Глава 37

Солидный крепкий наг, все еще не утративший былой красоты с видом победителя опустился в кресло напротив меня. – Рад, что благоразумие не отказало вам, Ваше Высочество, – снисходительно произнес он. – Как жаль, что оно отказало вам, советник, – жестко парировал в ответ. – Я не понимаю, – господин Шимайтэс недоуменно вскинул брови. – И это весьма прискорбно, советник. Ваша недальновидность расстраивает меня. – Как раз наоборот, Ксандр, – зло оскалился Алишар. – Твой отец зубами ухватится за возможность исправить бедственное положение нашего народа. – А вы ведь действительно не в курсе, – ошарашенно протянул я. – Не в курсе чего? – в ярости рыкнул он, поднимаясь. – Сядьте! – надавил своей аурой белого нага. Шимайтэс упал в кресло. – Ваши ученые ошиблись или это высшая божественная воля, но ничего не вышло. – В каком смысле? – значительно побледнел советник. – Ни один из эмбрионов не выжил. Организмы женщин отторгли искусственно созданную жизнь, – объяснил ему. – Нет! Это невозможно! Вы лжете! – воскликнул Алишар. – Вы можете сами проверить. Свяжитесь с лабораторией. Пока советник дрожащими пальцами активировал свой коммуникатор и внимательно слушал собеседника, бледнея все сильнее, я невозмутимо барабанил пальцами по столу. Наконец, разговор завершился, и Шимайтэс уронил голову на руки. – Вижу, вам все уже объяснили, – удовлетворенно кивнул, глядя на потерянного мужчину. – Чтобы избежать позора лично для вас, предлагаю добровольно сложить полномочия члена императорского совета. – Что будет с Шаной? – убито спросил он, не поднимая головы. – Ссылка и исправительные работы на какой-то из дальних колоний Рубеуса без возможности вернуться. Все же наши законы слишком мягки по отношению к женщинам. Кроме того, я лично позабочусь о том, чтобы вокруг нее были только правильные мужчины, – советник, судя по всему, уже бывший горестно вздохнул, но не посмел возражать. – Могу я хотя бы увидеться с дочерью, чтобы попрощаться? – с надеждой спросил он, поднимая на меня потухший взгляд. – Пока нет. Но перед самым отлетом вам будет предоставлена такая возможность. Вы можете быть свободны, – Алишар тяжело поднялся и развернулся к двери, – пока, – добавил я. Наг понятливо кивнул. Расследование еще идет полным ходом. Только по его результатам можно будет судить, насколько отец был в курсе планов дочери. Тогда к попытке давления на правящую семью добавится еще и пособничество в попытке убийства. А это уже совсем другая степень вины. Стоило только дверям закрыться за спиной господина Шимайтэса, я вызвал своего личного помощника. – Лариш, советника под круглосуточное наблюдение. Все встречи, переговоры, все полностью. Из столицы не выпускать. Головой отвечаете. Отчеты мне два раза в день. – Слушаюсь, господин Вашэрон. До прибытия Хассэля осталось три часа. Тень отчитался, что Вероника позавтракала, и сейчас они беседуют. Снова некстати кольнула ревность, но усилием воли я загнал ее подальше. В нашем мире – непозволительная роскошь быть единственным у любимой женщины, тем более, если она землянка. А в нашем случае – просто опасно. Прикрыл глаза, снова вспоминая наши ночные безумства, как она тянулась ко мне, отвечала на мои безумные желания, не уступая, жаждая меня едва ли не сильнее, чем я ее. Тело окутало сладкое томление, низ живота налился тяжестью. Зашипел, расставляя ноги шире. Тряхнул головой, прогоняя возмутительно приятные мысли. Сейчас предстояло сосредоточиться на другом. Поднялся из кресла, все еще испытывая определенные неудобства. Мне предстоит встреча с Шаной, и эта тварь отрезвляет лучше самого ледяного душа. Спустился в камеры в моем ведомстве. Одну, особенную, в самом конце коридора охраняли только самые доверенные наги. – Выше Высочество! – гулко гаркнули воины, прижимая кулак к центру груди, знак высшей преданности. Кивнул стражам. – Откройте дверь, – приказал я. Тяжелая створка из особого композита отворилась, на лавке у дальней стены сидела Шана, подобрав под