Глава 5

В воздухе висели крупные капли влаги, неприятно оседавшие на лице, волосах и одежде. По земле стелился густой бледно-серый туман, в котором по колено утопали ноги коня, создавая иллюзию передвижения по плотному вязкому мареву.

Вчерашнее ужасное настроение мага к утру сменилось сладостным предвкушением встречи. То ли этому способствовал живительный рассол, то ли четырнадцать часов крепкого сна, но организм восстановился полностью и теперь требовал действий.

Мрак, такой же любитель поздней побудки, как и его хозяин, раннему подъему не обрадовался и теперь обиженно пофыркивал, время от времени оборачиваясь и возмущенно скаля зубы.

– Не злись. – Март ласково потрепал животное по холке. – Может, и ты там встретишь какую-нибудь красотку.

Конь оскорбленно всхрапнул и отвернулся.

Когда маг добрался до места, у Северных ворот собралась целая толпа. Между не спешащих спешиваться господ сновали расторопные слуги, раздавая стаканчики с горячим вином, чтобы согреться. Король и королева тоже были здесь. Их охрана расположилась чуть поодаль, тем не менее не сводила внимательных глаз со своих подопечных. Мартин не сомневался, что по всему периметру территории, на которой будет вестись охота, разбросаны целые отряды стражи. Какое счастье, что лагерь Виты расположился у Восточных, а не у Северных ворот.

Лионар увидел подъехавшего Марта, отсалютовал ему стаканом. Оливия, заметив движение супруга, тоже обернулась и подарила магу теплую искреннюю улыбку. Мартин с почтением склонил голову в знак приветствия.

– Вина, господин? – К нему подбежал один из слуг. Совсем юный, чуть старше Пьетро.

– Спасибо, не стоит. – Мартин уверенно покачал головой. После вчерашнего вряд ли ему захочется прикасаться к спиртному в ближайшие месяцы.

Слуга понятливо поклонился и скрылся между ожидающих всадников.

– Ну, что ж, все в сборе! – громко объявил король, вручая разносчикам свой опустевший стакан. – Выдвигаемся, друзья! – вот уж кто был весел и бодр даже таким ранним утром! Разительная перемена в сравнении с тем, как он выглядел в их с Мартом первую встречу.

Все в сборе? Мартин велел Мраку повернуться. Он правильно понял: по дороге приближались еще четверо – двое незнакомых ему господ и брат и сестра Брэниганы. Рикхард был в темном плаще с капюшоном, лежащим на плечах. Его спутница сидела в дамском седле, закутавшись в синий плотный плащ от макушки до остроносых кончиков сапог, тем не менее Марту показалось, что он узнал бы ее из тысячи женщин.

Всадники двинулись через ворота, не дожидаясь припозднившихся. Вслед за ними тронулся отряд стражи, а затем телеги с провиантом для пикника и слугами. Несколько слуг поскакали верхом на случай, если кому-то из высокородных участников охоты захочется немедленно поесть или попить.

Мартин приподнял руку, приветствуя подъезжающих. Два спутника Брэниганов проехали мимо, мельком взглянув на него как на пустое место. Зато Рикхард широко улыбнулся. Его сестра сдвинула объемный капюшон с лица и тоже подарила магу персональную улыбку. У него сердце екнуло. Корнелия чуть покраснела.

– Не отстаем! – громко поторопил спутников Брэниган и пришпорил коня.

Туман стремительно рассеивался, солнечные лучи прорезали кроны деревьев, скользили вдоль переплетенных с обеих сторон от наезженной тропы ветвей. Лаяли охотничьи собаки, кто-то трубил в рожок. Со всех сторон раздавались веселые крики и смех.

Март сам не заметил, как так вышло, что они с Корнелией значительно отстали от остальных – все произошло само собой. Брэниган лишь обернулся, бросил на них понимающий взгляд и ускакал вперед.

Тропа по ширине как раз была рассчитана на двоих всадников. Мрак и серая лошадка Корнелии ровным шагом шли рядом. Вороной жеребец, как всегда, не изменял себе и умудрялся прямо на ходу срывать с ветвей особо аппетитные листья. На наездника он больше не огрызался, очевидно, тоже нашел свои положительные стороны в утренней прогулке.

Они выехали на поляну, заканчивающуюся высоким обрывом. Отсюда открывался великолепный вид на реку, искрящуюся в лучах восходящего солнца. День обещал стать жарким.

– Как тут красиво! – выдохнула девушка и спешилась первой, не позволив Марту опередить ее и подать руку.

