9.8

– А совсем недавно она ездила за косметикой! – вспомнила я.

– Думаю, она обновляла запасы своих маскировочных средств.

Какое-то время мы молчали.

– Знаете, зачем ей Нейтон? – спросила я у мужчины.

– Урурии обычно не нападают на людей. Больше они обитают в заброшенных полях или в урочищах, забытых и брошенных деревнях. Они питаются корнями.

– Но с маркграфом другая ситуация... – сказала я.

– Думаю, эта решила обзавестись потомством. Причем выбрала для этого человека, значит, хочет, чтобы дети были одаренными магически. По сути – монстрами, которые поубивают половину жителей Минеральной грязи. У нее где-то кладка... Она кормит личинок кровью Нейтона, я уверен.

Зажала рот себе ладонью. От откровений Шатклера старшего меня едва не стошнило. Кладка! Да уж! У маркграфа, оказывается, скоро будет весьма многочисленное потомство! Все как один – крылатые красавцы! Одного понять не могу, как эта тварь задурила ему голову?

Я спросила об этом у барона. Оказывается, урурии обладали уникальной способностью влиять на того, кто являлся отцом их детей. Так сказать, обеспечивали выживаемость потомства, выделяя какой-то специфический феромон. Более того, напившись крови своей жертвы, они могли задурить голову и тому, кто находился в этот момент рядом.

– Нужно рассказать обо всем маркграфу, – сказала я. – Так не может продолжаться вечность! И потом, когда эти... личинки созреют и превратятся в маленьких Нейтонов с мерзкими крылышками и пойдут пожирать гостей пансионата, будет уже поздно!

– Пока маркраф под воздействием, он будет воспринимать любую критику своей ненаглядной, как прямую угрозу ей, – вздохнул Шатклер. – Мы можем добиться этим только того, что там укажут на дверь пансионата, и на этом все закончится.

– Это ужасно! Подобными случаями должна заниматься служба магической безопасности! Есть же ловцы этих тварей, в конце концов! – во мне все клокотало от ужасной несправедливости, но барон лишь покачал головой.

– Пансионат и прилегающее село принадлежат Нейтону. Целиком и полностью. Если он не впустит сюда ловцов, они никак не попадут сюда. И потом, это мы поймали Акву, но никто другой и предположить не может, кто именно скрывается за маской миловидной дурехи.

– Что же вы предлагаете? Просто спокойно ждать, пока вылупятся их детки?!

– Нужно уничтожить кладку, – сказал вполне серьезно барон Шатклер. – Тогда все влияние Аквамарин закончится. Ведь оно завязано мистическим образом именно на потомстве. Как только мы сделаем это, маркграф и сам все поймет, и вспомнит.

– А если нет? – прошептала я.

– Если нет, тогда урурия окончательно его сожрет, впрыснув предварительно особый яд. Как и некоторым паукам, самкам самцы нужны только для оплодотворения и выкармливания потомства. После – они лишний израсходованный материал.