себя ноги. Не сказать, чтобы ночь в камере впечатлила ее. Наглый взгляд нагини с превосходством скользил по моему телу. Ее липкий жадный интерес вызывал брезгливость и безотчетную ярость. – Ты пришел, чтобы назначить дату церемонии? – порочно улыбаясь, спросил Шимайтэс. – Какой еще церемонии? – не понял я. – Священного союза, конечно же. Как тебе храм богини-прародительницы в Латойе? – продолжила нести полный бред она. – По поводу моей церемонии с Вероникой мы решим с ней сами, а тебя ждет закрытое заседание суда и ссылка на самую отдаленную колонию Рубеуса, – отрезал жестко. – Что? – воскликнула она. – Мой отец разрушит репутацию вашей семьи. Заявление для прессы уже готово. А кроме всего прочего, результаты его исследований уже подготовлены для отправки в Совет Высших Рас. – У вашего отца сейчас более серьезные проблемы, чем репутация правящего клана, – оскалился в предвкушении. – Что ты имеешь ввиду? – насторожилась девушка. – Исследования, проводимые лабораторией господина Шимайтэса, провальные. Результата нет. Сейчас в лаборатории происходит обыск и изъятие документов. Нагини, участвующие в экспериментах, как раз дают показания. – Этого не может быть! Я сама видела отчеты! – истерично закричала Шана. – Адвокат твоей семьи будет допущен к тебе завтра, – не желая и дальше слушать весь этот бред, сообщил ей и вышел. До отъезда мне нужно еще раз поговорить с отцом. На входе в императорское крыло стояли угрюмые воины. – Его Величество распорядился не впускать вас, Ваше Высочество, – немного виновато проговорил старший пятерки. Недовольно поджал губы. Отец не желает признавать собственные ошибки. Так похоже на него. И как я мог столько лет идти у него на поводу? Быть послушным его воле? Ответ одновременно сложен и прост. Все дело в ней, в Веронике. Теперь, когда она появилась в моей жизни, стала центром всего, мои приоритеты сместились, и больше я не позволю ему манипулировать мной. – Пропустить! – негромко приказываю я, давя своей аурой. Наги инстинктивно выпустили хвосты и пригнулись к полу, еще шипя и сопротивляясь, но против меня им не выстоять. Легко сдернул ключ-карту с шеи одного из воинов и прислонил к замку. Двери тихонько щелкнули и распахнулись, открывая мне вид на разгромленную гостиную. В самом дальнем углу от входа, прячась от ярких лучей дневного светила в полуформе, свернувшись на массивном хвосте, сидел император. Вокруг в беспорядке валялись несколько русты бутылок. Великий наг был пьян, но его мутные глаза с ненавистью смотрели на меня. – Явился забрать мою корону? – в ярости низко прошипел он. – Знаешь, – вздохнул я устало, – иногда мне кажется, что это было бы лучшим выходом. – Ты не получишь ее никогда! – рыкнул он, с трудом приподнимаясь на хвосте. – Мне жаль, что ты так и не удосужился получше узнать собственного сына. Я никогда не стремился к абсолютной власти. Впрочем, похоже, мне уже все равно. Хочу предупредить тебя, советник Шимайтэс написал прошение о снятии его с поста советника в связи с открывшимися обстоятельствами и утратой доверия. Пока его обязанности возьмет на себя первый заместитель. Расследование его деятельности будет произведено в самые кратчайшие сроки. По результатам совет будет решать его дальнейшую судьбу. – Ты забываешься! – грохнул он и кончик смертоносного хвоста ударил в непосредственной близости от меня, высекая каменную крошку из пола. – Я пока еще твой император! – По официальной версии, не справившись с потерей старшего сына, ты слег с сердечной болезнью и находишься сейчас под наблюдением медиков. Твои обязанности временно исполняю я до возвращения правящего клана. А там видно будет, – равнодушно парировал. – Не-е-е-е-ет! Не смей! – отец в неверии уставился на меня. – Все уже сделано. Да, и охрану твою я тоже заменю на преданных лично мне нагов. Как только вышлю Шану на другой конец галактики, тогда поговорим, – бросил напоследок и направился к выходу, но остановился у самых дверей и добавил: – Настоятельно не