ГЛАВА 8

Я раскачивалась на качелях, наблюдала за тем, как Сергей Иванович с друзьями жарил шашлыки. Они смеялись, общались и дурачились. До меня вдруг дошло, что по сути взрослые от подростков ничем не отличались. Менялись лишь тела, а души оставались прежними. Представила, что пройдет несколько лет, и Макар превратится в мужчину, когда-нибудь точно так же начнет собираться на даче с друзьями и их семьями. Появятся свои дети, потом внуки, жизнь пролетит очень быстро. Ирина Михайловна общалась с женщинами, они обсуждали детей, говорили и о том, какие растения лучше посадить в этом году, чтобы украсить дачный участок. В каждом возрасте свои заботы и проблемы. Люди постоянно ищут себе цель и стремятся к ней, чтобы потом отправиться за следующей. Я мечтала о семье и детях, знала, что когда все это получу, то захочется двинуться дальше. Одни занимаются карьерой, другие находят себе хобби и благодаря этому самореализовываются. Наблюдая за судьбами других, я невольно осознала то, что любая ошибка на пути может изменить линию жизни. Понимала, но как этого избежать, еще не знала. Хотелось, конечно, обойтись без падений, но догадывалась, что все учатся жизни, совершают глупости, а порой расплачиваются за свои промахи в течение многих лет. Идеальных судеб еще не встречала, но не теряла надежды увидеть таких людей, у которых все прошло правильно и гладко, без острых углов. Может, таких и вовсе не существует? Я долго размышляла над словами Ильи. Что буду делать, если все же узнаю, что Макар изменял мне в армии? Простить или послать его к чертям? Шаг, который изменит нашу судьбу окончательно и бесповоротно. Будучи жуткой собственницей, часть меня вопила о том, что никогда его не прощу, а здравый рассудок нашептывал совсем иное. Макар принадлежал мне лишь душой, а не телом. У нас с ним не было секса, мы не скрепили, так сказать, свой союз близостью. Поэтому если он изменит мне, будучи в армии, я прощу его, не стану копать и выяснять, чем он занимался два года без меня. Главное, чтобы душой и сердцем по-прежнему был моим. А вот когда вернется. Если мы будем вместе не только духовно, но и физически, то уже не смогу простить ему походы налево. Не позволю вытирать о себя ноги. Не готова делить любимого с кем-то еще. Ирина Михайловна права, я молода, у меня будет время наладить свою жизнь и забыть. Ну или хотя бы научиться жить без Макара. Почему меня в шестнадцать лет посещали такие мысли? Все очень просто. Я видела, как жили мои бабушка и дедушка. Как огня опасалась создать такую же семью. А все дело в том, что дедушка — ветер в поле. Сначала скрывал свои измены, а потом перестал. Бабушка любила его так сильно, что часто прощала, то выгоняла, а потом снова возвращала. Вроде звучали обещания, но на деле, дедуля снова срывался и находил себе женщин для утех, а бабушка плакала и переживала. Этот яркий пример засел глубоко в моем сознании. Не хотела такой же участи. Так жить невыносимо. Поэтому осознавала, что прощение никому не дам, ведь в таком случае окажусь на месте своей бабули. Зачем давать шанс за шансом? В теории была настроена решительно. Рубить с плеча… Никакого прощения и пощады. Поэтому очень надеялась на то, что Макар не натворит глупостей, когда вернется. Мои тяжелые мысли прервала Ирина Михайловна, она села рядом со мной и обняла, как родную дочь.

— Почему загрустила? — с беспокойством спросила она. — Скучаешь по Макару? Или кто обидел?

— Скучаю, — призналась и смущенно опустила взгляд на переплетенные пальцы.

— Иришка, вот смотрю на твою сноху весь день и молча завидую. Молоденькая, шустрая, и цветы тебе помогла посадить, и на стол накрыть. Я оглянуться не успела, а она уже всю посуду перемыла. Где бы нам такую девочку найти для Олежика? Недавно привел домой куклу. У меня слов нет. Боевая раскраска, как у индейцев, платье едва нижнее белье закрывает. С работы пришла уставшая, так еще и посуду пришлось за «снохой» мыть. У нее даже мысли не возникло прибрать за собой и Олежиком. Считают, что я должна прислуживать за всеми? Молодежь сейчас не та, какой была раньше, — проговорила Надежда Петровна, покачав головой.

— Вика мне напоминает меня в юности. Мне иногда кажется, что она моя дочка, — улыбнулась мама Макара и прижала меня к себе.

У меня краска прилила к щекам.

— Вернется ваш Макарчик и на свадьбе погуляем, — улыбнулась Яна Васильевна.

