30. Дерьмище, но жить можно

Первое ощущение — это зуд. Вся спина зудит. Второе, что чесать нельзя. Помню, что со спиной было что-то плохое. Интересно та тварь жива, которая меня избила? Мысленно измышляю казни, которыми буду его убивать. Поворачиваю голову и открываю глаза.

За столом сидит Мард. Всклокоченный, уставший… но лучше он.

— Рьяна? Хочешь пить? — участливо спрашивает он.

Бежит за водой как родная мама. Теперь зудит не только спина, но и благодарность при случае нужно сказать.

Поддерживает деревяную кружку пока я пью. От движения спина заболела. Пришлось лежать на животе. Тяжело вздыхаю. Нужно начать говорить. Мард странно затих. Стесняется что ли что я голышом? Да ладно. Они все меня в храме видели.

— Спасибо — выдавливаю наконец я.

— Я сделал все что мог. И если бы узнал раньше — выдыхает он.

Хлопаю глазами чтобы понять, о чем он. Выкупил у этого мудака и то хорошо.

— Ты меня выкупил? — интересуюсь я. — Или отбил?

— Почти — соглашается он. — Помнишь кто это был? — садится на пол рядом со мной.

Одну ногу согнул в колене и провел по рыжим кудрям рукой.

— Я их всех посадил в трюм. Когда тебе станет лучше… покажешь мне кто — не договаривает и прячет глаза.

Так он про мою спину, понимаю я. Что все так ужасно? Вопрос написан в глазах. Рыжик опускает голову даже смотрит в другую сторону.

— Зато есть шанс пойти в пираты — дрогнувшим голосом говорю я. — Мне не хватает деревянной ноги и попугая. Спину оставлю открытой и уважение мне обеспечено. Ну, и безопасность. Никто с таким ужасом на спине приставать не будет.

Шутку мою не оценили. Рыжик встает на колени и целует мои руки.

— Не говори так, рьяна. Ардон и Лисниэль никогда тебя не оставят. Не думай об этом. Главное, что ты жива. Не все выживают после такого. И Саргана я спас благодаря тебе. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Да от такого сочувствия саму себя стало жалко, и как на спину смотреть пока не знаю. Что же там такое что его проняло?

Ладно, тяжело вздыхаю и отвожу мокрые глаза в сторону. А рыжик держит мои руки, мягко поглаживая.

— Как Сарган? — чтобы отвлечься спрашиваю я.

— У него горячка. Бредит — неохотно говорит он. — На корабле нет целителя.

Как? Я дергаюсь. Целитель есть — просто голый.

— Мммм, а есть у тебя одежда какая-нибудь?

— Рьяна? Мы посреди океана — опять виноватый взгляд.

— И что? Сарган на другом корабле?

— Нет он на флагмане. Здесь.

— Вот и хорошо.

Мард встает и наклоняется к небольшому сундучку у другой стены. Долго там копается и выуживает платье цвета какашки. Ой-ой.

— А можно рубашку и брюки?

Такую одежду мне находят быстрей. Придерживая простыню встаю и Мард как, джентльмен отвернулся. Я поморщилась и натянула на себя рубашку. Брюки были великоваты. Пришлось закатать штанины, а вот босые ноги остались. Такой маленькой обуви на корабле нет.

— Пойдем?

Рыжик кивает, и мы идем по кораблю куда-то вниз и влево. Да здесь почище и никаких клеток. Благородный пират что ли? А на что живет тогда?

Небольшая коморка. Внутри кровать, прикрученная к полу. Бочонок вместо стула и на постели мечется Сарган. Сердце сжимается от боли. Его поймали и пытали из-за меня. Закусив губу. Глажу его лицо. Сегодня сила откликнулась. Заструилась превращая сплошной отек в знакомое лицо. Цвет лица поменялся. Дышать стал легче. А потом голубые глаза открылись. На спине остались шрамы, много. Понимаю, что многие из них старые. Такое я лечить еще не пробовала, да и сил сейчас маловато.

— Рьяна? — недоверчиво спрашивает он и переводит глаза на Марда.

Тот кивает головой. Сарган трет лицо руками садится на постели спиной ко мне. После всех этих приключений на мою задницу сдерживаться трудно. Особенно с этими мужьями. Я девушка вообще-то. Возраст опустим. В данный момент девушка молодая. Существо чувствительное и ранимое. Вот сейчас обидно прям. Я его дважды спасла, а он спиной повернулся.

— Почему с вами двумя всегда так сложно? — закатываю глаза к потолку. — В подобной ситуации люди говорят. Спасибо за помощь. Интересуются как ты вляпался в такую ситуацию — стискиваю пальцы и смотрю на этих двоих. — Охают, в лицо смотрят. Что, нет?

У моего недавнего пациента на лице кажется гнев и отвращение. Рыжий пират вовсе смотрит на меня так, будто у меня на голове рога растут.

— Что с вами не так? — встряхиваю руками брюки и встаю резко с бочонка, от чего в спине что-то дергается и меня скрючивает.

