Глава 26

— Решение принято. Я хочу…

Пауза.

Я не дышу.

Как будто сейчас умру.

Как будто меня казнят насмерть!

— То есть я хочу оставить этого ребёнка.

— Правда?

Резко голову вверх запрокидываю, глядя на мужа с лёгкой улыбкой на лице.

Неужели!

Неужели я победила!

Хотя бы раз мне удалось повлиять на ход событий!

Мой голос учли! Впервые…

Это очень хороший знак.

У меня получилось! Почти получилось укротить зверя, растопив лёд в каменном сердце.

Впереди ещё много работы, но результат есть. Такими осторожными шажками я буду двигаться к вершине своей цели.

Карим уходит, а я счастливая, закрываю глаза, вытирая слезы ладошкой. Сейчас я плачу не от грусти, как привыкла за последнее время, а от непередаваемой радости.

Обследование заканчивается, меня переводят в палату, чтобы позаботится о лечении. Живот уже не хватает… Мне ставят катетер и вводят в вену препараты.

Спустя некоторое время я засыпаю, отпуская волнения. Когда просыпаюсь, сонная, вижу Карима, стоящего на пороге палаты.

Он смотрит на меня очень внимательно, нахмурив лоб. Грозный взгляд не сулит ничего хорошего. Этот взгляд я боюсь как приговора божьего…

У него глаза не человека, а зверя. Никак не могу с этим смириться и привыкнуть.

Заметив моё пробуждение, Карим направляется к кровати. Становится передо мной словно высоченный утёс, произносит тоном, полным холодного металла:

— Нужно поговорить. Тебе уже лучше?

— Лучше, — сжимаю пальчиками мягкое одеяло. — Врачи меня осмотрели, выделений больше нет… С ребёнком всё хорошо.

Боже, как же мне хочется, чтобы Карим меня обнял. Чтобы изменился. Вот прямо сейчас! Навсегда.

Стал бы таким заботливым, как в машине, как тогда, когда меня на руках нёс, умоляя потерпеть, когда на охранников орал и приказывал гнать машину в больницу.

— Хорошо, — сухо отвечает. — Я много думал и принял решение, надеюсь и ты тоже его примешь и поймёшь.

На языке разлился неприятный привкус горечи.

Я задержала дыхание.

Не нравится мне этот разговор, как будто он сейчас снова оторвет мне крылья, лишив веры на лучшее.

— Говори…

Пауза.

Мужчина прочищает горло.

Бьёт наповал!

— Не хочу детей. Ребёнок — помешает моей карьере. Он станет мишенью для моих конкурентов. А у меня много недоброжелателей.

— Как это? Но ты же сказал! Что оставим…

— У меня есть друг. Он мне как брат родной. Они с супругой давно мечтают о детях, но у них уже сколько лет ничего не получается…

Парализующий ужас ползёт по от пяток, поднимаясь все выше и выше. К самому сердцу… И выкручивает его узлом.

— Нет, Карим! Нет! На что ты намекаешь?

Обхватывает живот руками, как бы защищая.

Но я уже всё решил… Мнение не поменяю!

Пусть скажет спасибо, что вообще в живых оставил, запретив аборт.

— Да, София! Ты станешь суррогатной мамой для моего друга. Родишь — отдашь ребёнка им. Точка.

Я открываю рот и захлопываю. Открываю и захлопываю.

Спятил? Да что ж ты за человек такой? Карим!

Почему-то я ему не верю. Он опять пытается меня запугать, показать кто здесь лидер и кого следует бояться как конца света.

Нет, я не плачу, не швыряюсь вещами в захлопнувшуюся дверь, никак практически не реагирую, потому что привыкла к подобным выходкам. У меня уже выработался иммунитет.

Ничего он такого не сделает!

Энергетический вампир!

Как же я сразу не догадалась?

Карим такой человек, который неосознанно причиняет людям боль, чтобы питаться их страхом, болью, отчаяньем… Из-за того, что наверно его в детстве не любили. Про детство мужа я не знаю все правды. Лишь то, что рассказывают статейки в журналах и посты в социальных сетях.

Потому что кто-то так же бездушно обошёлся с ним однажды.

Но как узнать о его прошлом?

В интернете кучи статей, но почему-то я им не верю. Они были написаны профессионалами под диктовку.

Он ещё изменит своё решение. Я это точно знаю!

Впереди столько месяцев…

Айсберга кусок! Опять погорячился не подумав.

Карим что-то от меня скрывает, я это выясню. Буду стараться!

Если не можешь смириться с горькой ситуацией, попробуй с ней подружиться. Если я не могу смириться с тем, что не могу подать на развод и уйти, то мне придётся искать другие варианты. Быть сильной, биться за своё счастье, стараться помочь этому несчастному, лишённому счастья и тепла человеку.

Я никогда не видела как Карим улыбается.

Искренне. От души.

Только натянуто на камеры.

— Отдыхай, — делает шаг вперед, будто собирается ко мне прикоснуться, а потом тут же резко назад, словно я не его жена, близкий человек, а ядовитая рыба фугу.

И быстро уходит, хлопнув дверью.

***

Я провожу в больнице неделю, потом меня выписывают. Самочувствие у меня хорошее, анализы в порядке. Можно ехать домой к мужу.

Карим за этот период приходил всего пару раз. И то он просто заглядывал, смотрел на меня, соблюдая дистанцию, молча уходил. Всё остальное, касательно моего состояния, докладывали ему врачи.

Несколько раз на мобильный звонила мать, но я сбрасывала вызов. Кажется, что отношения между мной и ней закончились. Не хочу ее больше ни видеть, ни слышать. И отца тоже. Зато с сёстрами общаюсь охотно.

