножом. Услышала быстрые шаги за своей спиной. Максим догнал меня в два счета, молча подхватил на руки и потащил к своей машине. Видела, как ходили желваки на его скулах, как бешено пульсировала венка на шее, в глазах лед отразился. Скован, сдержан… Наверное, я выбила почву у него из под ног. Ковалёв открыл дверь автомобиля и посадил меня на переднее сиденье. Опустился на корточки и взял мои руки в свои, легонько сжал и виновато посмотрел в глаза.

— Кажется, я догадался, что случилось. Прости меня за то, что навеял на тебя воспоминания. Ведь в этом все дело?

Я утвердительно кивнула головой, смахнув ладонью слезы.

— Вика, прости, — выдохнул он, а я нежно провела пальчиками по его руке.

— И ты меня прости. Никак не отпущу прошлое, пора учиться жить заново. Поможешь? Хочу двигаться вперед и не смотреть назад.

— Вика, лучший способ исцелить раны — написать новую историю со счастливой концовкой. Я понимаю, почему ты боишься довериться мне. Тебя обидели, и ты не хочешь снова страдать. Не подпускаешь меня к себе, чтобы не привязаться, не привыкнуть к моему присутствию в твоей жизни. Но я не из тех, кто уходит от трудностей. Я буду рядом с тобой, потому что ты мне не безразлична. Постоянно о тебе думаю. Так порой бывает… Раз и человек становится для тебя значимым, родным и близким и не хочется с ним расставаться. Вика, все, чего я желаю, чтобы ты была счастлива, чтобы твои глаза светились, — прошептал он, а я затаила дыхание смотрела на него и теряла связь с миром.

— Твои слова очень похожи на признание в любви, — шмыгнув носом, проговорила я и попыталась улыбнуться.

— Ну… Как бы… Это они и были, — серьезно ответил Макс и опустил взгляд на наши переплетенные пальцы, а у меня сердце замерло в груди. Не знала, что сказать.

— Домой тебя отвезти или все-таки вместе поужинаем? — перевел он тему.

— Поехали в кафе, я чертовски голодная, — призналась, тяжело вздохнув.

Всю дорогу ехали молча. Ковалёв бросал на меня задумчивый взгляд, а я ушла в себя с головой. Смотрела в окно, теребила ремешок от сумки и прокручивала в голове слова Ковалёва. Вроде признался в любви, но в тоже время и не сказал заветную фразу, словно боялся этим спугнуть.

Кафе, которое выбрал Максим, действительно пришлось мне по душе. Уютное место, посетителей мало. Мы заняли столик у окна, заказали себе мясо с картошкой и салаты. Пока ждали, когда приготовится, общались. Напряжение между нами спало.

— На этих выходных Роман позвал к себе на дачу. Поедем? — поинтересовался Макс.

— Можно я возьму с собой подругу Катю? — спросила, мечтая пристроить ее в хорошие руки, а то у нее никак не складывалось с мужчинами.

— Конечно, — кивнул Максим.

— Хочу задать вопрос, но он очень личный, — тяжело вздохнула, искусала губу от волнения.

— Вика, расслабься. Спрашивай все, что хочешь, уже говорил, что отвечу на любой вопрос, — заявил Ковалёв, сложив руки на столе.

— Ты любил Карину? — проговорила на одном дыхание. Заметила, как в глазах Макса промелькнуло что-то дьявольское. Его кулаки непроизвольно сжались.

— Теперь не знаю… Думал, что любил, но скорее всего это была лишь страсть. После того, как она предала меня, лишила лучшего друга, ничего кроме отвращения и горечи не испытываю, — ледяным тоном проговорил он, перевел взгляд в окно. Мне кажется, я каждой клеточкой уловила его боль. Как бы он не пытался скрыть от меня истинные чувства, это ему плохо удалось. Переживал он из-за прошлого, конечно не так, как я, но все же…

— А почему Роман один? Он мне понравился. Хороший парень, — перевела я тему. Поежилась, заметив ревнивый взгляд Макса. У него на скулах желваки ходили, а в глазах молнии сверкали.

