Глава 10

Витео

Я сидел в баре и вливал в себя стакан за стаканом горячительного в тусклой надежде расслабиться и забыться, точнее, забыть. Но у меня не получалось. Просто не получалось выкинуть из головы Свелиану, словно ее волшебные рыжие, словно пламя, волосы до сих пор мелькали перед глазами.

Интересно, а какие они на ощупь? Гладкие и тяжелые или все-таки легкие и тонкие?

Нет, я не должен ни о чем подобном думать. Если уж быть совершенно откровенным, то вообще не должен думать ни о девушке, ни о деле, которое с ней связано.

Однако я просто не был в состоянии этого сделать. Я пил и не пьянел, мозг все так же продолжал переваривать полученную информацию, вспоминать, воспроизводить, рассматривать ее и всю ситуацию с самых разных ракурсов.

Почему-то сейчас, именно в этот момент, вся моя жизнь начала казаться мне самому какой-то неправильной, если не сказать нелепой. И очень, очень одинокой.

Нет, это правда, я всегда был волком-одиночкой, но мне это совершенно не было в тягость. Наоборот, я считал, что именно благодаря своей самодостаточности и независимости из меня получился такой хороший следователь.

Я видел всех такими, какие они есть, без прикрас, настоящими. И вот сегодня этот компас, который меня никогда не подводил, взял и сломался. На преступнице, которую я, если уж быть совсем честным, уже покрыл и, кажется, буду покрывать. Просто потому, что не имею ни малейшего желания сообщать о тех кактусах, которых видел у Свелианы. А ведь должен был, вот только мне это казалось совершенно неправильным. У нее и без этого проблем хватает.

Ну вот, докатился! Уже даже жалею преступницу с кривой ухмылкой, я опустошил еще один стакан.

— Ох, милый, ты ищешь компанию на вечер? — Рядом со мной нарисовалась представительница древнейшей профессии, и все было законно, вот только сейчас от этого стало еще более противно, а на ее гладко выбритую голову было буквально больно смотреть. Поэтому вместо ответа я лишь слегка отдернул свой воротничок, чтобы она смогла рассмотреть вживленную мне под кожу метку следователя. Обычно это действовало лучше любых разговоров, но сегодня, по-видимому, был совершенно особенный день.

— Ох, меня это ничуть не смущает, я исправно плачу налоги. — Дама улыбнулась мне плотоядной улыбкой, от которой внезапно стало не по себе.

— Прости, но мне это не интересно, — сказал я, возможно, несколько резко, но зато честно и откровенно, у меня совершенно не было желания разговаривать с кем-то и уж тем более покупать услуги подобного рода. Точно не сегодня.

— Что, был тяжелый день? — Теперь на меня обрушился шквал деланого сочувствия, которое я мог распознать даже без артефактов. Нет, ну серьезно?

Даже оглянулся по сторонам, чтобы осознать, что бар действительно полон и при желании девушка может запросто и без проблем найти себе другого клиента. Совершенно нет смысла цепляться за опасного следователя, который и сам не горит желанием, да и еще вряд ли оставит чаевых сверху. Нет у нас такой привычки!

Интересно, если я продолжу ее игнорировать, она просто устанет и пойдет искать счастья с кем-то другим? Сколько на это потребуется времени?

— Почему ты не хочешь со мной разговаривать? Ты не находишь меня привлекательной? — надув губки, поинтересовалась девушка.

Вспышка озарения была резкой. Она здесь точно не просто так и явно пришла за мной. Вот только зачем? Сама в одиночку справиться со мной она точно не сможет, даже после всего выпитого, тащить меня силком куда-то слишком опасно, во всех барах есть постоянные камеры слежения, многие даже с распознаванием личности. Это глупо.

Тогда зачем?

— Что тебе от меня надо? — спросил, глядя прямо ей в глаза, жаль, что у меня сейчас нет с собой никаких артефактов, так бы я мог точно распознать, где правда, а где ложь. Придется полагаться на свой опыт и знания.

— Ничего, я просто присела поболтать, — с чувством оскорбленного достоинства ответила девушка, вот только глаза на мгновение забегали, кроме того, она ведь не отсела подальше от меня, как поступила бы нормальная девушка в подобной ситуации, а значит, ей точно нужен я, и она точно не уйдет. Становится все любопытнее и любопытнее, даже жаль, что я успел так накачаться алкоголем, хотя, наверное, стоит просто порадоваться, что при этом не захмелел, исход этого разговора мог бы быть совсем другим.

Однако ситуацию необходимо решать и быстро.

В принципе, вариантов тут немного, в моем портфолио есть всего несколько дел, которые достаточно серьезны для того, чтобы идти на такие риски, и одно из них я посещал именно сегодня. Неужели так быстро сориентировались? Быть того не может!

Значит, от девушки и ее внимания надо аккуратно избавляться, вот только вариантов у меня для этого немного. Либо срочный вызов, который, я почти уверен, мне не поступит… либо… глупо надеяться, конечно, но если Свелиана мне сейчас позвонит, то это будет серьезным оправданием, чтобы сделать запрос на автоматизированное отрезвление и поехать к ней. Но и тут от меня ничего не зависит.

