Глава 15

Очнулась с ощущением чьей-то нежной ласки на щеке. Открыла глаза, встретилась с взглядом Каируса.

— Как ты? — спросил он, продолжая поглаживать щеку.

— Кажется… — я прислушалась к ощущениям. — Все хорошо, — заключила изумленно.

— Я исцелила тебя. Полностью, — прошептала тьма в моей голове.

— Спасибо. Вам обоим, — я улыбнулась. — А где Лорана⁈

Попыталась сесть, но Каирус не позволил мне совершить резкое движение. Отстранился, чтобы не мешать, и все же поддержал помогая.

— Лорана в порядке. Только… она больше не Лорана. Это Арна. Она вернулась. Вспомнила свою прошлую жизнь и приняла, чтобы обрести прежнее могущество. О тебе она тоже помнила. Хотела рвануть на помощь сразу, как только очнулась. Добралась до дворца в Даортаре, встретилась с древней тьмой. Та ее удержала. Не пропускала до тех пор, пока вмешательство Арны не понадобилось в самый нужный момент. Арна, конечно, думала, что наткнулась на защиту повелителя. Решила, что смогла прорваться. А дальше ты видела. Она перенеслась в ритуальный зал и проткнула повелителя кинжалом, чтобы ты могла провести ритуал жертвенного жениха.

— Это на самом деле произошло очень вовремя. Нужно будет ее поблагодарить. Долго я лежала без сознания?

— Два дня. Ровно столько понадобилось древней тьме, чтобы привести тебя в порядок. Но, так понимаю, теперь ты здорова и полна сил?

— Да! Я готова к активным действиям.

— Это хорошо, — Каирус кивнул. — В ближайшее время у нас будет много работы. Некоторые уже начали подозревать, что происходит что-то неладное. А тебе предстоит решить судьбу империи.

— Никакой империи не будет. Повелитель мертв. Да и я… больше не императрица. Империи просто нет.

— Империя есть. Была коронация, были записи в исторические хроники. Ты не можешь просто отмахнуться от произошедшего — это придется решить на политическом уровне.

— Кому решить, Каирус⁈ Повелитель лишил меня короны на глазах у целой толпы. А потом почти голой проволок по всему городу. И сам умер!

Я снова занервничала. Казалось, теперь, когда все должно успокоиться, когда главная битва завершена и я могу наконец отдохнуть, вокруг как будто опять что-то сгущается. Что-то, очень похожее на проблемы.

— Да, повелитель мертв. Мы предъявим им тело повелителя и скажем, что теперь осталась только ты — повелительница. Он не лишил тебя власти официально. Это было показательное выступление, которое, впрочем, можно оспорить, учитывая, что повелитель мертв. Ты возьмешь власть над империей в свои руки. А потом уже в спокойной обстановке подаришь захваченным королевствам свободу. Но именно ты должна отпускать их и передавать власть в законные руки будущих правителей. Потому что иначе их разорвут остальные. Если ты не поможешь — власть в и без того пострадавших королевствах попытаются захватить соседи, те, кто еще не примкнул к империи. В их сердцах сейчас достаточно ненависти ко всем, кто стал частью империи — они не упустят возможности отомстить.

— Светлые постараются, да? — Я устало потерла веки. Спать уже не хотелось, а вот спрятаться от суеты — очень даже.

— Уверен, светлые в стороне не останутся. К тому же, у них только магия светлая. А по своей сути ничем от других людей и существ не отличаются.

Я помолчала немного. Каирус терпеливо ждал, не давил.

— После того, как покажем подданным тело повелителя, мы его похороним, да? Он изменился, но это все еще частичка Дейша.

— Похороним. Он достоин получить все почести и обрести покой, — Каирус кивнул, прижимая меня к себе.

В его объятиях стало чуточку спокойнее, несмотря на все предстоящие дела, которые совершенно точно не будут простыми.

Последующие дни выдались очень тяжелыми, ненамного легче, чем подготовка к сражению и само сражение с повелителем.

