Эпилог

Лера Я вошла на кафедру вычислительной техники. В кабинете никого не было. Похоже, что и в преподавательской тоже. Лишь мой профессор сидел за столом. – У вас пересдача, Валерия? – уточнил Берг, не поднимая головы. – Да, профессор, – пискнула я, робея словно на свидании. Но Берг точно не собирался предлагать мне "кофе или потанцуем". Он был строг, собран и чертовски горяч. Как всегда. – Уже третья, не так ли? – поинтересовался он, снимая очки и поднимая на меня глаза. – Вы готовы на этот раз? – Едва ли профессор, – честно призналась я, скрещивая ноги и одергивая чересчур короткую юбку. Берг встал и подошел ко мне. – Как это понимать? Я вдохнула аромат его парфюма и тихо простонала. Настолько тихо, чтобы он услышал. – Вы третий раз приходите неподготовленной, Валерия Тарасова. Вам не стыдно тратить мое время? – отчитывал меня Эрик очень сурово. А я возбуждалась все сильнее и почти раскаивалась… Хотя – нет. Он сам виноват. – Вам не стыдно, Лера? – повторил он, наклоняясь и опаляя горячим дыханием мое ухо. – Нет. Не стыдно, – снова осталась я честной. – У вас есть уважительная причина для такого неуважения к своему профессору? – К моему любимому профессору, – поправила я.– Причина есть. – Какая же на этот раз? – Вы сами виноваты, профессор Берг. – И в чем позвольте узнать? – Вы отправили меня помогать своему ассистенту, а он свалил на меня всю работу. – Это не в его правилах. Вы лжете. – Я не смею вам лгать, профессор. Эрик взял меня за подбородок и посмотрел в глаза. У меня ноги подогнулись от его пронзительного взгляда. Я была готова упасть на пол и изобразить обморок, чтобы он уже взял меня… Но мы не закончили выяснять всю степень моей вины. – Если я позову Клима и спрошу у него… – пригрозил профессор. – З-зовите, – очень натурально запнулась я от почти настоящего волнения. – Стерн, – рявкнул Берг, не отходя от меня. – Зайди на минуту. – Привет, – тут же исполнил приказ Клим. – Оу… – я скруглила губы и приоткрыла рот от удивления. – Лера… – Клим… – Профессор Берг, что-то важное? – Валерия уверяет, что ты использовал ее помощь чересчур интенсивно. Это так? – спросил Эрик, присаживаясь на край стола и складывая руки на груди. Клим встал сзади, и я обернулась, чувствуя себя между двух огней. – Боюсь, Лера немного преувеличивает масштабы своей помощи. Мы лишь пару раз вместе поработали над интерфейсом и расчетами… Ээээ, в общем она была занята максимум часов пять. Я едва не хмыкнула. Клим в своем духе. Не выучил текст. Это от души он может нести чушь, а в сценарии путается. – Значит, вы опять врете, Тарасова! – рыкнул Берг. Я подскочила, приблизившись к нему. Клим сделал шаг вперед, прижимаясь ко мне. Он сразу потерся членом о мою попку и положил ладони мне на бедра. – Давайте не будем выражаться так категорично, Эрик, – запел Стерн сладко и ядовито. Он переместил ладони и сжал мою попку. – Уверен, Лера не хотела вас оскорбить и обмануть. Она немного не рассчитала силы и решила слукавить. Верно, малышка? – Д-да, – снова стала заикаться уже совершенно естественно, ведь Клим гладил мои влажные половые губы. Стерн сделал два шага вперед, и я по инерции тоже шагнула вместе с ним. – Ты же извинишься перед профессором Бергом, милая? – продолжал ворковать Клим, задевая клитор. – Если профессор примет мои извинения, – прохрипела я. Эрик обхватил меня за шею, обсматривая и как будто впитывая все мои эмоции. – Если ты сможешь принять все, что я тебе дам, Тарасова, – приговорил он меня. – Ты сможешь? Я услышала, как он расстегнул брюки, и сглотнула. – Да, профессор, – согласилась