Глава 16

— Милая, ты как? — приняв удар о землю и меня сверху на свою тушку, приглушенно поинтересовался муж, одновременно прислушиваясь к происходившему вокруг нас.

— Цела, но зла и хочу перегрызть горло виновнику, устроившему нам с тобой подобное приключение. — Пробурчала ворчливо, оценивая взглядом целостность Аргиса, и перекатилась на траву рядом с ним. Если ж с ним что-то случится, тем, кто нас сюда отправил, определенно не поздоровится, когда я начну их медленно и мучительно убивать.

Судя по запахам мы, оказались в лесу, но неподалеку находилось поселение оборотней. Листья деревьев были по большей части ещё свежи и зелены, но трава начинала уже увядать, становясь коричневой из-за влажного воздуха. Да и воздух был прохладным, быстро остужая наши разгоряченные тела, пропитанным запахами разнотравья вокруг и дымом костра из поселения. И вроде бы было всё хорошо, да только ипостась отчего-то злилась, готовая перехватить главенство. Чтобы хоть немного успокоиться, прижалась к мужу, утыкаясь в свою метку на его шее.

— Тебе как, не холодно? — обеспокоилась его обнаженным состоянием. Всё же это мне холод нипочем, а мало ли как оборотни здешнего мира его переносят? Моя метка, конечно, должна была передать ему иммунитет к низким температурам, но мама не рассказывала, насколько быстро он начинает действовать.

— Как ни странно, но всё нормально. — Поглаживая одной рукой по спине, а второй зарывшись мне в волосы, любовно перебирая белые пряди, выдохнул в макушку Аргис. — Айя, а ты ведь из другого мира, да?

— Да.

— И в твоем мире есть смена времен года? — расслабленно поинтересовался оборотень, смотря в дневное пасмурное небо, продолжая свои расслабляющие действия, от которых хотелось довольно порыкивать.

— Да как везде. — отвечаю лениво, разнеженно, довольно потираясь щекой о грудь мужа.

— Ну, в моем этого нет. На всех континентах по большей части температура не опускается ниже плюс десяти градусов, и лишь в Ледяных Чертогах она доходит до минус шестидесяти. На драконьем острове и южной части демонического королевства вообще круглый год лето и жара от сорока градусов и выше. Хотя, насколько помню из географического курса, в человеческом государстве редко, но всё же может выпасть немного снега, но и тот быстро тает. — С каждым произнесенным словом, сказанным спокойным голосом мужа, чувствовала, как у меня шерсть поднимается на загривке от страха и ярости. Хорошо, что Аргис меня не отпускал. Наоборот даже, прижал к себе покрепче. Наверное, чтобы женушка не ломанулась куда-нибудь, задрав хвост.

— А давай ты просто мне сейчас соврешь, чтобы пошутил, а? Скажешь, что сейчас мы поднимемся, пойдем в поселение и вскоре познакомимся с твоей семьей. — попросила. Нет. Почти что взмолилась Аргису, в принципе, заранее переставая надеяться на лучшее.

— Боюсь, Снежинка, здесь мы можем познакомиться лишь с твоими сородичами. — мрачно хохотнул волк, вдруг резко переворачивая меня на земь и нависая сверху. — Почему твоя душа стала частью моего мира? И кому мне нужно сказать за это спасибо, перед тем как убить?

Аргис говорил не только спокойно, но еще и мягко, явно боясь меня напугать. Вот только, может, ему не говорили, или забыл, не знаю, но глаза его во время злости приобретали поистине жуткий черный оттенок, будто сама тьма смотрит в это мгновение, гадая, убить или можно оставить в живых, чтоб поглумиться, помучить подольше. И я не сомневалась. Ради меня этот молодой мужчина и убьет, и поглумится, и помучает. Вот только надо ли оно мне? Подумав мгновение, осознала, что… надо. А я буду стоять рядом и подам после тряпочку, чтобы стереть с оружия кровь.

