Глава 50
Роза
Кабину немного покачивало. Поднимаясь вверх к станции канатной дороги «Олимпия», откуда открывался фантастический вид, я наблюдала за всполохами догорающего солнца.
Это было невероятно красиво и немножко грустно, ведь завтра наша семья возвращалась в Москву.
Я непроизвольно поежилась — погода соответствовала настроению: густой туман и пронизывающий ветер…
Легкие облака лишь частично скрывали горы. Однако от панорамы захватывало дух. Я следила за тем, как мглистая туча медленно поглощала домики, облизывала крыши отелей, подбираясь к верхним этажам, спускаясь все ниже и ниже…
Внезапно канатка остановилась… Секунда. Две. Минута. В голове сразу пронеслись сюжеты фильмов типа «Замерзших», правда, я довольно быстро взяла себя в руки. Висела себе спокойно между небом и землей, ожидая, когда поеду дальше.
Сердце подпрыгнуло вместе с кабинкой, когда она, резко дернувшись, понеслась вниз…
Спустившись, я еще какое-то время гуляла в одиночестве. Зачерпнув горсть только что выпавшего снега в ладошку, я гулко втянула его запах. Он пах веселыми гуляньями в новогоднюю ночь, сказочным морозом и трескучим снегом. Захотелось воссоздать похожую парфюмерную композицию.
С этими мыслями я зашла в небольшую кафешку согреться. Заказала себе чай, и, усевшись, проверила телефон. На экране болталось одно новое сообщение от Максима.
— Отличница, я соскучился. Когда мы увидимся?
Пальцы чуть ли не до хруста сжали телефон, потому что я уже второй день ничего ему не отвечала.
— Прочитала и…?
Я презрительно искривила губы, окончательно запутавшись, продолжая судорожно сжимать мобильник.
Находясь за сотни километров от него, я, наконец, смогла посмотреть на нашу ситуацию немного под другим углом, мучаясь от калейдоскопа самых противоречивых эмоций.
Он ведь еще в сервисе честно озвучил мне свои намерения.
Говоря по правде — серьезные отношения — это последнее, что мне сейчас нужно. А ты из тех, с кем просто ради кайфа нельзя…
Ведь так?
Если надумаешь хотя бы ненадолго отключить голову, и весело провести время с парнем, который тебе действительно интересен, ты знаешь, к кому обратиться.
Вот и все.
— Роза, что случилось? — еще одно сообщение.
— С тобой все в порядке? Просто ответь.
Сердце ошиблось на несколько тактов, припоминая многочисленные фотографии и видео из блога Элины Корчагиной, на которых присутствовал Максим.
В последнее время материалов с его участием стало прилично больше, что наталкивало на определённые мысли… Каюсь, вместо того, чтобы готовиться к Олимпиаде и ЕГЭ, я зависла в ее дурацком блоге.
Ни при каком раскладе я не собиралась делить Максима с кем-то еще.
Ради кайфа. Ха-ха.
Из груди вырвался горестный полустон полусмешок, стоило представить, как мы с этой популярной красоткой будем рвать друг другу волосы за внимание Леднева.
Нет уж, увольте!
Телефон вновь ожил. На этот раз сообщение от Игоря.
— Солнце, я скучаю по тебе…
Они там что, все сговорились довести меня до нервного срыва?
— Роз, если ты обиделась на меня из-за бутылочки с Ланой, то знай, у нас ничего не было… Мы не целовались…
А шея и подбородок, были перепачканы косметикой Латыповой от того, что Игорь просто упал в ее косметичку лицом? Хотя какая теперь разница после нашего поцелуя с Ледневым, обнулившего все…
Эмоции захлестывали. Так погано было на душе. Я запуталась, осознавая, что лучшим решением пока будет одиночество. Так безопаснее для истерзанного сердца…
Немного успокоившись, я решила подойти к своим чувствам к Ледневу рационально, что называется с холодной головой, найдя объяснение своим эмоциям в работах известных психологов и психотерапевтов.
И нашла.
«Влюбленность» наступает из-за выработки химических веществ — в основном, окситоцина — которые заставляют нас чувствовать подъем жизненных сил, невероятную эйфорию. Исследователи также выявили повышенный уровень дофамина и серотонина в крови молодых пар.
Вот и все.
Схожие показатели этих химических элементов нашли в анализах людей, страдающих от обсессивно-компульсивного расстройства, что является признаком «психологической фиксации».
Даже так.
* * *
Вернувшись в наши апартаменты, я застала маму за сбором чемоданов, а Тошу, лежащего на кровати, с книгой в руках. Родители поставили брату условие — хотя бы пару глав чтения в день, чтобы ненадолго получить гаджет, вот он все каникулы и мучил пресловутую «Снежную королеву».