я. Эрик впился в мои губы поцелуем. Я застонала ему в рот, наслаждаясь натиском, но он тут же дернул меня за волосы и приказал: – Тогда приступай, детка. Клим надавил мне на спину, заставляя наклониться. Я выгнулась и открыла рот, чтобы принять член Эрика. Это было привычно и приятно. Я прекрасно знала, как нужно сжимать губы и в каком темпе скользить по члену, как сильно посасывать и работать рукой. Точно также хорошо Клим знал, что нужно делать с моим клитором. Он поглаживал меня пальцами, надавливал и растирал. – Такая испорченная девочка, не носит трусики, – ругал он меня и шлепал по попке. В этот момент Эрик крепче сжимал мои волосы в кулаке и говорил тихо: – Маленькая хитрая лиса допрыгалась. Не нужно играть с волками, девочка. Я стонала и сосала его член сильнее, А Клим снова и снова шлепал меня, попадая ладонью по половым губам. Шлепки обжигали пикантно, но не до такой степени, чтобы кончить. Клим знал и это тоже, поэтому он опустился на колени. Его язык кружил по клитору. Он посасывал и прикусывал, доводя меня до оргазма. Мы с Эриком кончили одновременно, потому что я в пылу экстаза стала всасывать сильнее. Берг простонал и кончил. Я проглотила. Он, как обычно, потянул меня к себе, чтобы поцеловать. Я с удовольствием растворялась в его поцелуях, пока Клим входил в меня, чтобы взять быстро и жестко. Стоны от его напора я роняла в рот Эрика. Он улыбался и продолжал водить своими губами по моим. – Чертовски горячо, бейб. Ты еще пульсируешь для меня, – прошептал Стерн, кончая тоже. Мы замерли на несколько сладких секунд, деля наше удовольствие на троих. Но нужно было торопиться. Эрик передал Климу салфетки, и Стерн убрал сперму с моей плоти, одернул юбку и передал мне трусики. – Вы двое – конченные извращенцы, – не могла не сказать я эту фразу, натягивая белье и приводя в порядок макияж. Клим с Эриком засмеялись. – Конечно, сладкая. Но ты вроде бы поздно спохватилась, – резонно уточнил Клим. – Угу. К тому же сама предложила этот сценарий, – напомнил Эрик. – Я хотела поиграть дома, а не на кафедре в МГУ за полчаса до президентской конференции. – Но ведь именно поэтому на кафедре никого нет. – И тебя хорошо завело перед выступлением. Ты будешь великолепна. – Буду, – пообещала я, одергивая юбку, чтобы превратить ее из пошлой мини в строгий карандаш. Эрик и Клим встали у двери. Они любовались мной открыто и с удовольствием. Я совсем недавно перестала стесняться таких откровенно восхищенных взглядов. Теперь я научилась их принимать и превращать в уверенность. Я была уверена в собственной красоте и гениальности. И это была их заслуга. А еще мне до зуда захотелось сказать: – Вы оба такие крутые. Я вас очень люблю. Подойдя вплотную, я встала на цыпочки и поцеловала моих мужчин. – Мы тебя тоже очень любим, бейб, – ответил за двоих Клим. –А я особенно люблю смотреть, как ты надираешь задницы седой профессуре, – добавил Эрик. – Давайте уже пойдем, а то я начинаю заводиться от предвкушения. – Не, Лерк, мы точно у тебя извращенцы. Особенно Берг, – не спустил Эрику Клим. – Я не спорю, – поднял руки Эрик, пропуская нас всех вперед и шепнул мне в ухо: – Обожаю быть твоим извращенцем. Ко всему прочему он еще и ущипнул меня за попку, заставляя хихикать. Я собиралась пройти, но Эрик снова распустил руки и поймал меня обратно в объятия. Мы уже были в коридоре, и я стала отталкивать его. – Эрик, не здесь. – Нет, здесь. Твердо заявил он и окликнул Стерна. – Клим. Они в очередной раз обменялись своими говорящими взглядами. Клим криво ухмыльнулся и кивнул. А потом они оба опустились на одно