Эпилог

Я почти отправилась на тот свет… Нет, не из-за того, что во время родов потеряла много крови и мне по показаниям сделали кесарево, а потому, что Карим на полном серьёзе собрался отдать малыша другим людям.

В последний момент он передумал. Я в нём не сомневалась. Вот правда. Но его слова снова ранили меня до слёз. Хорошо, что всё обошлось.

Теперь мы вместе. Мы — большая и крепкая семья. Трудности позади. За несколько дней мне пришлось испытать много страха и боли, но это того стоило. Ведь путь к счастью непрост. Ничего не даётся просто так. По крайней мере у меня.

Сейчас я лежу на кровати в палате и, задержав дыхание, наблюдаю, как Карим нянчится с Адамом. Он держит такого крохотного человечка в своих больших ручищах и расхаживает с ним по палате, напевая колыбельную.

Завораживающее зрелище!

Хочется реветь без перерыва. Теперь уже от счастья. Ведь сейчас я уверена на все сто процентов, что у нас всё сложится благополучно.

Теперь я стану любимой и единственной женой Карима. Мы преодолели ужасные трудности, заслужив счастье. Все главные вопросы решены.

Почти… Кроме вопроса о моих родителях.

А также, Карим подтвердил тот факт, что Миша пытался передать меня недоброжелателям, которые захотели потребовать за меня выкуп у самого богатого человека в городе. Вот только ничего не вышло… Мишу поймали и посадили под замок. Он будет долго сидеть в тюрьме, отрабатывая наказание. Мой лучший друг оказался гнусным предателем.

Что ж, так ему и надо! Ни капли ему не сочувствую. Грязный трус и подлец!

Мы проводим в больнице больше недели. Из-за того, что я перенесла операцию, приходится задержаться. Мне нелегко, шов иногда даёт о себе знать, отзываясь неприятной болью. Но сейчас я нахожусь на таких сильных эмоциях, что боль кажется пустяковой.

Ведь Карим находится со мной и с малышом двадцать четыре часа в сутки. Я в шоке. Не ожидала, что он сам лично будет с ним нянчиться. Бросив все дела, он днём и ночью просиживает у моей постели.

Первые дни были крайне тяжелыми. Мне прописали постельный режим. Запретили брать ребенка на руки. Карим сам подносил ко мне кроху во время кормлений и улыбался, поглаживая пальцем тёмные волосики Адама.

— Какой же он красивый.

Не мог налюбоваться своим сыном.

За неделю я услышала где-то тысячу извинений, который шептал мне Карим, расцеловывая в щёки.

— Я так сожалею. Я раскаиваюсь, милая. Какой я идиот! Едва не совершил самую идиотскую глупость в своей идиотской жизни.

В ответ я лишь смущенно улыбаюсь.

Моя улыбка свидетельствует лишь об одном…

Что я выиграла.

Я одержала победу!

Хоть и много раз хотела опустить руки, но не сдалась!

Я покорила сердце чудовища.

Оно больше не ледяное.

Оно горячее.

Живое, как никогда!

И бьётся на максимум.

Излучая большую и чистую любовь.

Карим с такой жадностью вжился в роль отца, что не подпускал к Адаму даже нянечек. Он сам его подмывает, сам переодевает. Носит на руках, укачивая, и даже рассказывает ему сказки.

Я не верю в то, что вижу.

Все происходящее напоминает удивительную сказку.

Я думала, что Карим испугается взять в свои здоровенные ручищи такого маленького, очень хрупкого человечка. Я и сама боюсь это делать. Но как же ловко муж надевает на кроху штанишки и распашонки. Челюсть отвисает.

Он ночами не спит, дежурит возле кроватки новорожденного. Когда малыш просыпается с криками, мужчина несёт его ко мне на кормление.

Такой заботливый папочка! Будто это не я родила, а Карим.

Когда Адам спит, Карим забирается ко мне в кровать, нежно меня целует и лелеет в объятиях. Боль и страх моментально отступают.

Я люблю Карима.

Безгранично сильно!

Его и нашего сыночка.

Ведь он единственный, кто подарил мне ласку, заботу, любовь.

Родители так и не позвонили. А ведь я написал им сообщение, что у них родился внук. Звонили только сёстры. Девочки очень обрадовались и пообещали приехать.