Моя история жизни вышла не самой веселой и длинной, конечно, но и в ней были свои радости, которые я разделяла со своим истинным. От уклада жизни оборотней моего мира Аргис, можно сказать, удивился и не очень обрадовался. Если судить по злобному рычанию и ещё большему потемнению глаз.

Не смущаясь наготы (а мне еще что-то говорили о недопустимости подобного в приличном обществе!), Аргис поднялся на ноги и подхватив меня на руки, понес в сторону источника воды. Через несколько сотен метров, преодоленных уверенным, бесшумным шагом оборотня, меня бережно усадили на серый валун, который наполовину был погружен в воду. Холодная, прозрачная река имела сильное течение с каменистым дном и казалась негрубокой. Я не обнадеживалась ее мнимой безопастностью, вообще не очень любя воду, понимая насколько она может быть опасна даже для хорошего пловца, поэтому, когда мой собственный, можно сказать, уже совершенно родненький муж нырнул в реку, выругалась не самыми лестными словами, подслушанными у торговцев-мореплавателей.

Плавать я умела. По-собачьи и в купальне. Так что прыгать в воду я и не думала, зная, что убьюсь куда быстрее. Металась по огромному камню, как волк в полнолуние, и не знала, что делать.

— Не убьешься сам, так сама прибью! — шипела, познавая родство с нагами. — Мало в нашей семье одной безумной самоубийцы, так мне ты, паразит эдакий, на тропе повстречался!

— А мне нравится, как ты обо мне беспокоишься. — Я так погрузилась в описания кар для благоверного, что даже не услышала его появления за своей спиной.

Резко замолкнув на особо шипящей ноте, повернулась к лыбящемуся возмутителю моего душевного спокойствия. Тренированный, атлетично сложенный, голый, мокрый после экстремального купания Аргис выглядел настолько вдохновляюще на приставания с моей стороны, что злость испарилась как-то сама собой. А то, что плавать мужчина отправился не раздражения и устрашения своим сумасшествием ради, а чтобы прокормить нервную жену речными дарами, и вовсе привело в восторг.

Тяжело вздохнув и понимая, что ещё как минимум сутки у меня предвидятся эмоциональные карусели по поводу персоны мужа из-за образовывающейся связи, поднялась аккуратно на ноги и обняла Аргиса, отстраненно думая, что упаси Луна появления в поле зрения какой-нибудь самки. Трындец всем.

— Ещё раз так сделаешь, не предупредив, приморожу к себе, чтобы не было возможности вытворять глупости и нервировать жену. — пробурчала с угрозой в голосе. — И вообще, почему сразу рыба?

— Потому что охотиться на чужой неизведанной территории с тобой я не стал бы, а одного уже не отпустила бы ты. — Вновь подхватывая меня на руки, Аргис спрыгнул с камня в воду, заставляя от неожиданности и контраста температур пискнуть и вжаться в мужа. Быстро смыв в ледяной воде следы нашей близости, истинный вынес нас на берег, усаживая меня рядом с добычей в виде пяти рыб размером с локоть. — А так благодаря воде ты была укрыта от чужаков.

— Еще немного, и тебя можно было бы укрывать саваном. — Пробурчала едко себе под нос, рассерженно фырча, но муж услышал и, хохотнув, быстро поцеловал в макушку.

Ненадолго оставив меня в одиночестве, но не выпуская из поля зрения, Аргис быстро набирал веток для костра. Я руку, а точнее лапу, тоже приложила к общему делу, и пока оборотень искал хворост, распотрошила и почистила рыбу. Через небольшой период времени, разведя с помощью магии огонь, истинный уже жарил нам обед.

— Как думаешь, кто мог так постораться с нашим переносом? — Глухо спросила в конце трапезы, поднимая встревоженный взгляд на Аргиса.

— Кто угодно при должном желании и старании, милая. Один из твоих истинных король; как теперь понимаю, именно на тебя злится наследница одного демонического рода; да и целью могла быть не ты, а недоброжелатели моего рода. Хотя уверен, что и у Айскирия найдется парочка недругов. А ты стала нашей общей слабостью и отличной возможностью для нашего устранения.