— Маа-а-м, ну, дай телефон? — заканючил мелкий.
— Антош, перескажи мне то, о чем прочитал, потом поговорим, — строго бросила она ему в ответ.
— Снежная королева… Так, она очень красивая, ее глаза похожи на льдинки, — бормотал братишка. — Еще у нее нет сердца, и она не умеет любить…
— Ты уже вчера все это рассказывал. Сынок, меня не проведешь. Дочитаешь сказку, тогда я подумаю, давать ли тебе телефон…
— Я и так знаю, что Кай сбежит от этой гадкой Снежной королевы, и будет с Гердой! — ныл Тоша.
— Когда дочитаешь… — серьезный тон мамы и чуть напряжённые плечи выдавали ее плохое настроение.
Сталкиваясь со старшей родственницей взглядом, я лишь окрепла в своем мнении.
— Что случилось? — тихо спросила я, обнимая ее со спины.
— Да ничего особенного…
— Мам, — повторила я с нажимом.
— Тетя Наташа игнорирует меня уже третий день. Я спросила, как Вова. Она читает сообщения, но не отвечает… Похоже, расстроилась из-за вас с Игорем.
Разумеется, я поставила маму в известность о том, что произошло между нами с Олейником, и, к счастью, она отреагировала спокойно.
Поэтому я несколько опешила от такой реакции матери Игоря, ведь родители давно дружили, странно, что наши отношения могли сказаться на их общении…
— Не понимаю, — вздохнула я, качая головой.
— Наташа в целом очень импульсивна и эгоистична. Помнишь, как в прошлом году она со мной неделю не разговаривала, потому что мы не приехали к ним открывать летний сезон? И все равно, что мне нужно было собрать большой свадебный заказ, а к вечеру я буквально ног своих не чувствовала.
— Конечно помню, мам, — я еле сдержала смех.
— А тут ваше расставание. Скажу по секрету, Игорь летом планировал сделать тебе предложение… — мама кашлянула, выдавливая смущенную улыбку.
— Предложение? — повторила я, дрогнувшим голосом.
Он сошел с ума! Какое предложение! Мы толком не встречались…
— Знаешь, с одной стороны, я была рада, что у тебя такой хороший надежный молодой человек. Тем более, и мы с Ледневым, и Наташа с Олейником вместе со школьной скамьи… — вспомнив о папе, она вдруг осеклась, пряча взгляд.
И мы с Ледневым.
Я закусила губу, подумав о Максиме.
— Милая, в чувствах Игоря я никогда не сомневалась, — продолжила она еле слышно. — А вот твои вызывали у меня опасения.
Правильно говорят, материнское сердце не обманешь…
— Мам, я рада, что ты меня понимаешь и поддерживаешь.
— А как иначе? Мы же семья! — она мягко улыбнулась. — Только у меня просьба, — подавив вздох, — постарайся совсем уж не портить отношения с парнем, возможно, со временем у вас получится остаться друзьями.
В этом вся мама — дипломат до мозга костей.
— Конечно, я сама очень на это надеюсь. Тем более, Латыпова уже давно строит ему глазки, подозреваю, что скоро в нашем классе на одну влюбленную пару станет больше.
— И тебя это совсем не огорчает?
— Я же не собака на сене. Игорь хороший парень и заслуживает счастья.
— Какую же мудрую девушку я вырастила, — и она тихо добавила. — Отец бы тобой гордился! — вновь переводя стремительно увлажняющиеся глаза в сторону брата.
Мы с мамой в последнее время редко вспоминали папу.
Теперь у нее был дядя Сережа, и с виду их отношения казались достаточно теплыми. Однако нет-нет, да где-то в разговоре проскальзывало, что наводило меня на мысль, она до сих пор его не забыла…
Немудрено, ведь, как правильно подметила мама, они с отцом, в самом деле, были вместе со школьной скамьи. Та самая первая любовь, насыщенная и турбулентная, в которую два впервые в жизни по-настоящему влюбившихся человека больше всего вкладывают самих себя.
Мы были невероятно счастливой семьей, пока все не оборвала одна случайная роковая пуля.
Вздохнув, я с горечью подумала, если бы отец выбрал себе другую профессию, он был сейчас был жив…
Мой отец, дядя Сережа и отец Олейника дядя Вова познакомились на юридическом в университете. Папа с дядей Сережей учились по специальности оперативно-разыскная деятельность, а дядя Вова углубился в изучение права.
