Глава 37
Клим по очереди, очень сосредоточенно и со значением пожал всем своим парням руки, словно закрепляя только что заключенный «договор о намерениях», а после поднялся:
— Пойду с Эст перетру. Хватит уже нам на жопе сидеть и слушать это ее «надо подождать»! Бесит оно меня — не сказать как!
Привыкший к постоянной движухе, а потому особенно мучившийся бездействием, Клим действительно очень непросто переносил нынешнее свое положение. Тем более что оно ко всему еще и отягощалось горем от потери существа, неожиданно, буквально за несколько дней, ставшего нужным и дорогим сердцу. Хотелось поставить Эст перед фактом: все, хватит. Хотелось рубануть и после действительно почувствовать хотя бы видимость свободы. Клим понимал, что это глупо, что Эст наверняка просто знает больше и лучше оценивает ситуацию, что будет правильным действительно немного выждать. И все же то, что дед Клима называл «чуйкой», порождала уверенность: хозяйка Потеряшки водит его за нос, и толкала к действиям.
Тем не менее Клим всю дорогу шел и «растил дзен», уговаривая себя быть сдержанным. В конце концов, Эст дала им приют, помогла во всем, в чем могла. А то, что теперь она что-то такое мутила… Ну что делать? Она несет ответственность за целую толпу народа! И в этой толпе команда Клима — совсем не самая важная составляющая. Более того, они чужаки, принесшие хозяйке Потеряшки лишь сплошную головную боль. Надо быть благодарными уже за то, что их кормят, что у них есть крыша над головой…
Все это Клим раз за разом проговаривал, словно мантру. Сначала про себя. А после даже вслух, обращаясь за неимением кого-то другого к увязавшемуся за ним медвежонку, которого он так и продолжал по инерции именовать «ничейным». Эст оказалась дома, что уже было удачей, но приходу Клима явно не обрадовалась — глянула и скривилась так, словно сразу поняла, что разговор будет непростым. Чувствуя, что вновь, только от одного этого, раздражается, Клим все же начал с обсуждения перспектив поисков бэушного коскара ценой подешевле. И обломался, потому что Эст сразу перенаправила Клима к Марту:
— Это он у нас спец по таким вот делишкам. Сведет с ребятами, которые контрабасом всяким и вообще ворованным приторговывают. Слышала, что как раз сейчас у них есть крепкий и скоростной аппарат. Конечно, угнанный, со взломанным компом и перебитыми номерами на двигателях. Но зато он действительно недорогой. Проблема лишь в наличии кэша…
Но Клим проблемой это как раз не считал. После череды инцидентов, подробности которых стали в армии широко известны: а именно, после того, как солдаты-контрактники и офицеры, хранившие свои неистраченные жалования на счетах военного ведомства, не смогли их получить в полном объеме, уходя в отставку, только очень наивные и глупые продолжили хранить денежки как и прежде. Клим же и вовсе в приказном порядке постановил считать общим для всех правилом снимать жалование сразу после начисления и переводить его через сложную систему шифрования транзакций в криптовалюту на анонимные аккаунты. Так что даже факт безвременной кончины капитана Клима Данилова никак не помешает ему же воспользоваться отложенными за время службы денежками. И точно так же смогут распоряжаться своими накоплениями все остальные члены команды «Альтаира».
Эст выслушала все это и кивнула:
— Молодцы. Уважаю. Но все же давайте и с этим подождем…
— Подождем! — рыкнул Клим раздраженно. — Только и знаете, Эст, как «завтраками» кормить. Чего ждем-то хоть?
— Не ори на меня, капитан!
— Это я еще и не начинал!
— И не начинай!
Но Клима уже было не остановить. Это долбаное «подождем» и так-то действовало на него, как красная тряпка на быка, а тут и вовсе выбило давно сдерживавшиеся эмоции, как пробку из шампанского. Только секунду назад казалось, что все под контролем, что давно копившееся внутри никогда никто не увидит, что отрощенный дзен крепкий, как силовая броня. И тут — нате вам! Взорвавшиеся эмоции как кипятком голову ошпарили!
Клим орал на Эст (теперь уже безо всякого преувеличения орал!), сам стыдился того, что ведет себя так позорно и откровенно истерично, но остановиться не мог. Припомнил все: и это самое навязшее в зубах «подождем», и отказ допустить команду к телу Инь, и невозможность проводить ее в последний путь по-человечески, и танцы с бубнами вокруг откровенного вражины Саджади, которого Эст отпустила, просто «поверив»…
Эст слушала, молчала. В комнату, торопливо поднявшись из медвежьего загона, заглянул Макс Хорн, но встретился взглядом с женой и, ничего не сказав, тут же снова скрылся. Заткнулся Клим только после того, как ему на голову спланировала крылатая кошка и, вцепившись когтями, кажется, прямо в череп, затарахтела совершенно удовлетворенно. Злобно согнав тварюгу с себя, Клим саданул кулаком по стене рядом — только сор какой-то с потолка посыпался. Саданул… и вдруг почувствовал, что его отпустило.
— Проорался? Полегчало? — спросила Эст, как и всегда, понявшая и оценившая все исключительно верно.
— Да, — мрачно буркнул Клим и, чтобы окончательно успокоиться, присел на корточки, чтобы обнять «ничейного» медвежонка.
Прискакал он, как только Клим начал орать прищемленным за яйца лосем, и все это время смотрел участливо, явно волновался и в какой-то момент даже сунулся к Эст, словно ища у нее возможности как-то повлиять на ситуацию, сделать так, чтобы выбранный им человек так не страдал. Это было приятно. Клим уже и забыл, когда кто-то… заботился о нем. Всем почему-то казалось, что такой здоровяк с рожей наемного головореза в заботе не нуждается. А иногда так хотелось! Так было нужно!