Увидев мертвое тело, я все же разрыдалась над ним. Дейш больше не походил на самого себя — душа повелителя, сбросившая маску, изменила его почти до неузнаваемости. Но я все равно помнила, каким он был. Помнила, как любила Дейша. Возможно, любви к нему во мне больше не осталось — слишком сложный путь я прошла после того, как потеряла Дейша. Сама не раз превращалась в чудовище и творила ужасные вещи. Да, наверное, любви к Дейшу во мне больше нет — она умерла вместе с частичкой моей человечности, но все равно оказалось больно увидеть его мертвое тело.

Каирус очень мне помогал. Он не мог все взять на себя, но его опыт, опыт того, кто когда-то стоял по правую руку от императора, очень пригодился.

Поначалу меня не хотели принимать всерьез. При помощи тьмы я созвала ближайших доверенных повелителя, тех, кто остался наместниками в захваченных королевствах, и продемонстрировала им мертвое тело, заявив, что осталась одна я — и я их повелительница.

Ох, сколько недовольства сразу поднялось!

Поначалу мне не верили. Все хотели проверить труп, убедиться, что это действительно повелитель, и он не заявится через несколько дней, чтобы убить всю семью. Потом поверили и отказались подчиняться. Мне пришлось продемонстрировать силу. Вот древнюю тьму признали все. Она вырвалась таким мощным потоком, что я сама слегка ошалела. К новому уровню силы тоже нужно будет привыкнуть.

Мою власть все-таки признали. Но только на словах. Я знала, что они попытаются освободиться. Это жестокий повелитель был авторитетом. Я же, недавно униженная — лишь девчонка, в руках которой случайно оказалась огромная сила. Но, не давая им возможности выстроить в голове схему по свержению меня и захвату власти, заявила сразу всем главам: империи скоро не станет, я готова разделить власть между ними и отпустить королевства такими, какими они были до захвата повелителем. Осталось только разобраться, кто теперь примет власть в своем королевстве после того, как повелитель уничтожил несколько правящих родов под корень.

Проще было с теми, кто добровольно присягнул на верность повелителю. В этом случае правящая семья выживала и приобретала статус наместников. Сильнее пострадали Ардайн и Даортар — ни королевского рода, ни ближайших к ним веток, ни семей верных соратников — не осталось никого. Пришлось хорошенько разобраться в вопросе, прежде чем вручить власть достойным. С этим тоже помог Каирус.

Пожалуй, если бы не наступление светлых, внезапно опомнившихся, у меня могло не получиться. Но когда светлые, объединив силы, напали, королевствам, все еще находящимся в составе империи, понадобилась защита древней тьмы. Ну и тьма-страж пригодилась, куда без нее — она же величайшая сила в мире, которую превосходит только сама древняя тьма.

Когда армия светлых подошла к границам Ардайна, а вторая подперла Даортар, ослабевшие королевства взмолились о помощи. И мы с Каирусом, конечно же, их защитили. Со светлыми магами, причем среди них были и эльфы, и драконы, и феи — я церемониться не стала. Никаких переговоров — только жесткий отпор. Мне незачем продумывать стратегию по внешней политике, потому что империи вот-вот не станет.

Это заняло около месяца, но я наконец-то подписала последний указ, вверяя Ардайн родственникам Арнхайта. Несмотря на разногласия, несмотря на то, что в последнее время мы с Арнхайтом стояли по разную сторону баррикад, для Ардайна он сделал немало. И пусть сам Арнхайт погиб, у него нашлись достойные родственники.

— Ну все. Империи официально больше не существует. — Я откинулась на спинку кресла, поставив последнюю подпись. — Отнесешь? — спросила, передавая бумагу Каирусу.

— Отнесу. Никаких официальных церемоний устраивать не собираешься?

— Нет уж. Как думаешь, бой древней тьмы со светлыми магами был достаточно официальным?

— В ближайшее время они точно не сунутся ни на одну из территорий, принадлежавших империи, — рассмеялся Каирус. — Скоро вернусь.

Он переместился, а я обвела уставшим взглядом кабинет.

Дворец в Даортаре я покинула две недели назад, посчитав, что не имею на него никаких прав. Но и в замке повелителя оставаться не хотелось — каждый коридор, каждый камень напоминал мне о жестоких убийствах, о темных тварях и мертвой страже. Причем несколько убийств совершила я сама — и от этого тошно особенно. Я никогда не забуду, как убивала. Мне придется с этим жить. Придется смириться и принять в себе, чтобы никогда к подобному не возвращаться.