— А что у тебя за род? — поинтересовалась с любопытством, сконфуженная тем, что не удосужилась узнать даже фамилии истинного.

В своё оправдание могу лишь сказать, что никогда бы не подумала, что истинная связь может так раскиселивать мозг, что ни о чем другом, как о соединении с избранником, и думать не хочется. Сейчас я хотя бы могу находиться рядом с Аргисом без постоянного желания немедленного продолжения рода. Но вот тоска по двум не менее желанным истинным туманила немного разум и раздражала. Но не тем, что я не могу немедленно утолить этот эмоциональный голод, и уж тем более не тем, что не желала бы этой связи с такими последствиями, а тем, что и Дайран с Айскирием сейчас где-то там рвут, метают, тоскуют в разлуке. Причем без возможности почувствовать меня из-за большого расстояния и незакрепленной связи.

— Моя семья… — Аргис как-то задумчиво посмотрел на меня и почему-то решил отсесть. — Понимаешь ли, родная… Мой отец… Он, как бы так сказать… Один из исполнителей закона.

— Сильно исполнительный? — подозрительно прищурилась, ощущая загривком недосказанность.

— Особо…

— Ар-р-ргис. У волчиц моего мира полная истинная связь образуется сутки, в течение которой мы подвержены сильным перепадам настроения. — поведала с угрозой, совершенно непроизвольно выпуская когти и поскорее зарываясь ими в землю, во избежание, так сказать. — Не тяни нага за хвост.

— Он глава тайной канцелярии королевства оборотней — Скинеран. И врагов у его семьи, сама понимаешь, как шерсти в линьку. — выпалил муж, крепко зажмурившись и явно ожидая… чего-то.

— Ты хочешь пойти по стопам отца? — поинтересовалась, чтобы узнать лучше мужа, а то до сих пор о нем лично ничего не знаю.

— Когда-то в детстве хотел, едва ли не каждый день находясь у отца на работе. — признался Агрис с теплой улыбкой, подсаживаясь ближе и прижимая к своему телу. — Но через время понял, как это трудно. Он ведь редко бывает дома, практически живя на работе, и находится больше подле Его Величества или в разъездах. Я вижу, как мама всю дорогу скучает, хотя у нее есть ещё пять истинных и постоянные заботы о младших детях. Можно сказать, я совсем недавно понял, что не хочу так. Хочу видеть свою жену и детей, заниматься их воспитанием, а не гоняться всю жизнь за преступниками. Ты не подумай, работать я, естественно, буду, и, если честно, профессия моя всё же будет связана с преступлениями, но в более отдельной её отрасли. — замолчав на пару минут, словно набираясь решимости, муж всё же выпалил. — Я стану судебным экспертом по трупам. На боевом факультете я как раз обучаюсь сейчас на этой кафедре.

— Необычно. — через пару минут молчания нашла, как выразить свое удивление. Я больше беспокоилась о самом муже, нежели его выборе. — А как же чуткое обоняние? Всё же запах от… трупов не самый приятный, как ты будешь? — в волнении сжав его лицо ладонями, вглядывалась в его глаза.

— То есть ты не против, что я буду там работать после обучения? — недоверчиво переспросил Аргис, вглядываясь в ответ в мое лицо, наверное, желая увидеть хоть каплю непринятия.

— Нет, не против, если ты нашел себя и тебе это нравится, то почему я должна быть против? — нежно улыбнувшись, легко коснулась его губ, желая ощутить тепло истинного.

Ласковый поцелуй постепенно становился всё более томным и страстным, заставляя нас прерывисто дышать и желать чего-то большего. Смело оседлав бедра мужа и заставив лечь на траву, с исследовательским интересом начала изучение мужского тела, ловила его эмоции на те или иные действия и пьянела от нашего общего запаха возбуждения. В нетерпении крутила тазом, задевая какую-то чувствительную точку и тихо постанывая от наслаждения. Глаза Аргиса едва ли не сияли, когда он слышал мои стоны, его руки блуждали по телу, игрались с грудью, от чего меня буквально опаляло жаром, но больше всего ему нравилось гладить, сжимать и шлепать по моим бедрам.

