Глава 22

В секционном отделении, совмещённом с лабораторией, было… многосущественно. Четверо оборотней-учёных со слабым зверем, видимо, поэтому они пошли по пути науки, двое магов-лекарей, пожилая оборотница, как понимаю, та самая Таби и её ученица, привлекательная волчица с манящими зелёными глазами, шаман и наша компания. Как оказалось, альфа на некоторое время отлучался, и в доме его не было, читай, носился бешеным кроликом по территории, сбрасывал гнев, чтобы никого не пришибить своей силой. Но когда мы вышли из трупной, Ришар уже стоял под дверью, не желая заходить в лабораторию без нас.

— Добрый день. — все стояли, смотрели друг на друга и молчали, поэтому я поздоровалась первой.

Почему молчали люди, понять можно, всё же не каждый день встречаешься с альфой, сила которого подавляет, а инстинкт самосохранения орёт бежать. Почему молчали волки? Да Луна их знает! Я в этой стае всего ничего, но у меня скоро нервный тик начнётся от их непонятной иерархии, где слабая самка перечит своему альфе, словно являясь супругой, а подданные молчат в тряпочку и не могут выговорить и слова. Дисциплина? Нет, не слышали. Уважение к альфе? Ой, а что это такое? У-у-у! Загрызла бы.

Стоим. Смотрим. Молчим. Гнев уже начинает клокотать где-то в груди, но я пока сдерживаю себя, чтобы не зарычать, хотя глаза уже сияют льдистым светом. Чувствую сзади приближение и объятия со спины демоном, пускающего по моему телу холод, что унимает жажду убийства и успокаивает получше знахарских травок. А я знаю, о чём говорю, проживала этот период в подростковом возрасте, когда едва ли не купалась в этом пойле, а рядом без вреда для здоровья могли находиться лишь родители. Но думала, что это давно позади и Стихия больше не станет влиять на разум. Хорошо хоть с волчицей я срослась в единое, и мне не приходится отделять свои мысли от её.

— Аргис, ты можешь делать то, что хотел. — Ришар смотрел на своих оборотней, но мыслями находился не с нами.

Его слова подействовали как спусковой крючок на собравшихся, все заметались, что-то начали перекладывать, что-то убирать. Посмотрев на эту вакханалию, муж грозно рыкнул и полыхнул своей тьмой, от которой один из лекарей упал в обморок. Аргис повернулся ко мне лицом, поднимая вопросительно бровь. Ну и что я могла ответить на это? Пожала плечами и развела руками, как бы говоря, что не по адресу претензия.

— На Айсене нет тёмной магии, милый.

— Да? А на трупах тогда что? Или ты думаешь, кто-то души вязальными спицами из оболочек вытаскивает? — саркастично усмехнулся мой волк, хотя глаза его были мрачными как никогда.

— Уверен, брат? — хмуро уточнил Дайран, напрягаясь, а его глаза приобрели драконистый взгляд.

— Я некромант и прекрасно вижу, что рядом с этими волками нет душ. А после смерти они должны находиться рядом с телом около восьми дней, это тебе даже ребенок скажет. — Аргис говорил отрывисто, зло, водя руками над телом волка. — Дай, подойди! Я сейчас оживлю его ненадолго, а ты попробуй поработать с мозгами.

Перестав обращать внимание на присутствующих, муж полностью сосредоточился на трупе. Ришар хотел было что-то сказать, но Айс профессионально переместился тому за спину, закрывая когтистой ладонью рот. Хотя прикрой мне кто так рот, точно завизжала бы от испуга. А Ришар молодец, ни звука не издал, обмякнув молча. Подхватив тело отключившегося вожака, Айс посмотрел на меня виновато, а после, показав знаками, что всё сейчас решит, закинул здоровенного оборотня себе на плечо и отнес его на прозекторский стол. Но муж мой оказался демоном заботливым (ну или тем еще пакастником), поэтому, чтобы альфа не замерз, прикрыл его белой простынкой.

Прикрыв лицо ладонью, чтобы хоть как-то это развидеть, решила переключить внимание на местных, а то что-то больно тихо. Оказалось, что всё в порядке, просто мои одномирцы сильно удивлены возможностям непонятных личностей и просто стоят с открытыми ртами и круглыми глазами, сбившись в кучку. Один шаман улыбается в бороду и всё старается не заржать, чтобы не сбить концентрацию моих мужчин.

Как не заорали местные, когда волк, над которым муж трудился, захрустел лапами, а затем встал на столе, даже не представляю. Мне вот захотелось. Читать-то я про темную магию читала, а вот видеть собственными глазами довелось впервые. После манипуляций Аргиса за дело взялся Дайран, но его магию разглядеть было труднее, поэтому все немного успокоились. Хотя на их месте делать этого я не стала бы. Читала я, на что способен маг-менталист. А уж если этот менталист еще и дракон королевского рода… Пусть, пожалуй, местные остаются в неведенье — спать будут крепче.

