Глава 5. Опасная безопасность
Раадрим. Столица Тенидара. Императорский дворец Ирис Кроу, адептка
Императорские магикары двигаются намного быстрее обычных, в их сердцах заключены куда более мощные сущности, чем те, что используются в городском транспорте. Пожалуй, единственное, что не может заблокировать «спокуха», так это мое извечное любопытство. Я ненадолго отвлекаюсь, изучая сущность, что приводит в движение роскошный черный магикар и несет нас на приличной скорости по дороге. Осторожно тянусь к ней, едва заметно касаюсь ауры, чтобы не нарушить настройки отлаженного процесса.
Определенно, это разновидность воздушного духа. Но как же удалось его покорить и заставить служить на благо? Создания воздуха свободолюбивы, в тесноте и заточении они быстро теряют силы и волю к жизни. Нет, что-то тут явно не так. Надо будет поинтересоваться этим вопросом на досуге и изучить устройство магикаров подробней.
— Приехали! — выдыхает Люсиль, приникнув к окну.
Снаружи оно непроницаемо-черное, зато изнутри все отлично видно. Я тоже осматриваюсь, но без особенного интереса. Первым из магикара выходит Гас и подает руку сначала Люсиль, которая сидела к нему ближе, затем Гейл, а после и мне. Выбравшись наружу, я принимаюсь осматриваться. Мы на обширном подъездном дворе с каретным кругом, на котором сейчас выстроились друг за другом доставившие нас магикары, из которых выходят остальные адепты. Повсюду красиво постриженные фигурные деревца, цветочные клумбы и ажурные легкие постройки — все, словно сошло со страниц красочного дамского журнала. Но я отмечаю и другое — охрана. Сколько же повсюду охраны!
На виду прохаживаются тройки и пары гвардейцев с оружием. Фонят магией и едва уловимо гудят заряженные под завязку артефакты в стенах дворца и элементах декора. И что удивительно, среди стражи присутствуют призыватели с призванными боевыми фамильярами самых различных видов. Они чутко водят носами, шевелят щупальцами и ушами всевозможных форм и размеров. Порыкивают, подвывают, похрюкивают и сдержанно издают прочие характерные звуки.
— Мамочки! Я как будто листаю справочник экзотических существ, — усмехается Люсиль.
— Не нравится мне это, — бурчит Гас. — Такое чувство, будто ввели военное положение. Наверное, что-то произошло.
— Может, мы? — предполагаю я.
— Не думаю, что это из-за нас, но Гас прав. Я часто здесь бываю, но впервые вижу столько охраны на один квадратный метр, — подтверждает слова некроманта Гейл.
Мое внимание привлекает фамильяр одного из призывателей, и я направляюсь прямиком к нему. А почему бы и нет, раз предоставилась такая возможность?
— Здравствуйте! Разрешите поинтересоваться, это у вас настоящий зарихостр?
— Эмм... да, леди, — обладатель странного вида сухопутной шипасто-клыкастой рыбины размером со средний магикар удивленно кивает.
— А можно посчитать его конусовидные зубы? Справочники Мойзела и Перисабаля в этом вопросе расходятся, а мне хотелось бы знать наверняка.
— П-пожалуйста, — заинтригованно разрешает немолодой уже мужчина, и в его глазах отражается неподдельный интерес.
— Они точно ядовитые?
— Даже не сомневайтесь! — призыватель откровенно веселится.
Я и не сомневаюсь. Ни в самом седоусом призывателе, чем-то вызвавшим мою симпатию. Ни в полной покорности его существа хозяину. Смело перегибаюсь через нижнюю челюсть, выступающую сильно вперед, и, придерживаясь за один из длиннющих клыков, считаю ядовитые зубы.
— Один, два... Ха! Девять!
Позади раздается какой-то сдавленный звук.
— Все-таки нечетное количество, — убедившись в правоте Перисабаля, выныриваю из пасти рыбины.
