Глава 31. Не богиня

Ответа на молитвы мы так и не получаем. Вики это однообразие быстро наскучивает, так что она сперва отлучается проведать маму, которая покоится в одном из соседних залов. Я же продолжаю сидеть, отчаянно ища ответ у мёртвой девушки, так красиво погребённой во льдах.

Валфрика тоже нет. Я начинаю беспокоиться, не случилось ли с ним чего-нибудь. Вики напоминает о том, как он точно так же пропадал на собраниях и что в этом не было ничего особенного.

– Наверняка набрал пленных и теперь думает, что с ними делать, – рассуждает она. – Ситуация-то странная. Они вроде как напали, но думают, что напали за дело.

– Но он же не бросит нас замерзать здесь?

– Точно нет. Вал придёт, вот увидишь. Но придёт, когда будет безопасно. Пойдём-ка лучше в дальнюю комнату. Там есть кровать, тёплые одеяла и камин. Я тебе хоть чай приготовлю.

– А если Валфрик приедет?

– Он тоже знает, где эта комната. Давай, тебе согреться нужно, ты же ребёнка ждёшь.

Аргумент, которому невозможно сопротивляться. Я в последний раз смотрю на богиню и поднимаюсь.

Вики ведёт меня вглубь ледяных залов. Если я правильно ориентируюсь, в дальней части храма обнаруживается комната. Вики объясняет, что дважды в год они приезжают сюда, чтобы навести в храме порядок, а здесь можно отдохнуть и перевести дух.

Невольно сравниваю это место со склепом под замком Дома Солнечного Снега. Спускаться туда было очень страшно, и я старалась даже от входа в катакомбы держаться подальше. А уж когда Айкен однажды запер меня там и ушёл, я вообще думала, что умру, если снова окажусь среди мёртвых. Меня тогда Яшви выпустила, чудом прошедшая мимо.

Сейчас мне совсем нестрашно. Может, потому, что я нахожусь не в жутком тёмном подземелье. Здесь светло и по-своему красиво. Это странным образом ломает моё представление о смерти.

Комната оказывается небольшой. Каменные стены покрыты инеем, который сразу начинает таять, когда мы разводим огонь в камине. Вики закутывает меня в мягкое одеяло и ставит чайник.

– Вот, тут есть вяленое мясо. Перекуси и попробуй поспать. Я пойду проверю, как там лошадь.

– Спасибо, Вики, – я придерживаю её за руку.

– Не за что, сестрёнка, – она улыбается так, будто случилось что-то невообразимо хорошее и выходит.

Мне немного неловко. После того, что случилось в Доме Сидда, я чувствую себя напряжённой и очень этого стыжусь. Там мне тоже поначалу казалось, что женщины обо мне заботятся, а на деле всё совсем не так. Вот и теперь, когда Вики так спокойна, я вглядываюсь в её движения и будто бы ищу подвох.

Подтащив небольшую скамеечку поближе к огню, я поправляю одеяло и сжимаю голову руками. Столько мыслей, что я начинаю чувствовать тошноту. Хотя, возможно это из-за беременности, или треклятой метки на бедре. Вариантов у меня хватает.

Как же я устала бегать. Сперва из Дома, потом от Сидда, теперь вот снова от него, но уже из Дома Валфрика. Очень хочется пожалеть себя, найти какое-то оправдание тому, что первые, самые важные месяцы беременности я провожу не в радостных хлопотах, а в борьбе за свою жизнь.

Может быть, я поспешила с тем, чтобы подарить сердце Валфрику? Может, Илва была права, и я полная дура, раз доверилась мужчине?

Или она специально говорила все те гадости, чтобы сбить меня с толку.

Впрочем, какая сейчас разница.

Глажу живот и вздыхаю. Наверное, я и правда дура. Я услышала сказку об истинности и ухватилась за неё. Мне, простой девчонке, не имеющей за душой ничего, очень хотелось обрести нечто важное. Я видела в Валфрике свою судьбу, будущее, поэтому, наверное, очень наивно прыгнула к нему в постель.