Корнелия оказалась опытной наездницей. Это было видно и по тому, как она держалась в седле, и по тому, как легко и уверенно двигалась. Мартин только с сомнением покосился на женское седло, решив, что сам на таком непременно свернул бы шею.

Он тоже спрыгнул с Мрака и отпустил поводья. Жеребец тут же присоединился к серой лошадке и заигрывающе толкнул ту плечом. Кобылка удивленно заржала.

– Кажется, они подружатся, – рассмеялась Корнелия. Затем обняла плечи руками и уставилась на реку. Точно в такой же позе она стояла на дворцовой террасе в день их знакомства.

Мартин подошел ближе, чувствуя себя неловким и нескладным; язык будто прирос к нёбу, чего с ним отродясь не случалось. Верно когда-то говорила мама: влюбленные мужчины – те еще идиоты.

– Я очень рад тебя видеть, – было первое, что он произнес, мягко опустив ладони на плечи девушки.

Она стремительно обернулась. Блестящие, темные до черноты глаза, нежные губы и теплая улыбка.

– Я тоже рада. По правде говоря, ненавижу охоту…

Она не договорила, однако все стало ясно и так: но брат сказал ей, что тут будет его друг маг, и девушка согласилась поехать.

Влажная от тумана прядь упала Корнелии на лоб. Март протянул руку и бережно убрал волосы с ее лица.

Она внимательно следила за движением его руки, блестя огромными глазами, обрамленными длинными густыми ресницами. Губы чуть приоткрылись. И маг поймал себя на мысли, что готов отдать все что угодно, чтобы поцеловать ее здесь и сейчас, и отнюдь не по-дружески.

Безумие.

Он резко убрал руки за спину и отступил.

Между бровей Корнелии появилась морщинка; девушка нахмурилась.

– Что-то не так?

Не так было все. Король, черные и белые, серьги, гильдия, Шкипер, оказавшийся Витой, затаивший злобу Шельес, так и не изученная до конца книга – вот что должно было занимать его мысли. Никаких «все отдам за нее». Потому что и отдавать оказалось нечего, и разрушить своим присутствием ее жизнь было страшно до замирания сердца.

– Нас не хватятся? – осведомился он, проигнорировав вопрос. – В лесу, наедине. Я могу тебя скомпрометировать.

Корнелия сама шагнула ближе, вновь сокращая расстояние между ними и внимательно вглядываясь в его лицо.

– Ты не знаешь нравы современных аристократов. В последнее время они стали весьма свободными. – Она улыбнулась. – Мы ведь в любом случае не станем делать ничего предосудительного.

Мартин до боли прикусил щеку изнутри. Не станут. Как бы ни хотелось. Потому что он не готов сломать ее жизнь.

– Ты мне очень нравишься, – честно сказал маг, не сдержался и провел кончиками пальцев по ее щеке. Она опустила веки, наслаждаясь такой невинной, по сути, лаской. – Но нам не стоит сближаться.

Корнелия широко распахнула глаза.

– Потому что ты меня скомпрометируешь?

– Потому что я черный маг, у которого слишком много проблем, – ответил он как есть.

Она улыбнулась чуть снисходительно.

– Ты боишься, что я потащу тебя под венец?

Вот уж нелепая мысль.

– Нет. Я боюсь, что я не смогу потащить тебя под венец из-за своих проблем.

Ее глаза вспыхнули, засверкали ярче солнца в водной глади реки.

– Тогда это все не важно.

Март заключил Корнелию в объятия. Она обвила его шею руками, прижимаясь теснее. Он поцеловал ее сначала осторожно и бережно, а затем уже решительно и уверенно, как давно хотел.

Их поцелуй был именно таким, каким он себе его представлял. Сколько? С первого момента, когда увидел ее на балу в компании наглого племянника Ширадина?

Еще никогда у Мартина не возникало такого жгучего желания остановить время. Остаться здесь и сейчас с этой женщиной, чьи тонкие руки обвивали его шею и чью хрупкую фигуру он сжимал в своих объятиях. Забыться, отпустить все, не думать – только чувствовать.

– Кхе-кхе, – кто-то, громко покашливая, пробирался через кусты.

Они отскочили друг от друга, как нашкодившие дети.

Сколько это длилось? Минуту? Полчаса? Март покосился на зардевшуюся под пристальным взглядом брата Корнелию и понял: не минуту уж точно – ее губы заметно припухли. Интересно, у него тоже?

Во всяком случае Брэниган сделал вид, что ничего не заметил. Хотя и не слишком удачно.