— Роман, значит, понравился, — выдохнул он, буравя меня тяжелым взглядом. Я не удержала смех. Это все нервы.

— Максим! Не в том плане, в котором ты подумал. Рому мы с Катей сведем, мне кажется, они идеально друг другу подойдут. Просто стало любопытно, почему он один, — проговорила я.

Ковалёв заметно расслабился, откинулся на спинку стула.

— Была у него девушка. Любил он ее до одурения. Поссорились они, разбежались на полгода. Когда он остыл и пришел к ней мериться, узнал, что она замуж выходит. Пока они в ссоре были, Анфиска другого встретила и залетела от него. Свадьбу быстро сыграли. Роман тогда чуть с собой не покончил. С тех пор серьезные отношения не строит. У каждого из нас своя история, свой шрам на сердце. У кого-то царапина, у других клока не хватает. Но в любом случае все мы проходим через боль потери и предательства. Так нас судьба учит жить.

Мы еще немного посидели в кафе, а потом Максим отвез меня домой.

На следующий день я пригласила его в гости и познакомила со своей семьей. Маме Ковалёв сразу приглянулся. Максим быстро нашел общий язык с Лешей и Олей. Даже Ванечка показал ему свои игрушки. Когда Ковалёв ушел, я стояла на кухне, мыла посуду, мысленно радовалась тому, что мой парень пришелся по душе родным.

— Мне кажется, что Максим влюблен в тебя, — сказала Оля, присев за стол.

— Я тоже самое чувствую к нему. От одного его взгляда бабочки порхают в животе, а когда он меня целует, то будто крылья за спиной расправляются. Вот только летать теперь боюсь, — вздохнула, отставив чистую посуду в сторону. Прав был Макс, сдержано вела себя с ним, боялась подпустить к своей душе. Вот только как ни старалась, этот человек все же проник в мои мысли и сердце.

— Он весь вечер с тебя взгляд не спускал, будто готов был в любую секунду заслонить от пули. А еще понравилось, как он незаметно то в висок тебя поцелует, то в плечо, то по коленке погладит, то за руку возьмет. Словно не может не прикасаться к тебе, — улыбнулась Оля, откусив печенье. Я села за стол рядом с ней и покачала головой.

— Значит, шпионила за нами весь вечер, — хохотнула я. Она была права, Максим действительно все время оказывал мне знаки внимания.

— С ним ты другой становишься. В глазах блеск появился, а еще вы смотрите так друг на друга, будто мысленно общаетесь. Искренне хочу, чтобы ты счастлива с ним была, — прошептала Оля и сжала мою руку.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Он действительно исцеляет мою душу, дарит тепло и надежду на лучшее будущее.

— Знаю, что ты не хочешь говорить об одном человеке… Но я все же скажу. Макар допытывается у меня, действительно ли у тебя серьезно с Максимом. Мы вчера у него в гостях были. И я, и Леша отказались про тебя рассказывать, так он психовал, ревнует до потери разума. Мне Оксану очень жаль. Ведь она видит, как он с ума по тебе сходит, как срывается и спит со всеми подряд, а она сидит и ждет его. Говорит, что любит, поэтому и принимает его после загулов. Она боится, что ты Макара простишь… Сказала, что не переживет этого.

— Передай ей… — судорожно сглотнула. Разговоры про Полякова из меня душу вытягивали. — Скажи, что у меня теперь есть Максим, что у нас с ним все серьезно. У Макара был шанс, он не смог сделать меня счастливой. Так что не вернусь к нему. Да и чем больше времени проходит, тем легче бороться с чувствами. Я всегда буду его любить, но пути наши разошлись. Так же и Андрей, он навсегда останется в моем сердце, но с ним ничего не выйдет. Теперь вот Максим занял свое место в моем сердце, к нему совсем другие чувства, но они тоже вскружили голову.