Так может показаться со стороны.

Двуликие совсем другие. Их чувства такие громкие, что яркие проявления, будь то ярость или гнев, оглушают простых людей. Но их любовь… Я не знаю, с чем можно её сравнить.

Это как жидкое удовольствие, что растекается по венам вместо крови. Исцеляющее каждую клеточку, стирающее из памяти плохое. Нет никаких сомнений в том, что Валфрик меня любит. Я могу сколько угодно обижаться на то, что он оставляет меня одну, но сомневаться в искренности его чувств – нет. Я скорее усомнюсь в том, что меня зовут Авалина, чем в нём.

– Влюблённая женщина думает сердцем, а не разумом.

Тишину неожиданно разрушает приятный кажущийся детским голос. Я резко оборачиваюсь и вижу у противоположной стены силуэт, от которого по коже сразу разливается волна ледяных мурашек. Светлые волосы лежат на плечах, подобно застывшему водопаду, длинные белые ресницы затеняют кажущиеся прозрачными серо-голубые глаза.

– Богиня…

Я падаю на колени, низко опуская голову.

– Пол холодный, встань, – в её голосе слышится грустная улыбка. – Ты молила о совете.

Я не смею возражать и возвращаюсь на скамью, всё так же почтительно склонив голову.

– Да, Солнцеликая. Простите за беспокойство, но мне нужна помощь… – я кладу ладонь на живот. – Я ношу под сердцем дитя истинного. Мой дядя предал меня и отдал другому двуликому, который оставил на мне свою метку. Мне сказали, что теперь она отравляет меня. Вы не знаете способа, как снять её?

Призрак смотрит на меня с безучастным лицом и качает головой.

– Одержимость его детей границ не знает – богиня берёт за край своего платья и отводит в сторону, открывая тонкую ножку.

На её бедре шрам от ожога в форме человеческой ладони. В руническом круге, таком же с виду как и у меня, только зажившем, чёрный силуэт дракона с распахнутыми крыльями. Я вздрагиваю и поднимаю глаза.

– Так вы…

– Пленница, – горько усмехается она. – Ты не первая, кому поставили клеймо. Но сделавший это связан с драконами. Мой… тот, кого вы зовёте Лунным богом, создал эту магию.

– Вы знаете, как её убрать? – я вглядываюсь в её глаза, но, договорив, сама прихожу к ответу.

Если бы она знала, то на её бедре не было бы клейма.

– Ты должна быть рядом с тем, кто ставил метку, – советует призрак. – Тогда выживешь.

– Я не… я не могу…

– Очень жаль, – девушка отводит взгляд и смотрит куда-то, в пустоту. – Тебя ждёт та же судьба.

Я вспоминаю её фигуру, закованную во льду. Прекрасную, совсем не страшную, будто живую скульптуру и теперь она по-настоящему меня пугает.

– Богиня, неужели ничего нельзя сделать?

– Я не богиня, – отвечает она и исчезает.

Просто растворяется в воздухе, будто была туманом, что принял форму девушки. Я хмурюсь и вдруг в мысли врывается другой голос:

– Ава! Просыпайся! Вал прилетел!

Я вздрагиваю и выпрямляюсь. Я всё ещё сижу на скамье перед камином и кутаюсь в одеяло. Резко оборачиваюсь на то место, где видела девушку, но, ожидаемо никого не обнаруживаю.

– В чём дело? – Вики встревоженно заглядывает не в глаза. – Ты будто призрака увидела.

– Так и есть, – рассеянно отзываюсь я и осторожно встаю.

– Пойдём, потом расскажешь. Вал прилетел, можно возвращаться в замок.

Я киваю и прикусываю губу.

Это был просто сон? Потому что если я правда видела богиню, то могу сделать выводы, что кто-то из предков Валфрика провёл с ней тот же ритуал, что Сидд со мной. И это ужасно…