— У нас все готово, — улыбнувшись, сказал Сергей Иванович и направился в беседку с шампурами. Мы расположились на улице. На свежем воздухе все казалось безумно вкусным. Солнце клонилось к горизонту. День как-то незаметно пролетел. Самое удивительное, что я не чувствовала себя лишней в компании взрослых людей. За воротами послышалась громкая музыка и визг колес. Хлопнули двери, а потом открылась калитка, и на пороге появился Игорь со своей спутницей. Заметила, как Ирина Михайловна наморщила нос. Явно была не в восторге от новых гостей, но сразу же ее взгляд стал непроницаемый. Тетя Ира вышла встретить гостей, как полагается хозяйке дачи. Я бросила взгляд на спутницу Игоря Ивановича. На вид двадцать пять лет, может, немного старше. Блондинка с длинными ногами. Платье едва прикрывало пятую точку. Каблуки около десяти сантиметров. Модельное телосложение, ярко накрашенные глаза. Она напомнила мне куклу Барби.

— Всем привет. Знакомьтесь, это Анфиса, — представил Игорь свою спутницу. Сергей Иванович обнял брата и пригласил гостей к столу. — Мы ненадолго.

Игорь заметил меня и удивленно вскинул брови. Его губы растянулись в довольной улыбке.

— Бог мой! Дама моего сердца тоже здесь! Ангел, рад встрече, — подмигнул мне Игорь Иванович. Анфиса бросила на меня гневный взгляд, насупилась, подобралась. — Тигрица, прекрати ревновать, — шикнул он на свою спутницу.

— Игорь, — строго проговорил Сергей Иванович. — Вика мне как дочь. Прекрати девочку смущать. Когда ты у нас повзрослеешь?

— Серега, что сына в армию проводил, теперь воспитывать некого, на меня переключился? — хохотнул Игорь. — Как батя?

— Вместо того, чтобы прожигать жизнь, лучше бы отца почаще навещал. Давление мучает его, — ответил Сергей Иванович.

— Заскочу к нему на недельке, — спокойно проговорил Игорь, откусив кусок мяса.

— Отец не вечен, Игорёк. Мы матери уже лишились, батю беречь нужно. Он постоянно из-за твоих гулянок переживает, — с раздражением сказал Сергей Иванович, а Ирина Михайловна сжала руку мужа.

— Не надо за меня переживать. Меня устраивает такая жизнь, — хмыкнул Игорь.

Потом мужчины обсуждали охоту, рыбалку. Я помогла Ирине Михайловне убрать со стола. Анфиса даже ради приличия не предложила свою помощь. Только и делала, что вздыхала и любовалась своими ноготками, то дергала за руку Игоря, намекая на то, что им пора.

Я села на садовые качели, ощутив умиротворение. Рядом пристроился Игорь. Судя по всему, его кукла отправилась припудрить носик, а он воспользовался ее отсутствием.

— Лапушка, как дела? — улыбнувшись, поинтересовался он. В его взгляде искрился огонь. Жизнь била ключом.

— У меня есть имя, — спокойно проговорила я, посмотрев в его глаза. — Учусь, работаю в кафе официанткой. Так что на жизнь не жалуюсь.

— Обязательно забегу к тебе на работу. Вика, когда же ты подрастешь? Мне надоело холостым ходить, — хитро прищурился, достал из кармана сигареты и закурил.

— Пока я вырасту, вы, Игорь Иванович, превратитесь в старичка. Ну и зачем мне старый муж? Чтобы стакан воды подавать? Для этого наймите себе сиделку, — улыбнувшись, проговорила я. Игорь хохотнул.

— Да что же ты к Вике-то прилип? — с раздражением проговорил Сергей Иванович. — Отстань от девчонки. Стар ты для нее.

— Она мне сейчас то же самое сказала, — усмехнулся Игорь и сделал затяжку.

— Игорь, в понедельник чтобы без опозданий явился на работу. Тебе еще к поставщикам ехать. Так что не подведи, — строго проговорил отец Макара.

— Серега, не переживай, все сделаю. Все, погнал я. Куклу еще надо обратно отвезти, — усмехнулся Игорь, поднявшись с места. Анфиса, цокая каблуками, шла в нашу сторону.

— Эх… Жаль, лапушка, что у нас с тобой такая разница в возрасте. Влюбился я в твои красивые темные глаза. Смотришь на меня так, что ощущение возникает, будто ты душу мою видишь и все про меня знаешь. Ладно, пошел дядька утешение искать в другом месте, — серьезно проговорил Игорь, пожал руку брату, а потом подскочил к Анфисе и обнял ее. Игорь направился к выходу, но по дороге обернулся и подмигнул мне.

— Вика, если этот оболтус будет доставать, сразу мне говори. Найду управу на своего младшего братца. Мало его в детстве пороли, вот и результат, — улыбнулся Сергей Иванович, проводив взглядом Игоря.

Мне очень нравился отец Макара. Он был главой семейства, заботился о родных и близких. Отличный человек. Чувствовалась в нем сильная энергетика. Как успела заметить, в семье он решал все основные вопросы, был щитом и опорой для своей жены и сына. Я поняла, почему Макар все решал сам, не советуясь. Он копировал поведение отца, тоже хотел стать главой своей собственной семьи.

