Глава 40

— Что еще за вопрос? — Роза невесело улыбнулась, явно ожидая от меня какой-нибудь очередной пошлятины.

И отчасти она была права, так как больше всего меня заботило, было ли у нее что-то с Олейником? При всем при том я решил пока не поднимать эту тему, не желая портить установившуюся между нами доверительную атмосферу.

— Одолжишь мне эту книгу? — тихо спросил я.

Леднева нахмурилась, явно пытаясь отыскать в этом вопросе подвох.

— Ты, правда, собираешься ее прочитать?

— А что еще можно делать с «Маленьким принцем»? — ухмыльнулся я, перелистывая страницы. — Хотя тут особо читать-то нечего! Управлюсь до конца недели.

— Ну, бери, — несколько озадаченно согласилась она, вновь пододвигая ко мне ненавистный учебник по физике.

*Несколько дней спустя*

Музыка и громкие голоса за стеной никак не позволяли мне сосредоточиться на занятиях, а ведь я планировал сегодня еще дочитать «Маленького принца». Ха!

Однако Лехе, как назло, приспичило устроить вечеринку, на которой присутствовала добрая половина моего бывшего класса.

Но, так как поводов для веселья у меня пока особо не было, для приличия немного пообщавшись с ребятами, я скрылся в комнате, вновь погружаясь в учебную рутину.

Забавно, но чем больше времени я проводил с Розой, которая, вопреки моему мнению, не прекратила наши занятия, с каждым днем лишь увеличивая нагрузку, тем больше азарта и куража я испытывал.

Возможно, это было связано с тем, что Леднева в меня верила, пусть даже, сперва, вся эта затея и выглядела безнадежной.

Тем не менее, за последние дни я подтянул свои оценки практически по всем предметам, даже по «любимому» русскому языку, совершая над собой неимоверные усилия, чтобы больше не провоцировать Пожарскую.

Кажется, Наталья Николаевна что-то заподозрила, каждый урок русского вылезая из кожи вон, лишь бы выбить меня из равновесия.

Однако у нее не особо это выходило — все последние правила, благодаря моей крутой репетиторше, я не только зазубрил, но и подробно разобрал, научившись применять их на практике, чувствуя себя каким-нибудь филологом на минималках.

Поэтому, скрипя зубами, Пожарская вынуждена была разбавлять мои тройбаны четверками, хотя, справедливости ради, они очень даже тянули на пятерки.

— А это точно Максим Леднев? — подняв голову, я напоролся на игривый взгляд Элины, прислонившейся к моей двери бедром. — Или Галицкий прав, и тебя похитили рептилоиды, заменив на какого-то занудного ботана? М? — Корчагина улыбалась лучшей из своих улыбок, присаживаясь на край моего стола.

— Привет, Эль, — я натянуто улыбнулся, откладывая книгу, и Элина, разумеется, тут же ее подхватила, от удивления округляя свои хитрые глазки.

— Маленький принц? Разве Экзюпери есть в программе одиннадцатого класса? — она удивленно вскинула аккуратную темную бровь, открывая томик Ледневой.

— Не-а, — я пожал плечами, протягивая руку за книгой, однако эта провокаторша увернулась, резко спрыгивая. — Но ведь никогда не поздно восполнить некоторые свои пробелы? — добавил я, и впрямь ощущая себя каким-то махровым ботаном.

— «Твоя роза так дорога тебе, потому что ты отдавал ей всю душу», — своим поставленным голосом продекламировала Корчагина, поднимая на меня откровенно насмешливый взгляд.

— Дай угадаю, эта книга ведь принадлежит той девочке с косичками, которую я видела в клубе? М?

— Верно, — нехотя подтвердил я, поднимаясь и забирая у Элинки Экзюпери: сам не знаю почему, но мне не хотелось, чтобы она его читала.

— Ладно-ладно… — усмехнулась моя бывшая одноклассница, поправляя подол на коротком черном платье, расшитом пайетками.

Только заметил, что Элина сегодня прямо-таки превзошла саму себя, нарядившись и накрасившись так, будто пришла не на домашнюю вечеринку, а в модный клуб.

— Ты, кстати, отлично выглядишь, — стараясь сгладить повисшую между нами неловкость.

— Но не так хорошо, как она? Да? — Элина подмигнула, теребя прядку своих вызывающе фиолетовых волос.

Моя подруга-блогер обожала эпатаж, раз в сезон привычно меняя не только цвет волос, но и стиль одежды: от классики и старомодного шика до неформальных хиппи-образов.

— О чем ты? — кося под дурачка.

— Мы почти перестали встречаться в последнее время… — деланно легкомысленным тоном.

— Эль, ты же знаешь, я круглые сутки работаю и учусь, — оборвал я ее, не желая скатываться в турецкую драму.

— Да, конечно… Не против тогда немного попозировать для моего блога? — Корчагина выудила из сумочки свой заклеенный яркими стикерами мобильник. — Обнаженным? М? — она хихикнула, вновь усаживаясь передо мной на столе.

— Ты прикалываешься? — испытывая нарастающее раздражение.

— Ну, Макс, снимай футболку! Мои подписчики обожают, когда ты светишь в блоге голым торсом! Тогда просмотры взлетают в несколько раз! — раздухарившись, она потянула за ворот моей футболки.

— Не сегодня, — постарался, чтобы мой голос звучал пофигистически, ведь еще недавно меня и самого забавляли подобные игры. — Эль, мне еще надо заполнить анкету по социологии, — я пожал плечами.

