Глава 58

Кай – Не слышно там еще ничего, – засмеялась Аврора, когда я прижался ухом к животу, прислушиваясь к звукам созданной нами жизни. – На УЗИ прекрасно было слышно, – не двинулся с места, все еще пребывая в каком-то странном состоянии. Никогда не задумывался о детях. Даже в мыслях о будущем не мелькало картин, будто у меня будет наследник. И это известие о том, что моя девочка ждет ребенка, пронзило меня, словно удар молнией. Когда увидел ее бледной, испуганной и совершенно растерянной, у меня не осталось сомнений в том, что я сделаю все, что она захочет. Лишь бы ей было хорошо. Хочет детей – будут ей дети. Главное, чтобы она оставалась со мной. Но как только проявились те две полоски, внутри меня что-то дрогнуло. Я представил, как появится наше с Авророй продолжение, и не осталось других вопросов. А позже я увидел на УЗИ нашего ребенка, и в груди защемило от нежности к своей девочке и того, что у нас с ней будет. – Не думаю, что без аппарата можно расслышать его сердечко, – улыбалась она, запустив пальцы мне в волосы и перебирая их. А я щурился от удовольствия, наконец-то чувствуя себя дома. Я чудом спасся в том нападении. Влад в последний момент достал меня из машины, как раз перед тем, как она взорвалась. Но меня все равно догнал горящий осколок и располосовал мне висок. Вот и получилось, что я оказался в больнице с распоротым виском и тремя пулевыми ранениями. Пришлось поваляться перемотанным и затихариться, что позволило спланировать расплату. Но пока находился на больничной койке, больше всего думал о ней, о моей Авроре. Узнав, что с малолетним уродом за предательство расплатились моей женщиной, понял, что буду убивать за нее. Отправил её в безопасное место, а сам в это время пассатижами вырывал у гниды Ярослава зубы, в гостиной его же собственного дома, вытягивая под пытками все подробности того, что он делал с моей девочкой. Я испытал облегчение оттого, что не успел он ее тронуть. Но это не спасло его. Один раз я оставил его в живых, второй не собирался наступать на те же грабли. – Все равно это чудо, – поцеловал ее в живот, прихватывая губами ткань платья, а руку опустил на стройную голень. – Чудо – это то, что ты жив, – тяжело вздохнула она и задышала чаще, когда я повел ладонью вверх, задирая подол и сжимая аппетитное бедро. Я целовал ее ноги, поднимаясь поцелуями вверх, к трусикам, вместе с тем оголяя еще плоский животик. Уткнулся лицом в лобок, вдыхая глубже запах, от которого член стоял колом, и почувствовал, как во рту скопилась слюна. Обхватил ртом половые губки через трусики, руками поглаживая живот и поднявшись под платьем выше, к сочной груди. Сжал мягкие полушария, а второй рукой отодвинул в сторону полоску трусиков танго и прошелся языком по блестящим губкам. – Хочу тебя, малыш, – раздвинул пальцами складки, посмотрев на розовый бутончик с аккуратной горошиной клитора. Слизал блестящие соки Авроры, засасывая лепесточки и проникая языком в самую сердцевину, довольно улыбнулся, услышав нежный стон малышки. И, раздвинув губки еще сильнее, впился в клитор, посасывая и вылизывая, наслаждаясь ее стонами, тем, как она извивалась, впиваясь в мои волосы. Я же сходил с ума от того, насколько она сладкая, моя девочка. Не успел я добавить пальцы, как Аврора сжалась вокруг них, вцепившись в мои волосы, и с криком кончила. Не видел, чтобы кто-то кончал так же красиво, как это делала она. Блядь! Да она во всем была идеальна. И я от одного вида, как она это делала, был готов спустить. – Сладкая моя девочка, – говорил, раздеваясь и снимая с малышки одежду. – Кай, хочу тебя, – Аврора приподнялась и потянулась за поцелуем. Мы впились друг в друга, как голодные звери. Бились