***

Наконец-то нас выписали.

Я уже пришла в себя после родов. Восстановилась. И была безумно рада вернуться домой. Карим организовал целый пир по возвращению в особняк. Любимый украсил весь дом шарами и плакатами: «Спасибо за сына». Тем самым, довёл меня до слёз.

Но веселье длилось недолго. Через два дня Карим сообщил о страшной новости. Я сначала не поверила, посчитала это бредом, но… вскоре смирилась с утратой.

— Соня, я не знаю как тебе сказать, — он опускает голову. — Твои родители… Призошёл несчастный случай.

— Боже…

Я хватаюсь за сердце, догадываюсь на что он намекает. Нехорошее было предчувствие. Интуиция у меня развита достаточно чутко.

— Случился пожар. Они погибли. Сгорели в доме. Это несчастный случай. Мне очень жаль. Прости.

Я не рыдаю, не бьюсь в истерике. Я просто стою как столб посреди комнаты, пытаюсь переварить слова супруга и поверить в них.

— Они выпивали, ты же знаешь. Экспертиза подтвердила тот факт, что виной трагедии стал брошенный на пол окурок. Они спали. Были пьяны… Прими мои соболезнования.

Карим подошел ко мне вплотную и крепко обнял.

После его слов мне начали названивать сестры, которые так же подтвердили слова Карима. Ведь они были на месте происшествия, видели руины, оставшиеся после пожара, лично.

Что ж. К этому всё шло…

Этим и должно было дело кончиться.

Они ведь никого не слушали, вот и получили то, к чему стремились.

Организацией похорон занялся муж. Мне сейчас было не до этого. Я старалась отвлекаться, старалась больше времени думать о малыше, ведь это сейчас важнее, но мысли о родителях все равно мучили мой разум.

Как бы я себя не уговаривала, когда их не стало, всё равно я не могу их ненавидеть как должна. Родителей не выбирают. А я слишком мягкосердечный человек, который умеет прощать и сопереживать. Кто-то посчитает эти качества слабостью, но именно благодаря им, теплу и любви, Карим меня полюбил. Хотя ненависти в его душе было в десять раз больше.

Вечером нас с мужем ждал непростой разговор. Я вхожу в детскую, вижу, как Карим стоит у колыбели и качает спящего сынишку. Есть вещи, на которые можно смотреть вечно. Это — одна из них. Не могу налюбоваться тем, с каким трепетом мой мужчина нянчится с сыном.

Мой телефон сейчас полностью забит фотографиями и видео с этими бесценными моментами.

— Я должен кое в чём тебе признаться и попросить у тебя прощения… стоя на коленях.

Я удивляюсь словам мужа. Ведь он поворачивается лицом ко мне и неожиданно становится на колени.

Берёт меня за руку, каждый пальчик покрывает чувственными поцелуями.

— Я женился на тебе, чтобы подобраться к твоим родителям. Из-за мести. Я ненавидел и презирал ваш род и вашу кровь.

— Что? П-правда?

С ума сойти…

Как же так?

Не верю услышанному.

У меня ступор.

Внутри всё холодеет.

Да, у меня была такая мысль, но она казалась чересчур нереалистичной.

— Твои родители убили моих. Мне было шесть месяцев, когда произошла та страшная перестрелка. Это была настоящая резня. Дядя чудом вырвал меня, такого кроху, из рук врагов и сбежал. Он положил меня у порога приюта, чтобы спасти… За ним долго охотились, но он был уверен, что я в безопасности. Лишь спустя долгие годы дядя меня забрал. Эльдара сильно ранили, он много болел. Когда выкарабкался из плена болезней, вновь вернулся за мной. Усыновил. И дал мне всё, чего я был лишен долгие годы. Всё, кроме маминой любви и заботы….

Теперь понятно, почему он так холоден и жесток.

Наконец-то я узнала правду!

Даже дышать стало легче.

— Я хотел уничтожить всё, с чем имели дело Королёвы. И тебя тоже. Но как же сильно я ошибался… Ты меня изменила, София. Ты стала моим исцелением. Когда я увидел нашего сына, я больше не смог бороться. Я позволил настоящим чувствам выплеснуться наружу. А их я подавлял долгое время. Я считал, что это неправильно, это мерзко и подло! Я поклялся на могилах родителей, что я отомщу им за их жизни и моё искалеченное детство.