Прямо перед моим лицом плавно раскачивается огонек на длинном тонком отростке, растущем на лбу зарихостра, и я касаюсь его кончиком указательного пальца.
— Мило, — мои слова звучат совсем без эмоций, как бывает у Гейл, но все равно угадываются эмоции. Где-то глубоко внутри я в восторге от собственного открытия и от того, что вижу столь редкое существо собственными глазами. — А вы его при помощи какой схемы призывали? Разновидность гексаграмы или комбинация квадрат-треугольник?
— Второе, — еще более ошарашенно моргает призыватель.
У меня остаются к нему кое-какие вопросы, но нас грубо прерывают, попросту ухватив под руку и оттянув в сторону. Зарихостр, среагировав на резкое движение, издает странный тоненький звук и неожиданно плюет! От ядовитого плевка моего нового собеседника спасает только магический щит, поставленный самим призывателем. Видно ему не впервой.
— Госпожа Кроу! Я за вас головой отвечаю, не стоит подвергать себя такому риску! — недовольно шипит, брызгая слюной похлеще того зарихостра, совершенно незнакомый мне мужчина в ливрее.
Я морщусь, жалея, что не могу так же ловко выставить магический щит, поэтому просто отступаю, высвобождаясь из его хватки, и меряю «спасителя» взглядом.
Глаза на выкате, небольшие залысины и вытянутое от природы лицо с кислым неодобрительным выражением. Неприятный тип. Он говорит что-то еще, но осекается на полуслове и издает сдавленный писк. После чего оборачивается и досадливо смотрит на большую проплешину, образовавшуюся на коже лаковых сапог. Прямо на пятке. Похоже, призыватель все-таки слегка запоздал со щитом, и одна из маленьких капелек яда достигла цели. Еще не дыра, но и носить эти сапоги больше не придется, отмечаю я. Нехорошо вышло.
— Простите, — извиняюсь совсем без эмоций. Все же он полагал, что меня спасает. — А вы кто?
Тем временем мы подходим к остальным адептам, ожидающим у широченного крыльца с пологими частыми ступенями.
— Еще раз повторю для всех. Здесь же, надеюсь, все? — тип многозначительно осматривается по сторонам.
— Все, — подтверждаем нестройным хором.
— Меня зовут Матеус Вирр, можете обращаться ко мне господин Вирр. Я здесь для того, чтобы сопроводить вас на испытание. Понимаю, не все осведомлены о правилах поведения во дворце, — он многозначительно косится на меня. — Я помогу вам сориентироваться. Держитесь вместе, не отставайте и внимательно слушайте мои рекомендации, тогда никто не попадет в беду.
— Господин Вирр, — обращается к нему Гейл, и мужчина вздрагивает. — Что-то случилось? Почему сегодня во дворце так много охраны?
— Леди Мандрейдж, — тут же с раболепным придыханием склоняется перед проклятийницей наш провожатый, совершенно меняясь. — Простите, но я не уполномочен это обсуждать...
— Господин Вирр? — тянет Гейл, будто невзначай взглянув на него поверх своих защитных очков.
Мужчина едва ли не на глазах покрывается бисеринками пота, промокает лоб белоснежным платком.
— Леди Мандрейдж, имел место небольшой инцидент, но сейчас служба безопасности все уладила. Пожалуйста, не отвлекайтесь и следуйте моим рекомендациям.
Демонстрируя, что больше объяснять ничего не намерен господин Вирр замолкает, но я замечаю, как подрагивают его пальцы, продолжая комкать платок.
— Да не тряситесь вы так, Вирр. Не съем я вас, — усмехается моя подруга и отворачивается.
— Ведите уже.
Вирр кивает и чинно направляется вверх по лестнице к главному входу. Гейл и я с Гасом и Берки следуем за ним, остальные адепты беспорядочной гурьбой тянутся за нами. Для многих, как и для меня, это первый визит во дворец, поэтому ребята вертят головами и обсуждают вполголоса увиденное. То и дело звучат предположения о предстоящих испытаниях.