– Вас, вообще-то, потеряли, – кивнул он в ту сторону, откуда появился. – Устраивают привал. Пойдемте, – и, не дожидаясь, когда застигнутые врасплох друг и сестра отомрут, развернулся и отправился обратно.

Корнелия рассмеялась первой.

Март протянул ей руку ладонью вверх и улыбнулся, должно быть, как настоящий влюбленный дурак.

– Пойдем?

Она вложила свои тонкие пальчики в его ладонь.

– Пойдем, – сказала так, будто дала согласие идти с ним на край света, а не на соседнюю поляну.

Если бы Март мог, именно на край света он бы ее и увез.

Пикник устроили на огромной поляне, с которой также открывался вид на реку. Слуги расстелили на влажной траве специальные непромокающие покрывала, обработанные заранее белой магией, накрыли «столы».

Попытавшийся было принять у Марта коня слуга едва не лишился пальцев и испуганно попятился, когда Мрак клацнул зубами еще раз – исключительно для устрашения. Пришлось магу лично отвести жеребца к остальным. На прощанье Мрак одарил его говорящим взглядом: «Предатель».

– Потерпишь, – шикнул на коня Мартин.

Животное оскорбленно отвернулось.

Он присел на покрывало возле Брэнигана и его сестры; отметил, что женская часть компании расположилась на отдельном участке и уже увлеченно о чем-то болтала. Корнелия же устроилась между ним и братом.

– Не любишь женский клуб? – не сдержавшись, шепнул ей Март.

Девушка бросила на него полный иронии взгляд.

– Я не любительница обсуждать моду и мужчин, – после чего поспешно отвела глаза и занялась разглаживанием складок плаща на своих коленях.

– А ты чего не пьешь? – удивился Брэниган, забрал у слуги бокал и передал сестре, решив лично за ней поухаживать.

Мартин поморщился.

– Я решил вести трезвый образ жизни.

Корнелия тут же заинтересовалась:

– А что, были печальные прецеденты?

Рикхард беззвучно заржал и скорчил другу гримасу из-за плеча сестры. Март скрипнул зубами.

– Болезненные, – ответил коротко.

Уголок губ девушки предательски дернулся, однако она сумела сдержать улыбку.

– Воды подайте, пожалуйста, – вежливо попросила проходившего мимо слугу. – Два стакана, – и отдала брату свой бокал.

Маг покосился на нее с прищуром.

– Неужели тоже были недавние прецеденты?

– Вот уж нет. – На этот раз Корнелия рассмеялась легко и открыто, отсалютовала ему врученным ей стаканом с водой. – Исключительно за компанию.

– Спелись, – шутливо вздохнул Брэниган. – А я не влюблен, я выпью.

Корнелия зарделась. Март поджал губы и незаметно показал другу кулак из-за спины его сестры. Рикхард только усмехнулся.

Привал затянулся на несколько часов. Мартин вообще полагал, что подобные мероприятия в принципе затеваются, чтобы поесть и выпить на природе под благовидным предлогом.

Пока добыча состояла из одного тощего зайца, которого гордо повесили на всеобщее обозрение, прицепив к ветке за задние лапы. Вроде бы его подстрелил сам король.

Люди ели и пили, не обращая внимания на серый трупик, висящий в метре от «столов». Кровь из пробитой ушастой головки капала в траву. Кап-кап-кап… Мартин несколько секунд завороженно следил за полетом капель, затем отвернулся.

Король, посол Аленсии и еще несколько пузатых мужчин в дорогой одежде, не забывших украсить себя цепями и перстнями даже на охоте, сидели отдельно от остальных гостей. Март оказался единственным черным магом среди приглашенных. Вообще единственным магом. В составе прибывших имелось двое белых, но они числились как обслуживающий персонал и были взяты с собой исключительно на случай помощи при травмах. Светлые, два молоденьких паренька в неизменных необъятных хламидах, устроились среди слуг и без зазрения совести глушили дармовое вино. Интересно, на пьяную голову они хорошо умеют исцелять?

Взгляд Мартина вновь вернулся к королю. Тот сидел, согнув одну ногу в колене и вытянув вторую на покрывале. В отличие от его сотрапезников, на нем не было никаких драгоценностей, кроме довольно скромного обручального кольца. Плащ – обычный, темный. Разве что пуговица у горла с какими-то драгоценными камнями, но и то неброскими. Маг присмотрелся: под приподнявшейся полой плаща у его величества виднелся уголок тонкой кольчуги.