Вскоре гости разъехались, а я осталась с родителями Макара. Провела ночь в комнате, которая принадлежала любимому. Лежала на его диване и смотрела на стену, где красовались плакаты машин и мотоциклов. Мне казалось, что я невольно попала в его жизнь. Ведь еще недавно он точно так же ночевал здесь. Каждая вещь, каждая мелочь хранила память о своем хозяине. Поднялась и подошла к вещевому шкафу, открыла, взглядом пробежалась по полкам. Взяла футболку, в которую Макар всегда переодевался, когда приезжал сюда. Прижала ткань к груди, зажмурилась и втянула в легкие воздух, едва улавливая запах любимого. Ирина Михайловна все перестирала, поэтому вещи пахли стиральным порошком. Легла на диван в обнимку с футболкой. Точно спятила. Хорошо, что этого никто не видел, а то точно бы выписали направление в психдиспансер.

Утром мы с Ириной Михайловной приготовили блины на завтрак. Сергей Иванович вошел на кухню, когда мы пили чай. Сонный, слегка помятый, с взъерошенными волосами… Таким я впервые видела этого мужчину. Обычно всегда одет строго и со вкусом. А тут такой домашний. Улыбнулась своим мыслям.

— Доброе утро, красавицы, — сказал он, сорвав с губ жены легкий поцелуй. Мы завтракали втроем, как семья. Для меня это было непривычно. Немного волшебно, ведь я теперь могла представить, на себе ощутить, как проходило каждое утро у Макара.

— Блинчики таят во рту, бесподобно, — похвалил он жену.

— В этот раз блины напекла Вика, я ей лишь рецепт подсказала, — улыбнулась Ирина Михайловна и подала мужу банку с вареньем, чтобы он помог открыть.

— Вика у нас умничка. Я вот смотрю на нее и осознаю, что мы с тобой, Иришка, допустили промах в жизни. Надо нам было родить еще и девочку. Чтобы у Макара сестра, ну или брат был. Все мы с тобой откладывали этот вопрос, то одно, то другое. Все время подходящее ждали, а оно вон как пролетело… В итоге не успели, — покачал головой Сергей Иванович.

— А я тебе говорила, что надо еще, а ты меня не слушал. Ничего, теперь внуков будем нянчить, — сказала Ирина Михайловна и взъерошила мужу волосы. Сергей Иванович бросил на жену такой хищный взгляд, что у меня сердце с ритма сбилось. Так порой на меня Макар смотрел. Эти жесты, взгляды. До чего же сын был похож на отца. Поразительно!

После завтрака мы все вместе отправились на улицу. Сергей Иванович перекопал грядки, а мы с мамой Макара сажали рассаду, которую в будущем будет поливать Иван Макарович. Ему уже не терпелось покинуть удушливые стены квартиры и перебраться на свежий воздух, поближе к природе.

Благодаря Ирине Михайловне я многому научилась, узнала, как сажать то или иное растение. Мне безумно понравилось это занятие. За беседой и шутками Сергея Ивановича работа пролетела незаметно. Оглянуться не успели, как засадили все грядки. Вечером отправились домой.

Написала письмо любимому о том, как замечательно проводила время с его родными, как они стали мне дороги.

Я плыла по течению жизни, радовалась мелочам, находила новые увлечения. Так незаметно подкрался сентябрь… Наступил день моего семнадцатилетия…

Крутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Перевела взгляд на букет алых роз и улыбнулась. С утра поздравил Сергей Иванович. Было приятно до безумия. Букет белых роз подарил Андрей. С Калининым мы в последнее время стали чаще общаться. Иногда он встречал с работы или забегал ко мне домой вечерами. В такие моменты мы сидели на кухне, пили чай и болтали обо всем на свете. С Кристиной Андрей расстался. Причину так и не озвучил, да я и не настаивала. Калинину было одиноко, вот он и зачастил ко мне — дружелюбной соседке. Если я была занята, то проводил время с Олей.

Мама с папой подарили букет из лилий. Я зарылась носом в бутоны, втянула сладкий аромат цветов. Самым лучшим подарком стало письмо от любимого. Совпало так, или он заранее рассчитал, но получила в день своего рождения весточку от Макара. Мурашки бегали по спине, прочитав жаркое страстное письмо. Он не только поздравил с днем рождения, но и написал о своих чувствах ко мне и о том, что сделает, когда вернется, как будет целовать и где прикасаться. У меня щеки пылали от этого откровенного письма. Макар был за тридевять земель, но сумел разжечь во мне желание, заставил кровь закипеть.

Дверь в комнату приоткрылась и на пороге появилась Оля.