Преодолев просторный холл, украшенный живыми растениями в белых кадках и живописными видами Тенидара на полотнах известных художников, мы втягиваемся в узкий коридор, где можно свободно передвигаться только парами. Тут нет ни окон, ни дверей, да и с освещением полная беда. Пара тусклых светильников разве что позволяют не споткнуться и не наступить впереди идущему на пятки.
Одолевает какое-то гнетущее чувство, словно стены давят, и хочется побыстрее отсюда выбраться. К счастью, коридор совсем короткий, и вскоре мы выходим в просторную комнату с зашторенными окнами. Освещается она лишь сиянием, исходящим из овальной рамы, установленной по центру помещения. Точно зеркало, рама затянута пленкой ядовитозеленого сияния, по поверхности которой бесконечно расходятся концентрические круги.
— Ой! — фальцетом пищит один из боевиков, здоровенный и крепкий — тот самый Луардэ, что восхищался моей выдержкой, когда император нам метку ставил.
Прижав ко рту руки, парень принимается беспорядочно метаться, расталкивая адептов, а после даже пытается выскочить обратно, но ему не дают.
У дверей, из которых мы появились, изваяниями стоят два дюжих охранника. Ноги на ширине плеч, руки за спиной. Одинаковая черная кожаная форма императорской охраны, ножны на боку и короткие стрижки. А схожее невозмутимое выражение на их лицах делает их едва ли не близнецами. Боевые маги.
Один из них молча ловит парня под руку и тянет куда-то в сторону в темный закуток. Следом за ним устремляется и наш провожатый господин Вирр. Охранник сразу же возвращается на свое место, превращаясь в изваяние, а из закутка до нашего слуха доносятся приглушенные звуки, с которым обычно опустошают желудок. Их сопровождает сдавленное ругательство. Через пару минут смущенный боевик в сопровождении еще более недовольного господина Вирра присоединяется к нам.
— Повнимательнее нужно, господин Луардэ, — вполголоса отчитывает его наш провожатый. — В следующий раз сообщайте обо всем, что с вами происходит, сразу.
— Извините, — виновато бурчит боевик.
Брезгливо морща нос, господин Вирр протискивается вперед. Туда, где у контрольнопропускной рамы терпеливо дожидаются два мага. Боевики обступают товарища, вполголоса задавая вопросы о случившемся.
— Желудок подвел, — даже шепотом басит Луардэ, так что его прекрасно слышно Пока коридор этот треклятый проходили, так дурно стало, словно кутил вчера до самого утра, — смущенно оправдывается боевик вполголоса. — Это все от волнения, со мной такое случается. Вот помню как-то на экзамене по...
— Это не от волнения, молодой человек. Это из-за тонкого сканирования ауры, — поправляет его пожилой маг в форме службы безопасности.
Его короткие цвета соли с перцем волосы аккуратно уложены, бородка модно пострижена, а глаза лучатся улыбкой. Эдакий добрый дяденька, но есть в нем что-то такое, что намекает: на одну ногу наступит, за другую дернет и хана.
Это чувствуют и остальные адепты. Все как-то разом подобираются, прекращая смешки и разговоры. Даже Гейл поправляет указательным пальцем очки, надвигая их посильнее на нос.
— Здесь используется метод тройной проверки, — продолжает объяснять улыбчивый безопасник. — В этом коридоре вы прошли первый уровень. Не слишком приятная процедура, особенно если ранее вы ей не подвергались, — он понимающе улыбается опустошившему желудок боевику.
— И для чего это нужно? — интересуется тот с иронией. — Чтобы проверить, не пронесли ли мы что-то внутри организма?
— Нет, что вы! Но если подобное понадобится, у нас есть Майлз, — он указывает на худого как жердь мага, который с усмешкой салютует. — А это место мы называем «коридором добрых намерений». Он позволяет определить дурные помыслы, — усмехается маг. — Вы же знаете, что любые негативные эмоции способны оставлять следы на ауре? Кстати, о чем вы думали, молодой человек, когда его проходили?
