Глава 14

Я не заметила, как это произошло, но когда мы перемещались, повелитель надел мне на голову корону. Ту самую, которую совсем недавно мне вручили на этой же площади.

Так мы появились с ним вдвоем. Я в нижнем белье и с короной на голове. В руках повелителя, на глазах у толпы тех, кто еще недавно чествовал меня вместе с повелителем.

— Мои верные подданные! — Начал повелитель, бросая меня к своим ногам. На площади тут же воцарилась тишина, прерываемая лишь шорохами одежды. Казалось, я слышу даже дыхание — настолько тихо стало вокруг.

Я не удержалась на ногах, когда повелитель швырнул меня. Рухнула на колени, почти не замечая боли в ободранной коже. Только хватала ртом воздух, отчаянно пытаясь надышаться. Подчиняясь воле повелителя, древняя тьма заклубилась по поверхности постамента, не давая мне оторвать от него ладони и приподняться. Впрочем, я даже не пыталась. У меня не было цели принять кару повелителя с достоинством — я хотела просто это выдержать. Как смогу.

— Вы знаете, как я справедлив, но не терплю малейшего неподчинения, — продолжал повелитель. Его голос уверенно разносился над толпой. — Мое слово — закон. Верность мне — цель вашей жизни. А те, кто посмеет предать меня, жестоко за это ответят. Неприкосновенных нет. Помните об этом.

Повелитель говорил, а люди, драконы, темные эльфы и другие существа, присягнувшие ему на верность, из тех, кто не успел покинуть столицу Даортара, во все глаза смотрели на меня. На их лицах читалось удивление, непонимание, даже страх. Никто из них не хотел оказаться на моем месте, и теперь зрители гадали, что же я совершила, чтобы повелитель не просто убил меня — унизил перед всеми.

Блуждая взглядом по толпе, внезапно увидела его. Да, тьма говорила, что Каирус будет присутствовать. Его тоже держала тьма и окружала мертвая стража. Не покрытым тьмой оставалось только лицо. Каирус смотрел прямо на меня, плотно сжимая губы. Я видела, как по его вискам стекают капельки пота. Видела слишком бледную кожу, напряженный взгляд, синяки на скулах, порез на щеке. Возможно, Каирус пытался что-то предпринять, но не мог. А я не знала, как его освободить. У меня не было на это сил. Без помощи древней тьмы я — бесполезная пустышка. Но именно сейчас я не должна просить ее о помощи, иначе все окончательно испорчу.

— Как я могу вознести каждого из вас — так могу низвергнуть, — произнес повелитель. — У вас больше нет повелительницы. Перед вами — жалкая шавка, которая будет казнена. Теперь есть только я — ваш повелитель!

Он стянул с меня корону, вырвав при этом клок волос, бросил себе под ноги и растоптал. Под изумленные ахи и вздохи повелитель взмыл в воздух на волне древней тьмы. Она же скрутилась несколькими жгутами, хватая меня за горло и запястья. Повелитель рванул вперед, вдоль площади, а меня тьма зашвырнула прямо в толпу.

Перепуганные подданные тут же бросились в разные стороны. Кто-то в ужасе закричал. Одна женщина даже закрыла руками глаза, чтобы не видеть происходящего. Тьма швырнула меня о каменную мостовую, а потом потащила по ней вслед за повелителем, летящим в нескольких метрах над землей.

Каирус попытался дернуться ко мне, даже атаковал, но стоящая на страже древняя тьма легко нейтрализовала атаку. Мертвым не пришлось ничего предпринимать.

Я тоже хотела к нему потянуться, но от удара в глазах потемнело. Во рту почувствовался привкус крови.

— Прости, — шепнула тьма, убирая боль.

Если бы не она, я бы не справилась. Но из моих глаз не выплеснулось ни слезинки. Я закусила губу, стараясь не замечать, как покрывается синяками и царапинами все тело.

Повелитель летел над площадью и безжалостно волок меня на хлыстах тьмы вслед за собой. Зрители расступались, расходились в разные стороны растревоженными волнами. Я не врезалась ни в кого из них, но мне хватало ударов о камни.

