Глава 30

– Может быть, вам чем-то помочь? – спросила я экономку, когда та раздавала указания горничной, кухарке, садовнику и прачке. На кухне тот час повисла тишина, и все собравшиеся устремили на меня недоуменные взоры. – Я серьезно! – заполнила неловкое молчание. – Хотелось бы занять себя чем-то, а не бессмысленно слоняться по дому. – Аврора, – обернулась ко мне женщина, – от Кая Августовича не было подобных распоряжений. – Но его же нет. А я маюсь от безделья, – все осточертело: гулять, смотреть сериалы про наивных дурочек, верящих в то, что красавцы-мерзавцы влюбятся в них без памяти и всю жизнь будут хранить верность, позабыв про свои кобелиные привычки. Почему-то эти сериалы умалчивали о том, что в реальной жизни стоило парочке переспать, как подонок уходил, не попрощавшись, или, того хуже, отправлял девушку на такси. А в выходные уезжал на вечеринку, где имел кучу доступных женщин. А вернувшись, снова морочил голову бедняжке. – Милая, и все же я бы не стала нарушать приказы хозяина, – улыбнулась Роза Семеновна. Хозяина… ХОЗЯИНА! Вот он кто нам всем – хозяин. А мы все – его верные рабы и комнатные зверюшки, вынужденные выполнять приказы и не проявлять самодеятельности. Ведь, если хозяину что-то не понравится, он всех накажет или вышвырнет на улицу. – Я сама вас прошу об этом. В качестве развлечения, – улыбнулась. Сидеть без дела и думать о том, успел он уже трахнуть кого-то или нет, оказалось выше моих сил. На протяжении всего утра я крепилась, уговаривала себя, что Крестовский для меня никто и мне плевать, чем он занят. К тому же без него гораздо спокойнее. Я не находилась в постоянном напряжении, дожидаясь его. Никто не унижал, не заставлял удовлетворять его, высказывая недовольство по поводу качества оказываемой услуги, а после не окатывал ушатом ледяной воды. Но почему тогда при мысли о Крестовском с другой женщиной сосало под ложечкой и все внутри меня сжималось в комок так сильно, что немело тело и хотелось разрыдаться? Это все глупые сериалы и мечты об одном-единственном, что будет носить меня на руках до конца жизни. Не бывать этому. Кай не мой возлюбленный, а я не та, с кем он захочет провести остаток жизни. Дура! – Аврора, – экономка замолчала, явно думая, как поступить. – Дай мне пятнадцать минут, и мы что-нибудь придумаем, хорошо? – вежливо улыбалась она. – Конечно. Дожидаясь, пока женщина отправит всех своих подчиненных выполнять работу, я выглянула на задний двор, увидела, как один из парней охраны моет машину, и засмотрелась. С ним мне еще не доводилось встречаться. Молодой, высокий, коротко стриженный парень в черной майке и испачканных мазутом джинсах поливал из шланга кузов внедорожника. Широкие плечи бугрились мышцами, а одну руку практически полностью покрывали татуировки. Словно ощутив мой взгляд, он повернул голову к дому и тут же встретился со мной глазами. Несколько мгновений просто смотрел, а затем усмехнулся и подмигнул. Зардевшись, я сразу же отпрянула от окна и столкнулась лицом к лицу с Розой Семеновной. Сердце ухнуло вниз от страха. – Напугали! – выдохнула, восстанавливая ритм сердца. – Чем именно ты бы хотела заняться, Аврора? – проигнорировала мою фразу женщина. – Я бы очень хотела помочь с обедом, – обрадовалась, что наконец-то меня займут чем-то. – Хорошо. Тогда сегодня ты в полном распоряжении Марины Леонидовны. – Спасибо, Розочка Семеновна! – взвизгнула я и обняла женщину. – Первый раз вижу, чтобы так радовались работе, – рассмеялась она. Я с радостью окунулась в работу на кухне, помогая тёте Марине. Мне доставляла удовольствие готовка. И пусть я была всего лишь на подхвате, почистить овощи, порезать и так далее, но даже такие простые занятия помогали мне почувствовать себя полезной и здорово отвлекали от мыслей о Кае. Но этот мерзавец все равно то и дело проскакивал ко мне в голову и лишал покоя. Но с веселушкой тётей Мариной, полноватой низенькой женщиной около пятидесяти лет, с выкрашенными хной волосами и пронзительными голубыми глазами, я быстро переключалась на очередную ее историю из жизни. Ей, по всей видимости как и мне, не хватало в этом доме общения. И она радовалась моей компании. – Давно вы работаете здесь? – я нарезала кубиками помидоры на салат. – Скоро пять лет как. Коленька мой… Царствие