— Разве человек любит не один раз и на всю жизнь? — нахмурилась Оля.

— У большинства именно так и происходит, но есть люди, подобные мне… Такие, которые умеют любить несколько раз, просто каждый раз, это новые эмоции, и они не сравнимы между собой. Это как мать, которая любит своих детей, даже если один из них сорванец и непоседа, а второй послушный. У нее к каждому малышу свои эмоции, но тем не менее каждый дорог по-своему. Вот и у меня так. Пока была с Макаром с ума сходила по нему, жизнь бы отдала за этого человека не раздумывая. Никогда бы не смотрела по сторонам, всю себя подарила Полякову, а он предал. Жестоко вонзил нож в спину, а тем самым уничтожил все… Сердце будто на осколки разлетелось, все, что было между нами превратилось в прах. И в душе остались лишь отголоски тех чувств, которые я к нему испытывала. Теперь туда добавилась горечь и боль. Андрей сумел вернуть меня к жизни, затянул на некоторое время раны. Я только начала оживать рядом с ним, в груди снова появилось тепло и сердце замирало от прикосновений. Мне дорог Калинин, люблю я его, но иначе. Когда он предал, вновь внутри все на осколки разлетелось. И уже те чувства, которые зарождались, не смогут ожить. Теперь я к нему отношусь как к другу, очень близкому, который много для меня значит. Максим… Он ведет себя непредсказуемо. Своей заботой, вниманием, жаркими поцелуями заставляет мое сердце учащенно биться. Что-то светлое появилось в моей душе. Зародилось маленькое зернышко новой любви. И теперь все в его руках. Если не оступится, то распустится на выжженной земле цветок. Максим уже занял все мои мысли, только о нем и думаю. Не сравниваю его с прошлыми парнями, не ищу сходств. Он для меня новый человек, мне нравится узнавать его, тянет к нему как магнитом. Ковалёв дорог мне. Он только ушел, а я уже безумно скучаю по его улыбке, по взгляду, по прикосновениям. Поэтому мое сердце умеет наполняться новыми эмоциями. Если бы Макар не отравил нашу любовь, то никто бы не смог проникнуть в мои мысли, ни один бы мужчина не встал между нами. Теперь я с Максом, и никого другого не замечаю. Буду предана ему, сделаю все, чтобы сохранить те чистые, светлые чувства, которые возникли между нами, — проговорила я.

— Я тебя понимаю. Если бы у нас не сложилось с Лешей, я бы тоже открыла свое сердце другому, попыталась научиться жить заново и обрела бы счастье, — выдохнула она, крепче сжав мою руку.

— Секретничаете? — поинтересовался брат, появившись на пороге кухни. — Я Ванечку искупал, спать уложил.

— Спасибо, любимый, — улыбнулась Оля. Леша сорвал с ее губ поцелуй и сел с нами за стол.

— Я пообщался с Максом наедине, когда курить выходили на балкон. Отличный парень, настроен серьезно. Уверил меня в том, что не обидит тебя, — заявил Леша, а я поперхнулась чаем. Оля похлопала меня по спине.

— Наверное, наша Викуля станет в будущем Ковалёвой, — подмигнула мне она, а я закатила глаза.

— Надеюсь, что она нас с тобой не забудет на свадьбу пригласить, — улыбнулся Леша и притянул меня к себе, обнял. — Мы с Олей хотим, чтобы ты счастливой была. Переживаем за тебя. Видели как ты поникла, ушла в себя, а сегодня впервые за долгое время заметили, что ты ожила. Смотрела на Макса так, что все стало ясно без слов.

— Не хочу загадывать. Пусть все будет так, как суждено. Больше не стою планов и не смотрю в будущее, вам ли не знать, как судьба порой бывает непредсказуема.

— Мы за тебя кулачки держим, — улыбнулась Оля.

Я обняла их с Лешей, пожелала им спокойной ночи и отправилась спать.

