52 глава

***

За окном мелко накрапывает дождь. Обхватив двумя руками большую кружку с чаем, смотрю в окно. Полностью обращаюсь вслух, там на полу перед камином Руслан терпеливо собирает пазлы с Лизой, до этого он с ней смешно играл в зоопарк из конструктора "Лего".

Он замечательный отец. О таком я даже не мечтала для своей дочери, родной бы и наполовину не смог выполнить свои обязанности перед малышкой. Я не помню, чтобы Градовский вставал ночью и убаюкивал Лизу, если та просыпалась с криком. Руслан вставал, гладил по спинке, читал сказки. Уверена, что не из-за моей беременности, а потому что ему хотелось принимать участие в жизни Лизы. Он никогда на неё не повышает голоса, если на меня мог рявкнуть, с Лизой его самообладание заслуживает медаль. А еще у них появилась своя «суббота». Именно в этот день он брал малышку с собой без меня, и они куда-то уходили на полдня. Первый раз я жутко переживала за этот выход, но оказалось, что Лиза о маме совсем не вспоминала, а с Русланом ей было весело.

Как муж, бывает всякое. Это в сказках, романах после свадьбы все идеально, нет ни ссор, ни обид, ни претензий. У нас это присутствует, только никому в голову не приходило в голову пригрозить разводом. Нет, мы могли разойтись по разным углам, остыть, подумать, а потом сесть и поговорить. Чаще всего первый шаг делаю я.

За свою самодеятельность по поводу звонка отцу Руслана мне нисколько не стыдно. Я чувствовала потребность в этом звонке, беременность сделала меня чрезмерно сентиментальной. Руслан не оценил моего поступка. Возможно, он прав в том, что не нужно было лезть не в свое дело, но я хотела донести до него, что родителей не выбирают, какие бы они хорошие или плохие не были.

— Я уложу её спать, — оборачиваюсь, Лиза на ручках, сонно трет глазки, положив свою светловолосую головку на плечо Руслана. Киваю, с нежностью наблюдая, как он ласково гладит дочь по спинке, придерживает. Они уходят на второй этаж, я беру вторую кружку, наливаю чай. С некоторых пор мы садились за стол, сидели рядом с друг другом и обсуждали разные темы, от того, какую кроватку купить малышу, до выбора подарка детям Натана. После того, как между нами были закрыты все рабочие моменты, Левин перевоплотился в замечательного друга. Иногда ловила себя на мысли, что ему нужна девушка, которая полюбит его с малышами. Только вот Натан не переносил женское присутствие возле своей скромной персоны. У него даже няня была пожилого возраста, исключив таким образом любое поползновение на его драгоценную свободу. При этом как отец, он мог дать Руслану пару уроков.

— Уснула, — меня обнимаю сзади, целуют в шею, прикрываю глаза, балдея от ласки. — Ты так сладко пахнешь.

— Тебе нравится?

— Так бы и съел, — разворачивает меня к себе, насмешливо смотрит в глаза. — Как ты себя чувствуешь? Что врач говорит?

— Чувствую себя уставшей, — протягиваю ему кружку с чаем. — Постоянно тянет низ живота. А врач сказал, чтобы не спешила в роддом, хотя вторые роды бывают очень короткими.

— Ты меня сейчас пугаешь или что?

— Я просто говорю, чтобы ты морально был готов ко всему.

— Я, конечно, с устойчивой психикой, но думаю это пусть будет без меня.

— Ты так и не поменял своего решения?

— Нет. Я считаю, что мое присутствие лишние. Я ничем тебе не смогу помочь.

— За руку подержать.

— Я тебя умоляю, — усмехается, отворачивается, идет к столу. Сев, включает планшет. — Кстати, твой заказ уже пришел.

— Так быстро? Я думаю через неделю. Но кроватку ты соберешь, когда я рожу.

— Хорошо.

— Руслан, — сажусь сбоку, беру его за руку, он вскидывает на меня глаза. — Я сегодня не говорила, как сильно люблю тебя, — губы его трогает мимолетная улыбка, нагибается в мою сторону и осторожно целует. В очередной раз жду в ответ признаний, в очередной раз он всего лишь проводит пальцем по щеке, чмокает в нос. Мне опять становится обидно, но я прячу свою обиду в теплом чае. Значит не созрел признаться самому себе в чувствах.

У меня нет сомнений в его любви, его поступки намного больше об этом говорят, чем какие-то банальные слова, но мне хочется их услышать, хотя бы один раз.

Бывают и такие вечера, когда мы просто смотрим фильм и потом идем спать. Именно в таком настроении проводим этот вечер. Засыпая, чувствую спокойное дыхание Руслана в затылок, мимоходом отмечаю, что сынок как-то странно притих.

Меня будит боль, тянущая, потом внезапно исчезающая. Сонно смотрю на спину мужа, не понимая, что происходит. Вновь прихватывает низ живота, становясь просто каменным. Сон моментально проходит, прислушиваюсь. Несколько минут ничего не происходит. Наверное, ложные схватки, пару недель назад нечто похожее было, только чуток слабее. Закрываю глаза, собираясь уже доспать до утра, как меня вновь схватывает, спину ломит. Понимаю, что в этот раз все по-настоящему. Включаю на тумбочке ночник.

— Руслан, — тихо зову Руслана, ноль реакции. Толкаю его легонько в спину, переворачивается, хмурится, сонно на меня смотря сквозь ресницы. — Я рожаю.