ему небесное! – перекрестилась она. – Поручился за меня перед Каем Августовичем. Тот попробовал мою стряпню, и с тех пор я здесь. И знаешь, Аврора, о лучшем работодателе не могла и мечтать, – выложила зажарку в борщ и проверила плов. – Кай Августович очень внимателен к своим людям. И если попросить о чем-то, то никогда не откажет. Ну не мне тебе рассказывать, – многозначительно посмотрела она на меня, странно улыбаясь, вгоняя меня тем самым в краску. Я опустила глаза к помидорам, сжимая плотнее губы, не желая разочаровывать женщину, потому что со мной их драгоценный Кай был совсем другим. – И выходные у вас бывают? – А как же! И выходные, и оплачиваемый отпуск! – Звучит и правда неплохо, – улыбнулась я, думая о том, как мало людям надо для счастья. – Значит, и дома вы проводите достаточно свободного времени, – почувствовала укол зависти. Это большое счастье, когда есть возможность вернуться домой. – Как Коля умер, стены на меня там давят. Вот и стремлюсь сюда, к ребятам. Чтобы одной не находиться, – вмиг загрустила кухарка. – Сын наш в другой стране живет, – задумчиво проговорила она. – Сейчас как раз придут хлопцы, накормим, – мгновенно переключилась, нацепив улыбку на лицо и выключая огонь. – Кто? – я скинула с разделочной доски помидоры в миску и отнесла доску с ножом в мойку, смывая сок с дерева. – Ну как же! Ребята наши! Не успела она это проговорить, как дверь распахнулась и на кухню зашли трое парней, среди которых я знала только Толика, второго встречала пару раз в доме, а третьим оказался тот самый парень, что мыл автомобиль. Несколько мгновений я стояла и смотрела на незнакомца таким же удивленным взглядом, как и он на меня. Не моргая, он сверлил меня карими глазами в обрамлении пушистых черных ресниц, а затем улыбнулся. – Давай, Аврора, помоги мне, – вывела меня из транса тётя Марина. – Впереди еще две партии. А где четвертого потеряли? – обратилась она к мужчинам. – Ушел переодеться, – ответил Толик, усаживаясь за стол. Перевела на него взгляд, и сразу стало не по себе. Наверняка донесет боссу о моем развлечении. Ну и пусть. Я хотя бы не с девочками развлекалась, а занималась полезным делом. Подавала тарелки кухарке, чувствуя жжение в районе лопаток, сместившееся ниже, к ягодицам, стараясь игнорировать неприятные ощущения. Мысленно похвалила себя за то, что оделась не в шорты, а в брюки. Помогла накрыть на стол и, не мешая мужчинам обедать, вышла на крыльцо, спустилась на задний двор, присев на лавочку рядом с крыльцом. – О, принцесса! – услышала удивленный возглас. – А ты чего тут? – улыбался во весь рот мой второй охранник, лысый. – Дышу, – я не собиралась вдаваться в подробности. – Ясно. Ну дыши, дыши, – он взбежал по ступенькам и скрылся в доме. Я дождалась, когда мужчины по одному начали выходить из дома, и уже собиралась вернуться на кухню и помочь тёте Марине с посудой, как на крыльце появился тот самый новенький. – Привет, – спустился он по ступенькам, останавливаясь напротив меня. – Привет, – робко посмотрела на него, смущаясь от его внимания. – Ты же Аврора, верно? – парень смотрел прямо в глаза, не пытаясь соскользнуть взглядом вниз, и такое поведение подкупало. Остальные в этом доме воспринимали меня как кусок мяса. – Да, – насторожилась, не зная, что именно он хочет от меня. – А я думаю, ты, не ты! Ты так выросла! – улыбнулся он во все свои безупречные зубы. – Мы разве знакомы? – никак не получалось его вспомнить. – Это я! Яр! Я до седьмого класса дружил с Даниилом, пока мы не переехали! Ты, наверное, не помнишь меня. Только тут у меня в голове соединились образы этого молодого мужчины и противного кареглазого мальчишки, друга брата, что постоянно называл меня малявкой и дергал за косички. – Яр? – я поднялась на ноги, иначе посмотрев на улыбающегося парня. – Боже! Это правда ты! Сердце встрепенулось в груди и быстро заколотилось о решетку ребер. Изнутри во мне пробуждалась радость, заставляя искриться восторгом каждую частичку души. – Я так рад тебя видеть, Ава! – его улыбка стала еще шире, и только теперь я разрешила себе признать, что Ярослав вырос красивым парнем. Но это все ерунда. Важным было то, что теперь я не одна в этом огромном чужом доме. Теперь у меня был кто-то близкий, способный подарить душевное тепло.