К слову, отец Игоря зарекомендовал себя как один из лучших адвокатов столицы. Поговаривали даже, что у него есть связи на самом верху.
Я знала лишь о том, что несколько лет назад, открыв частное адвокатское бюро, и перетянув туда нескольких подающих надежды молодых специалистов, карьера Олейника-старшего резко пошла в гору.
Мой отчим работал следователем в уголовном розыске, хоть мама и не теряла надежду, что когда-нибудь он найдет себе более безопасную профессию.
Потому что одного мужа, слишком увязшего в криминалистике, она уже потеряла…
Мне до сих пор было удивительно, что мама вышла замуж за дядю Сережу — давнего отцовского приятеля и сослуживца с болезненным разводом за плечами.
К тому моменту, когда папы не стало, он уже около двух лет жил один, уверяя окружающих, что «больше не наступит на те же грабли»… Но мораль сей басни очевидна… Так и встретились два одиночества.
Правда, мама очень долго не подпускала Якушевского к себе, удерживая его в пределах френдзоны, а он продолжал ходить за ней аки побитый верный пес.
Помню, спустя года три после смерти отца я сама предложила маме обратить на настырного поклонника внимание, уж слишком надоело видеть ее грустное, опухшее от слез лицо. Да и дядя Сережа, подружившись со мной за это время, уже успел очень неплохо себя зарекомендовать.
В тот год Якушевский впервые отмечал с нами Новый год: принес здоровенную елку вместе с ящиком новых игрушек, а ночью позвал нас запускать салюты.
Еще через год мы уже встречали праздник в новом составе, увы, без салютов, зато с крошечным орущим Антошкой.
… Из омута воспоминаний меня вырвал повышенный голос отчима.
— Что-то случилось? — заторможенно спросила я, кивая подбородком в сторону соседней комнаты.
Качнув головой, мама прекратила укладывать вещи в чемодан.
— Второе изнасилование в течение месяца по одной и той же схеме. Подпаивают девчонок в клубе, а потом… Завтра после аэропорта Сережа сразу на работу. Чувствую, увижу его теперь в лучшем случае в выходные. Кстати, больше никаких клубов и этих ваших… гаражных вечеринок. Видишь, что делается?! — она всплеснула руками.
— М-да, — вытолкнула из себя, как раз в тот момент, когда отчим, закончив разговор на повышенных тонах, показался в дверях.
— Роза, можно тебя на минутку? — дядя Сережа задумчиво склонил голову в бок.
— Да, конечно… Что ты хотел? — я прикрыла за собой дверь, сталкиваясь с его прищуренным усталым взглядом.
— Ты ведь учишься в одной параллели с Глебом Тузовским? — его брови от напряжения сошлись на переносице.
— Ну да… А в чем дело?
— Ты ведь знаешь, что его семья связана с криминалом?
— Конечно… Кажется, об этом вся школа в курсе.
— Несмотря на то, что его батя за решеткой, Глеб продолжает заниматься весьма рискованными делами, — на миг губы отчима сжались в тонкую линию. — Роза, аккуратнее с этим парнем. Он конкретный отморозок, — мужчина поморщился. — И, тем не менее, умеет пускать пыль в глаза…
— Что ты этим хочешь сказать? — напряженно пробурчала я.
— Я в курсе вашего расставания с Игорем… — дядя Сережа сконфуженно кашлянул.
Ох. Я почувствовала неловкость, потому что, несмотря на наше довольно теплое общение, не привыкла обсуждать с ним свою личную жизнь. Зато они с мамой, как выяснилось, уже ее обсудили…
— И ты предположил, что я могу связаться с Тузовским? — с нервной улыбкой.
— Роза… — мужчина сверлил меня пристальным взглядом, явно пытаясь подобрать слова. — Туз окучивает девочек на раз-два, поэтому считаю своим долгом предупредить тебя.
— Мы с Глебом даже не здороваемся. Разговаривали пару раз от силы…
Сердце кольнуло при воспоминании о том, как я засекла Лилю в компании Тузовского. И ее обескураживающий ответ: «Когда живешь в аду, привыкаешь дружить с чудовищами».
— Но раз вам известно про него что-то нехорошее, тогда почему бы не воспользоваться этим? — намекая, отправить Глеба в места не столь отдаленные, туда, где прописался его старший родственник.
— Всему свое время. Туза пока не трогают, чтобы усыпить его бдительность. Он и его шакалята уже несколько месяцев в разработке. Ждем, когда парнишке исполнится восемнадцать, — отчим натянуто усмехнулся. — Разумеется, Тузовский не играет особой роли во всех этих схемах — через него наши ребята планируют выйти на других серьезных людей.