53 глава
Смотрю в тот самый темный угол… и в то же время боюсь увидеть то, к чему не готова.
Там кто-то копошится. Кто-то живой. Он связан. Хрипит и стонет. В полузадушенных звуках различаю слова.
― Ко… кольцо…
Фабиан?
Нет, только не это. Только не здесь. Что он тут делает? Неужели Самвел и его забрал… в плен?
― Что такое, твой муженек беспокоится, не потеряла ли кольцо? ― издает короткий смешок принц. ― Дорогое, наверное?
Кольцо с рубином. Портал в лучшую жизнь. Где не будет ни этого темного подвала, ни Самвела с его ложью и желанием уничтожить королевство, если оно не подчинится… где не будет Фабиана, который вот-вот превратится в бездонника и станет опасен.
Он дал мне это… не как свадебный подарок. Это вообще не имеет ничего общего со свадьбой, церемониями и романтикой
Он хотел мне помочь. Спасти, пока не поздно.
Потому что Самвел оказался тем самым черным магом, от которого мне надобно было прятаться. А я ждала от него помощи и поддержки. А еще ― большой любви с «долго и счастливо».
Какая ирония.
Но хуже всего, что Фабиан это знал. Слишком много знал, но не мог сказать.
Ведь я бы все равно не поверила.
Только… зачем это нужно ему?
Почему он меня спасает?
Если не любит и все такое…
В память непрошено ― и в очень неподходящий момент ― врывается поцелуй. Наш поцелуй. Когда он не позволил мне осторожно прикоснуться к своей щеке и вместо этого разыграл целый спектакль. Перед Эстеллой.
Да только вряд ли с его стороны это был спектакль.
И кстати, как там Эстелла? Где она?
Странно, что в такой момент я думаю еще и о ней.
Хочу броситься в тот темный угол, снять веревки, обнять, прижаться к тому, кто за короткое время стал мне так дорог... Но стою, как вкопанная, боясь сделать лишний шаг и вздох.
― Да, ― выдавливаю, наконец. ― Беспокоится. Жалеет, небось, что кольцо мне подарил, ведь я такая распутеха, вечно все теряю…
― Жлоб у тебя, а не муж, ― делает вывод Самвел, а потом… усиливает огонь под котлом.
Я чего-то не понимаю, или мне тоже нужно было варить эликсир?
Ведь в рецепте-песне об этом ничего не сказано.
Вроде бы.
Жаль, что не выучила его наизусть. Мне это ничего не стоило.
Но… что это за пергамент в руке у принца?
― Сейчас ты увидишь, как восходит новый властитель всех королевств и народов, ― хвастливо произносит Самвел и взмахивает рукой над котлом:
― Пусть роса, пепел, кровь, и любовь, и огонь
Прогонят сей мрак и вернут нам рассвет!
Что? У меня даже дыхание перехватывает. Принц знает рецепт… нет, не так. У него в руке рецепт. Который он где-то взял. Переписал или… выкрал?
Но у меня было две копии. И две уничтожены. Откуда?..
Самвел смотрит в котел, потом по сторонам. Ничего не произошло.
― Пусть роса, пепел, кровь, и любовь, и огонь
Прогонят сей мрак и вернут нам рассвет!
Взмахивает рукой ― аж искры во все стороны летят. И опять ― ничего.
― Да чтоб тебя бездна сожрала и подавилась! ― ругается он и смачно сплевывает. ― Не работает моя магия. Видимо, для завершения нужен… особый человек.
И он смотрит на меня. Нехорошо так смотрит.
― Давай, детка, подойди поближе, ― манит он меня пальцем. ― Ты же не хочешь, чтобы я принудил тебя силой?
― Ты не можешь меня заставить! ― пячусь, хотя понимаю, как это глупо. ― Даже если ты будешь меня пытать… не стану тебе помогать и все тут!
Единственная пытка, которая меня по-настоящему пугает ― это пытка голодом.
Вряд ли Самвел об этом знает. Мы не были так близки, чтобы я ему рассказала о своей слабости. И к счастью.
Но тогда Фабиан умрет. Превратится в монстра и станет одним из слуг темного мага.
Что же делать?
― Не глупи, детка, ты еще не знаешь, каков я в гневе! ― угрожающе приближается ко мне принц.
― Ладно… я закончу эликсир, ― стараюсь, чтобы голос не дрожал. ― Но только если разрешишь мне сперва исцелить герцога Айрона.