Склонившись к лицу истинного, потерлась о него грудью и тихо зашептала на ушко, прерываясь на поцелуи шеи, легонько прикусывая или посасывая мочку уха.

— Я подслушала как-то волчиц стаи, что можно делать приятное ртом мужчине и хочу попробовать это с тобой. Ты позволишь?

Вместо ответа Аргис опалил меня таким горячим взглядом, что лёд, постоянно живущий во мне, едва не познал все признаки таяния.

Вот только попробовать что-то неизведанное так и не удалось.

В кустах послышались шаги, и Аргис ловко поменял нас местами, закрывая меня от чужого взгляда. Внутри начинала подниматься ярость. Волчица была недовольна прерыванием, требовала устранить угрозу и продолжить делать волчат. Муж сел, прикрывая меня своим телом, и был напряжён, не ожидая ничего хорошего, но держался спокойно, отдавая отчёт, что он сильнее. В нём, как и в любом оборотне его мира, была магия, что, может быть, и влияло на их размеры в звериной форме.

На поляну вышли пять волков, рассредотачиваясь по небольшой поляне и перекрывая пути к отступлению. Помня черного, как сама Тьма, волка моего мужа, понимала, насколько он огромен в сравнении со здешними оборотнями. Да чего уж, даже я была теперь больше этих самцов, что сейчас в угрозе обнажали десна на моего истинного, но при этом звериная часть брала верх, понимая, что перед ними альфа, и поджимали хвосты. Интересно было бы узнать их реакцию на двух моих женихов.

Тот оборотень, что был посередине, обернулся человеком, представая перед нами обнаженным, и уставился на меня до зуда знакомыми глазами, в которых отлично читалась такая оторопь, что едва сдержала смешок. Всё же, когда видишь живой девушку, что прямо на твоих глазах, находясь в считанных сантиметрах от тебя, умирает от удара в сердце, волей-неволей даже на Луну взвоешь. Но Ришар Безумный не зря занимал пост альфы уже несколько десятилетий и быстро убрал под маску невольно показанный страх и непонимание.

— Снежная. — утвердительно, но всё-таки дрогнувшим голосом сказал он ещё через пару секунд напряженного изучения выглядывающего из-за плеча Аргиса моего личика. Уверена, оно навеки отпечаталось в памяти вожака стаи.

Испытывала ли я сейчас страх? Как ни странно, но лишь опасение из-за непредсказуемости этого самца. Всё же, когда ты два года проводишь в одиночестве посреди морозного леса, из которого тебе нет хода, единственное, что остается, это думать. Постоянно, пока находишься в бодрствовании. Это приводит, конечно, не к самым утешительным выводам по поводу своего здравомыслия, но дает разложить и посмотреть на ситуацию под разными углами.

Мне нечего опасаться, ведь тогда я выигрывала, а умерла не из-за собственной слабости, а из-за предательства. Я не знаю, кто это был, но раз судьбы или боги вновь забросили меня в этот мир — есть возможность узнать и отомстить. В убийстве врага ничего крамольного не вижу. Наоборот, одни плюсы, как ни разверни. Сама отомстила — раз. Уберегла от возможных проблем в будущем свое семейство — два.

— Здравствуй, Ришар. — поздороваться вышло спокойно и миролюбиво, от чего маска сдерженности и надменного благородства старого знакомого треснула, показывая его злость. Того гляди, безвозвратно перекосит бедного.

— Здравствуй? — прошипел рассерженной змеёй мужчина, хотя казалось, откуда у оборотня взяться нагивским корням. — Мы похоронили твое тело. Я лично, освещай твой путь Луна, закрывал твой гроб и зарывал могилу, су... - не договаривая, оборотень заткнул себе рот ладонью, правда, смотря на меня так, что продолжение его мысли и само додумывалось. А мне отчего-то так нравилась его взбешенность, что, скромно улыбнувшись и потупив взгляд, я мило пробормотала, пожимая плечами.