К концу площади за мной уже тянулся кровавый след, но пытка на этом не закончилась. Повелитель решил протащить меня по улицам города. А затем — и во дворе дворца, на глазах приближенных аристократов.

Никто не радовался, не смеялся надо мной. Я уже почти не видела, но ощущала их испуг, надолго застывавший в воздухе.

Если повелитель поступил так со мной, которой еще недавно целовал руки, которую называл равной себе, то что он может сделать со всеми остальными, кто вдруг станет неугоден?

Они боялись. А я почти ничего не чувствовала. Тьма забирала боль, но оставалась слабость. Тело не справлялось. В какой-то момент я отключилась, в очередной раз потеряв сознание. Сейчас это было особенно опасно, можно было уже не проснуться, но я просто не могла оставаться в реальности. Силы окончательно покинули меня. Вместе с мыслью, что раз не получилось помочь Каирусу на площади — придется как-то самой отвлекать повелителя, когда нужно будет перерисовать ритуальные руны. Если, конечно, успею вовремя очнуться.

— Лада… Лада… — шелестела тьма в моей голове.

Ее голос смешивался с другим.

— Лада, я не дам тебя в обиду, — Дейш нежно касался моей щеки, заглядывал в глаза с заботой и нежностью, с уверенностью и обещанием, что все будет хорошо.

Но лицо Дейша плыло, сменяясь то жестоким повелителем, то Каирусом. После нескольких метаморфоз передо мной склонился Каирус. На нем сфокусировался мой усталый взгляд.

— У нас все получится. Я хочу, чтобы у нас у обоих был второй шанс, и мы прожили его вместе.

— Лада! — Тьма все-таки выдернула меня из забытья с калейдоскопом образов.

Я очнулась со слезами на глазах.

Вздрогнула, ощутив, что связана по рукам и ногам. Снова лежу на чем-то холодном и каменном. На этот раз не в темнице. Тьма привела меня в чувство как раз вовремя, чтобы я увидела, как повелитель расставляет по периметру темного зала свечи. Он начал ритуал с жертвенной невестой!

— Да, он начал, — подтвердила тьма. — Пока ты была без сознания — я лечила тебя. Не могу убрать внешние повреждения, но внутренние ушибы исцелила. Дать отдохнуть тебе тоже не могу, слишком мало времени. Но без серьезных ран ты сможешь бороться. Чувствуешь?

Я прислушалась к себе и с изумлением отметила, что все на самом деле не так плохо, как казалось. По крайней мере, когда повелитель протащил меня по городу и я не выдержала, потеряла сознание, сил не было совсем. Пусть я не чувствовала боли, ни тогда, ни сейчас, тело отказывалось повиноваться, а глаза как будто свинцом налились. Теперь же ощущения вполне терпимые. Не бодра и уж точно не весела, но если захочу поднять руку — я смогу это сделать. Может быть, даже коленки не подогнутся.

Пока повелитель увлеченно занимался ритуалом, я активно включилась в мыслительный процесс. Хотя бы голова соображала неплохо. А что немного кружилась — ерунда.

Итак, я лежу на каменном алтаре. Магические символы начертаны вокруг, еще не до конца — я узнаю их и вижу незавершенность. Повелитель занят. Он доверяет древней тьме и даже не подозревает, что она на моей стороне. Это плюс. Нет ни металлических оков, ни веревок — только древняя тьма держит мои руки и ноги, не давая подняться с алтаря. В этом предположении я не ошиблась.

— Ты сможешь освободить Каируса в тот же момент, когда будешь меня освобождать? — спросила мысленно.

— Да, смогу.

Стоп. Но если Каирус сюда ворвется — повелитель тут же поймет, что ему помогла древняя тьма! И после того, как отгонит Каируса, он проверит меня. Одно неверное движение — не там локон волос, не то положение руки — и он поймет, что я не лежала на месте во время их борьбы. План будет провален. Повелитель ни в коем случае не должен узнать, что древняя тьма на нашей стороне!