Мертвых стражей я распустила сразу. Попросила древнюю тьму уйти из них, чтобы мертвые тела стали просто мертвыми телами. Пусть обретут вечный покой, из которого их выдернула прихоть повелителя.

С темными тварями оказалось сложнее. Все они были кровожадны и жаждали убийств. Но все же они были живыми и, наверное, не заслуживали полного уничтожения. Я долго думала, как поступить. Наконец поддалась уговорам Каируса. Он сказал, что если мы хотим вернуть баланс и очистить мир от древней тьмы — нам придется избавиться от темных тварей, нарушающих естественное течение энергий в этом мире.

Мне было их жаль. Но окончательным доводом, убедившим меня, стали слова Каируса: «Их питает древняя тьма. Древняя тьма хочет уйти из мира. И когда мы выполним ее желание, когда поможем вернуть Имара — древняя тьма уйдет, а эти существа все равно погибнут, не смогут существовать без нее».

Я не стала затягивать их агонию, но поступила бережно — погрузила в вечный сон. Когда древней тьмы не станет, они ничего не заметят — попросту рассеются, даже не просыпаясь.

Чтобы отстраниться от всех произошедших ужасов, я переселилась к Каирусу. Оказалось, что его дом достаточно просторный, чтобы устроить в нем небольшую резиденцию.

После того, как тьма ушла из повелителя, я вздохнула спокойнее. Повелителя не стало, а вместе с ним древнюю тьму покинула его жестокость и жажда убийства. Тьма наполнилась моими эмоциями. И с каждым днем они все больше становились действительно моими. Но я знала, что есть во тьме уголок, который принадлежит только ей — Астарише. Она по-прежнему ждет своего часа, а значит, нам предстоит немало работы.

Когда все немного успокоилось, я встретилась с Лораной. Поблагодарила ее за вмешательство. Если бы не Лорана — у меня могло бы не получиться. Не пустив повелителю кровь, я не могла начать перетягивать его магию к себе, а вот он вполне мог — и ранить меня, и поменять символы, и отобрать древнюю тьму.

Все же удивительно, какую важную роль сыграла обыкновенная девчонка, знакомство с которой началось на неприятной ноте. Но не зря я решила разобраться. Не прошла мимо нее. Приблизила к себе. А она отплатила неоценимой помощью.

Лорана попросила называть ее Арной. Сказала, что теперь помнит обе жизни, но ощущает себя Арной — скрипачкой из оркестра повелителя.

Мы с Каирусом рассказали ей об обещании, данном тьме. Я волновалась. Не хотела заставлять Арну, если она откажется нам помогать. Она заслужила свободу! Заслужила выбирать ту жизнь, какую захочет. Но Арна удивила. Снова.

— Тьма-страж — невероятно сильная магия. Она открывает такие горизонты, которые даже не снились другим магам. С тьмой-стражем я была бы сильнее, выше остальных. Мне не было бы равных. Кроме тебя, Лада, — она улыбнулась. — Но я помню прежнюю жизнь. Помню, как вершила судьбы людей. Я больше не хочу этого. Вероятно, после того, как отдохну, я снова займусь чем-нибудь полезным, связанным с магией. Но мне будет достаточно обычной магии и моего мастерства. Я готова отдать тьму-стража. И готова помочь с поисками перерождений остальных оркестрантов. Это будет даже любопытно. С удовольствием встречусь с ними.

— Возможно, они не вспомнят себя так, как вспомнила ты. Возможно, они будут другими личностями, — заметил Каирус.

— И это займет много времени. Отдых откладывается, — добавила я.

— Понимаю. Но все равно согласна. Не хочу оставаться в стороне, когда дело касается моих бывших соратников и моей бывшей повелительницы, — Арна подмигнула.

Я облегченно рассмеялась. Впервые за долгое время.

Каирус вернулся через полчаса после того, как ушел.

— Ну все. Ты свободна, — он подошел ко мне со спины и заключил в объятия. Я как раз поднялась, чтобы налить себе немного воды. Пока ждала — читала книгу. Описание жизни одного из известных скрипачей. Подумалось, что в его истории я смогу почерпнуть что-нибудь и для себя. Мне ведь нужно осваивать магию. Когда-нибудь наши поиски завершатся. И что тогда? Чем себя занять? Может, вернуться в академию?