Незаметно пришли выходные. Мы с Катей собрали вещи и ждали, когда за нами приедет Максим и Роман. Подруга заметно нервничала. Вот только, как оказалось, напрасно. Стоило ей увидеть Рому, как глаза засияли. Я сразу поняла, что парень пришелся ей по вкусу.

Всю дорогу до дачи общались, смеялись и здорово проводили время. По пути заехали в торговый центр, чтобы купить продуктов. Взяли тележки, бродили из отдела в отдел. Максим все время придерживал меня за талию, постоянно срывал с моих губ поцелуи. Наверное, со стороны мы казались молодоженами, у которых в разгаре медовый месяц. Роман был очарован Катей. Это и не удивительно, она очень симпатичная девчонка.

— Нам долго ехать? — поинтересовалась у Макса, когда стояли на кассе.

— Да, у Романа дача за городом. Примерно полтора часа, может чуть больше, если попадем в пробку, — ответил Ковалёв.

— Я тогда в туалет сбегаю, чтобы по пути не останавливаться, — прошептала ему на ухо, на что Макс кивнул.

Катя не захотела идти со мной, поэтому я отправилась одна. Не стала ждать ребят, решила, что успею вернуться до того, как они оплатят продукты.

Подошла к зеркалу, помыла руки, повертелась вокруг своей оси. Синие шорты и белый топ, волосы распущены, на макушке солнечные очки. Выглядела отлично, пропали круги под глазами и худоба. Действительно влюбленный человек расцветает. Я открыла сердце Максиму, позволила новым эмоциям затопить меня с головой, заперла на замок мысли о прошлом, чтобы они не просачивались и не отравляли меня подобно яду.

Вышла из туалета и вздрогнула. Напротив меня стоял Макар, испепеляя убийственным взглядом. Я судорожно сглотнула. Посмотрела за его спину, в длинном коридоре как на зло не было ни одного человека. Застыла на месте, боялась пошевелиться. Казалось, что стоит сделать шаг и Поляков набросится на меня. У меня дыхание сбилось. В тот момент пугало только одно… Опасалась, что нас увидит Максим. Не желала причинять ему боль. Мне бы тоже было неприятно застукать его наедине с Кариной. Поэтому решила заскочить обратно в женский туалет и оттуда позвонить Максу, чтобы встретил меня. Вот только стоило броситься к спасательной двери, как Поляков мгновенно среагировал. Схватил меня за руки, притянул к себе, зажал рот ладонью и затащил в подсобное помещение. У меня сердце грохотало в висках, адреналин расплескался по венам. Начала дергаться в его руках, пытаясь освободится.

— Как же удачно, что ты пошла в туалет одна. Как только заметил тебя в торговом зале, следил за тобой на расстоянии. Ну, что любимая… Поговорим? — прорычал он мне на ухо, вызывая панику. Боже! Он когда-нибудь оставит меня в покое? Сердце больно сжалось. Этот до боли родной голос, будоражил воспоминания, крепкие руки, запах… Я зажмурилась, пытаясь совладать с эмоциями. Однако стоило прикрыть веки, как перед мысленным взором возник образ Максима. Его улыбка, зеленые глаза, взгляд, который пробирал до костей… Ковалёв стал центром моей вселенной. Мне хотелось прижаться к нему, почувствовать себя в безопасности. Он дарил тепло, уверенность в завтрашнем дне, был дорог мне. Меня затопила злость на Макара, ведь он своими действиями мог разрушить то хрупкое, что возникло между мной и Ковалёвым. Впервые настоящее победило прошлое. Разум оставался ясным, отогнала от себя фрагменты прошлого.

Макар прижал меня к кафельной стене, раскинул руки по обе стороны от моей головы, тяжело дышал, а вот я наоборот, обрела спокойствие и уверенность. Потому что знала, чего хочу. Желала быть с Максимом, не хотела теребить старые раны.

