9

Не представляла, как отреагируют мама и сестра на мое возвращение. Ожидала, буквально, всего, готовясь сразу осадить. Я собиралась поведать матери историю моей беременности и поставить перед фактом, если не хочет увидеть любимую дочурку за решеткой, пусть молчит и Викторию приструнит. Жить в одной комнате с сестрой, впрочем, тоже не намеревалась. Так что пускай мамочка организует срочный переезд. Уже сегодня ночью планировала ночевать одна, а еще при первой возможности врезать в межкомнатную дверь замок. Замок в хлипкой двери — невесть какая преграда для невменяемой родственницы, но хоть какая-то защита. Еще мне очень не нравилось наше сходство с сестрой. Пусть в данный момент я была беременная, но разве проблема использовать подушку в качестве поддельного живота? Я понятия не имела, чего можно ожидать от «любимой» сестренки, но собиралась себя максимально обезопасить. Во-первых, документы. Теперь их следовало всегда держать при себе. Во-вторых, максимально изменить внешность. Не мою, сестры. Я любила свои длинные каштановые волосы, а вот сестрице придется с ними распрощаться. Собиралась вынудить ее сделать стрижку и покрасить во что-то яркое. Рыжая. Блондинка. Мне было плевать, какой она станет, главное, чтобы максимально отличалась от меня. Понимала, что парик может легко вернуть прежний образ, но хотя бы как-то хотелось ей отомстить. Она тоже любила свои длинные каштановые волосы.

Kia затормозила около подъезда.

— Спасибо, Олег, — выбираясь из машины, произнесла.

— Погоди благодарить, — хмыкнул Самойлов. — Вещи еще предстоит перетаскать, — а вещей, действительно, было очень много. Среди прочего я забрала несколько дорогих костюмов и дубленку Назарова, планируя их продать, чтобы выручить хоть какие-то деньги. — Слушай, а дома кто-нибудь есть?

— Не знаю, — не особенно понимала, к чему Олег задал этот вопрос.

— Поднимись, пожалуйста, узнай. Было бы неплохо, чтобы мне помогли. Иначе я тут провожусь больше часа, — ну, да, с помощью Галины Леонидовны и лифта с погрузкой управились довольно быстро. А теперь предстояло таскать многочисленные коробки и пакеты на четвертый этаж обычной хрущевки. Я в этом плане плохой помощник. Неожиданно подумала о том, что буду делать, когда родится малыш. Ежедневно таскать коляску на четвертый этаж — сомнительное удовольствие. Подумала и тут же оборвала себя. На коляску, вообще-то, денег не было. А ребенок… Непонятно, что будет с моим ребенком. Правда, я собиралась бороться до последнего, а начать… А вот закончу с переездом и сразу начну.

— Извини, Олег, — не стала обнадеживать мужчину, — даже если мать и сестра дома, тебе придется все делать самому, — мужчина странно на меня посмотрел.

— Понял, — произнес и стал доставать из багажника первые коробки.

Хороший муж у подруги, понятливый. Повезло Елене. Подумала о том, что если бы я попросила Вадима о подобной услуге для подруги, он бы отмахнулся, сославшись на занятость.

Мне были не рады. Не рады, это мягко сказано.

Обе родственницы оказались дома и встретили меня криками.

Виктория первой появилась в коридоре, когда я придерживала входную дверь, а Олег вносил в квартиру первые коробки.

— Это куда? — спросил мужчина.

— Вон в ту комнату, — указала на дверь почти напротив входной.

— А что здесь происходит? — мать выглянула из кухни. — Вероника?

— Ты чего приперлась? — выскочила из комнаты сестрица. У нее была на лице какая-то недешевая тканевая маска. Она вылетела из комнаты, задев Олега. Похоже, толкнула его специально. Хорошо, что он мужчина.

— Я вернулась домой, — спокойно произнесла, а обе женщины опешили. — Мы с вами поговорим, когда Олег поможет перенести все вещи.

— Как вернулась?! — удивилась мама. — А Вадик? Где Вадик?! Ника, ты что творишь?

— Заткнись, мама, — осадила ее. — Иди на кухню. Займись обедом. Я голодна, — приказала. Родительница не привыкла, чтобы я так с ней обращалась, и изменилась в лице, смешно и беззвучно открывая рот. Нет, я ее понимала. Мое поведение с ее точки зрения выглядело неадекватным. Никогда прежде старшая дочка не позволяла себе так неуважительно разговаривать с ней. Но она тоже являлась косвенным виновником этой дурной истории. Это она непозволительно баловала Вику и находила оправдания всем ее проступкам.

— Ника, не закрывай дверь, а сейчас вернусь, — Олег тем временем выскользнул из квартиры.

Оставшись втроем, я тихо произнесла:

— Вадим уехал.

— Как уехал? — сестра побледнела и перешла на шепот. — Он не мог уехать!

Предыдущей ночью у меня было достаточно времени, чтобы подумать и проанализировать рассказ Назарова. Судя по всему, сестра решилась на подобную аферу, рассчитывая уехать вместе с моим бывшим мужем. Уж не знаю, куда они там собирались.

— Уехал, — отрезала. — Тебе просил передать… Дай вспомню… А вот «Соска Викуля знатная, но тупа, как пробка», — немного переиначила слова супруга. — Да, Вика, перед тем, как уехать, Вадим рассказал мне обо всем. Если не хочешь, чтобы я отправилась в полицию, иди и собирай свои пожитки. Ты переезжаешь в комнату матери. Позже поговорим.

Мать и сестра застыли и побледнели. Причем обе. А у меня закрались нехорошие подозрения, а не была ли мама в курсе этой истории?

— Мама? — внимательно посмотрела на родительницу, что-то такое виноватое было в выражении ее лица. — Ты обо всем знала?

— О чем, дочка? — смутилась она. — Ты права! — поспешно произнесла. — Пойду, разогрею обед. Этот симпатичный молодой человек, Олег, кажется, он с нами останется?

— Мама?! — а мама уже спряталась на кухне.

Так…