Самвел аж останавливается ― настолько опешил от моего заявления.
― Этого жлоба? ― Он бросает быстрый взгляд в темный угол. ― Ты что… любишь его, что ли? ― сказал, как выплюнул.
Закусываю губу до крови. Думай, Рианна, думай!
― А он мне кое-что задолжал! ― выпаливаю. Ведь надо поддерживать образ Фабиана как злого и жадного мужа. Которого я совсем не люблю.
― Вот вылечу его и заставлю заплатить за все, ― говорю тоном стервозины, для пущей убедительности. ― Знаешь ли, деньги лишними не бывают, а у меня есть против него козырь…
― Ладно, ладно, ― выставляет руку принц, поморщившись, ― мне совсем не интересны ваши семейные склоки. Избавь мои уши от них.
― Рианна… ― слышу из того самого угла и вся замираю. Нет, пожалуйста, молчи!
Ты меня все равно не спасешь.
― Рианна, не смей… не смей даже… ― Фабиан пытается сказать что-то еще, но заходится в хриплом кашле.
― Вон, видишь ― доходяга, ― фыркает Самвел. ― Жалкая груда костей. В виде бездонника мне он понравится куда больше.
Его глаза маникально сверкают.
― Рианна… оставь… не надо…
― Чего он разоряется? ― брезгливо морщится принц. ― Можно подумать, влюблен в тебя без памяти…
― Как бы ни так, ― сцепляю пальцы до боли. ― Не хочет он, чтобы я его исцеляла. Потому что знает, обращусь потом к кому надо ― и придется ему выполнить все обещания. Не то я все его темные делишки раскрою и на всю деревню ославлю!
― Рианна… замолчи! ― вскрикивает Фабиан, будто из последних сил.
― Это ты ― заткнись! ― бросаю в тот самый угол, а губы дрожат, и слезы вот-вот и потекут градом, предатели. ― Заткнись и не высовывайся, пока я…
― Ой, а это что такое? ― Самвел оказывается совсем близко и берет меня за подбородок, поворачивая к себе. ― Плакать сейчас будем?
― Ты не представляешь, как обидно, ― натурально всхлипываю я, и слезы впрямь катятся по щекам, крупные и тяжелые. ― Пообещал… и золотую цепочку, и диадему, и шляпку со страусиными перьями, и карету позолоченную… а сам подарил только одно паршивое кольцо и слышать больше ни о чем не желает!
Падаю на колени и захожусь в рыданиях.
Я просто не знаю, что делать дальше.
Ведь Самвел вряд ли мне позволит исцелить Фабиана, когда создам эликсир.
А если не создам… всю жизнь буду винить себя, что не рискнула.
Если она у меня останется ― эта жизнь.
― Так, ну все, хватит сопли на локоть наматывать, ― грубо дергает меня за руку принц, поднимая с колен. ― Шагай, давай к котлу и вливай свою магию. Оказалось, что одной твоей крови недостаточно… И еще вот, ― сует он мне пергамент, ― не забудь сказать вот эти слова, иначе ничего не получится.
Держу перед собой листок. Буквы, строчки ― все плывет, ничего не вижу.
Но зато помню… помню выдержку из той книги, что прочла в библиотеке.
«Если рецепт попадет в руки темного мага, его целительные свойства исказятся и станут порталом для входа бездонников в королевство. Границы сотрутся, и королевство полностью погрузится во тьму».
Имею ли я право подвергать смертельной опасности Элиндор?
Ради попытки спасти одного человека…
Который тут же погибнет, как только из Бездны выйдут бездонники.
Но имею ли я право отнять у Фабиана последнюю надежду на жизнь? Которой он почему-то так усиленно противится.
Пергамент в моей руке дрожит. Как и я сама. Делаю шаг в сторону котла. Еще один…
― Детка, я знал, что ты не подведешь! ― мурлычет принц, а мне от его голоса становится тошно.
― Рианна, нет!
Отвлекаюсь на миг. На тот самый миг, когда из темного угла вылетает небольшой сгусток огня и попадает на пергамент.
Который вспыхивает и тут же сгорает, не опалив даже мои пальцы.
«Магия для них — быстродействующий яд. Магия — это последний шаг в Бездну».
Почти сразу на месте, где лежит Фабиан, начинает клубиться темный дым, который становится все гуще и гуще… А потом из него выходит некто огромный, черный, весь состоящий из воздушных спиралей и дыма.
Житель Бездны.
Бездонник.