— Верно. Он догадается, — поддержала она.

А если догадается — может проверить и ритуальные символы. Он сразу заметит неладное. И как только присмотрится получше — поймет, в чем отличия.

Значит, Каируса освобождать нельзя. Увы, но мне придется справляться самой.

Думай, Лада, думай. Все вот-вот решится. Ты так близко к поражению, но… А что, если отвлечь повелителя при помощи тьмы, но таким образом, чтобы он не догадался? По крайней мере, не успел разобраться. Он ведь будет спешить назад, чтобы завершить ритуал.

— Астариша, сможешь устроить какой-нибудь переполох? Скажем, через мертвого стража. Пусть он кидается на остальных стражей. Или начнет бить все окна во дворце. Пусть ведет себя настолько странно и агрессивно, что… кхм… нет, нам ведь даже не нужно, чтобы кто-то позвал повелителя! Ты его страж. Ты сама можешь сообщить о странностях с мертвым.

— Это можно устроить, — задумчиво прошелестела тьма. — Но мертвые под моим контролем. Повелитель догадается, что это я.

— Или не догадается, если сразу на кого-нибудь свалить. Можно притвориться, будто у меня больше союзников, чем один. Лорана! Точно. Ты сможешь сымитировать воздействие тьмы-стража? Тогда повелитель подумает на Каируса и решит его проверить, но увидит, что Каирус все еще взаперти. Подозрения с тебя будут сняты, зато ты можешь подсказать, что почувствовала в Лоране что-то такое, как у Каируса.

— Я готова. По твоей команде, — после паузы откликнулась тьма.

Я загорелась идеей и даже немного воспрянула духом. Повернула голову, присмотрелась к повелителю. Закончив со свечами и остальными стихийными элементами — водой в чашах и горстками камней — он вернулся к начертанию рун. Судя по всему, до финала осталось совсем мало времени. Но с переполохом стоит еще немного подождать.

— Я заметил, что ты пришла в себя, — сказал повелитель, не отрываясь от занятия. — Неужели тебе не страшно умирать? Ты ведь умрешь, Лада. Я заберу древнюю тьму назад, к себе, а ты умрешь. После ритуала жертвенной невесты не выживают.

— Я знаю. Но мне не страшно, — прохрипела, как могла, срываясь на шепот и кашель. — Возможно, смерть наконец принесет мне облегчение. Потому что последние недели были наполнены кошмаром.

Наверное, мне стоило помолчать. Не отвлекать повелителя.

Он оторвался от начертания рун и на волне тьмы подлетел ко мне. Рука сдавила горло, причиняя боль, которую тьма пока не могла унять. Слишком близко к повелителю. Слишком заметно, если я не вздрогну и не скривлюсь от грубого прикосновения.

— Я настолько ужасен, да? Полагаешь, что смерть лучше жизни со мной? — прошипел повелитель, склоняясь надо мной. В его взгляде не было больше ничего, кроме всепоглощающей ненависти. — Ты стояла на вершине мира вместе со мной. Не жаль все это потерять? Неужели ты ни капли не хотела того, что я мог тебе дать? — В последнем вопросе промелькнула боль, которая тут же скрылась за черной занавесью безразличия.

Если бы ему было возможно помочь. Если бы существовал хотя бы крошечный шанс. Но я цеплялась до последнего, надеялась вернуть то светлое, что было в его душе, когда он был Дейшем, однако все оказалось бесполезно. Повелитель — прирожденное чудовище.

— Не хотела, — прохрипела я, прикрывая глаза, чтобы не смотреть на него.

Повелитель отстранился, вновь позволив мне свободно дышать. По дуновению воздуха, по движению тьмы я ощутила, что повелитель вернулся к своему занятию.

Еще одна руна и еще — на этот раз последняя.

— Давай, — мысленно скомандовала я.

Повелитель повернулся ко мне и внезапно замер. Тьма нашептывала ему, что во дворец вторглись при помощи тьмы-стража.