Из такого положения меня осторожно разгибает Мард и смотрит в мои глаза своим расплавленным янтарем как обделавшийся котенок.

— Может я тебя донесу? Тебе лучше еще отдохнуть.

— Или сдохнуть — добавляю я, но помощь и правда нужна. — Да, отнеси пожалуйста и нам нужно поговорить. Как людям — добавляю я, поглядывая на законника, который так и сидит, глядя на свои руки поверх одеяла.

— Некоторые вещи, рьяна, люди не хотят показывать или говорить о них. И другие нормальные люди должны это тоже понимать — хрипло говорит законник, возвращая мою же фишку про нормальных людей.

— А, ну-ка постой — говорю я Марду и скорчившись от боли выпрямляюсь, хотя учитывая, что с меня лилась кровь чувствовать я сейчас должна себя хуже.

Нужно сказать господину пирату спасибо дважды. Он явно вчера лечил мою спину, да и про мазь спросить. Магия штука мощная, но как показывает практика нестабильная. Вчера я себя не спасла.

— Это что же я такого страшного сейчас узнала вопреки твоему желанию? — сложив руки на груди твердо спрашиваю я.

— Я не просил тебя лезть в мою жизнь и лечить меня — хрипло выговаривает он и поднимает на меня горящие гневом голубые глаза.

— Ты хоть понял, о чем он? — поворачиваю голову к совсем растерянному Марду. — Нам его спасать было нельзя? Это тайна? То, что тебя пытали нельзя говорить? То что выкрали из дворца позор? Я ничего не понимаю.

— То есть в ту ночь это была иллюзия? — спрашивает Мард осторожно.

В ответ законник молчит, но его пальцы сжимаются так сильно что видна каждая костяшка. Пират с трудом сглатывает и смотрит на меня.

— Что? — уже психую я. — Вот сейчас заговорю на китайском языке и вам тоже не понравится. Почему нельзя сказать правду? Или от этой правды зависит что-то глобальное? Вопрос жизни и смерти что ли?

— Да это вопрос жизни и смерти в нашем мире. Об этом не говорят, это не демонстрируют и не лезут с вопросами туда, где ответы приносят только боль.

Чуть ли не ядом плюется. Вот так благодарность за спасение! Вот так молодец законник!

— Да, будь уже мужиком и скажи! Черт бы тебя побрал! Жизнь штука непредсказуемая! Вдруг завтра мы вообще умрем. А ты сидишь и цедишь из себя по одному слову! Думаешь я в восторге от того, где оказалась? Мысли я читать не умею и, если сделала сейчас тебе больно прости. Но узнать я хочу хотя бы за что ты меня сейчас ненавидишь! — я уже кричала мне было плевать, что он думает, но пусть уже выродит эту супергадость, которую я совершила.

— Ты увидела то что не должна была видеть — выдавил Сарган сквозь зубы.

— То, что он был в плену? — перевожу непонимающий взгляд на рыжика. — То, что его спасли, а не он сам всех победил? То, что был в клетке, как и я? Новых идей нет. Помоги рыжий.

Тут уже пробилась мое любопытство. От чего мужика может так корежить? Присаживаюсь назад на бочонок. Теперь зудит спина и желание разобраться в чем дело.

— То, что тебя вылечила женщина, которую ты ненавидишь? — делаю последнее предположение.

— Нет — рычит он.

— Сарган — начинает медленно Мард.

В ответ законник снова рычит и медленно тяжело дышит.

— Сам скажи ей!

— Рьяна — подбирает слова рыжик. — На спине Саргана были не только свежие раны, но и старые. А до этого он скрывал их под иллюзией с помощью артефакта. Никто не знал об этом. Он скрывал. В нашем мире магическим хлыстом наказывают только тех, кого хотят сломать. Эти отметины говорят о том, что он был неугодным членом семьи и станет плохим мужем для жены.

— То есть это все из-за старых шрамов что ли? — чуть ли не с обидой в голосе уже спокойно спрашиваю я.

Мард мне кивает, а законник дышит сквозь зубы.

— Во-первых, возможно и старые. Я целитель неопытный. Во-вторых, эти отметины мне ничего не говорят. Ты знаешь, что я из другого мира — тянусь к его руке, поглаживаю сжатые в кулак пальцы, но от этого он звереет еще больше.

— Мне не нужна твоя жалость, рьяна! И ничья не нужна!

От его криков мне становиться не по себе. Хм, вот значит, как! Давно наказанный. Еще в детстве возможно избитый, едва выживший и вечно скрывавший свое увечье. А теперь и у меня такие.

— Это хорошо, что жалость не нужна — принимаю решение я.

Встаю с бочонка и поворачиваюсь к нему спиной, снимаю с головы рубашку и демонстрирую свою спину. Жду несколько секунд, а потом просовываю свою голову назад в рубашку и гордо поворачиваюсь. На лице законника шок. Он смотрит то на меня, то на Марда круглыми глазами.

— По-твоему мне теперь пойти утопиться или яду выпить⁈ — грозно спрашиваю его. — Или закрыться в темном углу и рыдать пока не посинею? Теперь мы квиты надеюсь? Я на твои посмотрела шрамы, а ты на мои!

