Глава 25

Карим

Странные чувства распирают грудь. Я как будто борюсь со своими словами. Как будто весь этот разговор и согласие через силу даются!

Проклятье!

Я бы никогда не взял себе вторую жену. Я бы вообще и первую не взял! Шлюхами до самой старости довольствовался, потому что не верю в грёбаную любовь! Мне и так неплохо живётся в отношениях без обязательств.

Но лишь из-за уважения к тяжело больному дяде… Я соглашаюсь на эту вакханалию. Не знаю, что у него там в голове, но Александра мне как дочь. Я, можно сказать, пелёнки ей менял! Лично.

Надеюсь, дядя передумает.

Я не могу пойти против воли дяди, не могу плюнуть. Я должен сделать так, как он просит. Если бы не Эльдар, я был бы мёртв…

А сейчас я хочу проверить реакцию Софии.

Я должен поставить перед фактом молодую жёнушку и насладиться очередной дозой триумфа.

Но кажется я доигрался…

Не знал, что жёнушка настолько хитрая!

Не думал, что каким-то чудом девчонка сбежит!

В итоге я её знатно напугал, если не довёл до отчаяния.

Я думал она нежная и покладистая лань, которую просто забили и затюкали родные, как большинство девушек их общества. А оказалось, она и правда не такая.

София сбежала! Как только посмела?

Ловко провернула спектакль с охранником и будто растворилась в воздухе.

Не прошло и часа, как я узнал, что она с Михаилом в бега бросилась.

С бывшим садовником, который к ней клеился.

До меня дошли слухи ещё за день до нашей свадьбы, что она уже пыталась сбежать вместе с ним. А это была попытка номер два.

Тогда мне было плевать!

Девчонку поймали, она всё равно стала моей и, главное, девственницей.

Но в этот раз… Увести чужую собственность, уже законную, это слишком.

Поймаю умника, яйца с мясом вырву!

Я закипел. Адски сильно!

Но в то же время я восхитился её поступком.

Сильная. Смелая. Бесстрашная.

Она ведь знает, что от меня невозможно сбежать!

Я. Есть. Всё.

Обладаю такой силой и властью, что даже сам дьявол в аду нервно курит в сторонке.

Но она не стала сидеть смиренной овцой и попыталась дать отпор.

А это достойно восхищения.

Зная, что твой недруг сильнее тебя в тысячу раз.

В тот момент моя проклятая душа сделала сальто.

Паршивка снова задела за живое, зацепила!

Но злость победила.

Я не должен испытывать жалость.

Не должен, блять, быть мягким!

А как же хочется… Хотя бы немного.

Но разве её отец или мать были бы мягким с младенцем, если бы дядя не спас меня много лет тому назад?

Нет. Конечно нет.

Вот и я должен преподать ей урок.

— Господин! Нашли её, привезли! Связали в комнате заперли, как вы и приказали.

Рухнув в аффект, я даже не помню, как так схватил пистолет со стола, поставил его не предохранитель и со всех ног помчался в спальню к бесстрашной предательнице.

При мысли, что она была с другим мужчиной, что он мог касаться того, что принадлежит МНЕ! Или хуже…

Из-за чёртовой, взявшейся из ниоткуда ревности, я просто захотел пустить ей пулю в сердце.

***

— Господин, мы перевернули вверх дном весь отель, особенно номер, в котором пряталась ваша супруга. Вы должны это видеть…

Охранник протягивает мне какой-то пакет. Небольшой.

Я заглядываю внутрь. У меня всё меркнет перед глазами. Голова кружится от непередаваемого шока.

Блять!

Я рукой хватаю этот крошечный предмет и с силой сжимаю его в кулаке.

— Это её? Точно?

— Точно. Она выронила, когда отбивалась, когда мы в номер ворвались. А ещё чек из аптеки нашли. Опросили продавца, фото госпожи Асадовой показали, та подтвердила, что именно эта девушка сегодня купила у них в аптеке тест на беременность.

Я не хочу детей! По крайней мере сейчас! Дети — это риск… Врагов кругом предостаточно, они воспользуются этим, самым мощным средством манипуляции. Я не хочу, чтобы с моим ребёнком случилось то же, что и со мной.

Тем более я не хочу ребёнка от Королёвых!

Это гнилая кровь преступников!

Это позор для моей чести.

София не будет рожать. Точка.

Я отвезу её на аборт.

Дурная девчонка! Я ведь тебя предупреждал…

Она безответственно отнеслась к моему приказу и вот залетела!

Что ж, сама виновата. Нечего лить слезы.

Сжав челюсть, я едва сдержал ругательства.

— Хорошо. Где она сейчас?

— В спальне, как приказали.

— Я немедленно иду к ней.

Хочу в глаза лживые этой дряни посмотреть!