— Это невозможно! — прорычал повелитель. — Ты должна была его стеречь!

Краткий разговор между повелителем и тьмой — я догадывалась о его содержании. Повелитель скривился. Бросив на меня предостерегающий взгляд, обронил: «Дорогая, скоро вернусь». После чего исчез в потоках тьмы. Та же тьма освободила меня от оков.

Я подскочила с постамента. Вернее, это в первый миг я подскочила. Потом ноги все же подкосились от резкого движения. Ухватившись за край алтаря, удержала себя в вертикальном положении. Переждала приступ головокружения. Вдох-выдох, все хорошо, я справлюсь.

Почувствовав, что стало лучше, поспешила к начертанным рунам. Так, нужно разобраться что к чему. Да, вот этот символ. Здесь жертвенную невесту нужно заменить на жертвенного жениха.

Я взяла мелок, брошенный повелителем неподалеку, и принялась за дело. Одежды на мне не было, чтобы воспользоваться длинным рукавом, но я нашла пару холщевых мешочков, оставшихся из-под ритуальных предметов. С их помощью стерла лишние символы и начертила другие. Так, еще вот здесь нужно немного подправить и вот здесь заменить. Готово!

— Время еще есть? — спросила мысленно.

— Да, но поторопись. Повелитель вернул всех мертвых под контроль. Раздает указания, чтобы его подданные отправились на поиски Лораны. Сам присоединится к делу позже. Сейчас он планирует вернуться к тебе.

Я запрыгнула на алтарь и попыталась лечь так же, как лежала до этого. У меня ведь не должно быть сил для телодвижений. Даже приподнять руку или повернуть голову после всех зверств, устроенных повелителем, должно быть неимоверно сложно. Хотя в крайнем случае можно притвориться, будто я все же пыталась высвободиться. Да, так и сделаю, чтобы лишних вопросов не возникло. Слишком покорная я, не попытавшаяся предпринять абсолютно ничего, тоже буду выглядеть подозрительно.

Тьма окутала меня по рукам и ногам, снова прижимая к алтарю.

Когда повелитель появился в ритуальном зале, я вяло металась головой по каменной плите и делала вид, что пытаюсь напрячь руки. Однако тьма надежно держала меня, не давая высвободиться, тем более при таких хилых потугах.

— Все-таки не столь спокойна, как хочешь показаться? Прекрасно, — он усмехнулся.

Подошел ко мне, рассматривая свысока. Кажется, ему доставила удовольствие мысль, что я все-таки сопротивляюсь и терплю поражение.

— Я чуть не поймал твою Лорану. Знаешь, что она учудила? Вырвала из подчинения тьмы нескольких мертвых, устроила во дворце переполох. Похоже, ее впечатлило твое выступление на площади. Ты неплохо разбираешься в людях. Приблизила к себе носительницу единственной магии, которая могла бы противостоять древней тьме, если бы не мое мастерство. Да, у тебя как будто нюх на предателей, — повелитель нехорошо усмехнулся, снова опаляя меня полным ненависти взглядом. — Но у девчонки ничего не вышло, она слишком слаба. Даже Каирус не справился со мной. Ты оценила вашу последнюю встречу? Он так душераздирающе смотрел на твои страдания. Так рвался тебе на помощь. Но древняя тьма… да, она все-таки сильнее этой странной магии, которой я когда-то наделил свой оркестр.

Пальцы повелителя грубовато скользнули по моей щеке, причиняя боль покрытой синяками и порезами коже.

Это не ласка. Это наказание.

— Знаешь, что будет дальше? Я убью тебя, Лада. При помощи ритуала заберу древнюю тьму, которой так великодушно тебя наделил. Я ведь мог сделать это с самого начала. Еще в тот день, когда отступники, очередные предатели, призвали меня. После того, как убил их, я мог завершить начатый ритуал по правилам. Не менять руны на твоей руке, не делать тебя настоящей невестой — принести в жертву, забрать всю магию, которая всегда принадлежала только мне.