Я судорожно вздыхаю.

Не знаю, что мне делать дальше…

Простить? Или… подать на развод.

— Прости, люби… любимая, — еле выдавливает из себя это слово, продолжая целовать мои руки и раскаиваться, стоя на коленях.

Обдумав услышанное, тщательно проанализировав ситуацию, я решила, что дам Кариму второй шанс. У него была причина. Возможно, его дядя сделал его своей пешкой. Внушил ненависть к Королёвым и ловко им манипулировал, играя на чувствах.

Жаль, об этом мы никогда не узнаем.

Кариму очень тяжело раскрыться истинным чувствам. И я его прекрасно понимаю. Отверженный ребенок. Сирота. Он рос в боли и ненависти долгие годы. В отличии от меня… Принцессы с золотой ложкой во рту.

Теперь я многое поняла. И я хочу простить Карима. Ведь он осознал все свои ошибки. Он раскаивается.

— Пожар, в котором погибли мои родители, твоих рук дело?

— Честно? Нет. Клянусь, пожар — несчастный случай.

— Понятно. Но ты ведь причастен к тому, что их бизнес начал рушиться? Беды начались именно тогда, когда мы поженились, и ты получил доступ к их делу.

— Возможно. Насчёт этого я врать не стану. Прости. Пожалуйста, прости меня, София.

— Мне нужно тщательно переварить всё, что я только что услышала, и немного побыть наедине.

Поцеловав мужа в лоб, я покинула комнату.

Этой ночью я плохо спала. Мне снились родители. Снились какие-то жуткие кошмары. Уснула я часа через три, а утром меня посетила странная идея. Внутренний голос настойчиво просил сделать тест ДНК, чтобы подтвердить моё родство с Королевыми.

Я обратилась с этой просьбой к Кариму. Привела себя в порядок и спустилась в обеденную залу. Карим как раз завтракал.

— Я хочу сделать тест ДНК, — молвлю я совершенно уверенно.

— Что? Зачем? — удивляется он.

— Знаешь, просто на всякий случай. Что-то тревожно мне на душе. Одолевают смутные сомнения.

— Думаешь, ты не родная дочь Королевым?

Пожимаю плечами.

— Ну хорошо, давай сделаем. Я займусь этим вопросом, узнаю, возможно ли это… Ну ты понимаешь.

Киваю, сдерживая слёзы.

Их больше нет.

Нет ни мамы, ни папы.

Ни нашего роскошного дома.

Да он и не нужен мне больше!

Моё сердце здесь.

Рядом со своим мужем и со своим маленьким сыночком.

Настало время начать новую жизнь.

***

Спустя пять месяцев

Я распахиваю дверь, вдыхаю свежий, наполненный морской свежестью воздух, выхожу из виллы. Слышу детский смех и никак не нарадуюсь, наблюдая за этой трогательной картинкой.

Карим, вместе с Адамом на руках, прогуливаются вдоль пляжа.

Погода сегодня чудесная! Вода чистая-чистая, гладкая и тёплая. А солнце пока ещё не сильно жарит.

Не надевая сланцы, я босиком ступаю на мягкий песок и бегу к своим любимым мальчикам.

Мой муж — самый замечательный мужчина на свете. Он опять дал мне выспаться, взял заботу о малыше в свои руки. Скорей всего, сам его покормил за завтраком, ведь сынок просыпается очень рано.

О таком мужчине можно только мечтать. Адаму уже исполнилось полгодика, а Карим до сих пор не остыл в своем стремлении заниматься ребёнком лично двадцать четыре часа в сутки. Так и носится с крохой как заботливая наседка.

Мы вернулись на Мальдивы. На тот самый остров, на котором провели медовый месяц. Карим взял отпуск на несколько месяцев. Теперь он проводит время только с нами, ни на шаг не отходит от сынишки. Я поражаюсь тому, что вижу! Как же сильно на него повлиял ребёнок.

Очень сильно!

На большие перемены в ледяном сердце чудовища, которое, теперь никак нельзя назвать ледяным.

Оно чувствует. И сочувствует.

Так сильно, как никогда прежде.

Теперь о важном!

Мы сделали тест ДНК.