колено. – Лер, давай поженимся, – проговорил Эрик. – Да, выходи за нас, Валер, – кривляясь, как всегда, просиял Стерн. Удивительно, но в этот абсурдный момент я чувствовала себя намного лучше, чем когда Клим делал мне предложение в аэропорту. Мне потребовалось не так много времени, чтобы прийти в себя и, кажется, одно мгновение, чтобы принять решение и ответить. – Да! Теперь мы сияли все втроем. Эрик словно ниоткуда достал коробочку и надел мне на палец кольцо. Оно состояло из трех колец, хитро вплетенных одно в другое. Бриллианты украшали один из элементов. Невероятно символично. – Дело за малым, найти страну, в которой наш брак зарегистрируют, – я нервно засмеялась, полагая, что сейчас и происходит самая главная церемония. – Мы отпразднуем, где ты захочешь, бейб, – как всегда щедро предложил Клим. – Где скажешь, – подтвердил Эрик. – Здесь, в Москве, – быстро решила я. – Давайте обсудим подробности потом. А то я боюсь увлечься и пропустить свой выход. – Вечно мы тебя сбиваем с толку, – рассмеялся Клим. Мы взяли еще минуту паузы, чтобы пообниматься и поздравить друг друга с решением. Прямо в коридоре, да. Мне было плевать. Кольцо окончательно победило неуверенность и комплексы. Я с трудом взяла себя в руки перед выступлением. Но мои мужчины были правы. Их любовь и восхищение придавали мне сил и уверенности. Я вышла к трибуне, готовая надрать всем зад, чтобы потешить гордость Эрика и повеселить Клима. Клим Я вышел на палубу, чтобы подышать немного. Круизная яхта флотилии "Рэдиссон Ройал" рассекала толщу Москвы-реки. В темной воде отражались огни вечерней столицы и самой яхты. Через стекло окна мне было видно, как мой лучший друг танцует с моей любимой девушкой. Прошло шесть лет, но наши чувства не угасли. Я все еще бешено желал Лерку. Пожалуй, даже сильнее, чем в день нашего знакомства, когда она вся такая невинная и вдребезги пьяная терлась попкой о мой стояк, засыпая в моей постели. Но теперь я еще понимал, что также бешено люблю эту девчонку. Она совсем не изменилась внешне, а вот внутренне выросла. Стэнфорд дал ей невероятный толчок. Уже на третьем курсе Лера была нарасхват, ею интересовались и вне университета, приглашали для участия в перспективных стартапах. При этом наша девочка не зазналась. Она получала с десяток предложений в день, но вечером неизменно возвращалась домой и советовалась со мной и Эриком. – Можно постою с тобой? – проговорила Лиза, останавливаясь около меня. Я так увлекся слежкой за своей женой, что не заметил жену президента. Экс-президента. Громов сложил полномочия три года назад и теперь жил почти как обычный человек. Но за его женой и моей подругой детства все равно следили в оба глаза. – А тебе можно вообще выходить? – не сдержался я. – Вдруг снайпер на крыше. – Заткнись, Стерн. Как будто я не выходила на улицу, пока Андрей был в Кремле. – Ты убегала, ага. Ко мне, – напомнил я самодовольно. – Оно того стоило, – согласилась Лиза, опираясь локтями на поручни. – Красивая Москва. Я рада, что вы поженились дома. Я пожал плечами: – Лера хотела сделать это в России. Наш брак в любом случае не действителен. Лиза усмехнулась. – Любой брак может быть не действителен. Дело ведь не в законах и документах. Посмотри хоть на своих родителей. – Да, это факт, Лизок. Спасибо, что не считаешь эту вечеринку фарсом. – Вот уж вряд ли, – почти оскорбилась она. – Разве здесь есть такие гости? – Нет, но Лера переживала. Наверное, мне передалось ее волнение. Хочу, чтобы ей было сегодня хорошо. – Уверена, у тебя есть много способов устроить этим вечером "хорошо" для жены. Если