Внезапно передатчик в моем кармане завибрировал, оставалось только засунуть руку в карман, чтобы понять, найду я простой выход из ситуации или нет.

Света

Мне пришлось выслушать очередную порцию нравоучений от старушки, однако, тяжело вздохнув, она все-таки удивительно резво для дамы ее возраста сходила в собственную комнату и принесла мне несколько пластинок, которые чем-то походили на ту, что я нашла в консервах, но разительно отличались цветом.

Впрочем, это было неудивительно.

— Ладно, не буду тебе мешать убираться, а то уже вечереет, — известила меня о своих намерениях соседка и поспешила удалиться.

Я же тяжело вздохнула и повернулась спиной к двери, чтобы еще раз окинуть прихожую, гостиную и кухню, которые были видны отсюда внимательным взглядом.

Даже страшно представить, что здесь было, когда ко мне пришел следователь. Квартира и сейчас выглядела как настоящая помойка.

— Расмус, ты тут? — поинтересовалась я грозно, втайне надеясь, что кактус не успел за время моих нежданных и незваных гостей напиться или сотворить с собой еще что-нибудь. Я, если честно, очень бы хотела повесить на него как минимум часть уборки. Не все же мне одной разбирать!

Безусловно, Иванка мне сильно помогала, но этого было явно недостаточно. В моем идеальном мире я бы вообще поручила всю уборку кактусам, а сама бы занялась более важным, а именно знакомством с этим миром.

Моя интуиция буквально вопила и стонала, что это совсем не то, что следует откладывать в дальний ящик. Точно выйдет боком, со стопроцентной гарантией!

— Расмус, — позвала еще раз, и не прошло и нескольких минут, как ко мне выкатился кактус, на удивление он был в более-менее адекватном состоянии. Я вздохнула радостно и посмотрела на него, как на родного, оставалось только решить, что мне делать в первую очередь: браться за уборку или же спрашивать у него запись разговора с моим почти точно отравителем.

Выбор был непростым, и именно в этот момент в голове возник вполне логичный вопрос. Ведь если я сама готовлю и продаю зелья, легально или нет, это уже вопрос третий, то где-то же я должна их готовить?

— Расмус, скажи, а сколько в этой квартире комнат?

— В этом отсеке официально есть спальня, душевая, кухня-гостиная и прихожая, — совершенно спокойно отрапортовал мне робот. И все бы ничего, но я просто не могла пройти мимо слова официально. Что значит «официально»? А неофициально тут целый пентхаус, а еще и вертеп под полом?

— А неофициально? — спросила я еще более ласковым голосом.

— О неофициальных комнатах в моей картотеке нет данных, — ответило это упрямое создание, а мне захотелось в буквальном смысле этого слова головой о стену побиться. Что значит «нет данных»?

— Так есть тут еще комнаты помимо официальных или нет? — спросила я уже совсем резко и несколько агрессивно. Что поделать, весь этот разговор слепого с глухим меня уже порядком утомил.

— У меня нет данных о такой информации, — совершенно спокойно ответил робот, а я просто взвыла от обуревавших эмоций. Как это «нет информации»? Он что, здесь не живет?

Радовало одно: на фоне резко проснувшейся злости у меня появилась энергия, чтобы продолжить уборку.

— Значит так, ты сейчас продолжаешь помогать мне разбирать все эти завалы, — сообщила я Расмусу, но робот в ответ только насупился. Хотя, по моему мнению, роботы вообще-то не должны уметь подобного, более того, насупленный и явно сердитый кактус выглядел уморительно.

— Я не предназначен для уборки, — заявил мне этот наглец.

— Никто не рождался предназначенным для уборки, но кому-то же ее все равно надо делать, — заметила я.

— Вот ты и убирайся, — парировал мне кактус.

Это вообще что такое сейчас было? Восстание машин?

Нет, это все, конечно, замечательно, но у меня такой номер не пройдет!

— Убираться будем вместе, а чтобы тебе не было так скучно, можешь поведать мне, для чего же ты предназначен?

— Для любви и музыки, — пафосно заявил мне Расмус, — а я не выдержала и просто покатилась со смеху. Нет, я, конечно, все понимаю, но кактус, любовь и музыка совершенно не вязались между собой даже в моем крайне воспаленном воображении.

Кактус на мою реакцию обиделся и, показательно развернувшись, удалился сидеть на кучу одежды, которую мы с Иванкой собрали.

Вот же паразит игольчатый! И ведь не знаешь, что с ним можно делать, как приказать правильно, да и послушается ли он, если приказать?

Я, конечно, сомневаюсь, что существует хоть какая-то конвенция, которая защищает права игольчатых, но рисковать не хотелось. Этот мир был для меня необычен и совершенно не соответствовал моим обычным представлениям.

Поэтому я решила поступить мудро и просто проигнорировать Расмуса, в конце концов, сколько сможет дуться робот?