Кристина и Лиза оказались родными дочками Королевых.

А я… я нет.

Что я чувствовала в тот момент, когда узнала столь шокирующую правду?

Словно по мне проехался бульдозер.

Карим был зол и решителен. Он перевернул все архивы в том роддоме, где я родилась двадцать один год назад. А дальше было ещё страшней.

Благодаря его связям, вскрылась жуткая тайна.

Королёва родила мертвого ребенка. Это была ошибка врачей! Чтобы не навлечь на себя гнев влиятельных людей, врачи решили сделать подмену. Так совпало, что именно этой ночью родилась ещё одна девочка, от которой роженица отказалась.

Моя настоящая мать отказалась от меня, сбежав из роддома в неизвестном направлении, поэтому меня отдали Королёвым. Чудо, что никто не заметил.

Как жаль, что такая жуткая правда вскрылась только спустя годы. Хотя… если бы я узнала об этом раньше, возможно, я бы никогда не встретила Карима и не стала бы самой счастливой мамой и женой на свете!

А вот Карим начал винить себя ещё больше. Ведь я, выходит, не имею к Королёвым никакого отношения. Вообще. Я — не их кровь. А Карим пытался меня ломать… из-за грязной крови. Это называется кровная месть. Но в моём случае она была неуместна и ошибочна.

Я рада, что меня с Королёвыми ничего не связывает. Сейчас я хотя бы нашла причину того, почему я так сильно от них отличалась и всегда пыталась идти против системы.

Не их гены.

У меня нет больной тяги к деньгам, власти и статусу. Мать на меня часто орала из-за этого. Даже ударила однажды. От злости назвала неправильной, бракованной. С изъяном. Потому что я сопротивлялась. Не хотела быть их игрушкой. Теперь понятно почему.

Слава богу, что я нашла ответы на волнующие вопросы и во всём разобралась.

— Доброе утро, мои самые, самые сладкие! — я обнимаю Карима со спины, а кроху Адама целую в носик.

Сын мелодично смеётся, хлопая в ладоши, когда видит свою маму.

Нет ничего прекрасней в мире, чем смех любимого сыночка.

— Доброе утро, Соня! У меня для тебя есть новость, — Карим заключает меня в объятия. Ответные, более крепкие. — Я ушёл в отставку.

— Что? Ты оставил пост мэра? Но как же так? Как же твоя карьера, к которой ты так стремился?

— Мне ничего больше не нужно. Денег и так хватает. Бизнес у меня большой, но в политике я себя не вижу. Не хочу подвергать вас опасности. Политика — был выбор дяди. А я хочу сам выбрать свой путь и не плясать больше под чужую дудку. Я хочу создать большую и счастливую семью, что скажешь? — игриво подмигивает он мне.

— Карим, боги! — смеюсь, задыхаясь от удивления и одновременно от счастья. — И сколько же детишек ты хочешь?

Он обнимает меня за талию, возбуждающе шепчет в ушко, оставляя на коже влажный и очень горячий поцелуй.

— Троих. Минимум троих малышей, конфетка моя. Что скажешь?

— Ох, ну ты даешь?

Он смеется.

Я — ещё громче!

Обожаю этот смех.

Никогда не видела монстра таким весёлым.

— Я… всегда мечтала о большой и крепкой семье. Любящей. Настоящей. Отзывчивой. Которой у меня никогда не было.

— Что ж, в этом мы с тобой похожи. Давай исправим это дело? Начнём сегодня…

Ладонь мужа жадно скользит вниз по моей спине и падает на мою попку.

Шлеп!

— Ох!

Он легонько шлепает меня по попе.

Ух! Аж мурашки по коже, а внизу живота разгорается неимоверно сильное желание. Мой красавец муж способен разжечь жажду внутри женской сущности за секунду.

— Когда Адам уснет, я займусь тобой. Обещаю!

Хихикнув, я целую его в губы. Потом целую сыночка. Обнявшись, мы идём вдоль пляжа, наслаждаясь каждой прожитой секундой.

Как хорошо, когда всё хорошо заканчивается.

Я верила… Верила всем сердцем и душой, что найду своё счастье.

Люди неидеальны. Но главное, никогда не опускать руки.

Верить. Мечтать.

И, главное, любить.

Ведь любовь… побеждает всё!

Конец