нет, Эрик тебе подскажет. В нем я вообще не сомневаюсь. Я заржал, пугая чаек. – Какая же ты стерва, Торнтон. – Всегда была. Как будто Америку открыл. Ущипнув засранку за подбородок, я собрался поддеть ее еще как-нибудь, но Лиза вдруг стала очень серьезной, и сама сказала: – Когда я увидела тебя с Матильдой в клубе… Помнишь? – В Одинцово? Мы все время там видимся… – удивился я. – Нет. Это было в Йоркшире. Я достаточно долго прогружал ту локацию в своей памяти. Сто лет я не играл в Британии. – Ты трахал Матильду в задницу после игры, – любезно напомнила Лиззи незабываемые обстоятельства. Удивительно, но я смутился. Наверное, впервые в жизни. Несколько лет моногамии и потребности спать только с одной женщиной сделали меня немного робким. Кажется. Или приличным. – Клим, это отблески огней, или ты покраснел? – не менее потрясенно поинтересовалась Лиза. Она даже приложила ладонь к сердцу. – Боже мой, Стерн… Ты что, стал приличным человеком? – Нет, конечно, – махнул я рукой. – Это прожекторы. Даже брак меня не исправит. – Вот уж не факт. – К чему ты спрашивала про игру в Йоркширском клубе? – спросил я, меняя тему. – Я в тот день пожелала тебе много всякого дерьма. – Вот спасибо, дорогая. – Да, пожалуйста. Но еще я очень хотела, чтобы ты обломал свой неугомонный член о строптивую красотку. Тогда я уже поняла, что это буду не я. И очень хотела, чтобы не Матильда. – Эх, Лизок. – Я вздохнул, ностальгируя. – Сколько же времени прошло. – Немало, – согласилась Лиза. – Надеюсь, тебя не ранило мое проклятие. – Ранило, бейб, – хохотнул я. – В самое сердце. Но я ни капли не жалею о твоем ведьмином даре. Посмотри, какая она у меня. Я кивнул в сторону зала, где Эрик кружил Леру в свадебном платье. Мне отчаянно захотелось вернуться. Я вообще сложно переносил разлуку даже на короткий срок. Воздуха мне уже достаточно, как и откровений Лизки. Не дай бог еще какое дерьмо припомнит. Сегодня я хотел быть чистым и светлым, как платье моей невесты. Эрик – Весьма странно видеть, что президент ищет встречи весь вечер не с тобой, – мягко уколола меня мама. – Мое эго и так едва живо, мама. Пощади, – поднял я руки вверх, сдаваясь. Но она продолжала. – Я сама едва жива, присутствуя на твоей свадьбе. Думала, ты слишком умен, чтобы связывать себя любыми узами. Тем более, брака. – Мы ничем себя не связываем, – стал немного раздражаться я. – Просто празднуем свое счастье. – Да, милый, конечно. Обманывай себя. Скажи еще, что все ради Валерии, чтобы она могла надеть белое платье на праздник и прокатиться на этом чудесном теплоходе по ночной Москве. – И это тоже. Мама снисходительно улыбнулась и похлопала меня по щеке. – Ты у нее под каблуком. Вы оба. – Нас обоих это устраивает. – Она была намного скромнее в нашу первую встречу, а сегодня просто блистает. Выступление на конференции МГУ, интервью для радио и ТВ. Теперь вот эта свадьба, и президент к ней как приклеился, – не унималась маман. – Он достаточно давно не президент, мам. И она снова махнула на меня. – Громов продолжает рулить страной. Все это знают. Он очень заинтересован в вашей Лере. – Да, Андрей продолжает курировать проекты Сколково, хочет, чтобы Лера провела несколько лекций и мастер-классов. Она – потрясающий пример прикладной гениальности. – Раньше таким примером был для всех ты. Не ревнуешь ее к этому успеху? – Нет. Я счастлив, что она проживает свой успех. Поверь, Лера не из тех, что сыпется на медных трубах. Вообще, мам, что за вопросы? Тебе нравилась Лера. – Она и сейчас мне нравится, но я никогда не воспринимала ваш тройственный союз всерьез. Обычно