Она будет отвечать. За всё, сука, ответит!

Сбежать решила. Предать. Ещё и беременна.

От меня залетела!

Ну не от ушлёпка этого белобрысого?! Они три дня в бегах провели.

Или на стороне с кем-то трахалась?

Не должна была. Мы ведь больше месяца на острове провели. Её так охрана со всех сторон караулила, как самого президента, блять.

Она тупо меня обманула? Наплевала на мой приказ!

Она не пила таблетки.

Или же просто забыла в какой-то момент выпить?

Надо было её стерилизовать как дворнягу. Так бы точно не забеременела. Мерзкие сучки Королевы не должны плодиться. Но я сжалился. Пожалуй, впервые в жизни смягчился. Виной всему — ОНА!

А почему?

Хер знает!

Не смог и всё.

Что-то тронуло меня в ней. Что-то помешало.

Неужели я…

Влюбился в дочь своих самых заклятых врагов?

Нет, черт! Нет!

Тогда… идеально продуманному плану конец.

Я со всей силы пнул ножку кровати.

Я с неё всю шкуру сдеру! Голыми руками.

Мерзавка за все ответит.

Будет очень больно!

А от проблемы придется избавиться…

Думала, если забеременеет ребёнок изменит моё к ней отношение?

Дура! Какая же ты дура, София!

Я ненавижу детей. Особенно от такой как ты.

После того как я выплесну свою ненависть, я повезу тебя на аборт.

***

Слышится громкий крик.

Вопиющий. Сдавленный.

Пронзающий насквозь скоростной стрелой!

Замираю. Прислушиваюсь.

Крик повторяется.

А потом грохот.

Я резко вскакиваю на ноги и мчусь на шум, который исходит из комнаты Софии. Это её голос. Но такой отчаянный…

Наказал паршивку, на ночь одну в комнате запер.

Что она только со мной делает?

Я её убить хотел, пулю всадить в непутёвую голову…

А она на меня с поцелуем бросилась.

И всё.

Накрыло.

В другой мир вышвырнуло.

Здравому разуму конец.

Забылся. Растаял. Потерялся в реальности.

Захотелось её неимоверно!

Связанную, провинившуюся, в то же время такую дерзкую и бесстрашную.

Она так смело бросает вызов МНЕ, что наотмашь выбивает из колеи привычного имиджа куска титана.

Сладкая. Узкая…

И только моя!

Часами бы её трахать без перерыва.

Чтобы как резанная орала, чтобы уши у меня закладывало как возле аэродрома.

В этот раз я реально забылся.

Утонул в пучине страсти и жажды получить эту бестию!

Поэтому довёл её до оргазма…

Прежде никогда не делал жене приятное.

Наказывал так. Издевался. Чтобы знала, кто я такой.

Лидер. Хозяин её жизни. Беспощадный доминант.

Со всей дури толкаю дверь и вижу жуткую картину.

У самого волосы дыбом становятся, а сердце пропускает удары.

Ей больно. Она рыдает, свернувшись калачиком, молит о помощи и с такой жалостью зовет меня по имени:

— Карим. Мне больно. Помоги…

Я вижу кровь на одеяле и понимаю, что у девчонки угроза выкидыша.

Нельзя лезть.

Не смей!

Пусть выбросить из себя это!

И сама вслед за ним уйдёт…

Если закрыть дверь на замок и пару дней на заходить в комнату?

А её родне скажу, что утром обнаружили остывшее тело…

Тогда не придётся в скором времени руки марать и брать грех на душу.

По законам — кровь должна за кровь пролиться.

Нет!

Не могу!

Из-за неё всё внутри вверх тормашками переворачивается!

Я никогда прежде тепла в груди не чувствовал.

А сейчас… там будто что-то расцвело.

Не могу так! Не могу!

Не такая она… Другая!

Словно не родная Королёвым!

Чистая душа. Нежная. И мухи не обидит.

Не должен так с Софией поступать!

Тряхнув головой, я быстро подлетаю к девчонке, на руки её подхватываю и бегу вниз.

Хрупкая. Невесомая почти.

Хочется на руках качать и к груди прижимать

Как младенца.

Она будто одна на всем свете осталась.

И некому защитить крошку.

Близкие люди, родня её конченная, и те отвернулись.

Я — её единственная надежда.

Но надолго ли меня хватит?

Аффект отпустит. Я опять вспомню прошлое и превращусь в монстра.

***

Пока мы мчимся в больницу, сам не замечаю, как волосы её ласкаю… Как прижимаю к себе крепче худенькое тельце, молюсь, чтобы боль угасла…

А она мне в лоб фразы разные бросает!

— Знаешь, уже почти не болит. Когда ты рядом. Мне стало легче. Я…

— Ты бредишь, София, просто бредишь! Лучше п-помолчи!