— Копуша, ты еще долго будешь собираться? Мы так опоздаем, — улыбнулась подруга. Я еще раз бросила взгляд в зеркало. Волосы локонами падали на плечи и спину. Черное платье повторяло все изгибы моего тела. Смотрелось строго, но со вкусом. Длина немного выше колена. Я не любила откровенные наряды. Старалась подбирать вещи так, чтобы не казаться легкомысленной и доступной.

— Уже иду, — улыбнулась я, подхватила сумку с пола и выскочила из комнаты.

— Вика, отлично тебе провести время, — пожелала мне мама.

— Спасибо, мамуль, — весело проговорила я, поцеловала маму в щеку, а потом обула туфли на каблуке.

— Какие вы у нас красивые, — на одном дыхании сказала мама, прижав руки к груди. — Вот только пешком под стол ходили, а уже невестами стали.

Мы с Олей переглянулись и улыбнулись. Родители разрешили мне отметить день рождение в кафе с друзьями, а родственников мама пригласила к нам домой на выходные. Андрей нас ждал на улице. Мы решили отправиться на такси, так быстрее. Я позвала к себе на праздник самых близких друзей, с которыми очень хорошо общалась в последнее время. Кафе располагалось недалеко от дома, поэтому добрались очень быстро.

В отдельном небольшом помещении накрыли столы. Мы прибыли первыми. Я поговорила с администратором, еще раз обсудив организационные моменты. Первыми прибыли друзья с работы, а потом все остальные. Я принимала цветы, подарки и поздравления. Чувствовала себя счастливой, ведь была окружена хорошими людьми. Однако сердце часто щемило. Как ни крути, а мне не хватало Макара. Он, словно выпавший пазлик, недостающая деталь, которая бы сделала картинку жизни полноценной. Саша и Илья заказали вино и шампанское, так как они уже были совершеннолетними, то без проблем взяли на всех спиртное. Вино быстро разгорячило кровь. Андрей схватил меня за руку и вытянул на танцпол, когда заиграла медленная песня. Прижал меня к себе, а я и не сопротивлялась. Калинин мне очень нравился. Добрый, открытый парень, как говорится: «свой в доску». Рядом с ним не просыпалась безграничная страсть, кровь не кипела, наоборот затапливало умиротворение, спокойствие, надежность. Он один из тех мужчин, с которым будешь как за каменной стеной, жить в тихой гавани размерено и стабильно.

Андрей прижался губами к моему виску и с шумом втянул в себя воздух. Его ладони настойчиво поглаживали мои лопатки, спустились плавно по спине, сползли чуть ниже поясницы, но не перешли черту. Я прислушалась к себе. Возникли двойственные ощущения. С одной стороны мозг вопил и возмущался из-за происходящего, а с другой стороны… Мне же всего семнадцать. Сердце требовало любви, нежности и ласки. Тело отреагировало мгновенно на прикосновения. Должна была оставаться равнодушной, но почему-то сердце ускорило ритм. Посмотрела в глаза Андрею, приоткрыла рот, чтобы предупредить о том, что он забылся. Ведь мы друзья, а он начал нарушать дозволенную дистанцию. Однако слова сказать не успела. Заметила только, как заблестели глаза Калинина. Он обхватил мой затылок широкой ладонью и впился в мои губы настойчивым, глубоким поцелуем. У меня земля ушла из-под ног. На миг растерялась, часто захлопала ресничками, интуитивно уперлась ладонями в твердую грудь, вот только оттолкнуть не хватило сил.

— Не сопротивляйся, — выдохнул Андрей и нежно провел большим пальцем по моим губам, вызвав у меня мурашки. Я судорожно сглотнула и ошарашено смотрела на Калинина.

— Андрей… — прошептала и отрицательно покачала головой. — Не надо… Не порть нашу дружбу.

— Вика, я люблю тебя, — заявил он и уперся лбом в мой лоб. У меня сердце ушло в пятки от его признания. — С детства… Никогда бы тебе не признался, если бы не заметил, что ты стала иначе на меня смотреть. И не говори, что это не так. Ты начала сравнивать меня и Макара, а это значит, что твое сознание делает выбор. Если бы я тебе был безразличен, ты бы не проводила столько времени со мной.

— Андрей… Я люблю Макара, ты же знаешь. Мы с тобой друзья. Ты один, я одна, вот и проводим время вместе. У нас и друзья общие, да и дружим с детства. Ты ошибся, я никогда не делала выбор между тобой и Поляковым. Прости… — проговорила, посмотрев на него с сожалением.

Калинин взял меня за руку и повел за собой. Вывел меня на балкон, где тоже стояли столики. Эту площадку никто не занимал из-за того, что на улице было прохладно.

