Глава 27. Янина

— Янина Сергеевна, у тебя глаза горят, боже мой, и на щечках румянец появился!.. Рассказывай немедленно, сработал мой метод? — пропела Татьяна Ивановна, когда я вошла в ее кабинет.

— Татьяна Ивановна, вы все еще интриганка! — попеняла я, потрясая пальцем в воздухе.

— По-моему, ты похудела. И осанка стала королевской, плечи вон как выпрямились! Вот что хороший роман с человеком делает!

— Как ваш отставной генерал? — сменила я тему.

Повесила сумку на вешалку, сняла тонкий пиджак и налила себе чай. Вопросительно глянула на главбуха, но она жестом показала на полную кружку у себя на столе.

— У нас не сложилось. Он слишком строгий! У него дома даже кружки по стойке «смирно» стоят, представляешь?

— Ужас, — фыркнула я.

— А я о чем говорю! Нет, с ним кашу не сваришь! Яна, что там с твоим пожарным?

— Да… — начала я и осеклась.

В кабинет вошла Данелия, придерживая животик, заметила меня и с порога спросила:

— Привет. Ну? Как дела с Тихоном? Как прошло свидание? Даже поговорить некогда!

— Все нормально, работаем над доверием, вчера было свидание на крыше.

— Надеюсь, он на него пришел в штанах на лямках и с вентилятором на спине? — прыснула Татьяна Ивановна.

— А варенье взял? — подхватила Данелия.

— Вы в простыни заматывались? По чердакам лазали с твоим Карлсоном? — продолжала веселиться главбух.

— Фу на вас, — засмеялась я, — мы пили яблочный сок.

— А ели? — деловито уточнила Татьяна Ивановна.

— Ничего не ели, Тихон забыл про фрукты, — засмеялась я. — В общем, он пришел ко мне на крышу, хотел пикник организовать, сообразил, что сок купил, а фрукты не купил, спустился, а там застрял, когда Элинку мою от ухажера спасал. А потом забыл, да и не до этого было. Он хотел сгонять, но я решила, что мы не голодны.

— Что за ухажер у Элинки? — напряглась Дана.

— Мальчик из параллельного класса, хотел ее на день рождения позвать, но сам себя перемудрил, — отмахнулась я.

— Ладно, вернемся к Карлсону на пожарной машине, — вернула нас всех на нужные ей рельсы Татьяна Ивановна.

— Мы долго болтали, а ровно в десять, как школьники, домой пошли, — ухмыльнулась я.

— И что, даже не поцеловались?

— Нет. Мне никто и не предлагал. Кажется, Колдун серьезно настроен меня убедить в том, что он нормальный.

— Это не очень нормально, Янина. Может, его доктору мужскому показать? Данелия, твой муж в медицине работает…

— Мой только зубы посчитать может, — засмеялась Дана.

— Во рту или в кулаке? — уточнила главбух.

— Зависит от обстоятельств,

— Ну знакомые должны быть? Медицинское сообщество очень маленькое.

— Спрошу, — прыснула Данелия. — Ладно, с Тихоном потом разберемся. Ян, зачем нам еще две группы? Ты упахаться решила? Сама же говорила, что не потянешь.

— Мне деньги нужны, — призналась я.

— Что случилось? Давай я дам?

— Нет! — отрезала я. — Я справлюсь.

— Ты больна? Должна? Что такое? Зачем тебе деньги? — забеспокоилась Дана.

— Рома собирается подавать на меня в суд. Мне нужен адвокат, а он денег стоит, — сквозь зубы призналась я.

— Что?! — праведно возмутилась Дана, — так, я сейчас Хасану…

— Я справлюсь. Дана, дыши, суд, если он состоится, я выиграю, Элине тринадцать, и ее мнение будет обязательно учтено. Не волнуйся. У меня завтра встреча с адвокатом. Да и есть подозрение, что Рома сказал это сгоряча… Зачем ему Элина, если последний год он ей даже не звонил почти?

— Логично, — согласилась главбух.

— Но… Я хотела лишить его родительских прав.

— Давно пора, — веско согласилась Данелия.

— Да, но Элина… Мы пока не говорили об этом, а я не знаю, как мое решение скажется на ее состоянии. Мы только недавно жить начали нормально, мне дочь начала доверять, мы сблизились. А он все же ее отец, какой бы хреновый ни был.

— Если передумаешь — собирай все справки и документы о том, что алименты он не платил. Ходи к приставам, пиши там заявления, но докажи, что ни копейки ты не получила, — посоветовала мне Татьяна Ивановна. — Это, дорогая, на тот случай, если он потом подаст на встречные алименты на твою дочь. Что вы так смотрите, девочки, мы все взрослые люди и знаем, что мужчины коварны. Не все, но есть такие хитрые особи, как Роман. Да и соломки подстелить никогда не помешает.

— Это да, — согласилась я, — завтра с адвокатом обсужу и этот вопрос. Спрошу, как правильно все сделать.

Я не стала говорить, что почти до утра штудировала сайты с юридической информацией, женские форумы таких же женщин, как и я, кто вынужден был судиться за ребенка, у кого бывший муж оказался сволочью.

И немного успокоилась, когда поняла, что у Ромы практически нет шансов.

Однако я не выспалась и чувствовала себя ужасно. Глаза слипались, язык заплетался, а желание было только одно: лечь и спать неделю подряд.