это детские шалости. Я не в первый раз слышал это от матери. Она спокойно относилась к нашим отношениям втроем, но не верила в них. Поэтому я немало удивился и решил уточнить: – Ты поменяла мнение? Что тебя переубедило? – Так вот это все, – она развела руками. – Это настолько не в твоем стиле. Даже отношения с женщинами не в твоем стиле, Эрик. Но я тут, на свадьбе. Пусть и сказочной. Твоя невеста в белом, ты в бабочке, Клим в накрахмаленной рубахе. В гостях экс-президент и куча аристократической нечисти. Все выглядит очень серьезно, сынок. – Потому что так и есть, мам. – Меня это пугает сильнее подозрений, что ты гей. – Я никогда не был геем. – И уже, похоже, не станешь им. Мы вместе засмеялись. Я немного устал от маминых философских рассуждений о моей личной жизни и повел ее танцевать. В процессе я заметил, что Лера устала от общения с Андреем. Даже личный кумир и полубог смог утомить ее своими предложениями. Выждав, когда мелодия сменится, я вернул маму за столик и помчался выручать невесту. Оказалось, я очень вовремя решился на активное вмешательство. Едва Лера увидела меня, ее взгляд стал умолять о помощи. – Разрешите прервать вас, Андрей Михайлович. Кажется, моя невеста застоялась на одном месте. Конечно, Эрик. А моя жена, как всегда, сбежала со Стерном. Вот и пришлось мучить твою, – почти извинился Громов. – Я не мучилась, – почти не соврала Лера. Андрей усмехнулся, не поверив. Он все понял. Лера прижалась ко мне крепко, и мы закружились в танце. – Спаси меня, Эрик, – почти сразу взмолилась она. – Я передумала. – Про Сколково? Андрей совсем тебя достал? – Нет. Не знаю. Возможно. Я передумала про свадьбу. На кой черт мне все это надо? Платье неудобное, туфли меня почти убили, волосы как дом на голове. Я даже почесать затылок не могу, боюсь испортить прическу. Я стал смеяться. – Ты же сама хотела, Лер. – Хотела, а теперь не хочу. Ты украдешь меня или как? – Мы на корабле, детка. – Берг, ты же чертов гений, придумай что-нибудь. В этом вполне героическом вопросе я гением точно не был. Зато я знал, кому можно делегировать столь важное задание. Клим как раз открывал дверь, чтобы выпустить с палубы Лизу Громову. Я обнял Леру и повел туда. Мы пропустили жену экс-президента, но затолкали Стерна обратно. – Клим, нам нужно причалить, – обозначил я фронт работ. – В смысле, на берег? – не понял Стерн. – Нет, блять. На Луну, – рявкнула на него Лера. Очевидно, она устала смертельно, раз ругается матом и так хлестко. Мы с Климом синхронно усмехнулись. Стерн покрутил головой, оценил локацию и сообщил: – Вроде тут есть причал, и мы как раз напротив "Рэдиссон". Сможем добраться домой на такси минут за десять. – Идеально, – простонала Лера, присаживаясь на диванчик и скидывая туфли. Она подтянула ноги наверх. Я сел рядом, накинул ей на плечи пиджак и стал разминать ее измученные пальчики и стопы. Клим помчался к капитану, хотя его последний завистливый взгляд посылал в рубку меня. Но он не меньше нас хотел оказаться дома. Буквально через минуту яхта стала причаливать к небольшой станции. Клим вернулся бегом. – У нас тридцать секунд, – сообщил он, хватая Леркины туфли. Я же схватил невесту. Половину минуты хватило нам, чтобы сойти на берег. Яхта сразу же отчалила. На палубу вывалились наши гости. Родные и друзья махали и кричали. Лера уткнулась мне в шею и смеялась, как помешанная. – Самая невероятная свадьба, на которой я бывал. Даже круче, чем у Лизки в Кремле, – выпалил Стерн, доставая телефон. Я с Лерой присел на скамейку. – Ты правда так думаешь? – уточнила у него невеста. – Конечно. Такой