— Нам обязательно разговаривать в этом помещение? Если хочешь общаться, то я не против. Давай видеться, как друзья, — заявила я, а Макар поморщился так, будто я его ударила скалкой по голове. — Хотя… Нас сложно назвать друзьями.

— Серьезно? Теперь ты с ним? Вика, я люблю тебя. Может, хватит издеваться на до мной? — прорычал Поляков, а я нахмурилась.

— Никто над тобой не издевается, Макар, — спокойно проговорила. Удивилась, как легко реагировала на присутствие Полякова. Время действительно лечит, научилась жить без нег, смирилась с тем, что наши дороги разошлись. — Да, я теперь встречаюсь с Максимом.

— Вика, — выдохнул он, нежно провел пальцем по моим губам, а я затаила дыхание. — Прошу… Вернись ко мне. Не ломай наши жизни. Он тебе не пара. Он никогда не будет любить тебя так, как я.

У меня вырвался нервный смешок. Покачала головой и строго посмотрела в глаза Макара. Ледяные мурашки пробежали по моей спине, заметив в его взгляде боль.

— Что принесла мне наша с тобой любовь? Лишь боль и разочарование. Макар… Ты мне очень дорог, но назад дороги нет. Наши судьбы разошлись, будь счастлив. Просто отпусти меня. Ты мне не брат, не муж, даже другом сложно назвать… — но Макар перебил меня.

— Я тебе не муж, не брат, не друг, тогда кто я для тебя? Вика, ответь, черт возьми, кто я для тебя? Ведь вижу, что до сих пор любишь. В твоих глазах легко прочесть эмоции, — рявкнул он, ударив кулаком в стену, рядом с моей головой. Я вздрогнула и судорожно сглотнула. Хороший вопрос… Не раз себе его задавала.

— Ты всего лишь призрак моего прошлого… — сказала с шумом втянув в себя воздух. — Тот, кого я любила больше жизни, тот, кого никогда не смогу забыть, тот, кто навсегда остался в моем сердце, тот, с кем мне никогда не быть, тот, кто стал лишь призраком… Напоминанием о прожитых счастливых днях.

— Призрак, говоришь? — процедил он сквозь стиснутые зубы, снова ударив кулаком об стену. Я вздрогнула, но продолжала смотреть в его глаза. Мне было чертовски больно. В тот момент вырывала этого человека из своей души с корнем, осознавала, что причиняла ему боль своими словами, но хотела уничтожить его надежду на то, что будем когда-нибудь вместе. Желала, чтобы он отпустил меня и был счастлив, чтобы начал все с чистого листа, а не держался за прошлое. Невозможно построить прочный фундамент на зыбучих песках. Макар не умел быть преданным, он изменял Оксане… Понимала, что его сущность не переделать. Если прощу, он вновь сорвется, а я не хотела больше страдать. Как никогда я была уверена в том, что моя судьба — это Максим. Я не знала, пожалею о своем выборе или нет, но сердце подсказывало, что Ковалёв тот самый. Ведь рядом с ним я не смотрела назад, расцветала, окуналась с головой в водоворот новых эмоций, интуитивно верила Максиму, потому что он был не такой, как Макар.

— Знаешь в чем минус этого статуса? — зашипел Поляков, приблизившись ко мне так близко, что уловила его горячее дыхание на своих губах. — В том, что призраки всегда рядом, даже если мы их не видим. Я всегда буду присутствовать в твоей жизни. Сейчас я уйду, раз ты этого хочешь, скроюсь с глаз, но стану выжидать момент, когда твой новый жених допустит промах. Я тебе говорил, что все мужики изменяют, кто-то это делает умело, скрывая, чтобы не ранить половинку, а кто-то в открытую. Рано или поздно и он тоже наступит на те же грабли, что и я. Ты его прогонишь, а я буду рядом, чтобы утешить. Призракам свойственно появляться из ниоткуда.

— Максим со мной так не поступит! Он знает, что я не прощу измену и не потеряет меня. Не суди всех по себе, Макар, — возмутилась я, уперлась ладонями ему в грудь, чтобы оттолкнуть.