Они обещали приехать, чтобы навестить меня, ведь я призналась им, что меня забрали больницу с угрозой. Лиза очень испугалась за меня и упросила мужа отпустить её ненадолго ко мне в гости.

Мы не виделись со дня свадьбы, было бы здорово, если бы они приехали посмотреть, как я живу в особняке Асадова. Попробую договориться с Каримом о встрече, тем более, когда он сказал, что на несколько недель уедет в командировку, а я опять заскучаю в своей роскошной золотой клетке.

В моём положении мне просто необходима поддержка.

— Привет, малышка! Как ты? Чёрт, не могла до тебя дозвониться! — с волнением в голосе заикается Лизка. — Я получила сообщение. Ты беременна? Правда ждёшь малыша?

— Правда, — вздыхаю, но в голосе нет и капли радости.

Она ещё не знает, что задумал мой муж монстр!

— Ничего себе! Так быстро это случилось! — зато Лизочка обрадовалась. — Почему такая невесёлая, токсикоз, да?

— Нужно поговорить… Лучше если ты приедешь.

— Я постараюсь, я сейчас у мамы в гостях. Ты совсем с ней не общаешься. Она ещё крепче за бутылку схватилась… Не игнорируй её звонки. Мать злится и сходит с ума из-за твоего игнора.

— У меня была угроза, я лежала в больнице, не хотела вас с сестрой пугать.

— О таком нельзя молчать, София! — возмущается она.

— Так что приедешь? — перевожу тему разговора, а сама тем временем собираю вещи.

Скоро за мной явится автомобиль. Карим сейчас на деловой встрече, до дома меня будут сопровождать охранники.

— Я тебе перезвоню, позже. С отцом и с мамой точно не хочешь поговорить?

Если бы они так сильно хотели меня услышать, бросили бы все дела и приехали!

— Ты сказала им новость?

— Сказала. Вчера еще… Ты ведь сообщение кинула, а потом я не могла дозвониться.

— Я отдыхала после процедур, уснула.

Значит знают… Но никто и пальцем не пошевелил, чтобы приехать лично с их-то возможностями.

— Ладно, береги себя! Увидимся. Целую, обнимаю.

Мы прощаемся, сбрасывая вызов.

Кстати, сестра ничего про побег не сказала. Наверно до них не дошли слухи. Карим ничего не сказал семье. Странно… В любом случае хорошо, так бы я подставила Лизу, ведь это сестра сказала мне про Мишу.

А Миша? Интересно, где он? Что с ним?

Будто без вести пропал.

Надеюсь, негодяи его не нашли.

С собой у меня было немного вещей. Кое-что мне собрала служанка Алёна из дому. Переодевшись в повседневную одежду, я зашла в ванную комнату, чтобы посмотреть на себя в зеркало.

Я заметно похудела, но лицо больше не такое бледное, как было во время болей. Сейчас я чувствую себя почти прекрасно, хотя еще два дня назад меня ужасно тошнило. Врачи сказали, что у меня токсикоз… Но благодаря лечению он прошёл. И у меня начал появляться аппетит.

Я положила ладошки на свой плоский животик, нежно его погладила. Да, я всегда мечтала о детях, о настоящей и любящей семье… И буду дальше мечтать, верить в лучшее, надеяться, что Карим измениться, ведь лёд уже тронулся, я начала замечать в поведении мужа значительные изменения.

Животик пока еще плоский, но через пару месяцев превратится в круглый арбузик, как у Лизки.

Просто не верится, что я жду малыша и должна стать мамой… Должна! Пока еще не смею об этом говорить уверенно. Карим хочет сделать из меня суррогатную мать, но я, конечно же, против.

Всё-таки Карим дал мне согласие на приезд сестры. По телефону. Он куда-то торопился, как раз в этот момент я услышала что-то, похожее на гул двигателей.

— Я у самолёта, что-то срочное?

— Я очень соскучилась за сестрой, можно она ко мне приедет?

Задумался.

— Если ты себя нормально чувствуешь, пусть. Ненадолго. Но только до моего возвращения. Сейчас тебя что-то беспокоит?

— Нет.

— Хорошо. Потом позвоню.

Карим всё же поинтересовался о моём самочувствии… И отключился.

В этот момент у меня, глупой, бабочки внизу живота запорхали.

“Потом позвоню…”

Он редко когда мне звонил. Будто намеренно держал дистанцию. Сейчас я уверена, что он переживает… Как бы грубым он себя не показывал, но душа внутри монстра постепенно оживает.

Через несколько дней приезжает Лиза. Она заметно поправилась и стала более капризной, но благодаря её приезду я хотя бы немного отвлеклась и повеселела.

Конечно, когда я ей рассказала про то, что Карим не хочет ребёнка, она пришла в ужас. Мы с ней вместе на пару поплакали, а потом я заявила сестре, что не намерена сдаваться. Карим был на эмоциях и поспешил со своим решением.

А также меня волновал вопрос насчёт второй жены.

Когда приедет эта Александра?

Может уже после того, когда я рожу?

Муж не давал никаких намёков.

Ведь всему своё время.

Эта Александра явно нужна ему из-за выгоды, наверно.

Ради бизнеса? А как же я?

Такое допустимо?

Хуже всего будет понять, если он женился на мне ради выгоды, а Александра… любовь всей его жизни.

Вот поэтому он и не хочет ребёнка от нелюбимой.

Я приказала себе не топтаться пока в этом болоте, не накручивать, нагоняя паники лишний раз, а просто ждать объяснений.