— Империи больше нет и повелительницы тоже? — я повернулась в объятиях, заглядывая Каирусу в глаза. Он тоже устал. Но смотрит на меня с таким теплом, что сердце замирает от нежности.

— Все, как ты хотела. Изначальные границы территорий восстановлены на официальном уровне. Ты больше не правительница. Остались только две важные задачи.

— Две? — удивилась я, поймав лукавый взгляд Каируса. — Одна — найти оркестрантов, собрать тьму-стража воедино и попрощаться с Астаришей. А вторая задача какая?

— Вторая — расслабиться и начать получать удовольствие от жизни. — С этими словами Каирус потянулся к моим губам.

— Кажется, эта задача нравится мне больше всех, — прошептала я, растворяясь в горячих и вместе с тем нежных ласках.

В академию я все-таки не вернулась. Поиски заняли два года. Каирус предложил свое наставничество. Я согласилась, рассудив, что в академии не найдется преподавателя лучше, чем тот, кто владеет магией несколько тысяч лет.

С Арной мы подружились и часто тренировались вместе. Во время занятий я старалась не прибегать к помощи древней тьмы — развивала собственное мастерство и привыкала к обычной магии, чтобы однажды, когда достигнем цели, не почувствовать себя беспомощной.

Большая часть нашего времени уходила на поиски. Но учиться я тоже успевала. А еще узнавала этот мир и наслаждалась жизнью рядом с Каирусом. Так странно было почувствовать, что над нами больше не нависает смертельная опасность, а значит, у нас есть будущее. И это будущее будет именно таким, каким мы его построим.

Первым мы нашли мальчишку одиннадцати лет. При встрече с Каирусом и Арной он не почувствовал ничего. Но когда Каирус выпустил немного тьмы-стража, так же, как и Арна до этого, потерял сознание. Признаюсь, перед родителями парня стало несколько неловко. Пришлось объяснять, что их сын — не простой мальчишка, а перерождение великого мага. И теперь только от него зависит, захочет ли он вернуть воспоминания.

Захотел. Так мы познакомились с тем, кто когда-то носил имя Ирэн и управлял тьмой при помощи вальторны.

С того момента Арна стала меньше улыбаться, все чаще уходила в себя и старалась держаться от меня подальше. Я не вытерпела, все-таки переживала за подругу, и однажды вечером вывела ее на разговор.

— Я же вижу, что тебя что-то тревожит. Подозреваю, это как-то связано с вашим оркестром. Расскажи, Арна. Ты можешь мне довериться. И если чем-то смогу — помогу.

— Ты ничем не поможешь, — она покачала головой.

— И все-таки? Что тебя тревожит?

Вздохнув, Арна отпила немного вина и призналась:

— Когда мы были оркестром, у нас у всех был разный возраст, но в целом… Шли годы, шли сотни лет — и все мы были примерно равны друг другу. А теперь встретили Ирэна. Одиннадцатилетний мальчишка! Я впервые задумалась… а что, если теперь мы все разного возраста? Сильно разного. Я так хотела встретить Таджа, посмотреть ему в глаза. Вспомнить, как мы проводили время вместе и как были счастливы. А что, если он шестилетний ребенок? Или младенец? А если младенец в теле девочки⁈

Я поперхнулась воздухом. Даже сок отпить не успела.

Девочка-младенец⁈ Вот это Арна загнула.

А я и не подозревала, что дело именно в этом. Все это время Арна мечтала встретить своего возлюбленного. Но если он окажется сильно младше или… хм… не того пола… Это действительно может омрачить их встречу.

— Ну… маги живут долго. Даже если ему шесть лет — через десять лет он станет взрослым парнем, а ты все еще останешься молодой красоткой.

— Да, наверное… Думаешь, меня не должна смущать разница в возрасте?

— Думаю, когда встречаются влюбленные души — их тела второстепенны. И я почти уверена, что Тадж возродится парнем! Пока что путаницы в этом плане не возникало.

— Пока что у нас всего два примера. Ирэн и я.