«Боится, что его пристрелят вместо зайца», – зло подумал Март и тут же осадил сам себя. Он ненавидел короля скорее по инерции – чувство, воспитанное и взлелеянное годами. К этому королю – конкретному человеку, а не к образу из детских фантазий – маг не испытывал отрицательных эмоций и тем более враждебности. Он заметил, как Лионар время от времени оборачивается, ища взглядом супругу, и успокаивается, когда получает от Оливии кивок, что с ней все в порядке, и персональную улыбку. Кто бы мог подумать, что король так сентиментален!

– Посмотри на меня, – раздался шепот у его левого плеча.

Март так засмотрелся на Лионара, что вздрогнул; непонимающе повернулся к Корнелии.

– Так-то лучше, – прошептала она. – Еще несколько минут такого взгляда, устремленного на его величество, – и стража увела бы тебя на допрос.

Март выдохнул, опустил глаза и потер переносицу. И правда забылся.

– Спасибо, – поблагодарил искренне.

– Между вами что-то произошло? – Девушка едва заметно наклонилась к нему, чтобы их никто не услышал.

Мартин невесело усмехнулся.

«Между нами ничего не произошло. Просто он хладнокровно убил мою семью. А больше – ничего особенного…»

– Просто… – Маг запнулся, подбирая слова. – Мне интересно, что он за человек.

Корнелия тоже бросила быстрый взгляд на его величество, затем задержала на продолжающем орошать поляну кровью зайце. Ее глаза на мгновение расширились, после чего девушка тоже поспешно отвернулась от несчастной «добычи».

– Лионар – хороший человек, – сказала она. – Порой жесткий. Но в его положении нельзя быть другим.

– Наверное, – сухо отозвался Март.

После того как аристократы наконец насытились, охота продолжилась. Дохлого зайца оставили на ветке, не забыв наказать задержавшимся для уборки поляны слугам снять его и непременно забрать с собой.

Дословно:

– Скоро в его компанию прибудет знатное пополнение, и вы сможете побаловать нас чудесным обедом, – важно сообщил одной из служанок пузатый мужчина с золотой цепью шириной в палец на шее.

– Присматривай за ней, – бросил на прощанье Марту Брэниган, прежде чем унестись с остальными. Несмотря на то что лес был полон стражи, кажется, Рикхард вознамерился лично приглядывать за братом.

Маг даже не потрудился ответить другу, лишь посмотрел на него как на идиота.

Подобный невербальный ответ того более чем устроил, и он поспешил догонять веселую компанию охотников.

Они взяли своих лошадей под уздцы и не спеша пошли следом за честной компанией. Март молча протянул свободную руку, и Корнелия вложила в нее свою ладонь.

– Люди всегда так косятся на твою серьгу? – спросила девушка, помолчав.

Мартин усмехнулся.

– Всегда.

– Это, наверное, тяжело?

– Это… – Маг не сразу подобрал то самое слово. – Раздражает.

Корнелия понимающе улыбнулась, погладила пальцем его ладонь, чем тут же отвлекла от посторонних мыслей.

– Одно не могу взять в толк, почему тебя не пугают ни серьга, ни черная магия? – не выдержал он.

Девушка посмотрела на него с улыбкой.

– Не думаю, что мне безопаснее оставаться наедине с мужчиной без дара, чем с черным магом, – пояснила свою точку зрения. – Я чуть-чуть фехтую, но исключительно в зале. Я не боец и не мастер самообороны. От того, что маг может убить меня заклятием, а обычный человек, скажем… – Она прищурилась, вглядываясь с шелестящую над их головами листву на раскидистых ветках. – Ножом, маг не становится более опасным.

Март почувствовал некоего рода азарт.

– А как же порча, проклятия и прочие страшные деяния черных магов? – весело поинтересовался он.

Корнелия прыснула.

– Бабушкины страшилки вспомнил? – Мартин неопределенно пожал плечами. – Тогда вспомни еще, кем был мой отец и кто мой брат. Мне положено знать, как действуют ваши ограничители в виде серег – только прямое воздействие. Если тебе захочется, ты можешь спокойно уронить мне на голову вон то дерево, – для наглядности девушка указала направление подбородком. – Ну а проклятия прекрасно накладываются на предметы, как уже произошло с Риком.

Март напрягся.

– Ты в курсе?

Пришел ее черед пожимать плечами.