крутой трип на лодочке, и ты, бейб, самая красивая. А уж побег просто потрясный вышел. – Эрик? – подняла глаза на меня Лера. – Тебе тоже понравилось? – Скажем так, я ожидал худшего. Подъехало такси, и Клим махнул рукой. – Это за нами – сообщил он, открывая дверь представительского майбаха. Мы сели втроем на заднее сидение. Стерн сразу закрыл перегородку. Водители в таких авто никогда ничего лишнего не спрашивали. Мои руки сразу оказались под платьем у Леры. Я нащупал подвязку, оставил на месте и стал гладить атласные трусики, которые почти сразу пропитались влагой. – Беру свои слова обратно. Свадьба потрясающая. И согласен с Климом – часть с побегом мне нравится больше всего. Лера смеялась сквозь стоны. Мы все втроем пожалели, что ехать не так далеко. Но с удовольствием продолжили в лифте, который тоже был весьма скор. Едва мы переступили порог квартиры Клима, наткнулись на корзинку с цветами. Лера присела, чтобы прочитать открытку. Она сразу расплылась в улыбке. – Эта квартира очень много значит для нашей семьи, – стала читать она вслух. Голос дрожал от волнения. – Знаю, она также много значит для тебя, Лера. Именно поэтому мы дарим ее тебе в безграничное владение. От всей нашей семьи. Добро пожаловать, Валерия Стерн-Берг. Она отдала карточку Климу и со счастливыми слезами в голосе проговорила: – Стерн-Берг – ужасно звучит. – Зато выглядит прекрасно. – Понимаете, что это значит? – немного раздраженно бросил карточку обратно в цветы Клим. – Я опять нихрена не могу решать в этой хате. Почерк Алана – он троллит жестче, чем мама и Марк вместе взятые. – Потому что он крутой папа, – засмеялась Лера. Это очень символичный подарок, учитывая, что я давно продал свои апартаменты Теперь только Лера имела доступ в "Рэдиссон". Мы так и стояли какое-то время у лифта, рассматривая цветы и неловко переминаясь с ноги на ногу. Слава богу, Клим в нашем союзе отличался нетерпением и наглостью. – Валер, ты скажи, чего хочешь. Выпить? Перекусить? А то мне уже не терпится перейти к брачной ночи. Я поддержал его. – Согласен с Климом. Ужасно интересно, останется ли побег в топе сегодняшних событий после брачной ночи. Лера напустила на себя загадочный вид и прошла мимо нас на носочках, качая бедрами. Она пересекла гостиную. Ее осветило тусклыми лампами, которые реагировали на движение. Наша невеста остановилась у панорамного окна и поманила пальцем меня, а потом Клима. Мы последовали за ней, как псы на поводке. – На колени, – приказала Лера. Я вспомнил слова мамы про каблук и очень с ней согласился. Но, черт побери, как же мне нравилось быть подкаблучником в этот момент. Мы с Климом синхронно опустились, и Лера задрала подол платья, показывая подвязку. – Снимайте. Вместе, – велела она. Это был самый чувственный и возбуждающий опыт за всю мою чертову жизнь. А попробовал я немало всяких извращений, комбинаций и девайсов. В общем, в сексе я был искушен. Но все прошлые победы и впечатления меркли на фоне сильнейшего экстаза, который я испытал, снимая с Климом синхронно ртами с Леры подвязку. Мы уже давно научились действовать, не сговариваясь. Я знал все его движения наперед. Он тоже угадывал мои намерения прекрасно. Но именно сегодня все складывалось и-де-аль-но. Белое платье и повелительный тон Леры. Эта квартира и окна в пол, огни Москвы и уплывающая яхта с нашими гостями. Едва мы справились с подвязкой, я стал целовать кожу бедра над кружевной резинкой чулка. Клим нетерпеливо, как всегда, стащил второй. – Хочу сегодня стоять у этого окна, пока вы оба будете меня раздевать, а потом