— Поищем другие, чтобы тебя успокоить, — я подмигнула ей. — Главное, что скоро вы встретитесь.

— Встретимся, — Арна умиротворенно прикрыла глаза. — В этом я не сомневаюсь.

Следующим мы нашли Крэйва — виолончелиста. Им оказался молодой маг двадцати семи лет, преподававший в одной из академий человеческих королевств. Я заподозрила, что все бывшие оркестранты перерождаются людьми, потому что именно человеческое тело больше всего подходит и для древней тьмы, и соответственно для тьмы-стража.

После встречи с Крэйвом Арна немного успокоилась.

А следующим стал Тадж. Тоже маг, что неудивительно. Симпатичный двадцатилетний парень, который учился на последнем курсе академии. Не в Ардайне, тоже в человеческом королевстве. Счастью Арны не было предела. С того момента она почти перестала помогать нам, где-то пропадая наедине с обретенным возлюбленным, но зато к поискам присоединился Крэйв.

Через два года мы собрали весь оркестр повелителя. Самым младшим оказался одиннадцатилетний мальчишка Ирэн. Но учитывая, что каждый из них при встрече с тьмой-стражем впадал в сон, а потом возвращал себе воспоминания, даже с Ирэном можно было разговаривать как со взрослым.

Каждый из них возвращал свою личность и вспоминал прошлую жизнь. Это помогло добиться согласия: помня, какие ужасы творили, когда служили повелителю, все они хотели искупить вину и готовы были отказаться от тьмы-стража, тем более что обычная магия все равно оставалась.

Астариша подсказала ритуал. Порывшись в замке повелителя, оставшемся бесхозным — мне не хотелось лишний раз туда возвращаться, да и бывшую столицу империи, расположенную рядом с ним, возродить не успели — я нашла древнюю книгу с описанием этого ритуала. К счастью, больше никаких жертв, невест и женихов — только объединение магии.

Как я вычитала и как рассказала Астариша, этот ритуал использовался во время сражений. Это магию оркестра можно легко объединить, если маги умеют друг с другом взаимодействовать. Остальным приходилось сложнее. Для тех, кто не использует инструментальную магию, этот ритуал и создан. При помощи рун и природных элементов, а еще капельки крови каждого участника этот ритуал позволяет объединить всю магию, призванную за раз разными магами, и нанести один мощнейший удар, не опасаясь, что сила выйдет из-под контроля.

В нашем случае даже удар не потребуется. Нужно само объединение магии. Как только это произойдет, душа Имара обретет свою целостность. И пробудится внутри этой магии, уже покинувшей тела оркестрантов.

Я настояла на том, чтобы сначала попытаться собрать магию вне каждого из магов. Астариша предлагала использовать Каируса как сосуд, чтобы душа Имара вместе с тьмой-стражем вышла из него так же, как сама древняя тьма собиралась покинуть меня, но я уговорила ее не рисковать. По крайней мере, если получится собрать магию в центре ритуальных символов, мы сделаем именно так. Тело Каируса — уже на крайний случай. И я очень надеялась, что рисковать не придется. Потому что до сих пор все наши планы рушились. Я боялась, что все опять пойдет не так, как запланировано. Боялась, что Каирус может пострадать. И очень надеялась этого не допустить.

— Все готовы? — спросил Каирус, обходя по кругу напарников.

— Да.

— Да, готов, — откликались они один за другим.

— Давайте сделаем это, — сказала Арна. — Пусть сегодня завершится один этап нашей жизни и начнется другой, свободный от прошлого.

Тадж поддержал ее, сжав руку.

Я в последний раз обошла заранее заготовленные руны. Осмотрела природные элементы — камни и свечи, плавающие в наполненных водой чашах, — чтобы убедиться, что все сделано правильно. Астариша смотрела вместе со мной и бурлила внутри от предвкушения. Очистившись от эмоций повелителя, она стала светлее. Уже не та беспроглядная тьма, которую можно было назвать самой темной частью древней магии, с каждым днем она все больше и больше походила на девчонку, путешествовавшую по миру, ставшую богиней и пожелавшую создать свой собственный мир.

— Лада? — Каирус повернулся ко мне.

— Все готово, — я кивнула.