— Ни о чем! То есть, ни о чем таком... — поспешно отвечает Луардэ и как-то весь съеживается, словно стараясь занять поменьше места.
Остальные инстинктивно отодвигаются на полшага назад.
Ох и аура у этого дядьки! Некромант он, что ли? Так и давит темной энергией, равнодушно отмечаю я, но с места не сдвигаюсь. Словно услышав, что я думаю о нем, маг задерживает взгляд на моей скромной персоне. Всего на мгновение, после чего продолжает объяснять:
— Сейчас вы все пройдете второй уровень проверки, и мы убедимся, что у вас с собой нет ничего запрещенного или опасного. И отнимем, если найдем, — он снова радушно скалится.
— А что будет на третьем уровне? — интересуется Гас, который, как и я, не отреагировал на давящую ауру безопасника.
— Тоже самое, внук, только там вас обыщут вручную, — хищно скалится маг.
— Эмм. Это твой дедушка?! — спрашиваю шепотом.
Йархи! Мне и правда любопытно, но по голосу этого совершенно не скажешь.
Гаса отвечает едва заметным кивком.
— Я буду вызывать вас по одному. Подходите. По команде идете сквозь детектор. Если наш аналитик посчитает нужным, процедура повторяется. Все ясно?
Мы вразнобой киваем, ведь с виду ничего сложного. Я отмечаю, как Люсиль находит и стискивает руку Гаса, словно чего-то испугавшись.
К сожалению, первой вызывают Гейл, так что расспросить ее о тонкостях процедуры мне не удается, а Гас мало что знает. Хоть его родной дед и работает начальником императорской безопасности, как оказалось, сам он редко бывал во дворце.
Сняв очки, Гейл кладет их на специальный столик. Артефактор-аналитик проверяет их продолговатым, похожим на сияющую зеленым светом палку, и возвращает владелице. Моя подруга проходит проверку с первого раза, но только я решаю, что процедура действительно проста и не затянется надолго, как начинается.
Оказывается, большинство адептов «очень хорошо подготовились», набрав с собой множество разнообразных артефактов. Каждый проход через волшебную раму выявляет один-два самых сильных или подозрительных, их экспроприируют, и все повторяется заново.
Первые пять проверок я с интересом наблюдаю, а потом мой взгляд начинает блуждать по комнате. Отмечая, как господин Вирр, отошедший в сторону, ожесточенно трет платком штанину и поливает ее какими-то резко пахнущими духами. При этом он, недовольно поглядывая на Луардэ. Охранники по-прежнему напоминают высеченные из камня статуи. Дед Гаса хитро улыбается, поглядывая на адептов. А адепты все больше волнуются.
Задумываюсь, обнаружат мой спас-амулет, или все-таки нет? Обнаружат. Тут и сомневаться нечего. Еще через три человека мне удается с смириться с неизбежным. Никого за попытку пронести что-то с собой не выгоняют, значит и меня не выгонят. Может, отдать браслет сразу, как делают самые сознательные, ведь все отнятое нам пообещали вернуть? Правда с оговоркой, только если артефакт не представляет никакой опасности.
Больше у меня с собой ничего такого нет. Я даже не стала брать ритуальный кинжал призывателя и прочие принадлежности, нас предупреждали этого не делать.
Пока наблюдаю за проверками, мысли сами собой возвращаются к нашему поцелую с Аресом, как я ни стараюсь их прогнать. Проклятая «спокуха» выбила из меня все эмоции и реакции в тот момент. Даже голова не кружилась, не стучало, заходясь в томлении сердце. Но еще обидней было от понимания, что я могла бы почувствовать, но не почувствовала. Это было невыносимо, и я прервала поцелуй. Отступая, я видела в глазах светлого огорчение, которое он быстро спрятал за улыбкой. Надеюсь, Арес на меня не обиделся... Ладно, потом ему все объясню.