трахать. Хочу, чтобы вся Москва меня видела, – проговорила Лера нездешним голосом. – Хочу отдаваться вам в свете этих огней. Разумеется, мы исполнили ее желание. Мне нравилось брать Леру сзади, прижимая к окну. Чтобы ее груди скользили по холодному стеклу. Мне нравилось смотреть, как она запрыгивает на Клима, который подбрасывает ее вверх, насаживая на свой член. Мне нравилось щипать ее соски, пока она лежит на полу, и Клим устроился между ее разведенных ног. Мне нравилось категорически все. Но особенно то, что Лера сама заерзала, требуя больше, когда Стерн гладил ее попку. – В постель, – приказала она, поднимаясь с пола и опять зачаровывая нас своими бедрами. – А как же окно, Москва и все такое? – съехидничал Стерн. Большая ошибка. Богиню Валерию лучше не стебать. Особенно во время секса. Можно привилегии лишиться. Собственно, мне же на руку длинный язык Стерна. Я оказался прав. Остановившись у кровати, Лера посмотрела на него снисходительно и сообщила: – Окно здесь тоже есть. Анальный секс я предпочитаю в постели, любимый. Но ты можешь подождать нас с Эриком у окна. – Черта с два. Клим поторопился, чтобы первым пристроиться к Лере сзади. Она посмеивалась и принимала его извиняющиеся поцелуи. Я бы мог оспорить его первенство, но однажды уже был первым. Теперь мне легко было уступать. Тем более, Клим не продержится долго. Его отрицательная выдержка весьма хороша для анала. Он не измучает нашу невесту, и я смогу тоже взять ее таким способом. Это была обкатанная схема. Лера лежала на боку, лицом ко мне, пока Клим медленно и постепенно проникал в ее попку. Я наблюдал за ее лицом и находил в этом не меньше удовольствия, чем в самом проникновении. – Все хорошо? – спросил я, как всегда. Это было частью протокола, как и положить ей ладонь на шею, обездвиживая. – Да, – почти без звука ответила Лера. Я стал покрывать поцелуями ее лицо, рассказывая, какая она красивая и горячая, как мне нравится смотреть, пока Клим трахает ее тугую попку. Лере всегда нравились грязные разговорчики. Да и Климу тоже, полагаю, я не помогал таким образом сдержаться. В этот раз Стерн тоже не отличился. Уже через пару минут он глухо простонал и кончил. Я даже не успел подразнить клитор, но не сожалел об этом, потому что Лера сразу повернулась ко мне спиной. – У тебя хватит сил для меня, малышка? – спросил я, добавляя на ее анус немного смазки и проникая внутрь двумя пальцами. Ее попка была идеально расслабленной, и Лера поощрила все мои надежды. – Да, хочу тебя… тоже. Сделайте это, профессор Берг. Я рыкнул и куснул ее мочку. Чертовы ролевые игры. У нас с Лерой почти не было совместных занятий в МГУ, и я часто фантазировал, а что если бы были… Она поощряла мои грязные идеи и часто воплощала их в жизнь игрой. А еще давила на рычаги в нужный момент. Вот как сейчас. Мой член медленно проникал, скользя по смазке почти без сопротивления. Лера дышала, как во время йоги. Я мог видеть ее лицо в отражении зеркала на шкафу, пока Клим не вернулся. Сожалеть об этом мне не пришлось, конечно. Стерн, видимо, быстро помылся, чтобы продолжить с нами вместе. Она стал ласкать груди Леры ртом и гладить ее между ног пальцами. Она сбила дыхание и изо всех сил старалась не сжиматься. Я обожал ее в таком состоянии. Нам всем троим нужно было максимально сконцентрироваться и чувствовать грани. Со временем мы стали звучать как идеальное трио. Брачная ночь не будет ассоциироваться с болью. Я двигался медленно и плавно. Лера вздыхала, а Клим надавливал на клитор все сильнее. – Малышка можно? – спросил он. Я услышал стоны Леры. Они стали