Глава 28

Дни до промежуточной презентации тянулись достаточно однообразно. Эберт пропадал на работе. Я пыталась помочь ему в силу возможностей – он требовал новые и новые чертежи. Дом – компания – лаборатория – дом. Мы мчали по замкнутому кругу, но так было надо, учитывая, что до выставки осталось всего ничего. Единственным пятном среди этих дней стал разговор с Дэном. Мы встретились в том же самом кафе, что и в первый раз. Старый сыщик выглядел слишком серьезным – я сразу заподозрила, что что-то случилось.

– Здравствуй, Элис, – поздоровался он сдержанно.

– Здравствуйте.

После пресс-конференции я, как могла, избегала этой встречи, пока Дэн не зажал меня в угол – сообщил, что уже ждет меня и если я не приду в кафе, тогда он придет за мной.

– Как дела в «Скай»? – начал он нейтральный разговор.

– Немного притихли, – ответила я. – Учитывая, что журналисты разделились и никак не могут прийти к единому решению, кто же такой Эберт. Авантюрист, преступник или гений. Честно говоря, читать их последние опусы даже смешно.

А кроме этих последних опусов, были еще статьи, заказанные Ральфом. И в них конференция была показана именно такой, какой была на самом деле, без прикрас. Буря, поднятая Лили, начинала стихать. Либо ее выкормыши притихли до выставки.

– Да, я их изучил. – Дэн внимательно наблюдал за мной. – Скажи, Элис, что все-таки связывает тебя с моим сыном?

Я замерла. К счастью, появилась официантка, и пока она расставляла на столе наш заказ, у меня была минута обдумать ответ. Стоило ей отойти – как Скайден снова уставился на меня так пристально, будто я была на допросе.

– Вы и так знаете, – ответила я.

– Знаю, – кивнул Дэн. – И вижу, что тебе не по себе от этого. Угомонись, девочка. Кто я такой, чтобы тебя осуждать? Наоборот, должен быть тебе благодарен до конца своих дней, потому что иначе дела моего сына обстояли бы куда хуже.

– Кто вам рассказал? – Я все еще отводила взгляд, изучая картины на стенах.

– Уж точно не Эберт. Я надавил на Ральфа, он во всем признался. По-хорошему, этого проходимца давно следовало бы арестовать. Но увы, у нас давний договор о ненападении. Приходится терпеть. И потом, глупо арестовывать того, у кого временно живешь.

И Дэн рассмеялся. Сразу стало легче. Камень, который лежал на сердце после конференции, постепенно рассыпался в пыль. Я тоже улыбнулась и уже охотнее потянулась к фруктовой корзиночке.

– Не думала, что вы общаетесь, – ответила я честно.

– А мы и не общаемся, – сказал Дэн. – Просто в случае необходимости приходится сотрудничать. В данном случае мы желаем одного и того же – остановить проклятие. Справимся – и разойдемся снова, по разные стороны закона.

Я понимала, о чем говорит Дэн. Сама просто смирилась с тем, что Ральф крутится поблизости. Это не значит, что забыла о том, как он явился в мою квартиру и перечеркнул мою жизнь. Но как и говорил Дэн, так уж случилось, что цель у нас одна. И чтобы ее достигнуть, нужно сотрудничать и терпеть друг друга.

– По поводу Лили. – Дэн понял, что мы услышали друг друга, и сменил тему. – Есть несколько весьма интересных фактов по ее компании. Я нашел-таки следы регистрации, вот только уверен, что владелец – подсадное лицо, на которого оформлены документы. Живет он на окраинах страны и в столице никогда не бывал. Поэтому кто-то использует чужие документы. Знает ли он об этом? Не факт. Я попытаюсь выяснить. Либо ему заплатили за пару подписей. А Лили значится генеральным директором. Только вот в самом процессе разработок не принимает участия. Ральф выловил какого-то бедолагу из «Авенис», и портрет человека, который управляет компанией, получился весьма любопытный. Пока не буду говорить большего, мы проверяем полученную информацию. И думаю, к концу недели придут отчеты с границы – как связан хозяин компании с Лили. Так что ждем.

Снова ждать. Это становилось все труднее. И с каждым днем я все больше нервничала. А в день предварительной презентации и вовсе бродила из угла в угол, не зная, куда деваться, пока Эберт не усадил меня в кресло и не заставил в сотый раз проверить бумаги. Я отвлеклась, а когда покончила с бумагами, уже пришло время ехать в выставочный зал.

Эберт сгрузил в мобиль десяток чертежей. Его сотрудники должны были ждать на месте с несколькими экспонатами.