От тяжелых мыслей отвлекает ярко-розовая вспышка. Рамка среагировала на Люсиль Берки:
— Незначительное превышение всех показателей разом, — флегматично отмечает маг-аналитик.
— Госпожа Берки, поместите, пожалуйста, все артефакты на этот стол.
— Простите, господин Вирр, я не могу отдать вам ВСЕ артефакты, которые взяла с собой.
— Почему?
— Это попросту невозможно! — Блондинка Номер Один стремительно заливается краской.
В какой-то момент адепты осознают, что сами себя задерживают, и начинают сдавать все артефакты без разбора, чем сильно ускоряют проверку. Оказывается, что остались только мы трое — Берки у рамки, я, Гас и Дайана Кранк, которая держится тихо и незаметно. Я только сейчас ее узнаю без привычного макияжа, в простом черном пиджаке и брюках и с заплетенными в косу волосами. Да мы же с ней выглядим, как темный и светлый близнецы! Отчего-то мне кажется забавным такое совпадение, и я ободряюще ей улыбаюсь.
Люсиль все еще мнется, строит безопасникам глазки, пытаясь отшутиться.
— Госпожа Берки, — вздыхает дедушка Гаса, — вы же понимаете, что мы не можем пропустить вас. Или выкладывайте все артефакты на стол, или, будьте добры, покиньте дворец.
Некромантка глядит на Люсиль с мрачным удовлетворением. С Гасом она демонстративно не общается. Похоже, они поссорились? Из-за Берки? Кто бы мог подумать! Хотя, чего это я? В Тамбертона-Экрю не влюблялась только очень ленивая девушка, или та, которой вера не позволяет связываться с некромантом.
— Охрана, проводите, пожалуйста госпожу Берки к выходу, — спокойно просит глава имперской безопасности.
— Ладно-ладно! Я согласна! — сдается Люсиль. — Только. Скажите, где можно переодеться? И во что.
— Вам требуется накидка? — с вежливым участием интересуется маг.
— Да, пожалуйста. Будьте добры, — с достоинством кивает Люсиль, не глядя на нас.
По знаку безопасника начинает суетиться господин Вирр. Выуживает откуда-то и протягивает Люсиль небольшой сверток.
— Здесь одноразовая накидка, госпожа Берки.
— Вот, возьмите, — безопасник подает ей пустой пакет, — Поместите сюда артефакты и принесите нам.
— Благодарю вас, — чинно кивает Люсиль, но ее вежливый тон никак не вяжется со обиженным выражением лица.
— Я провожу, — Вирр уводит Люсиль в тот же закуток, где до нее уже побывал Луардэ. — Поторопитесь, госпожа Берки. Вы всех задерживаете.
Пока Люсиль избавляется от артефактов, проверку начинает проходить Дайана Кранк. Она выкладывает на стол приличную горку каких-то сомнительного вида приспособлений, имеющих прямое отношение к ее виду магии.
— У вас внушительный арсенал, госпожа Кранк. Не думаю, что это позволено пронести с собой.
— Как скажете, — вздыхает некромантка и покорно проходит через раму.
Поверхность, сомкнувшаяся за ее спиной, остается ярко-зеленой. Безопасник хмыкает и насмешливо смотрит на внука. Гас взгляд не отводит, только плотнее сжимает губы.
— Да как вы смеете! Немедленно оставьте меня! — возмущенный крик Люсиль лезвием вспарывает пространство.
— Я должен убедиться...
Хлесь! Тираду господина Вирра прерывает звонкий шлепок. Он выскакивает, прижимая к щеке ладонь. Следом фурией выбегает Люсиль, кутаясь в серую накидку, укрывающую ее до самых пяток. Разя наповал гневными взглядами, Блондинка, не останавливаясь, и не говоря ни слова, швыряет пакет на стол и направляется сквозь раму.
Розовая вспышка! Люсиль обреченно замирает:
— Аррр!