Некоторое время Элина смотрела на меня, поджав губы, даже не пытаясь скрыть обиду.

— Похоже, у нас тут запущенный случай, Леднев! — наконец, подвела черту она, спрыгивая со стола. — А ты продолжай учиться, друг мой! Только потом не удивляйся, почему я не отвечаю…

* * *

— Макс, пойдешь рубиться в приставку? — услышал я возбужденный голос Лехи.

Закончив читать «Маленького принца», я даже не заметил, как заснул.

— Я сплю, — приоткрывая один глаз.

— Да ладно…

— Свет выруби!

— Или что?

— Или я тебя вырублю…

POV Роза

Последняя неделя второй четверти высосала из меня все, что еще можно было высосать.

Непросто было учиться за двоих, параллельно репетируя в школьном театре, но я должна была хотя бы попытаться отстоять свое право представлять нашу школу на олимпиаде «Импульс».

Тем более, Леднев оказался отличным партнером, показав отменные результаты в максимально сжатые сроки.

Положа руку на сердце, его и двоечником-то язык не поворачивался назвать. Скорее, он был жертвой обстоятельств, и учеба, увы, в какой-то момент отошла для парня на второй план…

Я искренне надеялась, что, если даже у Максима не получится закрыть четверть на четверки и пятерки, в третьей он обязательно дожмет, выйдя к выпускным экзаменам с достойными отметками, а главное — знаниями.

Закончив повторять текст завтрашнего спектакля, я без сил рухнула в кровать, отчаянно мечтая хотя бы о небольшой передышке на каникулах, ведь мы с семьей собирались отдыхать на Красной поляне.

На прикроватной тумбочке мой телефон напомнил о себе тихой вибрацией. Протянув руку, я с замиранием сердца обнаружила сообщение от Максима.

— Завтра выставляют оценки. Надеюсь, у нас все получится. Partner in crime😉

— Я уверена во всем, кроме русского… — подавив вздох, я вспомнила, как Пожарская снова сегодня завалила моего подопечного.

Она попросила его написать такие мудрёные предложения, которые, должны быть, проходили на филфаке.

Я не поленилась и проверила это, обнаружив данные примеры в университетской программе второго курса. Поэтому я даже не могла злиться на Леднева за очередную «пару», ведь сама не справилась с пунктуацией.

— Независимо от результата, хочу сказать, что ты — молодец! Если бы захотел, всегда бы мог так учиться…

— Скоро я вернусь в команду, и времени совсем не останется. Будешь иногда меня подтягивать?;)

— Посмотрим на твое поведение…

В глубине души я испытывала весьма смешанные чувства от того, что наши занятия закончились, ведь каждый раз оставаясь с Максимом наедине у меня бешено колотилось сердце, разгоняя по телу кровь с адреналином.

Я вынуждена была признать, что меня тянуло к этому парню, но я также понимала, что буду сожалеть, если мы все-таки перейдем черту…

Поэтому я была благодарна Ледневу за то, что он больше не разгуливал передо мной в чем мать родила, да и вообще вел себя крайне сдержано.

— Кстати, у тебя уже есть планы на Новый год? — очередное сообщение.

Ох.

— Да… — нехотя набрала я, подумав о нашем отдыхе на Красной поляне с Олейниками.

— Жаль. Я до сих пор не определился…

Больше ничего не ответив Максиму, я убрала телефон, вытаскивая из верхнего ящика прикроватной тумбочки винтажный серебряный медальон в форме розы.

Открыв его, я несколько секунд рассматривала наш с папой совместный снимок, сделанный незадолго до его смерти… Несмотря на то, что прошло уже более десяти лет, я до сих пор ужасно по нему скучала…

* * *

— Представляешь, у Максима оценки даже лучше, чем у меня! — с наигранной обидой заявила мне Лена перед последним в этой четверти уроком русского языка. — Даже по физике пятерка вышла! Очуметь!

Повернув голову, я инстинктивно посмотрела на Леднева, вальяжно развалившегося на стуле.

Он подмигнул мне и улыбнулся, этой своей обворожительной хулиганской улыбкой, от которой у меня ноги подкашивались.

Фыркнув, я поспешила перевести взгляд на подругу.

— Вон как ради меня старается… — рассмеялась Трофимова, посылая в сторону Леднева воздушный поцелуй.

— Ради тебя? — я изогнула бровь, с трудом сдерживая скепсис.

— А с чего бы у него взялась такая тяга к знаниям? Это явно последствия приворота… Скоро не только без меня есть и пить не сможет… — она опасно улыбнулась, — спать! — хищно облизывая губы. — Кстати, ты завтра пойдешь на вечеринку к Латыповой?

Уже третий год подряд родители Ланы накануне праздников улетали отдыхать, и Латыпова приглашала к себе домой весь класс.

— Я… вряд ли…

— А я точно пойду! Сегодня болтала с Максом — он тоже идет. Улавливаешь, да?

Я закатила глаза, но ответить не успела, потому что вошедшая в класс Пожарская метнула в нас недовольный взгляд, вынуждая прекратить этот не особо содержательный разговор.

— Добрый день, класс! — она металлически рассмеялась, — Сегодня у нас с вами последний урок, а через несколько дней Новый год. Понимаю, что мысленно вы все уже на каникулах, поэтому посвятим время подготовке к ЕГЭ…

— …А теперь достаем ваши дневники… Настало время озвучить оценки!

— Ибрагимов Тимур — четыре! Латыпова Ланочка — пятерка! Леднев — к сожалению… только три! Очень слабо…