59 глава

Снова отчий особняк. Мне уже шестнадцать, и я не могу устоять на месте от восторга.

― Фабиан! Ты приехал!

Бросаюсь к нему. Он подхватывает меня и кружит.

― Ну не могу же я упускать такого сильного боевого мага, который скоро станет украшением нашей Академии!

Он осторожно ставит меня на мраморный пол. Матушка, подоспевшая как раз вовремя, чтобы меня осудить, всплескивает руками.

― Будешь так ко всем мужчинам на шею бросаться? Ни стыда, ни совести, и куда только твои учителя смотрят! Мне стыдно, что ты моя дочь.

― Это не мужчина, это же Фабиан! ― не понимаю, чего она волнуется. А то, что ей стыдно за меня ― так это не новость. Я слышу об этом каждый день.

― Такого комплимента я еще не получал, ― сдержанно кланяется он, а в глазах застывают смешинки.

― Конечно, ты сильный, смелый, и мускулы у тебя как у десяти буйволов сразу, ― закатываю глаза. ― Просто матушка намекает на разные глупости, о которых я даже не думаю, поэтому так сказала.

― Ладно, ладно, подлиза, ― шутливо щелкает он меня по носу. ― Давай лучше посмотрим, что я тебе привез.

Он вручает бумажный пакет, поднесенный слугой. Я разворачиваю и… пищу от восторга.

― Ой, Фабиан, ты знал, что я хочу! И надо же ― размер как раз на меня, ты только посмотри, ― верчу в руках темно-синюю бархатистую форму Боевой Академии, состоящую из удобных штанишек и коротенькой кофточки.

Матушка точно не одобрит. Да только мне плевать.

― Все, я побежала примерять, ― подпрыгиваю от восторга и целую Фабиана в щеку, чем вызываю очередную серию охов и вздохов от матушки, а потом ухожу к себе и добрых полчаса верчусь перед зеркалом. Наконец-то у меня будет одежда, которая не висит на моей тощей фигуре и даже красиво ее подчеркивает.

***

Длинный коридор. Дверь гостиной. Фабиан только что приехал, но тут же отправился о чем-то поговорить с отцом. Надо бы его позвать в сад. В прошлый раз он раскачивал меня на качелях, привязанных к толстой ветке дуба, я просила еще и еще… а потом выпрыгнула на взлете и приземлилась очень удачно.

Потому что научилась группироваться при падении. А тот миг, когда оказалась в воздухе, был неповторим.

Фабиан меня сильно отругал. Впервые в жизни так на меня разозлился.

Просто он боялся за меня. Что со мной что-то случится. Но этого не говорил, конечно. Сказал, что не будет катать на качелях и участвовать в других моих опасных затеях.

Он уехал тогда очень быстро ― его вызвали в Академию внеурочно. И мы будто бы расстались в ссоре. Хотя я с ним не ссорилась и ни капли не обиделась на его суровый тон.

Сердце замирает от мысли, что снова увижу его и смогу поговорить. Попрошу прощения, что напугала в прошлый раз. Ведь я и впрямь виновата. Он, бедняга, аж побледнел, когда поднимал меня с песка, хотя поднимать не нужно было, ведь я, как кошка, приземлилась на ноги.

Но… что это? За дверью голоса отца и матери, Фабиана будто бы нет с ними. Где же он?

― И он согласился? ― В голосе матери слышны какие-то новые странные нотки, из-за чего задерживаюсь и прислушиваюсь.

Да, мне уже не десять, и не двенадцать, а целых восемнадцать. И подслушивать родителей как бы не очень… но я должна знать, куда на этот раз уехал Фабиан. Если уехал. Может, он здесь, ищет меня?

― Почти без уговоров, ― отвечает довольный отец. ― Вот так, дорогая Листра. Я очень доволен тем, как все разрешилось.

― Но… он старше ее на пятнадцать лет. ― Голос матери становится тише. ― Ты уверен, что наша строптивая дочь согласится…

― У нет выбора, ― жестче, чем обычно произносит отец. ― То, что я недавно нашел и прочел в архивах, звучит неутешительно. Моя задача ― уберечь ее от возможной опасности…

― Но эти темные маги… ты уверен, что это правда? ― Голос матери дрожит.

― Когда бабушка Таис открыла в себе дар, в Элиндоре уже скрывалось два темных мага, которых удалось обезвредить. Но прежде они натворили дел, сломали печать измерений, много людей погибло.

― Ужас какой…

― Целители особого назначения в моем роде рождаются, только когда они нужны королевству, ― так тихо говорит отец, что я чуть ли не влипаю в дверь, боясь пропустить хоть слово.

― Значит, наша дочь должна спасти Элиндор, ― ровным голосом произносит мать.

― Ничего она не должна! ― вдруг взрывается всегда спокойный отец, а я отшатываюсь от двери, будто меня ударили. ― Единственное, чего я ей желаю ― чтобы у нее в жизнь все было хорошо. Фабиан, я уверен, сделает ее счастливой.

― Но ведь я переписала рецепт и поместила в медальон с нашим портретом, ― капризным голосом говорит та. ― И заставила ее носить, мол, ради почтения родителей…

― Я очень ценю то, что ты делаешь для Элиндора, Лиастра! ― холодно произносит отец. ― Мари знает рецепт наизусть, благодаря твоему… рвению сделать из нее кого-то больше, чем просто человека, который достоин любви по праву рождения. Пусть ты со мной не согласишься, но счастье и безопасность дочери для меня превыше долга.

― Не понимаю, что Фабиан в ней нашел? ― с раздражением восклицает она.

― Не твоя это забота, жена. Радуйся, что Мари помолвлена с достойным человеком, которому я жизнь готов вверить. Он спрячет нашу дочь там, где до нее не доберутся. Он о ней позаботится…

Дальше я не дослушиваю. Сердце колотится так, что этот бой словно эхом раскатывается по коридору.

Помолвка… с Фабианом? Нет. Мы же друзья! Лучшие друзья. Помолвка ― это что-то… о браке. Фабиан не может моим мужем. Это все разрушит, вообще все… Нет, я не готова его терять!