— Госпожа Берки, здесь явно не все, — безопасник нечеловечески вежлив и спокоен.
— Это. Просто. Моя. Одежда! Она безопасна! На ней только заклятие вечной белоснежности! — Люсиль уже едва не плачет.
— Госпожа Берки, мы должны исключить любые подозрительные предметы, — дед Гаса непреклонен.
Качая головой, и едва сдерживаясь, Люсиль поворачивается ко всем спиной, судорожно двигаясь и пританцовывая, стаскивает то, что на ней осталось и швыряет на стол прямо поверх пакета. Взгляды безопасников приковываются к этому предмету. Артефактор-аналитик издает невнятный звук, а Гас опускает голову, прикрывая ладонью глаза.
— Кхм, — глава службы безопасности многозначительно приподнимает бровь.
Аналитик становится темно-зеленым — так играют отсветы рамки на его покрасневших щеках. Кажется, он просто не в силах отвести взгляд от кружевных белых трусиков весьма фривольного вида. В полном молчании Берки снова проходит сквозь раму. На этот раз не изменившую цвета.
Крякнув совсем по-стариковски, дед Гаса собственноручно убирает поднос с вещами Люсиль под стойку, и ставит на нее новый. Аналитик встряхивается, точно искупавшийся в луже воробей, и запнувшись называет мое имя. Радуясь, что все вещи на мне обычные, снимаю браслет и кладу на поднос.
— Это все? — удивленно смотрит на меня глава безопасности.
— Да, — жму плечами.
— Точно, госпожа Кроу? Не получится как с госпожой Берки?
— Больше ничего магического с собой у меня нет, господин Тамбертон, — ровным тоном отвечаю я.
— Господин Экрю, — поправляет меня дед Г аса и широко улыбается. — Я дедушка этого охламона по матери, — указывает он подбородком на моего друга и интересуется уже у внука: — Ты когда уже патлы пострижешь?
Гас только закатывает глаза. Видимо, его прическа — давний камень преткновений. Подозреваю, что его занятия музыкой дед тоже не слишком одобряет.
Тем временем артефактор-аналитик водит над моим браслетом своим артефактом, но тот никак не реагирует. Тогда он берет браслет двумя пальцами и пристально его осматривает, перебирая каждый камушек. Затем подносит к носу и зачем-то нюхает. Я начинаю волноваться и жду, попробует он его еще и на вкус, или нет?
Браслет возвращается на поднос.
— Госпожа Кроу, скажите, это весдь простое украшение?
Получается, я сама себя выдала, отдав на первый взгляд немагическую вещь. Кто бы мог подумать! Но врать точно не стоит, и я говорю правду:
— Не совсем. Это память о моем фамильяре...
— О... Примите наши соболезнования, но вы еще так молоды. Когда и как это произошло?
— Сегодня утром. Я сама развоплотила его.
Мои глаза остаются сухими. Я даже не моргаю, глядя на безопасника прямо.
— Перебрали с успокоительным? — понимающе кивает тот.
— Так и есть.
— Потеря фамильяра для призывателя настоящее горе. Я вам искренне сочувствую, госпожа Кроу. Держитесь.
— Спасибо, господин Экрю. Я могу забрать браслет?
— Конечно, госпожа Кроу.
Преодолевая зеленую пелену рамы, испытываю легкое покалывание на коже, которое тут же проходит, стоит мне оказаться с другой стороны.
— Чисто. Вам туда, госпожа Кроу, — указывает вперед аналитик.
Уже у самого выхода, слышу негромкое:
— И какая же из них твоя внук? Или все трое?
— Деда!
— Я бы выбрал блондинку, с ней точно не соскучишься, — продолжает рассуждать безопасник.
Ответом ему звучит невнятное бурчание. Похоже, Гас растерял все присущее ему язвительное красноречие.
— Не психуй, внук. Лучше выворачивай-ка карманы. А то я тебя знаю.