рекомендую тебе покидать свои покои. Тяжелые створки сомкнулись за моей спиной. Послышался жуткий грохот, стены сотряслись от мощных ударов. С невозмутимым видом набрал сообщение на коммуникаторе и буквально через несколько минут стража у покоев отца сменилась, а я заблокировал замок, настраивая его на новую ключ-карту. Пора бы уже вернуться к моей Веронике. Судя по последнему сообщению от группы сопровождения, корабль с полковником Адонианом на борту должен вот-вот приземлиться. «Ну где ты ходишь?» – пришло сообщение от Тени. Малышка заждалась, ей не терпится увидеть своего первого мужчину, и я не намерен вставать на пути ее желаний. Широкими шагами преодолел галерею, соединяющую мое крыло с комнатами императора, кивнул охране и вошел в гостиную. – Ксандр! – воскликнула Вероника и повисла на моих плечах, с беспокойством заглядывая в уставшие глаза. – Как ты? Мы уже можем ехать? – Да, милая. Я как раз пришел за вами, – улыбнулся ей и коротко чмокнул в самые желанные губы. Литарец вопросительно взглянул на меня, безмолвно спрашивая о результатах. Едва заметно кивнул ему, он отзеркалил мой жест, а еще через несколько минут мы загрузились в маневренный транспортник с улучшенной по моему особому заказу броней. Вероника Покровская Поверить не могу, что наконец-то увижу моего Хассэля. Ладошки потели от волнения, я никак не могла сосредоточиться и хоть немного успокоиться, так и ерзала в удобной кресле, заставляя моих мужчин тепло улыбаться. – Малыш, не волнуйся так, – Ксандр, сидящий рядом со мной, перехватил мои дрожащие пальчики и успокаивающе погладил. – Полковник уже приземлился. Сейчас проводятся обычные послеполетные формальности. Мои сотрудники уже на борту, охраняют твое сокровище. Я чуть нервно растянула губы и глотнула пересохшим горлом. Секунды монотонно отсчитывались в моей голове. Едва дождалась, пока наш корабль приземлится. Еще несколько минут стандартной проверки едва не заставили меня горестно взвыть. Короткий кивок Ксандра, один удар моего сердца, и вот уже я, не чуя ног, бегу к моему мужчине. Он как раз повернулся и что-то говорил Скарэру. Его я тоже была очень рада видеть, но все меркло по сравнению с моим триирийцем. – Хас! – прошептала сдавленно, влетая в такие надежные объятия. Судорожно всхлипнула, вновь впитывая непередаваемые ощущения от того, что он рядом, здесь, снова со мной. – Родная моя! – задушено хрипел мужчина, крепко прижимая меня к своей ходящей ходуном груди. Там в глубине что-то с грохотом рушилось и воздвигалось заново, а большое сердце билось о ребра так, словно желает покинуть свою клетку и выпрыгнуть прямо мне в руки. – Хас! – повторила я, разглаживая хмурую морщинку между бровей. Скрупулезно разглядывала осунувшееся лицо, но его глаза горели лихорадочный огнем ровно также, как и мои. – Хм, – неловко откашлялся Ксандр за моей спиной, но это было выше моих сил отпустить сейчас Адониана, да и его сейчас было не оторвать от меня. И тогда полковник просто подхватил меня на руки и зашагал следом за принцем. Обратная поездка во дворец прошла для меня словно в бреду. Я только жалась плотнее к широкой груди триирийца, как бездомный котенок, а его крепкие руки обнимали меня. Он то и дело склонялся к моим волосам и глубоко вдыхал аромат, довольно урча. Моя энергетическая метка на запястье мягко пульсировала, пропитываясь его силой, что, словно самый надежный кокон, окутывала меня. Она, будто разумная, недовольно фырчала, жалуясь на невыносимую долгую разлуку, и тут же радостными всплесками щекотала позвоночник. Коридоры дворца смазанным пятном проносились перед глазами, пока Хас, наконец, не поставил меня в спальне принца. Молча, глядя друг другу в глаза мы принялись раздеваться, смертельно боясь потерять контакт, и вместе с ним друг друга вновь. А потом синхронно опустились на кровать и, повернувшись на бок, смотрели… смотрели, напитываясь уверенностью и спокойствием. Теперь, когда он рядом, все обязательно будет хорошо. Мы справимся, вместе.