— Готов поспорить, — прорычал он. — Когда это случится, Максиму присвоишь статус призрака, а я вернусь в твою жизнь. Считаешь, что нашла принца? Что же еще вспомнишь мои слова.

— Отстань от меня, Макар! — рявкнула я. Меня затопил гнев, с силой толкнула его, пытаясь освободиться. Удалось вырваться из плена, выскочила из подсобного помещения. Вот только вновь оказалась в руках Полякова.

Он пытался меня поцеловать, а я боролась и сопротивлялась, била его руками и ногами. Поляков с силой припечатал меня к стене и все же впился в мои губы, а мне кричать хотелось от боли, которая возникла к груди. Все внутренности вспорол, душу перевернул. Как же я устала.

— Убери от нее руки, — рявкнул Максим. В тот же момент я ощутила свободу. Ковалёв со всей силой ударил Макара, разбил ему губу. Я впервые видела в глазах Макса ярость, что-то пугающее, злобное, пробирающее до костей. Он напоминал разъяренного зверя, который готов биться не на жизнь, а на смерть. Испугалась, что они убьют друг друга. Схватила за руку Ковалёва.

— Максим, не надо… Давай просто уйдем, — испуганно проговорила я. Он дышал тяжело, пытался обуздать свои эмоции.

— Оступишься и она снова станет моей, — заявил Макар, стирая с губы кровь.

— Долго ждать придется. Если бы Вика хотела, уже бы принадлежала тебе. Смирись, она меня выбрала, — ледяным тоном сказал Максим и сжал мою руку. Меня трясло, дыхание сбилось. Господи! Почему у меня все так сложно?

Мы ушли, оставив Полякова. Я спиной чувствовала его тяжелый взгляд. Катя и Роман стояли на улице, загружали продукты в багажник. Видимо Максим почувствовала неладное, раз пошел встретить меня. Ковалёв резко остановился, прижал меня к себе посреди улицы. Его тоже трясло. Он обхватил мои щеки ладонями и посмотрел мне в глаза.

— Девочка моя, ты как? Он тебя не обидел? Испугалась? Больше тебя ни на шаг от себя не отпущу, — выдохнул Максим и поцеловал меня в губы. — Как же мне его убить хочется…

— Не надо! — испугано воскликнула и замотала головой. — Ты прав, у меня был выбор… Максим, я с тобой хочу быть. Пожалуйста, только не ревнуй к Макару. Он остался в прошлом.

— Вика, я тебе доверяю, знаю, что ты не такая как Карина, ты никогда не предашь меня. Ты особенная, этим и покорила мое сердце. А Макар… Он успокоится, когда поймет, что ты навсегда потеряна для него.

— И когда же он это поймет? Наверное, никогда, — задала вопрос и сама же на него ответила.

— Успокоится, когда ты станешь моей женой, — серьезно проговорил Ковалёв, а у меня рот открылся от удивления, часто захлопала ресницами. — Предложение сделаю тебе, когда доверишься мне. А сейчас поехали, а то Роман и Катя уже заждались.

В машине сидела молча. Пыталась переварить все, что случилось. Вот опять Максим вроде замуж позвал, но в тоже время еще не сделал официальное предложение. Дал мне понять, что настроен серьезно, но не давил. Он не обещал мне золотые горы, в любви не клялся, но я каждой клеточкой чувствовала, что дорога ему. Посмотрела на Ковалёва, он вел машину, сосредоточившись на дороге. Какие мысли летали в его голове? Этого не знала. Посмотрела на его руку, на разбитые костяшки и сердце кольнуло. Провела осторожно пальчиками по его руке, тут же попала в плен зеленых глаз. Максим переплел наши пальцы, притянул мою руку к своим губам и нежно поцеловал мое запястье, вызывая у меня бурю эмоций.

— Все будет хорошо, — подмигнул он мне, а я улыбнулась, ощутив, как тепло заполнило вены.