— Так получилось.

Ришара практически подкинуло на эмоциях. В ярости зарычав, он сделал необдуманный шаг в нашу с мужем сторону, что последнему ой как не пришлось по душе. Этот ледяной рык, пробирающий до печенок, и накрывающая сила альфы, заставляющая склонять голову, быстро охладила разгоряченного вожака и показала место в иерархии остальным оборотням. После подобной демонстрации силы, будь мы где-то в поселении, самочки начали бы выстраиваться в шеренгу, только бы заполучить внимание такого волка. Здесь же в лесу, вдали от взоров стаи, где слабость вожака увидели лишь самые приближенные, вставал вопрос, что же делать дальше. Вариантов было не так много, если честно. Чтобы переменить настрой своих волков, чтобы те не решились на свержение Ришара, последнему стоило бы убить всех свидетелей, а это сильно ослабит стаю. Можно было бы вызвать на поединок чести Аргиса, но тут были опасения умереть под чужой лапой и прослыть посмертно слабаком, чего гордость вожака допустить не позволит. А есть вариант признать силу более могущественного волка, заключить пакт о ненападении и о неприсвоении стаи более слабого и только после этого приглашать на свою территорию. Вот только всё та же гордость не позволяет Ришару признать в малолетке равного себе по силе.

— Ещё раз рыкнешь на мою жену, кадык вырву. — миролюбиво поставил в известность Аргис, и, судя по интонации, позволил себе милую улыбку людоеда. У оборотней едва видимо подогнулись лапы от страха, а благодаря хорошему зрению увидела, как у некоторых и вовсе приподнялась шерсть.

— Жену? — пораженно шепнул Ришар, округляя в неверии глаза.

— Истинную. — твердо подтвердил Аргис.

— Жена. Ага. — смотря куда-то сквозь пространство, отрешенно отозвался дезориентированный вожак. Встряхнувшись через пару минут молчания, он посмотрел прямо на меня и задал неожиданный вопрос. — Айя, как ты с того света умудрилась обзавестись мужем?

Ну и что я могла на это ответить?

— Так получилось.

Непонятно хмыкнув, Ришар неожиданно разразился диким, немного даже безумным хохотом человека, которому немного сломали мозг. Столь яркая реакция настораживала членов его стаи, и те в полуприсяди стали отступать от своего альфы подальше, хотя лично я не чувствовала от вожака угрозы в свою или мужа сторону. Аргис же, не иначе решив добить противника и взвалить его стаю на свои тренированные плечи, сменил ипостась.

Никогда в жизни не слышала, чтобы смех мог обрываться в одну секунду. Но больше всего смешило обескураженное лицо Ришара, смотрящего на моего мужа так, будто это ему предстоит играться с ним в волчью свадьбу. Не сумев сдержать эмоций, хихикнула, утыкась лицом в шерсть моего черного волка.

— Бедная девочка. — неожиданно услышала шепот вожака, смотрящего на моего мужа в неверии и каком-то даже суеверном ужасе. О чем-то ненадолго задумавшись и, видимо, приняв некое решение, Ришар взял себя под контроль и озарил мир уверенной, радостной улыбкой гостеприимного хозяина. — Меня зовут Ришар Безумный, как вожак восточной стаи и хозяин здешних мест, я приглашаю разделить со мной стол и кров альфе…

— Аргис Блер. — подсказала имя мужа.

— Аргису Блеру с его истинной парой альфой Айей Снежной. — закончил Ришал, лишь приподнятой бровью говоря, что немного удивлен фамилии моего мужа.

«Принимаю приглашение». - нехотя рыкнул мысленно Аргис, после моего щипка.

— Принимаю приглашение. — произнесла и обернулась волчицей, вставая бок о бок со своим волком и уверенно смотря на обескураженного вожака.

— А ты подросла. — крякнул Ришал, осознавая, что даже я стала немного крупнее него.