Больше я на Саргана не смотрю, на глаза навернулись слезы. Я хватаю рыжего за руку и тащу за дверь, потом на верхнюю палубу и иду к перилам. Стою вцепившись в них, ветер размазывает горячие слезы по щекам. А вдруг мои муженьки откажутся у меня как сказал Рыжий? Кто же знал про это правило? А что если…

Мард стоит рядом и молчит. Потом кладет руки поверх моих на перилах и слегка сжимает. Вот Аннэль, ты теперь вроде бракованной жены, подтруниваю сама над собой. Так мы стоим и молчим, а тот же пират оказался хорошим прямо-таки собеседником. Смеюсь над собой дальше пока слезы обсыхают на щеках. Вежливый, тактичный. Даже звука не произнес и воздуха не испортил.

А еще он меня видимо вчера вымыл. От меня тоже ничем паршивым не воняет.

— А у тебя какие сложности в жизни? — после короткого вздоха спрашиваю я, словно мы продолжаем давно начатую беседу.

— Я рыжий — задумчиво говорит он где-то у моего затылка. — У рыжих всегда все плохо. Вот сейчас на корабле нет запасов воды. К Кафтару плыть нельзя, обыскивать острова чуть северней ради воды долго. У меня больше двухсот человек команды. 63 освобождённые рабыни без памяти и несколько бочек воды — совершенно без эмоционально говорит он. — Но погода сегодня хорошая.

Я беззвучно смеюсь и прижимаюсь к его груди плечом. Помню про спину с едва поджившими рубцами.

— Слушай, а лед тебе не подойдет? — хихикая спрашиваю я.

— Лед — поднимает он брови рассматривая мое лицо сверху вниз. — А где ты его возьмешь?

— Сделаю — пожимаю плечами. — Соленая вода не может замерзать. Поэтому я сделаю магический лед и соль останется на дне бочки. Попробовать можно. Воду я морозить могу.

— Шайд научил? — спрашивает он.

Я пожимаю плечами. Долго рассказывать, чему я научилась за последние дни. Даже бомбы делать и маленькие землетрясения.

Кажется, пирату не хочется отсюда уходить и даже вспоминать о людях из команды и 63 освобождённых рабынях. Он слегка сжимает мои плечи и поворачивает меня к себе лицом очень осторожно.

— Можно сделать проще. Если ты немного расширишь мой резерв я смогу опреснить воду.

— Ты водник? — удивляюсь я.

— Да. А ты что подумала?

— Огневик конечно!

— Я же говорю у рыжих все плохо — чересчур горестно вздыхает он.

— Да это не из-за волос! У тебя темперамент такой… — закусываю губу — взрывной — подбираю культурное слово.

— Это все бабушка — грустно улыбается он. — Она из семьи огненных магов, а отец из водных. Я единственный в роду рыжий.

Больше я сдержаться не могла и начала хихикать, глядя на его горестное выражение лица, которое он корчил явно ради меня.

— Что на счет резерва? — блеснув глазами спросил он. — Не побрезгуешь рыжим мужем? Или ты меня уже заменила?

— Ну, ты и хитрец! — я чуть повела плечами скидывая его руки и чуть сморщилась, закидывая свои руки ему на плечи. Высокий рыжий красавчик. — Спасибо за помощь — чмокнула его в щеку справа. — Спасибо за лечение спины — чмокаю слева, теперь четко ощущаю его щетину. — Это не такой страшный секрет как ты думаешь — чмокаю его в нос.

— Ты так расширила резерв Ардона? — расстроился мой пират.

Мой? Я оглядела этого невозможного мужчину и прикусила нижнюю губу. Что мне с ним делать? По закону он мой муж. Но смогу ли я принять его так же как остальных? Может не будем спешить Аннэль пусть все идет своим чередом.

— Не так. Но с тех пор я многому научилась — шепнула ему на ухо томным шепотом.

Мои руки скользнули вниз по его груди, но он прижал мои ладони к себе, потом бережно поцеловал каждую ладошку. Выгнутая левая бровь сообщила мне много нового.

— Хм, попробую угадать. Эта новость тебе не понравилась.

— Да — согласился он. — для команды новость прекрасная их капитан останется опреснять воду и будет им очень полезен. А вот для рыжего мужа плохая. Мне остается только представлять, что ты делала с Ардоном в ту ночь. Я слышал его стоны — в конце едва слышно добавляет он и вгоняет меня этим в краску.

Он наконец отлип от меня, и мы пошли в сторону его каюты. Резерв я ему и правда расширила. Под дружный гомон и хохот команды Мард опреснил несколько бочек воды, потом я напитала его магией, и он опреснил еще десять которые погрузили на лодки отправили на другие корабли. У нас был впереди очень важный разговор. Мои магические вестники до зарганцев не доходили. Видно я была далеко. И что там с ними тоже непонятно. Но я очень старалась не паниковать. Их там толпа что-нибудь придумают.

Когда мы направились к каюте Марда, там нас ждал ужин вполне приятная беседа и неожиданность.