— Еще не утро, — бормочет, отворачиваясь. Удивленно вскидываю брови, пораженная его реакцией, но через мгновение он резко поворачивается. — Что?

— Рожаю.

— Серьезно что ли? — опускает глаза на мой живот, впервые в жизни вижу, как на мгновение он запаниковал. Больше этого я потом не увижу. Встает с кровати, хватает со стула футболку, джинсы. Я все это время лежу, придерживая живот снизу одной рукой.

— Натан, — Руслан прижимает мобильник к уху, идет в гардеробную за одеждой для меня. Я догадываюсь зачем он позвонил другу, наверное, хочет пристроить Лизу, пока будет меня отвозить в роддом.

— Я договорился с Натаном, надеюсь, пока будем ехать к нему, потом в роддом, ты не родишь, — помогает мне сесть, терпеливо ждет, когда я оденусь в спортивный костюм.40393c

— Это ты говори сыну, а не мне.

— Он парень умный, поэтому терпеливо подождет своего часа, — я усмехаюсь на эти уверенные слова, но все может быть. Папа этого пацана обладает огромным терпением, так может и ему что-то перепало из этого качества.

Лизу Руслан кутает в одеяло, умудрившись не разбудить. Пока я осторожно спускаюсь по лестнице, он успевает и за мной вернуться, прихватить документы. Я полностью концентрируюсь на ощущениях, засекаю время между схватками. Мне не нужно звонить своему врачу, переживать за смену в роддоме, для этого у меня есть муж, который уже давно все решил.

Натан забирает Лизу. Хорошо, что он живет недалеко от нас, часто то мы к нему, то он к нам приходит с детьми, поэтому если дочь проснется, она от силы поплачет пару минут. Уверена, что Натан быстро найдет способ ее отвлечь.

— Меня пугает, когда ты молчишь, — Руслан крепко сжимает руль, старается ехать аккуратно, не гнать, но то и дело жмет до упора педаль газа.

— Я не настроена болтать.

— Лучше говори.

— Пока не рожаю.

— Уже легче, — облизывает губы, я качаю головой, пряча свою улыбку. Схватки уже с определенным интервалом, боль терпима, поэтому неторопливо выхожу из машины, когда приезжаем.

Нас встречает Елена Петровна, мой врач, задает стандартные вопросы, ведет меня в смотровую, оставляем Руслана в коридоре.

— Какой у нас парень терпеливый, — с улыбкой замечает после осмотра Елена Петровна. — Раскрытие в шесть пальцев, динамика схваток хорошая, думаю, что к утру уже будешь держать сыночка на руках.

— Даже не верится, — шепчу, до конца не осознавая, что осталось совсем немного и скоро буду держать свою кроху. Когда выхожу в коридор, Руслан подходит вплотную, смотрит мне в глаза.

— Я буду рядом, — приподнимаюсь на носочки и припадаю к его сухим губам. Очередное доказательство его любви ко мне. Может и вправду не стоит ждать слов?

Последующие часы проходят на грани смеха и стона, улыбок и слез. Мне не было страшно, как в первый раз, когда теряла сознание от боли, осознавая свое одиночество. Сейчас все по-другому. Сейчас я сжимаю руку Руслана, смотря в его серьезные глаза, в сжатые губы. Он не падает в обморок, когда Елена Петровна поднимает вверх мокрого, темноволосого сына. Слезы текут из глаз, руки дрожат, мне кладут на живот, ближе к груди в пеленке мой персональный космос. Смотрю в мутные темные глаза, которые еще ничего толком не видят вокруг себя. Осторожно трогаю влажные черные волосики, прикусываю губу, когда этот терпеливый пацан жадно ищет ртом сосок. Поднимаю счастливый взгляд на Руслана, он поспешно трет глаза, но вижу, кожа под глазами мокрая.

— Он на тебя похож.

— Еще сто раз поменяется.

— Нет, он твой сын, моего ничего нет. И я его так же сильно люблю, как и тебя.

— Я тоже тебя люблю, — смотрит в глаза, гладит по голове, нагибается и целует в уголок рта. Елена Петровна забирает у меня сына, отдает его акушерке, Руслан следует за ней, смотрит на все манипуляциями, что проводят с ребенком. Я с улыбкой наблюдаю, как он осторожно трогает маленькие ножки, внимательно слушает все, что ему говорят. Когда ему вручают чистенького сына, завернутого в пеленку, понимаю, как я выглядела со стороны, когда кроме меня и этого маленького человека ничего вокруг не замечала. Лицо Руслана смягчается, в глазах появляется осознание своего отцовства, на губах блуждает какая-та потусторонняя улыбка.

— Как мальчишку назовете? — Елена Петровна становится между мной и моим мужчинами. Руслан поднимает голову, встречаемся глазами.

— Марат, — одновременно произносим, смеемся, качая головами. Вот это совпали мысли. Да, у нас появился самый желанный мальчик на свете. Теперь чувствую себя окончательно счастливой, любимой и желанной. Даже если Руслан больше никогда не произнесет мне признания, сегодня я их услышала и этого вполне достаточно.

— Обещай, что родишь мне еще дочку, — шепчет Руслан, когда нас оставляют одних, а Марат посапывает в пластиковой колыбели.

— И еще сына. Чтобы было равенство у нас в доме.

— Я согласен.