49 глава

Не успеваю ахнуть, как листок вспыхивает и сгорает у меня на глазах, превращаясь в черный пепел.

В голове каша из мыслей. Как Фабиан узнал… как забрал… кто-то все-таки имеет доступ в мою комнату, хотя замок уже поменяли? Но… кто?

«Кровь целителя — плата за редкий успех,

Десять капель — угаснет пожар…»

Кровь… это я помню. А дальше что… что дальше? Магия? Кажется, что-то связанное с магией. И нужно было сказать слова в конце после приготовления, как заклинание… не помню их. Ну почему, почему не заучила стих наизусть!

За что и поплатилась.

― Почему ты не хочешь быть здоровым? ― задаю вопрос, на который Фабиан вряд ли даст ответ. Все его поступки настолько противоречивы, что мне остается только гадать, что это значит.

Но такое ощущение, что он издевается.

― Ты доверилась не тому человеку, ― усмехается он, струшивая пепел со стола прямо на ковер.

― Разве у меня был выбор?

― Ты права, не было, ― задумчиво кивает он, при этом не глядя мне в глаза. ― Но можно хотя бы не быть такой наивной… а?

― Я не понимаю тебя, ― качаю головой. ― Почему ты все это делаешь? Неужели тебе все равно, что будет с тобой, со слугами?

― Допустим, что так, ― растягивая слова, произносит он, при этом левая рука у него напрягается до дрожи, когда он берет перо, словно это невидаль какая тяжесть. ― Ты забыла, кто я. Я всего лишь купил себе игрушку для развлечения. А когда надоест ― выброшу на помойку…

― Ты ко мне вовсе не так относился, ― припечатываю я. ― Ты врешь. Врешь! Лишь бы оправдать свое бездействие. Ты просто… боишься стать здоровым. Это глупо, но факт. Ответь, почему? Что тебе мешает быть как все? Так уж необходимо превратиться в бездонника?

Меня несет, не могу остановиться. Впрочем, замолкаю, когда тот приподнимаю руку.

― Да я просто развлекался, ― говорит он, избегая прямого взгляда. ― Мне было интересно наблюдать за твоими страданиями и думать о том, что ты никогда не сможешь выполнить свое… предназначение.

Последние слова он произносит слишком тихо.

Качаю головой. Все это выглядит как плохо продуманный фарс.

― Я не настолько глупая, как тебе кажется, ― подхожу ближе. ― В чем дело, Фабиан? Почему ты не хочешь сказать правду? Ведь я твоя жена. И пообещала быть рядом до конца, несмотря ни на что!

Наконец, он поднимает на меня глаза, потемневшие, как в бурю. В них такая тоска, что на миг замираю.

― Почему, Рианна? ― беззвучно спрашивает он. ― Ведь я… тиран.

― Тираны ни о ком не заботятся, ― возражаю. ― Они только командуют и… ты не такой. Хватит уже на себя наговаривать.

Голос дрожит. Хочется убедить и его, и себя, что происходящее ― неправда… Но то, что он сжег последнюю надежду на спасение ― это как раз-таки правда.

― Ты должна меня ненавидеть, ― говорит он и звонит в колокольчик, стоящий на столе.

Зачем-то.

Почти сразу заходит Альм. Словно он стоял под дверью и ждал звонка.

― Звали, ваша светлость? ― привычно кланяется он.

― Отведи мою жену в ее комнату и запри на замок, ― приказывает он совсем другим, измененным тоном, в котором звучат властные нотки. ― И сторожи под дверью, чтобы даже не пыталась выйти.