— Ответь на мой поцелуй, и ты поймешь, чувствуешь ко мне что-нибудь или нет. Здесь никого нет, никто нас не увидит. Вика, живем лишь раз. Всего-то прошу один поцелуй. Если ничего не ощутишь, то я сдамся, будем до конца наших дней просто друзьями, но если я не ошибся. То буду бороться за тебя, — ошарашил он меня. Опомниться не успела, как снова оказалась в крепких мужских объятиях. Андрей пленительно посмотрел мне в глаза, слегка склонился, но затормозил у губ. Меня оглушало собственное сердцебиение. Краска прилила к щекам. Смотрела в золотисто-карие глаза и не верила в то, что это реальность. Калинин способен на такие уверенные шаги? Он прав, мы в последнее время очень сблизились. Особенно после его операции. Все свободное время проводили вместе. Я решила ответить на его поцелуй, чтобы лишний раз доказать себе, что люблю только Макара. Нерешительно поддалась вперед и наши губы встретились. У Калинина глаза заблестели от удовольствия. Нежно обхватил рукой мой затылок, прижал к себе сильнее, углубил поцелуй. И я ответила. Наши языки познакомились друг с другом. Все было иначе. Прикосновения не те, эмоции возникли совершенно другие. Была уверена, что мне не понравится, но ошиблась. К чему лукавить. Андрей целовался умело, знал, как разжечь огонек в душе. Его руки стали настойчиво скользить по моей спине. Пальцами сжимал мое тело так, что казалось еще немного и раздавит. У меня в ушах зазвенело, кровь понеслась по венам быстрее, устремилась куда-то вниз. Против воли поддалась навстречу ласкам, как оголодавший зверь, а потом накрыла паника, словно лавиной снесло. Я резко уперлась ладонями в грудь Андрея и оттолкнула его. Смотрела на друга ошарашено, прижав ладонь к губам. А ведь Калинин оказался прав. Его прикосновения вызвали эмоции, сердце встрепенулось, ожило. Как же так? Я ведь была уверена, что ничего подобного не может быть. Я же любила Макара. Может, дело в том, что мы с Андреем стали проводить много времени вместе? Невольно запал в душу? Почему я этого не заметила? Я ведь и с Ильей каждый день на работе общалась, почему же к нему оставалась хладнокровной? У меня голова шла кругом. Не могла понять, почему тело так предательски отреагировало на ласку?

— Что и требовалось доказать, — натянуто улыбнулся Калинин и спрятал руки в карманах брюк. — Если бы тебе было плевать на меня, ты бы не загрузилась так. А ты уже несколько минут пребываешь в трансе. Копаешься в себе?

Я посмотрела ему в глаза и ничего не понимала.

— Вика, это нормально. Люди в течении жизни часто делают выбор, сначала любят одних, потом других. Я просто хотел, чтобы ты поняла, что на Макаре свет клином не сошелся. Может, у вас с Поляковым и не любовь вовсе, а зависимость… Страсть, она угаснет со временем. Вика, дай мне шанс… — проговорил он и сделал шаг в мою сторону. Я интуитивно попятилась.

— Я слово дала, что дождусь Макара и не намерена предавать. Я не такой человек. Ты прав. К тебе стала что-то испытывать, но люблю до умопомрачения Полякова. Мне стоит только о нем подумать и уже мурашки по спине. Прости, но я не дам тебе шанс. Мы можем быть только друзьями, но сомневаюсь, что у нас теперь это получится, после всего… — вздохнула я.

— Если у тебя с Макаром ничего не сложится, ты дашь мне шанс? Я бы сделал все, чтобы ты была счастлива. Вика… Ради тебя готов горы свернуть. Тянет к тебе. Как только не пытался выбросить из головы твой образ, ничего не выходит. Везде перед глазами твоя улыбка, добрый взгляд, — сказал Калинин и с шумом втянул в себя воздух. Я обхватила себя руками. Меня лихорадило.

— Вот если ничего не сложится с Поляковым, тогда и поговорим. Может, к тому времени, ты найдешь ту, которая перевернет всю твою жизнь. Прости. Не могу я ответить тебе взаимностью. Мое сердце не свободно, и ты об этом прекрасно знал.

— Вика, я все понял, не переживай. Нам пора возвращаться к гостям, пока не заподозрили неладное, — усмехнулся Калинин.

Я закатила глаза и прошла мимо него. Как ни старалась, а осадок остался в душе. Я веселилась, смеялась, здорово отметила свой день рождения, но покоя не давали мысли. Калинин же сделал вид, что никакого разговора между нами не было.

На следующий день меня ждал сюрприз. Андрей оставил в почтовом ящике письмо, в котором просил меня не закрываться и не избегать его. Каждое утро перед учебой или работой получала весточку от Калинина. Он то цветы оставлял на пороге квартиры, то коробки конфет привязывал к дверной ручке, чем вызывал у меня улыбку. На глаза мне не показывался, зато напоминал о себе постоянно. Спустя несколько недель после дня рождения Андрей все же отважился и пришел ко мне в гости. Мы снова начали общаться как друзья, сделав вид, что не было того поцелуя. Вот только Калинин не догадывался о том, что в тот самый момент отравил меня. Против воли стала часто думать о нем. Если Андрей был занят, то я невольно скучала.