— Я влюбилась. С первого взгляда. Тогда ещё, на балу.

Дура!

Ты бредишь. Бредишь, глупышка!

Неужели ты чудовище такое мерзкое полюбила?

Правда полюбила?

Но как такое возможно?

За что?!

Или только ты смогла разглядеть в проклятой ненавистью душе что-то другое… Каплю света. Каплю человечности, которой у меня не должно быть вообще, которую во мне подавили суровым воспитанием, суровыми условиями жизни в приюте!

Главный вопрос!

Да что не так с этой девчонкой?

Я ей командую, голос повышаю, ни во что не ставлю, а она всё равно ко мне ластится.

Мне этого не понять.

У меня нет сердца.

А у неё есть…

И оно очень нежное, хрупкое. Воистину волшебное.

Одно такое на миллион…

А её стремление сделать меня нежней заслуживает уважения.

Я держусь из последних сил. Идеальный план рушится в пух и прах!

Я понимаю, что девчонка скоро окончательно меня сломает.

Я привязываюсь к ней. Сильнее. С каждым гребаным днём!

В один миг просто сорвусь и не смогу контролировать эмоции.

Я уже таю… Поэтому, перед побегом, и нанёс ей контрольный удар со второй женой!

Думал, она не сможет этого пережить, сделает что-нибудь с собой.

Хрупкая куколка оказалась намного сильнее, чем я думал.

Особенно внутри. А не снаружи.

Несколько напряженных минут, мы оказываемся в больнице.

София и правда беременна. Ребёнку грозит опасность.

Пора принимать решение!

Что мне выбрать?

Убить? Или пощадить?

Если оставлю этот плод, то замараю грязью светлую честь родителей.

А если избавлюсь?

Смогу ли потом жить нормально?

С этим грузом дерьма?

Я убью маленького человека.

Своего…

Каким бы он ни был, он и моя кровь тоже!

Я выдыхаю. Какой сложный выбор.

Нервно тру переносицу пальцами.

Есть ведь другой выход…

На ум приходит идея!

Это лучшее, что я могу придумать, чтобы угодить всем.

— Решение принято. Я хочу…

Откашливаюсь.

Адски борюсь с демоном внутри!

И он… проигрывает.

Но проигрывает на время.

Потому что то, что я скажу Софии после того, как её состояние улучшиться, шокирует вдвойне.

— То есть я хочу оставить этого ребёнка.

— Правда?

В ясных глазах вспыхивает блеск радости.

Вытаскиваю свою руку из цепкой хватки девчонки, направляюсь к выходу.

— Да. Отдыхай, ни о чём не волнуйся.

Озвучив это, покидаю кабинет. Несколько часов провожу в приёмном отделении, а потом врач зовет меня в палату, в которую определили жену.

— Всё в порядке. Состояние стабильное, угроза миновала. Можете зайти.

Кивком поблагодарив врача, я вхожу одноместную палату с недешевым ремонтом и оборудованием. Мою супругу определили в самое лучшее место в городе и обслужили самые лучшие врачи. Средств я не пожалел за услуги.

Вхожу, замираю напротив худенького тельца, которое лежит в постели, натянув до шеи одеяло. Только рука одна с бледной, почти белой кожей, выглядывает из-под одеяла. А в ней игла торчит с трубкой.

Я долго думал над проблемой, в итоге, пришёл к идиотскому решению, но не могу иначе. Пусть поймёт, примет. Придётся смириться.

— Карим, я… спасибо тебе большое, — щеки девчонки заливает лёгкий румянец. Она слегка приподнимается на локтях.

Рано радоваться. За такое не нужно благодарить!

— Хорошо, что ты решил оставить нашего малыша. Мне, конечно, не понятны твои мотивы… плод развивается без патологий, врачи проверили. У меня нет в роду серьёзных заболеваний. Так почему?

Нашего…

Ты ошибаешься!

Не будет никакого нашего!

Так не должно быть!

Это неправильно…

Губы дёргаются, обнажая оскал, меня накрывает ураганом злости и ярости. За голову хватаюсь, выкрикивая резким тоном:

— Не хочу детей. Ребёнок — помешает моей карьере. Он станет мишенью для моих конкурентов. А у меня много недоброжелателей.

Что за бред я несу?

Лишь бы правду не узнала!

— Как это? — с удивлением пучит глаза.

— У меня есть друг. Он мне как брат родной. Они с супругой давно мечтают о детях, но у них уже сколько лет ничего не получается.

— Нет, Карим! Нет! На что ты намекаешь?

Обхватывает живот руками, как бы защищая.

Но я уже всё решил… Мнение не поменяю!

Пусть скажет спасибо, что вообще в живых оставил, запретив аборт.

— Да, София! Ты станешь суррогатной мамой для моего друга. Родишь — отдашь ребёнка им. Точка.