Кажется, у меня стали сдавать нервы…

Тихону вчера я ничего не сказала, потому что не хотела портить вечер своими проблемами. Да я в принципе не хотела о них думать. Слишком душевный вечер получился, чтобы разбавлять его новостями о том, что я совершенно не умею выбирать мужчин.

Просто вчера мне было так хорошо и спокойно. Впервые за долгое время я расслабилась и предпочла ни о чем не думать, а просто болтать о жизни с мужчиной, который вызывал у меня очень бурные и весьма противоречивые эмоции.

Он как-то умудрялся быть засранцем и героем одновременно. Непрестанно отпускал шуточки, но когда дело касалось серьезных тем, становился даже жестким, непоколебимым. В такие моменты спорить с ним было бесполезно.

— У меня урок, — сообщила я, поднимаясь.

Залпом допила остывший чай и отправилась в кабинет. Отвела четыре частных урока, упала на стул и бездумно смотрела в стену. Остался последний на сегодня ученик, нужно было собраться с силами.

Вибрирующий мобильный я услышала не сразу. Стряхнула с себя оцепенение, достала телефон и напряглась. Николай.

— Алло, — пробормотала я в трубку.

— Янина, ты можешь сегодня встретиться с мамой? — Сразу перешел он к делу.

— Конечно! Когда? Где? Так, у меня еще один урок, и я свободна.

— Тогда через полтора часа мы будем в кофейне рядом с твоей школой. Удобно?

— Николай, спасибо тебе! — Я приложила ладонь к груди, словно он мог меня видеть.

— Чувствую себя рыцарем, — хмыкнул он, — все, не переживай, маман у меня женщина конкретная и в суде проигрывать не любит. В принципе, она и суды не любит, поэтому предпочитает договариваться на берегу. А спорить с ней… Ну, проще уговорить водопад течь в другую сторону.

— Спасибо, — выдохнула я и убрала телефон, раздумывая, паникерша я или нет.

Я знала упрямство Ромы: он и до суда дойдет — просто потому, что так решил. И чтобы помотать мне нервы, показать, что он снова прав, а я плохая мать, которая воспитывает ребенка не так, как ему бы того хотелось.

Но ведь был и другой вариант. Он мог сдуру ляпнуть о том, что пойдет в суд, а я уже развела бурную деятельность.

Подумав, я пришла к выводу, что нужно быть во всеоружии! Готовой к любому повороту событий! А значит, наверное, делала все правильно.

Однако открытым оставался моральный вопрос с Элиной. Как она отнесется к моему желанию лишить Романа зваться ее официальным родителем? Дочь, конечно, злилась, но для нее он отец и…

Боже, как сложно!

Я прикрыла глаза, сжала переносицу двумя пальцами и приказала себе глубоко дышать.

Отвела последнее на сегодня занятие, поблагодарила ученика за урок и засобиралась на встречу с Николаем и его мамой.

Предупредила Дану и Татьяну Ивановну, что ухожу на встречу, накинула пиджак и снова отвлекалась на мобильный.

На этот раз звонил Тихон.

— Ты освободилась? — лениво спросил он, когда я приняла вызов.

— Нет, у меня сейчас важная встреча, — промямлила я.

— С кем? — В голосе добавилось металла.

— По делу. Тихон, давай я позвоню, когда освобожусь, хорошо? — миролюбиво предложила я.

— Какие-то проблемы? — ровно уточнил Колдун.

— Нет таких проблем, которые я не могу решить, — самоуверенно решила я, — я правда позвоню. Пока.

— Ну, пока, — ответил он, а я дрожащими руками нажала на красную кнопку на экране.

Да что со мной такое?

Я взрослая женщина, это мое дело, и я сама с ним справлюсь! Да и к чему ему знать о моих проблемах? У него своих полно!

Я накинула сумку на плечо и медленно побрела к выходу.

Хромота почти прошла, отек колена тоже, остался лишь синяк, который иногда ныл, если я ходила слишком много или спала неудобно.

Я перешла через дорогу и вошла в кофейню, где меня уже ждал Николай в компании очень серьезной женщины.

Я прокашлялась и, игнорируя трясущиеся руки, быстро подошла к их столу.

При моем появлении Николай поднялся и представил:

— Ма, это Янина, хороший человек и замечательный педагог. Янина, это моя матушка — Наталья Николаевна, лучший адвокат в этом городе.

— Здравствуйте, — улыбнулась я, протягивая руку Наталье Николаевне.

Она ее крепко пожала и вежливо предложила:

— Садитесь, рассказывайте. Все с самого начала, очень подробно, не упуская ни одной детали. Коля, закажи Янине кофе. И мне еще одну порцию. И спроси, можно ли здесь курить!

— Сделаю, — согласился Николай, — и, кстати, Янина, мама с тебя денег не возьмет.

— Нет, я не согласна…

— Согласны, — отрезала Наталья Николаевна, — и присаживайтесь! У меня час.

Я покорно села на стул, Николай еще более покорно потопал к барной стойке, а я начала рассказ. Но говорила недолго.

— Натальюшка Николаевна, доброго дня! Как ваши дела? Как здоровье? А, кстати, вы знали, что Янина моя девушка? Я тут с вами поприсутствую, — пропел Тихон, нахально падая на стул рядом со мной.

— Здравствуй, Тихон, — смягчилась мама Николая, — мы работаем. Сядь молча и не мешай, потом поговорим, если время останется. Янина, продолжайте…

— Да, Янина, продолжайте, — ехидно потребовал Тихон.

Я прикрыла глаза и поняла, что сегодняшний день перестал быть томным…