Незаметно подкрался ноябрь. За это время моя жизнь не изменилась. Я часто составляла компанию Ирине Михайловне и Сергею Ивановичу. Так привязалась к этим людям, что порой создавалась иллюзия, будто они мои родственники. На работе все было как всегда, то мирные дни, то хотелось застрелиться. Закончив смену, заметила на улице Андрея. Он стоял около мотоцикла и курил. Заметив меня, затушил сигарету и выбросил в урну.

— Ты что тут делаешь? — улыбнувшись, поинтересовалась я. Калинин несколько недель не приезжал ко мне на работу, домой меня завозил все это время Илья.

— Прокатимся? — предложил Андрей и протянул мне шлем. Я мысленно порадовалась, что утром надела джинсы. Приняла из рук Калинина шлем, натянула на голову, а потом забралась на мотоцикл. Обвила руками теплый живот Андрея, и против воли сердце учащенно забилось. Прижалась к мужской спине. И когда только мальчишки с моего двора успели превратиться в мужчин?

— Вика, ты мне ребра сломаешь, если будешь так крепко держаться, — усмехнулся он.

— Нечего жаловаться. Если буду плохо держаться, то свалюсь и разобьюсь, — хмыкнула я, а Калинин хохотнул. Я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравился его смех, то спокойствие, которое от него исходило. Встряхнула головой, не подпуская к себе эти странные мысли. — А мы куда поедем? — уточнила на всякий случай.

— Хотел показать тебе одно место, — пожал он плечами.

— Хорошо, только недолго, а то родители будут волноваться, — заявила я.

— Можешь не переживать по этому поводу. Я заскочил к ним и предупредил о том, что заберу тебя с работы, и мы немного покатаемся по городу. Так что они в курсе, что ты со мной, — ошарашил меня Калинин.

— Тогда ладно, — выдавила из себя. Уже представляла, что скажет мама. Она считала, что раз я дала слово Макару дождаться его, то не должна проводить время с другими парнями. Но ведь я не делала ничего такого. Общаться мне никто не запрещал, я не собиралась сидеть взаперти, мне хотелось жить, радоваться каждому мгновению.

Мотоцикл рывком сорвался с места, и мы помчались прочь. Адреналин стучал в висках, ветер пронизывал до костей. Я сильнее прижалась к Андрею, чтобы согреться. Спустя время друг привез меня к новому элитному дому. Я удивленно заморгала, задрав голову вверх. Здание было очень высоким, казалось, что доставало до небес.

— Петрович, — крикнул Андрей на проходной. Через минуту к нам вышел седой охранник. Улыбнулся Калинину, подмигнул мне.

— Андрюх, только недолго, — заявил Петрович и пропустил нас.

— Дядь Вань, мы быстро, — ответил Калинин, схватил меня за руку и потянул к лифту.

— Что мы тут делаем? — прошептала я, с опасением посмотрев по сторонам. Судя по всему, дом еще не сдали, только закончились строительные работы.

— Сейчас узнаешь, — заговорщически проговорил Андрей и подмигнул мне.

Мы поднялись на лифте на последний этаж и вышли на крышу, где располагалась вертолетная площадка. У меня дух захватило. Калинин крепко сжал мою руку и подвел практически к краю здания. Город был как на ладони. На улице стемнело, а огни города притягивали к себе взор. Ветер слегка трепал мои волосы. Я зачаровано смотрела на мир, который был вокруг меня. Казалось, что я подсматривала за жизнью других, находясь на вершине. Там, внизу жители спешили кто куда. У каждого своя судьба, неповторимая история.

— Как здесь красиво, — прошептала, смотря вдаль. Калинин осторожно обнял меня и прижался грудью к моей спине. Уткнулся носом мне в висок, вызвав мурашки, но в тоже время защищал от ветра, согревал.

— Дядя Ваня иногда разрешает мне приходить сюда. Это брат моего отца. Всю жизнь в охране проработал, — пояснил мне Андрей. — Сегодня решил прихватить тебя с собой. Рад, что тебе понравилось здесь.

— Никогда ничего подобного не видела, — призналась я.

Андрей переплел наши пальцы, развернул меня так, чтобы я смотрела ему в глаза. Прижал к себе и впился в мои губы страстным, ненасытным поцелуем. То ли обстановка была романтичная, то ли я сошла с ума, но я ответила на его поцелуй, растворившись в этом моменте. Знала, что вела себя неправильно, что потом будут терзать угрызения совести, но ничего не могла с собой поделать. В семнадцать свойственно совершать глупости и идти на поводу желаний.

— Прости, я снова все испортил. Не смог устоять. — прошептал Андрей, а я отвела взгляд в сторону. Щеки вспыхнули. Боже! Что же я творила? Зачем вообще согласилась на эту прогулку? Ведь знала, что Калинин не ровно дышит ко мне.

— Это ты прости. Может, нам не стоит общаться? — выдохнула, отвернувшись от него.