Да уж. Дедушка Гаса не страдает излишней церемонностью. Улыбнувшись, тяну за вычурную ручку и вхожу в светлую комнату, где ожидают прошедшие проверку адепты. Некромант надолго не задерживается и появляется почти сразу за мной вместе с господином Вирром. Оба часто-часто моргают, привыкая к яркому свету, на котором особенно хорошо заметен отчетливый красный отпечаток пятерни на щеке нашего провожатого. Похоже, у Берки рефлекс раздавать пощечины, укутанной в каменную кожу ладонью.
Как по сигналу из противоположной двери появляются сразу несколько человек. Кивнув Вирру, вперед выступает женщина средних лет в белой форме без каких-либо украшений. Медовые волосы собраны в аккуратную улитку на затылке. Лицо приятное и располагающее, голос тоже. Менталистка, делаю я вывод, но «спокуха» не дает мне разволноваться в очередной раз.
— Адепты, впереди завершающий этап проверки. Мы разделим вас по магическим специализациям, и в индивидуальном порядке проведем замеры потенциалов, а также уточним прочие важные моменты. Не пугайтесь раньше времени. Это необходимо для тонкой настройки испытательного полигона.
Мы переглядываемся, но не спорим. В конце концов им виднее, да и нет у нас злого умысла. Что бы здесь ни произошло на днях, мы к этому не имеем отношения. Распределив нас и установив очередность, менталисты приступают к проверке. Мной занимается та самая женщина, которая так и не представилась.
Третий этап проходит быстро.
— Лягте, пожалуйста в это кресло, — приглашающим жестом менталистка указывает на странное устройство посреди абсолютно лишенного красок белоснежного кабинета.
С осторожностью подхожу к эргономичному ложу на тонкой ножке. Касаюсь его ладонью. Никакого магического фона в этом месте не чувствуется совсем.
— Кхм... А почему здесь все такое белое, госпожа...
— Госпожа менталист, — приятно улыбается женщина. — Ответ прост — мы видим эмоции, их окраску, цвета воспоминаний. На белом все кажется ярче и отчетливей. Намного легче не упустить важное.
Удовлетворенная таким ответом, влезаю в кресло и откидываюсь на спинку.
— Закройте глаза, госпожа Кроу, и расслабьтесь. Не бойтесь, я не стану лезть в вашу голову и выведывать грязные тайны секреты.
— Я так и не думаю, — отвечаю, отчего-то ощущая неловкость.
— Думаете-думаете. Все так думают, — усмехается женщина. — Как будто нам, менталистам, есть дело до каждого. А нам после работы хочется одного: сесть в удобное кресло с интересной книгой и закрыться наглухо щитами, и чтобы ни одна лишняя чужая эмоция не прорвалась, — магесса тяжко вздыхает.
— Сочувствую. Не хотела бы я такой участи, — мой голос звучит ровно.
— На все воля Вездесущего, но не будем о грустном. Расслабьтесь, я сейчас считаю эмоциональный фон и задам вам несколько вопросов. Отвечайте мысленно и честно.
Она встает позади кресла и кладет прохладные ладони мне на виски.
— Сколько вам лет? Ваше имя? Любимый цвет? Есть ли страсть к коллекционированию?
Мне приходится отвечать на целый ряд никак не связанных между собой вопросов. Ничего такого, что пугало бы или настораживало.
— Если хотите, я сниму чувство утраты, — неожиданно предлагает менталистка. — Поделитесь причиной?
— Утром я развоплотила своего фамильяра.
— Сколько их у вас?
— Можно сказать шесть, если считать рой светляков за одного. То есть теперь уже пять.
— А он был?.. — осторожно интересуется менталистка.
— Первым, — подтверждаю ее опасения.
— Соболезную. Скажите, без него вы способны выполнять свою функцию призывателя?
— Да.
Больше она вопросов не задает, отправляет меня к следующему магу — призывателю. Это тоже женщина. Она выглядит так же строго, разве что одета в обычную форму дворцового мага — темно-синие юбка с пиджаком, лацканы которого украшает золотая кайма.