И почему боги выбрали таких опасных мужчин мне в истинные, неужели в прошлой жизни нагрешила? Хотя… Они такие хорошие, милые, любимые… Так что, может, это божественный подарок, а в прошлой жизни я спасла кого-то очень важного?

— Ар, отзывай контроль, я закончил. — сухо бросил дракон, морщась, словно от головной боли. Подойдя ближе, привстала на носочки и положила прохладные ладони на виски жениха, унимая боль. — Спасибо, Сокровище. — Дай ласково улыбнулся, нежно целуя в губы.

— А куда Ришар делся? — удивленно спросил Аргис, когда умертвие легло обратно на стол, будто никогда и не поднималось с него. А те, кто будет утверждать обратное, наглые лжецы.

— Тут он, отдыхает. Но, кажется, уже просыпается… С пробуждением, волчонок! Ты проспал самое интересное! — пророкотал ехидно демон, склоняясь над лежащим оборотнем.

— Иди к демонам. — проворчал недовольно Ришар, с непониманием стаскивая с себя простынь, а поняв, где прилег, возмущенно возрился на Айса.

— Э-э-э, не-е-ет, вожак, домой нам еще рано. У вас тут, кажись, темный повелитель местного разлива образовался. Вот прихлопнем его, и так уж и быть, покинем мы твой гостеприимный дом. — Широко скалясь, демон хлопнул только усевшегося оборотня по плечу, отчего тот едва вновь не лег.

— Мне больше нравилось, когда ты меня игнорировал и молча ненавидел. — Честно признался Ришар, крутя плечом. — Что-то узнали, парни, или я зря тут с вашим побратимом обнимался?

— Объявляй собрание альф, или как у вас это здесь называется, но пиши лишь тем, чьи земли были затронуты дикими и кто работает над этой проблемой, остальных пока не трогаем, их нужно будет проверять. — От приказного, строгого тона Дайрана альфа вполне мог взбелениться, но, кажется, этот оборотень слишком устал, чтобы уделять этому пристальное внимание. А может, Ришар не забыл, какая прекрасная когтисто-чешуйчатая лапа у моего истинного, кто знает.

Распахнулась дверь, и в помещении стало на несколько существ больше.

— Вот вы где! Слушайте, а что это за зверь такой? Вроде оборотнем пахнет, а эмоций или чувств, свойственных всем разумным, не испытывает. Дядь, может ты ему мозги вскипятишь, а то я уже и не знаю, что думать.

Амала, во всей своей наговской красе, то есть на серебряном хвосте и белом платье, что после прогулки стало красным, вползла в лабораторию, таща за загривок упирающегося дикого. А где-то там позади этой нереальной парочки, скромненько, с длиннодревковым боевым топором с очень широким лезвием наперевес, стояла окровавленная Карин. Хорошо девочки погуляли, ничего не скажешь!

— Вы как прошли в дом? — Тупо спросил Ришар, видимо, не это представляя, когда отпускал дочь погулять с новой знакомой.

— А ты бы их не пустил? — Поинтересовалась саркастично, смотря на первого в своей жизни дикого. Точнее дикую, ведь это оказалась самка.

Я никогда бы не признала в ней врага, но на уровне звериных инстинктов ощущала исходящую от этой коричневой волчицы опасность своей неправильностью. Тихо, утробно зарычала, пытаясь понять, о чем говорил в кабинете Ришар. Дикая отреагировала вздыбленной шерстью и злобным оскалом, готовая вступить в бой моментально. Тогда я усилила давление, но добавила еще в голос и силы, заставляя признать альфой. Волчица едва не вырвался из рук Амалы, но отпускать свою добычу в свободное путешествие у нагини не было никакого желания, поэтому, рванув вперед, волчица пристыженно вернулся на место, смотря на свою пленительницу со злобой и опаской. А ведь какие-то чувства в этой дуре еще остались.

— Аргис, как-то возможно определить, когда дикий таковым стал? — не отрывая взгляда от беснующейся, вполголоса спросила мужа.

— Я тебе сразу могу ответить, что совсем недавно. Я вижу разрывы на энергетическом слое ауры, словно душу вырывали. — Истинный смотрел на волчицу с жалостью. — Но помочь ей нереально, ведь душа не просто ушла за грань, откуда сильный некромант еще способен ее достать, а насильственно вырвана для каких-то дел.

— То есть это бездушница? — удивленно воскликнула нагиня, поднимая волчицу за загривок на уровень своих глаз и задумчиво протянула. — Подруга, какой же мудак тебя так? Айя, мы должны вернуть ей душу и выпустить кишки ее обидчикам!

— Амала, а волчицу ты так и планируешь таскать с собой за шкирку? — подозрительно уточнила планы этой ненормальной родственницы.

— На поводке? — нерешительно уточнила она и сразу же получила несколько недовольных рыков оборотней. — А куда? Айя, реши!

— Я?! — воскликнула в возмущении.

— Ты моя альфа — тебе и решать.

