Глава 18

Секунду все стояли в некоем остолбенении, глядя ему вслед, а потом понеслась душа в рай.

— С-суч-чий с-с-случш-шай! — отмирая, зашипел рассерженной змеей Хосс и, ухватив стоявшего с разинутой пастью Сифа, поволок его за собой в сторону орудийных башен, расположенных ближе к хвосту коскара.

Клим обменялся с Ауммом растерянными взглядами и побежал следом за Дельфом в рубку. К тому моменту, когда он плюхнулся в капитанское кресло, а автоматика притянула его ремнями безопасности к спинке, Дельф уже вовсю стучал по клавишам пилотского пульта. Прервался он лишь на минуту. И только для того, чтобы выхватить из личной аптечки одноразовую ампулу с «Кровавой Мэри» и заглотить ее содержимое одним махом. Клим раскрыл рот, чтобы задать давно назревшие вопросы, но тут ожил бортовой комп, который сообщил, что «Альтаир» успешно отстыковался от «Корша».

— Молодец! — рыкнул Дельф и врубил двигатели на полную.

— Какого?.. — успел только выдохнуть Клим, и в ту же секунду ускорение вдавило его в сиденье так, что стало трудно, почти невозможно дышать, а глаза заволокло красным.

Полегчало только после того, как «Альтаир» прекратил ускорение.

— Какого хрена?! — все-таки довел свою мысль до конца Клим, вернув себе возможность дышать и соображать.

— Я наврал, — Дельф был бледен, у него носом шла кровь. — Мое видение было совсем другим, кэп.

— Да я понял, что все не совсем…

— Я видел нашу смерть. Нашу, а не их! Они собирались убить нас всех, кэп. А уже потом спокойненько забрать с «Альтаира» все, что им нужно.

Сказанное чем-то новым не было. Клим слишком хорошо помнил напряженные пальцы гостей, будто приклеенные к спусковым крючкам энергометов. Но все же в то, что те ни с того ни с сего откроют пальбу как-то, что ли, не верилось. За что? Почему?

— И они бы убили, — продолжил Дельф, — если бы я…

До Клима вдруг дошло:

— Если бы ты нарочно не наврал им так, чтобы они подумали: если убьют нас, Инь после порешит их всех?..

Дельф кивнул:

— Кровищи в рассказ подпустил, про полковничьи кишки, размазанные по полу коридора, наживописал, а после постарался убедить Саджади в другом: если мы будем живы и простимся с ними у шлюза, то и они уйдут на «Корш» с добычей и целехонькими.

— И Саджади согласился потому, что поверил… Блин! И потому, что наверняка рассчитывал уничтожить нас после. Просто уже вместе с коскаром!

Отвечать Дельфу на это предположение Клима не пришлось. Ответ прилетел сам, ударив в силовые щиты «Альтаира».

— Ах ты ж паскуда зло@бучая! — гаркнул Клим и, открыв свою аптечку, закрепленную на подлокотнике капитанского кресла, тоже, как и Дельф, хряпнул «Кровавой Мэри».

Через минуту выяснилось, что остальные, тоже оценив ситуацию совершенно однозначно, не отстали от него ни на шаг. Сиф и Хосс уже сидели за орудийными консолями и держали «Корш» в перекрестье прицелов корабельных орудий. Клим выслушал их торопливые доклады и приказал:

— Бить по двигателям и орудийным башням. Жилая капсула должна остаться максимально неповрежденной. Мне эта сволочь нужна живой и способной отвечать на вопросы. И Инь надо возвращать! Аумм, ты как там?

— Натягиваю броню, — с пыхтением сообщил горэн. — Через тридцать секунд буду готов к абордажу. Или любым другим развлечениям, кэп.

— Принято. А теперь, Дельф, покажи им, кто тут на самом деле рожден летать, а кто умеет только ползать!

И Дельф показал! «Альтаир» обладал куда меньшей огневой мощью и куда более слабыми силовыми щитами, но он был маневренней и быстрее. И крылан мастерски пользовался этими преимуществами. Климу иногда казалось, что в такие вот моменты боевая машина становилась для Дельфа продолжением тела — никто так не чувствовал ее, никто так не умел выжимать из стандартного коскара максимум, демонстрировать возможности, на которые, вполне возможно, не смели надеяться даже его конструкторы. Дельф бросал машину из стороны в сторону, избегая прямых попаданий, он вертелся, тормозил и ускорялся. Он уходил от более медлительного и неповоротливого «Корша», но лишь для того, чтобы, заложив зубодробительный вираж, вернуться вновь. Причем так, чтобы противник оказался идеальной мишенью для пушек «Альтаира».

В какой-то момент отключились силовые поля, исчерпав мощности питавших их аккумуляторных батарей. Потом удачно нацеленный выстрел противника пробил жилую капсулу, из которой с тихим свистом стал улетучиваться воздух. Но даже это никого не остановило. Аумм, казавшийся просто громадным в боевой экипировке, на время сел в кресло пилота, позволив Дельфу облачиться в скафандр силовой брони. Остальные тоже справились с этим привычно и быстро. А после разъяренный Дельф вновь завертелся злобной, сильно кусачей осой вокруг «Корша», позволяя Сифу и Хоссу вести прицельный огонь.

Кто из этих двоих — ворлак или змеелюд — оказался удачливее? Клим не знал. Он просто услышал общий восторженный рев по корабельной связи, а после увидел, как маршевый двигатель «Корша» полыхнул, разом превратившись в ком смятого и перекрученного металла. У коскара противника, конечно, еще оставались маневровые силовые установки, но это в бою ничем помочь не могло. Так что уже через пятнадцать минут ощипанный, но не побежденный «Альтаир» поймал неподвижную тушу «Корша» магнитными захватами, действительно словно абордажными крючьями, а после внутрь вскрытого шлюза коскара противника раскаленным от ярости снарядом влетел Аумм, удерживавший в каждой паре рук по энергомету…

Начавшийся бой, в который вскоре вступили все, кроме Дельфа, продолжавшего контролировать «Альтаир», а значит, и прикованный к нему «Корш», совсем не был избиением младенцев. Команда «залетного полковника» действительно оказалась хорошо подготовленной и опытной. Да и «Корш» им был знаком куда как лучше. Да, коскары этой серии парни Клима и он сам изучали, но одно дело тестовый имитатор, а другое реальный корабль, где какие-то переборки и шлюзы вполне могли быть перенесены, а другие просто заварены.

Первое серьезное затруднение возникло сразу, на выходе в общий коридор, который простреливался целиком, да и изначально был спроектирован так, чтобы его было удобно оборонять, а вот наступающим не помогало ничего. Но спецотряд Клима Данилова не случайно считался лучшим в освоенном секторе космоса как раз по части таких вот локальных операций в ограниченном пространстве космических станций или летательных аппаратов. Свою роль сыграла и возникшая с исчезновением ускорения невесомость. Воевать в условиях отсутствия силы тяжести тоже ведь надо уметь. Клим это прекрасно понимал, а потому тренировал своих часто и подолгу, раз за разом приговаривая то, что не раз ему самому твердил дед: «Трудно в учении, легко в бою».