— Тогда расходимся, каждый занимает свое место.

Арна отстранилась от Таджа. Остальные тоже отодвинулись друг от друга, чтобы между шестью магами образовалось равное расстояние. К каждому из них теперь вела дорожка символов, исходящая из центра ритуального изображения.

Я отступила, потому что мое участие пока не требовалось. Все, что от меня сейчас нужно — это отпустить древнюю тьму, когда наступит подходящий момент.

Каирус первым начал читать заклинание. Затем к нему присоединилась Арна, Тадж и все остальные. Под конец они читали ритуальные фразы хором так единогласно, будто чувствовали друг друга. Так оно, наверное, и было. Мне никогда не понять, какие узы связывают оркестрантов, никогда не понять в полной мере, через какие трудности и ужасы им довелось пройти. Но я радовалась при мысли, что они получили второй шанс на нормальную жизнь, свободную от повелителя и от тьмы-стража. А еще немного грустила. Я привыкла к Астарише. И пусть за последние два года неплохо освоила магию, хотя еще есть чему поучиться, без мысленных разговоров с древней тьмой, без ее присутствия буду скучать.

Я внимательно следила за ходом ритуала, чтобы подсказать, если вдруг что пойдет не так. Но все они — гораздо более опытные маги, чем я. Они прекрасно справлялись, четко выполняя каждое действие.

Вспыхнуло пламя свечей, поднимаясь почти до потолка. Вскипев, в чашах забурлила вода. Задребезжали камни, раскалываясь на части. На стенах заплясали магические тени.

Каирус надрезал кожу на ладони и передал кинжал дальше по кругу. Вслед за ним действие повторил каждый, чтобы затем вытянуть руки и уронить по капле крови в центральный ритуальный символ. А затем они выпустили магию, завершая заклинание.

Каждый постарался, чтобы к тьме-стражу не примешалась обычная магия. Я ощутила это, и сама, благодаря приобретенному за два году опыту, и при помощи Астариши, которая тоже это почувствовала. Несколько секунд в самом центре, набирая силу, скапливалась тьма-страж. Она сжималась, чтобы не вырваться за пределы ритуального зала и не разгромить замок, но постепенно нарастала в таком количестве, что перестала помещаться в пространстве и прорвалась сквозь него, наизнанку, туда, где живет древняя тьма.

Мы обе это почувствовали. Когда тьма-страж обрела максимум силы, когда собралась воедино, призванная сразу шестью магами, раздался странный звон, как будто соединились кусочки разбитого зеркала. А потом мы услышали его голос:

— Астариша? Астариша, это ты?

— Имар! — воскликнула она, с шелестом вырываясь из моего тела.

Остальные не видели этого, не знали, что происходит. Они просто делали свое дело, продолжая удерживать остатки магии. Подозреваю, им очень хотелось призвать ее обратно, однако оркестранты держались.

А я видела и ощущала, что происходит на изнанке мира, за его пределами. Там встретились две влюбленные души. Астариша кинулась в объятия Имара, улыбающегося счастливо и вместе с тем недоверчиво — он до сих пор не мог осознать, что вернулся, что любимая рядом с ним.

— Прощай, Астариша. Буду скучать по тебе, — мысленно шепнула я.

— Спасибо, Лада. Спасибо за все, — откликнулась она, продолжая покидать мое тело. Много древней тьмы. Очень много. Но уже не больно, не так, как во время поединка с повелителем.

— Тебе не жаль? — спросила я. — Вы создали этот мир. А теперь покидаете его.

— Нас впереди ждет много миров, много свершений. А может быть, мы снова попытаемся, только уже в другом месте. Я дарю этот мир тебе, Лада. За все, что ты для меня сделала.

Ненадолго отстранившись от Имара, тьма подлетела ко мне и поцеловала в щеку. Ее последние капли покинули меня. Взяв возлюбленного за руку, вместе с ним Астариша развернулась и утонула где-то в пространстве.

Как только она ушла, мое сознание вернулось к остальным.

Обессилев, я почувствовала, как подгибаются коленки. Но Каирус оказался рядом со мной вовремя, чтобы не позволить упасть.

— Ты все сделала правильно. Теперь мы свободны, — шепнул он.