громче. – Что? – спросил я, не желая совершать резких движений. – Он… – откликнулась Лера, снова задыхаясь, но продолжила… – Клим… гладит меня головкой… по клитору. О, бог мой, как же хорошо, малыш. Продолжай. Черт, ее ответ завел меня невероятно сильно. Я крепче сжал попку Леры, чувствуя, что не продержусь долго и сам. Она стонала и дрожала. Ее попка иногда сжималась, стискивая меня. Стерн кусал губы, видимо, тоже с трудом сдерживался. Нам бы немного с ним потерпеть, чтобы не сбиться ритма и не сделать Лере больно. Но она как специально рушила последние крупицы контроля. – Фак, детка, что ты… – заскулил Клим. – Все хорошо, – отозвалась Лера. – Хочу вас обоих сегодня. Одновременно. – Блять, – выдохнули мы со Стерном хором. Я почувствовал, как его член тоже проник в Леру. Видимо, она сама инициировала это. Мы оба замерли. Клим зажмурился. Я, наоборот, смотрел на него и Леру, не понимая, что теперь делать. – Медленно, пожалуйста, – подсказала наша невеста. Я тихонько отклонился и медленно вернулся обратно. Снова замер. Клим сделал то же самое, пока я не двигался. Мы достаточно быстро приняли этот новый темп. Лера, кажется, тоже получала удовольствие. Это ужасно, но я не мог больше контролировать себя. Возбуждение носилось по телу, кипятя кровь и разум. Я двигался исключительно по ощущениям, на интуиции. Клим отступает, и я проникаю глубже. Потом он возвращается, и я снова двигаюсь немного назад. – А теперь вместе. Пожалуйста, – попросила Лера, когда я уже был готов кончить. Последние три толчка мы сделал синхронно. Охерительное ощущение, кончать, чувствуя член Клима и видя, что он тоже на пике. Я опустил взгляд и понял, что мы все втроем на грани оргазма. Это толкнуло меня за край. Лера замерла и кончала, рыдая и вздрагивая. – Тише, бейб. Тише, – шептал ей в губы Клим, гладя по щекам, размазывая слезы. – Лера, родная. Что с тобой? Тебе больно? – озвучил я свой самый жуткий страх, едва пришел в себя. – Нет, – продолжала плакать она, поворачиваюсь ко мне и целуя в губы, а потом снова возвращаясь к Климу. – Нет. Мне так с вами хорошо. Это такое странное ощущение. Не могу пока объяснить. – И не надо, – сказал Клим. – Да, можно поговорить и потом, – поддержал я его. Лера еще долго всхлипывала, и мы гладили ее, целовали, успокаивали. Она затихла. Никому не хотелось вставать и идти в душ. Мы смаковали нашу идеальную брачную ночь, глядя на огни Москвы и друг на друга. – Я хочу родить ребенка в этой квартире, на этой кровати, – неожиданно проговорила Лера, когда я уже начал дремать. Клим простонал, словно мученик. – Ты сегодня слишком много общалась с моей мамой и леди Кэти. Я засмеялся, понимая, о чем говорит Клим. Лера тоже улыбнулась, но упрямо повторила: – Я правда хочу и сделаю. – Не сомневаюсь в этом, – поддержал я его. – Стерн, если ты против я могу единолично участвовать в зачатии. – Ага, конечно. Держи карман шире. Ты уже единолично лишил ее невинности. Хватит и этого. Лера решила напомнить: – А ты лишил невинности мой зад. Все честно. – Ну… да, – решил не настаивать на своей ущербности Клим. – Это идеальная спальня, идеальная кровать и идеальная ночь, – подытожила этот безумный день Лера. – И ребенок тут родится идеальный. Я не собирался с ней спорить, и Клим тоже не стал. Может быть, этот ребенок не станет гением, но он точно будет идеальным и нашим. Лера подняла вверх руку, ловя бриллиантами кольца блики огней из ночного окна. Я коснулся пальцем ее ладони, а Клим обхватил запястье. Меня затопило ощущение безграничного счастья и уверенности, что мы никогда не отпустим друг друга.