Повелитель говорил, а я цеплялась за мысли, как сильно он ошибается, как многого не знает. Тьма никогда не была его — она просто сделала выбор стать его частью. Но тьма — Астариша, полноценная личность, богиня.

— Благодаря тебе я обрела себя, — шепнула тьма, давая понять, что она все еще со мной. Не с ним. И эти мысли придавали сил, чтобы продолжить борьбу.

— После того, как ты сдохнешь, неблагодарная тварь, — жестко сказал повелитель, — я убью всех, кто тебе помогал. Убью Каируса, найду и убью Лорану. Девчонка, в отличие от Каируса, слишком слаба. Она не сможет долго скрываться. Да, пожалуй, сразу после ритуала я отправлюсь именно к ней. А потом вернусь к Каирусу. Пусть мой бывший гитарист ответит за все, что сделал. За предательство тысячелетия назад и за то, что сделал сейчас. За то, что переманил тебя на свою сторону!

Разозлившись, повелитель ударил рукой по алтарю. Перевел дыхание. Отвернулся от меня.

— Все, хватит разговоров. Надеюсь, ты осознала, как подвела всех своих союзников. А теперь пора начинать ритуал.

Повелитель обвел взглядом начертанные символы и внезапно замер. Его спина закаменела. Я затаила дыхание, заподозрив самое худшее.

— Когда ты успела? Как? — он резко развернулся. Вперил в мое лицо клубящийся тьмой взгляд. — Как ты смогла заменить символы? Тьма? Она еще подчиняется тебе? Тьма! — взревел повелитель.

Кажется, мы попались. Наша задумка раскрыта.

Повелитель выбросил руки вперед, вместе с тем заставляя тьму атаковать меня. Она не могла ослушаться его во время атаки, но и удерживать меня на месте не стала. Освободила в самый последний момент, чтобы я успела соскользнуть с постамента, уйти из-под удара.

Алтарная плита разлетелась на осколки. Тьма прикрыла, не давая обломкам добраться до меня.

— Плевать! Алтарь — всего лишь дань традициям, но не несет в себе никакого смысла! — прорычал взбешенный повелитель. — Я все равно тебя прирежу и заберу всю древнюю тьму. Она не сможет сопротивляться. Она моя! Не твоя!

Если не получилось провернуть ритуал в свою сторону незаметно — придется делать это открыто. Прямо сейчас! Повелитель заметил символы, но пока еще не изменил их. Если успею нанести ему удар — останется только потянуть к себе древнюю тьму. Но где взять что-то острое? Как пустить ему кровь?

Повелитель снова атаковал. Я ушла в глубины тьмы и появилась сбоку. Хотела схватить кинжал со стола, на котором повелитель оставил ритуальные вещички. Но не успела. Едва моя рука потянулась к кинжалу — повелитель снова атаковал. Я успела только уйти в сторону. Правда, тьма все равно задела меня. Больно хлестнула по руке, разрывая кожу и одним ударом подбрасывая в воздух. Приземлилась я неудачно, в очередной раз ободрав и без того измученные коленки. Весь воздух вышел из легких.

Тьма отстранилась, разрываемая внутренними противоречиями.

— Я не могу бороться с самой собой, не могу… теперь это только сила… — шептала Астариша на грани безумия.

Я чувствовала, как из магии уходит ее разум. Да, теперь только сила. Но я…

— Лада! Ты ответишь за все, — повелитель схватил меня за шею, поднимая над полом. Ритуальный зал закачался, погружаясь в темноту, расчерченную пульсирующими искрами. — За то, что подобралась к древней тьме, за то, что попыталась отобрать мою силу — больше, чем я готов был разделить с тобой. За все ответишь, неблагодарная дрянь…

На последнем слове повелитель вздрогнул, издал невнятный звук и выпустил меня из рук.

Я упала к его ногам. Подняла недоумевающий взгляд и увидела, как из груди выходит клинок с капельками крови.

— Лада, начинай ритуал! — закричала Лорана.

Это она подобралась к повелителю со спины и пронзила ему грудь.