— Что за глупости? Боишься, что твое сердце выберет меня, а не Макара? — спокойно проговорил он, а у меня кольнуло под ребрами.

— Я уверена в своих чувствах к нему, — ответила ледяным тоном и обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.

— Тогда нет причины прекращать нашу дружбу. Если хочешь знать, вчера я сюда привозил Олю. Ей тоже очень понравилось. С ней, конечно, проще общаться, потому что нас не тянет друг к другу. И желание поцеловать не возникает рядом с ней. Постараюсь держать себя в руках и больше не прикасаться к тебе.

— То, что мы делаем, как-то неправильно, — ответила я.

— Думаешь, что Макар хранит тебе там верность? Да, он наверняка уже нашел утешение в чьих-нибудь объятиях. Вика, тебе всего семнадцать! Ты ему не жена! Жизнь летит очень быстро, не надо копаться в себе, соответствовать каким-то рамкам. Живи так, как тебе хочется и плевать, если осудят. Ну, подумаешь, пару раз поцеловались… Я-то знаю, что ты порядочная девушка. Уважаю тебя за то, что ты так предана Полякову, но в то же время, прихожу в бешенство. Не заслуживает он тебя…

Я зажмурилась, затаила дыхание. Под ребрами все горело от боли.

— Вот теперь ты все портишь. Нам действительно не стоит общаться. Думала, что мы сможем быть друзьями, но ошиблась… — выдохнула, смахнув непрошеные слезы.

Калинин заметил, что по моей щеке скатились слезинки, подошел и обнял.

— Прости… Черт! Мне не следовало этого говорить. Вика, просто мне голову сносит… Обещаю, что больше не стану надоедать тебе своей любовью. Попытался завоевать тебя, но ты не поддаешься. Готов признать поражение, — натянуто улыбнулся он.

— Отвези меня домой, — попросила, решив, что надо избегать Калинина, иначе наши встречи точно до добра не доведут.

— Конечно, — печально проговорил он.

Мы вышли из здания, попрощавшись с Петровичем, подошли к мотоциклу и надели шлемы. Андрей вез меня аккуратно, не торопился, соблюдал все правила дорожного движения. Перед поворотом сбавил ход, однако нас подрезала машина, пролетев на запрещающий сигнал светофора. Чтобы избежать столкновения Андрей резко вывернул руль, но железный «конь» не удержал равновесия, и мы упали. Моргнуть не успела, как оказалась на земле. Несмотря на то, что скорость была небольшой, мы все же немного пострадали. Любимые джинсы разорвались, колени и ладони разбиты в кровь. Андрей испуганно посмотрел на меня, помог подняться.

— Ты как? — с беспокойством спросил он, осматривая меня со всех сторон.

— До свадьбы заживет, — попыталась пошутить, поморщилась от боли.

— Может, в больницу? Вдруг серьезные повреждения? — насторожился Калинин, а я закатила глаза.

— Поехали домой, — попросила, тяжело вздохнув. — Если бы были переломы, думаю, почувствовала бы.

Андрей поднял мотоцикл с асфальта, помог мне сесть, еще раз осмотрев меня на наличие повреждений. До дома доехали быстро. Калинин подхватил меня на руки и понес в сторону подъезда. Я возмущалась и просила поставить меня на ноги, но он не слушался.

— Я тебя чуть не убил. Вот так всегда, соблюдаешь все правила, а попадется какой-нибудь лихач, и костей не соберешь, — проговорил Андрей. Калинин позвонил в звонок, на пороге появилась моя мама. Она ошарашено смотрела то на меня, то на Андрея. Джинсы сильно пропитались кровью, со стороны смотрелось кошмарно.

— Вы только не волнуйтесь, мы с мотоцикла упали, — заявил Андрей, а мама побледнела, прижала руки к груди и пропустила нас в квартиру. Калинин отнес меня в ванную, хотя я бы и сама дошла.

Ужаснее всего было то, что к ранам прилипла ткань. Я со стоном стянула с себя джинсы, промыла проточной водой порезы, морщась от боли. Накинула халатик на плечи и вышла из ванной комнаты. Андрей сидел на моем диване, обхватив голову руками. Он очень переживал за меня.

— Может, все-таки в больницу? — на одном дыхании проговорил он, а я улыбнулась и покачала головой.

— Все нормально, не переживай, — уверила его, показала раны, чтобы Калинин понял, что ничего смертельного.

Он ушел домой, а я еще долго не могла заснуть. И не только потому, что кожа щипала… Я вдруг осознала, что добрый, спокойный Калинин невольно подобрался к моей душе. Его внимание, забота подкупали. Если бы мое сердце не было занято Поляковым, то возможно, я бы влюбилась в Андрея.

На следующий день после занятий отправилась на работу. Перебинтовала колени и натянула брюки, чтобы ткань не терлась о болячки и не причиняла боль. Через несколько дней окончательно пошла на поправку. В свой выходной день проснулась из-за того, что в дверь постучали. Зевая, шагала по коридору. Открыла дверь, удивленно заморгала. На пороге стоял Калинин с букетом роз.