Сказать, насколько я ошалела от такого наглого заявления?! Недовольно посмотрела на истинных, обвела взбешенным взглядом собравшихся в небольшом, в общем-то, помещении существ, едва не взвыла от несправедливости и взяла себя в руки, обдумывая варианты, что помогли бы удержать возле нас дикую почти добровольно. А ведь нужно еще учесть, что через некоторое время, без души, она станет еще более неуправляемой и жаждущей крови. Я знала один вариант, но не была совсем уверена, что это то, что нужно, и тем более решить единолично подобное никак не смела.

— Есть один способ. — призналась нехотя, с опаской поглядывая на истинных.

— Прекрасно! Начинай, я в тебя верю! — счастливо воскликнула нагиня, протягивая мне всё так же за загривок сжавшуюся волчицу.

— Да угомонись ты, змейка. — Рыкнула недовольно. — Иди вон, — кивнула головой на Карин, — помоги лучше своей подружке умыться, а то стоит, отца до сердечного приступа доводит!

— Пошли все вон. — Оскалившись, зарычал шаман, кажется, понявший, что я собралась сделать. Хотя кто знает, кто и что ему там шепчут и велят. Мама учила, что с шаманами спорить не надо, они с духами беседы ведут, но и лебезить перед ними не стоит, не любят они этого.

Шамана послушались и вереницей двинулись на выход, правда, не переставая бросать различные взгляды. От опасливых и оценивающих до восхищенных и влюбленных. Последние, как обычно, предназначались моим истинным, отчего хотелось закатить глаза.

— Милая?.. — когда дверь за последним любопытствующим закрылась, а я так и не заговорила, Айскирий решил всё же начать разговор.

— Есть один способ. — повторила я немного уверенней, но не настолько, чтобы сразу о нем рассказать.

— Айя, мы это уже слышали. — мягко шепнул Аргис, притягивая в свои объятия. — Но нам хотелось бы конкретики. Особенно, угрожает ли этот способ как-то тебе?

— Скорее нам. Но больше психологически и морально. — уклонилась от ответа, прижимаясь лбом к плечу мужа и прикрывая глаза, собираясь с силами.

— Снежинка, сокровище мое, может ты уже скажешь прямо? — напрягаясь еще больше, проворчал дракон, что не может в сумбуре моих мыслей выделить одну верную.

— Есть способ. Это удочерение. — зажмурилась и выпалила на одном дыхании, сама не зная, какой реакции я боюсь больше.

— А страху-то сколько навела, я аж думал, рога от стресса сброшу, как косуля. — шумно выдохнул Айс, отрывая меня от волка и заключая в свои объятия. — Только я не понял, тебя этот способ не устраивает?

— Она думает, мы не согласимся, что не захотим воспитывать чужого ребенка. — о, кажется, Дайран нашел нужную мысль в моей башке, и теперь дело пойдет быстрее.

— Сумасшедшая волчица. — весело хмыкнул оборотень. — Да как от ребенка вообще можно отказаться?

— А вдруг у нее где-то есть родители, что сейчас ждут дочь домой? — задала немаловажный вопрос.

— Значит, когда ее спасем, она воссоединится с семьей, зато сейчас у нее появится на это спасение шанс. — Дайран, не желая упускать шанса тоже прижать к себе, забрал из рук демона, тяжело выдыхая в макушку. — Айя, я едва не поседел вместе с чешуей, думая, что этот способ сопряжен с твоей смертью. А это обычно удочерение. Не пугай так больше, ладно, мы всё же еще своих детей хотим увидеть, а не только приемных. Что делать надо-то?

— Не знаю. — честно призналась, повергая мужчин в шок. — А чего?! Я сказала, что способ знаю, а не его исполнение! Этот ритуал вообще проводиться с младенцами, которые по каким-то причинам потеряли родителей. Чтобы звериная часть приняла чужого детеныша, ребенка насильно заставляют обернуться волчонком, и приемные родители ставят на нем свои метки, признавая. Я проходила-то это в рамках общего плана подготовки к правлению стаей. Родители считали, что будущая альфа должна знать всё и даже чуточку больше, чтобы выжить самой и не потерять своих волков. И я очень надеюсь, что не ошиблась с вариантом и в данном случае всё сработает, так как волчица ребенок и пусть сейчас без души, но на инстинктах будет слушаться родителей. А уж мы-то с вами сможем ее и защитить, и удержать от звериного безумства.

— А кто знает? — Аргис задумчиво потер подбородок, а затем сияющими глазами посмотрел на демона с драконом. — Парни, а я первым папой стану.

— А чего это ты сразу?! Это вообще я буду! Айя, скажи ему! — одновременно возмутились мужчины и непримиримо уставились друг на друга. Не сдержавшись, хрюкнула, стараясь подавить смех.

— Нам нужен шаман. — пряча улыбку, отстранилась от истинных и направилась к двери. — Пойдемте. Заодно узнаем, что там происходит. — переставая улыбаться, поспешила на звуки грохота.