Повелитель зарычал, испуская волну тьмы. Лорану отбросило так далеко, что она отлетела к стене, ударилась и потеряла сознание. Да, надеюсь, она все еще жива. Но времени больше нет. Повелителю пустили кровь, а значит, пора начинать ритуал.

Я подскочила, отбегая от него так далеко, как смогу. И начала читать заклинание.

Повелитель швырнул в меня клинок, который при помощи магии выдернул из своей спины. В последний момент, не знаю каким чудом, я увернулась. Клинок прошелся по касательной, оцарапав ребра. Но моя кровь тоже потекла, стремительными струйками побежала вдоль бока.

И все же я первая начала читать заклинание. Все же это символ жертвенного жениха начертан в ритуальной вязи. А еще несколько знаков должны помочь мне перехватить управление над тьмой и забрать ее себе.

Я ощутила, как это происходит. Древняя тьма вырвалась из повелителя и устремилась ко мне. Я раскрылась перед ней, приглашая, впитывая.

— Не позволю!

Повелитель яростно зарычал и потянул тьму на себя.

Это оказалось больно. Как будто множество щупалец вспарывают грудь, вцепляются в ее сердцевину и начинают вытягивать жизнь.

Не просто так ритуал жертвенной невесты или жертвенного жениха смертелен. Невозможно остаться в живых, когда из тебя вырывают магию столь безжалостно.

Тело содрогнулось от боли. Я сжала зубы и усилила давление. Забрать то, что повелитель тянет на себя. И еще больше, еще больше вытянуть из него.

Больше нет никаких хитростей. Не нужно переживать о том, чтобы отвлечь, чтобы повелитель не заметил, не нужно ничего подменять. Осталась лишь одна задача: забрать древнюю тьму из повелителя и не отдать ту часть, что уже есть во мне. Все внимание, все мое существо сосредоточилось только на одном. Весь мир сузился до нас двоих и тьмы, превратившейся в бесконечный канат, который перетекал из одного тела в другое. Не всегда в мое. Не всегда к повелителю. Мы тянули в разные стороны, отчаянно сопротивляясь и не давая второму победить.

Больше нет даже мастерства повелителя — оно не имеет значения. Только сила. Воля к победе.

Я не уверена, что справлюсь. Но ради спасения всего мира, ради мечты Астариши и…

— Ты справишься, Лада. Я с тобой. — Руки Каируса сомкнулись на моей талии. Он прижал меня к себе со спины. Когда наши тела соединились, Каирус вздрогнул от потока магии, но удержался. Только вновь прошептал: — Я с тобой, до конца.

Я знаю, ради чего бороться. Я хочу жить. Я хочу жить счастливо, пусть даже никогда не вернусь в родной мир, но я смогу найти себя здесь, смогу быть с тем, кого успела полюбить.

А повелитель…

— Предатель! Почему все меня предают⁈ — взревел он, делая очередной беспощадный рывок.

Боль все еще разрывала меня. Это бесконечное давление, натяжение тьмы, разодранная натиском магии грудь. Но теперь я была не одна — Каирус стоял вместе со мной. Не вливал магию, но поддерживал. Даже сейчас, когда мы оба можем погибнуть, он доверился мне. Пришел, чтобы не оставить одну, независимо от исхода поединка.

Да, я хочу жить. Ради мира, ради Каируса и ради себя. Ради себя счастливой.

По щекам потекли слезы. Тело опять содрогнулось, когда повелитель усилил давление.

Нет, не отдам тебе тьму! Она не хочет этого. И ради нее я тоже постараюсь. Ради нас всех. А ты, повелитель, как всегда, останешься один.

Закусив губу до боли, я потянула тьму на себя. Еще и еще. Тянула до тех пор, пока не услышала крик. Тянула до тех пор, пока последние волокна тьмы не покинули повелителя и не нашли свое место где-то глубоко внутри меня.

Повелитель упал, лишившись магии и жизни.

Только после этого я позволила нестерпимой усталости, граничащей с изнеможением, утянуть меня в темноту.