— Госпожа Кроу, пожалуйста, призовите всех своих фамильяров.
Делаю, как она велит, и магесса осматривает каждого, сверяясь с записями на планшете. Перелистывая распечатки, уточняет:
— Тут сказано, что у вас должен быть еще один.
— Да. Темный дух.
— Его придется заблокировать на время испытания.
— Заблокировать не выйдет, — усмехаюсь одними уголками рта. — Сегодня утром я его развоплотила.
— Как это понимать?
— Я обязана отвечать на этот вопрос?
— Нет, конечно. Уточните, без него вы способны выполнять свои функции...
— Да, способна, — перебиваю ее самым невежливым образом. — Сколько раз мне еще зададут этот вопрос? Я не понимаю, вы же сами только что сказали, что придется его заблокировать на время испытания, а теперь вас волнует его отсутствие?
Вместо того, чтобы рассердится, призывательница выдает неожиданное:
— Искренне вам сочувствую, госпожа Кроу, и очень надеюсь, что вы как можно скорей найдете ему замену. Рекомендую выбрать тот же вид, будет проще подстроиться.
— Спасибо. И. Извините за эту вспышку.
— Ничего. Вы отлично держитесь для того, кто только что потерял фамильяра, — она едва заметно улыбается. — Помню, когда сама не удержала одного из своих в бою, неделю ходила как сомнабула и ничего не могла есть.
Она что, боевой призыватель?! Ничего себе! А с виду и не скажешь. Хрупкая, невысокая. Ее сложно представить в боевой броне...
— И я вам сочувствую. Наверное, потом я тоже позволю себе что-то подобное. Поплачу. А пока мне очень нужно пройти это испытание, я готовилась к этому последние пять лет.
— У вас невероятная сила воли, Ирис, — магесса обращается ко мне по имени. — Желаю удачи.
— Спасибо. Но это не воля, это чудовищная доля успокоительных, — слабо улыбаюсь. — Я вас разочаровала?
— Ничуть. И, поверьте, успокоительные здесь ни при чем.
В странном смятении чувств покидаю кабинет. Обе женщины вызвали во мне невольную симпатию. Хочется думать, что это добрый знак, и меня впереди ждет только хорошее. Я все преодолею и вернусь домой с победой.
С такими мыслями вхожу в зал, где ожидаю остальных адептов. Последней появляется Люсиль Берки — все еще в своем новом одеянии.
— Мне отдадут мою одежду или нет? — шипит она.
— Откуда я-то знаю, — Гас жмет плечами. — Хочешь, отдам что-нибудь из своего?
— Нет!
Тут снова появляется господин Вирр, за которым какой-то парень в форме слуги катит тележку.
— Адепты, сейчас Морис раздаст вам ваши вещи. Если кто-то чего-то не досчитается, значит предмет оказался запрещенным. Вам вернут его на выходе.
Выкликая имена, Морис раздает артефакты, но когда вызывают Люсиль возникает заминка.
— Это все, что мне передала служба безопасности, госпожа, — оправдывается парень, протягивая ей малюсенький пакетик.
— Где. Моя. Одежда?! — рычит Блондинка Номер Один похлеще иного демона.
— Давайте проверим, может, она внутри? — Парень участливо открывает пакет и сует туда нос.
Хлесь!
— Кран-тец... — шепотом ругается Гас.
Теперь у Морриса такой же отпечаток пятерни на щеке, как и у господина Вирра.
— Теперь они выглядят как члены одной команды, — Дайана Кранк мстительно улыбается, наблюдая за этой картиной.
— Извините, — парень заливается краской.
Вырывав пакет у него из рук, Люсиль сверкнула глазами так, что я удивилась, как только не вспыхнул пожар.
— Господин Вирр, принесите девушки запасную форму дворцового мага. Пожалуйста, — слышится обманчиво мягкий голос со стороны.
Мы все поворачиваемся, уже понимая, кто именно почтил нас своим присутствием.