— Я войду? — поинтересовался он, а я растерялась. Собиралась избегать этого парня от греха подальше, но как-то плохо получалось.

— Проходи, — монотонно ответила я и сделала шаг в сторону, пропустив незваного гостя. — Прости, я только встала… — пробубнила, бросив взгляд на часы. Девять утра! Принесла же его нелегкая в такую рань.

Калинин протянул мне цветы, а я смутилась.

— Не стоило, — ответила, приняв букет из его рук.

— Мне захотелось подарить тебе цветы. Что в этом такого? — спокойно проговорил он.

— Чай или кофе будешь? Я еще не завтракала, — заявила, поставив цветы в вазу.

— Не откажусь, — обрадовался Андрей и сел со мной за стол.

Я поставила перед ним чашку кофе, сделала бутерброды с сыром.

— Я у отца взял машину. Так что как позавтракаешь, собирайся, поедем в торговый центр, — сказал Калинин, а я чуть не подавилась. Удивленно заморгала и посмотрела на друга.

— Зачем? — насторожилась я.

— Из-за меня ты лишилась джинсов. А я знаю, как они тебе нравились. Так что куплю тебе такие же. Возражения не принимаются, — тут же вставил он, заметив, как я подобралась и насупилась.

— Андрей! — возмутилась я. — В том, что мы упали, нет твоей вины. Я потом куплю джинсы. Ничего мне не нужно.

— Вика, — зарычал он, испепеляя меня гневным взглядом. — Сказал же, возражения не принимаются.

Мы еще несколько минут поспорили, в итоге мне пришлось сдаться, потому что Калинин пообещал перекинуть меня через плечо и отвезти в магазин против воли.

В торговый центр приехали быстро. Вошли в отдел, где я покупала себе джинсы. Попросила продавца принести мне в примерочную нужный размер.

— К сожалению, точно таких же уже нет, но на выбор могу предложить другие две модели, — ответила девушка-консультант. Я согласилась примерить.

Отличались они только цветом, фасон был примерно такой же, как и у тех, которые разорвались.

— Мне нравится, как на тебе сидят светлые, — заявил Андрей, когда я покружилась перед ним, демонстрируя новые джинсы.

— Ваш парень прав, эта модель на вас сидит идеально, — подтвердила консультант. У меня сердце больно кольнуло. Парень? Боже! Это что же мы с Калининым со стороны смотримся как пара? Только этого не хватало…

— Мы берем эти, — ответил за меня Андрей и оплатил покупку.

Молча вышли из отдела. Я посмотрела в глаза Калинину и тяжело вздохнула.

— Не стоило тратиться, — заявила я.

— Мне для тебя ничего не жалко, — хмыкнул он. — Сходим в кино?

— Андрей, — застонала я. — Ну какое кино? Нас и так уже считают парой… Не хочу, чтобы эти слухи дошли до Макара.

— Чего ты опасаешься? Мы же с тобой друзья или ты уже считаешь иначе? К тому же Макар, когда вернется, легко узнает правду. Так чего ты боишься? — вскинул он брови.

— Ничего я не боюсь, — хмыкнула, посмотрев серьезно на Калинина. — Ты прав, доказать то, что ждала, мне проще простого. Ладно, уговорил. Пошли в кино. Но только как друзья.

— Договорились, — обрадовался Андрей и щелкнул мне пальцами по носу.

Мы пошли на комедию. Посмеялись от души. Я здорово провела время. Андрей, как и обещал, вел себя как друг, больше ни на что не намекал и в любви не признавался. Но вот взгляд выдавал его с потрохами. Мне не хотелось давать Андрею ложных надежд, я не раз напоминала ему о том, что люблю Макара, что дождусь его из армии и выйду замуж. Как ни старалась избегать Калинина, он все равно находился всегда рядом.

Новый год подкрался незаметно. Отметила праздник с друзьями, а на следующий день отправилась в гости к родителям Макара. Поздравила Ирину Михайловну и Сергея Ивановича.

— У нас для тебя есть новость, — улыбнулась тетя Ира. — В конце месяца поедем к Макару. Возьмем тебя с собой.

Я не удержала визг радости и восторга.

— Спасибо! Спасибо! — воскликнула я и обняла Ирину Михайловну. Сергей Иванович искренне улыбнулся.

Меня затопили невероятные эмоции. Любовь, благодарность, радость, предвкушение… В один миг все стало неважно, весь мой мир снова сузился до одного человека. Сердце тарабанило так, что оглушало своими ударами. Как же дожить до конца месяца? Хотелось, чтобы время поскорее пробежало, но оно предательски долго тянулось. Представляла нашу встречу и мурашки бегали по коже, дух захватывало. Я точно больная на всю голову. Как одержимая ждала день отъезда.