– Почему нет? У нас с братом доверительные отношения. Я не вмешиваюсь в его рабочие дела, но о себе он многое рассказывает. После того как о проклятии узнал Лионар, это перестало быть тайной. Тем более что мне тоже следует быть с тетей поосторожнее, пока Рик не отправит ее и нашего кузена подальше от столицы… В любом случае про серьги – это очень грустно. – Корнелия резко вернулась к предыдущей теме, не желая обсуждать случившееся в ее семье. – Мы с Риком оба надеемся, что в скором времени Лион пересмотрит положение черных магов в Реонерии. Знал бы лорд Викандер, как используют его изобретение…

Март встал как вкопанный. Корнелия сделала следующий шаг и удивленно обернулась, так как ее руку он не выпустил и тем самым не позволил идти дальше.

– Что случилось? – Девушка встревоженно шагнула к нему. – Ты побледнел. С тобой все нормально? – Она потянулась рукой к его лицу, но Март отклонился, заставив Корнелию удивиться еще больше.

– Кто, ты сказала, изобрел серьги?

Наследница Брэниганов моргнула.

– Лорд Викандер. Ты не знал?.. Ох. Я, кажется, сболтнула лишнего. Отец часто об этом говорил дома, и я не подумала, что…

В глазах Корнелии отразился самый настоящий испуг. Еще бы: разболтала государственную тайну.

Мартину безумно захотелось взять ее за плечи и вытрясти из нее все, что ей известно о его отце и о якобы его жутком изобретении… И одновременно – заслонить эту девушку от всего мира, чтобы больше никогда не видеть на ее лице выражение беспомощности и страха.

Он сделал выбор.

– Не переживай. – Маг бросил поводья, чтобы освободить руки, и шагнул к Корнелии, успокаивающе обнял. – Я никому не скажу. Ты мне веришь?

– Верю, – выдохнула девушка ему в плечо.

Он не знал, сколько они так простояли. Достаточно, чтобы Мрак, ставящий собственные интересы выше новой подружки, успел объесть ближайший к тропе куст до самых ветвей. Обиженная его невниманием серая переминалась в сторонке с ноги на ногу.

Они снова пошли рядом. Жеребец не хотел даваться в руки и с гордым видом сам последовал за хозяином. Лошадка безропотно позволила Корнелии взять ее под уздцы.

Март заговорил первым:

– Нелл, я обещаю, что никому не расскажу о том, что ты только что сказала… – Помедлил, пока не поймал ее взгляд. – Но я должен знать.

Корнелия закусила нижнюю губу, колеблясь.

– А если я откажусь? – спросила до ужаса серьезно.

Если она не продолжит, он все выяснит сам – теперь у него есть вектор, указатель, в каком направлении искать.

Март перевел взгляд на ее ладонь в своей руке.

– Ничего, – ответил честно. – Ничего не произойдет.

Во всяком случае с его отношением к ней.

Корнелия горько усмехнулась, покачала головой.

– По правде говоря, сама не понимаю, зачем это сказала. Я ведь и не знаю ничего толком. – А еще она привыкла, что те, с кем обычно общается, слишком далеки от магии и сдерживающих ее артефактов; Март понимал, для них ее фраза ничего бы не значила. – Мой отец дружил с лордом Викандером. Когда-то. Я была совсем маленькой и плохо его помню, но отец вспоминал своего друга и спустя годы после его смерти. Мне известно лишь то, что по поручению короля Лагуста Виттор Викандер разрабатывал ограничители магии для преступников. А Лионар использовал его изобретение по-своему. – Она отвела глаза и закончила тише: – Отец говорил, что в жизни не сталкивался с более злой иронией судьбы.

Мартин назвал бы случившееся не иронией, а ударом под дых.

Зато теперь все сходилось и выстраивалось в до омерзения логичную цепочку: все с самого начала лежало на поверхности. Кровь черного мага – подспорье во многих ритуалах. Наверняка отец использовал свою для создания серег. Вот почему только они с Витой оказались способны снимать ограничители: кровь Викандеров – артефакты признают создателя.

И вот почему король решил покончить со всеми Викандерами, включая детей…

– Ты знал его? – спросила Корнелия, нарушив повисшее молчание, и тут же ответила сама себе: – Конечно нет, ты ведь тоже был совсем ребенком, когда Викандеры погибли.

Ребенком, только уже достаточно взрослым, чтобы все помнить.

Март лишь натянуто улыбнулся, а ответить ничего не успел.

На тропу прямо через ветки выскочил всадник. Мрак, испуганно заржав, попятился.

– Ты чего так пугаешь?.. – возмутился было Март.

И не договорил…

Лицо Брэнигана было мертвенно-бледным и блестело от пота. А из его плеча торчала стрела с красным оперением.