зубами, сплетались языками, пытаясь проглотить друг друга. Теперь действовали на одних инстинктах, жажде обладания, животной тяге. Никого и никогда я не хотел так сильно, как её. С самого первого взгляда. – Блядь, Аврора! Какая же ты красивая, – встал на колени между ее ногами и окинул взглядом, залипая на ее женственных изгибах. – Идеальная, – накинулся на нежно-розовые сосочки, стянувшиеся в острые пики. Член ныл, и казалось, лопнет от перевозбуждения. Я пристроил головку к влажному входу и осторожно, чтобы не причинить боли, вошел в Аврору до упора, влажной дорожкой возвращаясь к ее лицу и целуя мокро, глубоко, самозабвенно. Начав двигаться, навис над девушкой и не переставал ее ласкать, внутри меня происходило что-то необъяснимое. Быть в любимой женщине, знать, что чувства взаимны, – это оказалось настолько мощной эмоцией, что ради этого чувства, ради этой девочки, что пробудила его во мне, я готов был на все. По венам растекался ток, покалывая и разогревая. Весь мой организм ожил, как только в мою жизнь ворвалась она – девочка, в чьих глазах я видел только ненависть; теперь же они горели любовью. – Кай… Ка-а-ай, – тянула она мое имя, крепче обнимая ногами и царапая плечи, спину и голову. – Да! Еще! – кричала Аврора. И от ее криков я заводился еще сильнее. А затем она замерла, выгнулась, и по стройному телу прошла судорога. В несколько толчков я догнал девочку, чувствуя, как по позвоночнику прокатился жар, оседая острым удовольствием. Замер, изливаясь в Аврору, и, поцеловав ее в губы, скатился на кровать рядом с ней, утягивая малышку себе на грудь. – Обещай, что ты больше меня не оставишь, – сонно прошептала она мне в шею, шумно втягивая мой запах. – Никогда не оставлю, – поднес ее руку к губам, целуя каждый пальчик в отдельности, чувствуя, как она продолжает шумно втягивать воздух. – Что ты делаешь? – улыбнулся, поворачиваясь к Авроре. – Дышу тобой. Ты так пахнешь, – потерлась она носом о мою шею. В ответ на ее заявление я поймал себя на том, что улыбаюсь во весь рот и ничего не могу с собой поделать. – Кай, – подняла она лицо к моему, – а мы теперь будем жить здесь? – Ты против? – я не мог перестать наслаждаться ее нежностью и открытостью. – Нет. Главное, чтобы с тобой. – Домой завтра поедем, малыш, – поцеловал ее в нос. – А можно? – осторожно спросила она. – Нам можно все. – А вдруг… – Больше не будет никаких “вдруг”, Аврора. Все, кто был к этому причастен, получили по заслугам. А у тех, у кого закралась мысль, что они могли бы тоже попробовать, после публичной казни предателей не появится такого желания. На какое-то мгновение она замерла, прикрыв глаза, а потом я почувствовал на себе горячую слезу. – Что случилось? – обеспокоенно взглянул на нее. – Роза Семеновна… – начала она всхлипывать. На что я смог лишь крепче прижать девушку к себе, поглаживая по голове и целуя там, куда получалось дотянуться. – Она отомщена. – Хорошо, – наконец-то ответила она, успокоившись. – Она была добрым человеком. – Была… – я с печалью думал о той женщине, что дала мне больше заботы, чем собственная мать, всю жизнь торговавшая телом и любившая одноразовых мужчин больше, чем сына. – Я больше не дам тебя в обиду, – прижал Аврору крепче к себе. – Ты моя семья. А семья – это навсегда. – Навсегда, – вздохнула девочка. – Ты знаешь, я жутко проголодалась, – через какое-то время сказала она. – Что же ты молчишь! – я приподнялся, потянувшись за телефоном. – Желание женщины – закон, – открыл приложение доставки еды и не успел посмотреть меню, как Аврора сползла вниз и обхватила губками мой снова ставший каменным член. – Такой ужин мне нравится, – убрал телефон, сосредоточившись на Авроре и дав ей все, о чем она просила.