– Элис, хватит нервничать! – не выдержал он. – На тебя смотреть страшно.

– А ты не смотри. – Я куталась в накидку – осень постепенно вступала в свои права. – Что я могу поделать, если от каждого этапа выставки ожидаю какого-нибудь подвоха?

– А я жду только одного – увидеть, появятся или нет мои чертежи. И если появятся, одной проблемой у нас станет меньше. Или больше, как посмотреть.

Я задумчиво кивнула. Эберт прав. С одной стороны, у нас будет шанс узнать, связан ли Джесси с Лили. С другой – если связан, для Эберта это будет если не большой удар, то уж неприятное открытие точно. Он считал Джесси другом. А разочаровываться в друзьях не хочется никому.

Наконец мобиль остановился у выставочного центра. Я забрала часть чертежей – те, что могла унести. Другими занялся сам Эберт. Мы лично отнесли их в зал и разместили на выделенной нам платформе. Здесь уже красовались детали будущего мобиля, а чертежи представляли, каким он должен выглядеть в будущем.

Платформа Лили тоже не пустовала – вокруг нее суетились люди. Сама Лили наблюдала издалека – кажется, больше за нами, чем за ними. Чего она добивалась? Чтобы Эберт раскаялся в том, что не оценил такую талантливую женщину? Или чтобы он уступил ей дорогу в техномагии? Но к чему это той, что использует ворованные чертежи? Я старалась не смотреть на Лили, но взгляд снова и снова обращался в ее сторону.

Решила, что хватит глазеть по сторонам, и отошла к ближайшему окну, повернувшись к Лили спиной. Пусть не думает, что меня слишком интересует ее персона. Когда же уже начало?

– Все готово. – Эберт замер рядом. На этот раз он выглядел спокойным. Техномагия была его стезей. И уверена, он принял меры, чтобы нас не ожидало столько неприятных сюрпризов, как в прошлый раз.

– Посмотрим, во что выльется презентация, – ответила я тихо.

– Не о чем беспокоиться. Поверь, мы пройдем дальше – еще не было ни одного случая, чтобы «Скай» не допускали к всемирной выставке. И «Авенис» пройдет, если воспользовался моими разработками. Но то, что для «Скай» – достижение, для других – гибель. Поэтому не волнуйся, Элис.

Я кивнула, соглашаясь с его словами. Тревога немного отступила – но не настолько, чтобы не переживать за исход выставки. И когда появились организаторы, даже стало легче – чем быстрее это все начнется, тем быстрее закончится.

Наконец началась презентация. Представители выставочного центра, международных компаний и инвесторы бродили по залу, разглядывая приготовленные материалы. Рядом с платформой «Скай» остались сотрудники Эберта, а сам он тихонько проскользнул к платформе Лили, смешавшись с гостями презентации. Лили разливалась соловьем, зато Эберт хмурился все больше и наконец отошел обратно к своему детищу.

– Ну что? – тихо спросила я.

– Как и думал – чертежи попали в «Авенис». Конечно, они очень сильно переработаны. Но я заронил в них ключевую ошибку, которую можно убрать только опытным путем. И она-то осталась. Что ж, зато мы теперь знаем хотя бы одного, кто ворует идеи у «Скай».

– Не расстраивайся. – Я сжала его руку.

– Я не расстраиваюсь, Элис. Просто делаю выводы. Надеялся, что собрал вокруг себя настоящую команду единомышленников, а оказалось, что это не так. Что ж, будет мне урок. Все нужно делать самому. По крайней мере, когда речь идет о подобных проектах. Зато теперь я понимаю, откуда взялись срывы в лаборатории и все прочее.

Жюри перешло к нашей платформе – и с лица Эберта тут же слетели следы печали. Он четко и уверенно рассказывал о преимуществах новой формы мобиля. Я сама заслушалась и не заметила, как рядом замерла Лили.

– Я тоже когда-то смотрела на него с разинутым ртом, – сказала она. – Пока не поняла, что в совместной жизни его талант ничего не значит, а других необходимых качеств у Ская нет.

– Может, это у тебя их нет? – Я чуть обернулась к сопернице. – Не смогла удержать любимого мужчину – так и скажи. В любых отношениях участвуют двое, не находишь?

– Как чувствуется влияние Скайдена, – усмехнулась Лили. – Что ж, Элис, ты поймешь, насколько прогнил этот человек, но будет поздно.

И снова отошла к своей платформе. После общения с ней захотелось вымыться. Наконец жюри прошло дальше, и Эберт оказался рядом.

– Что она хотела?

Заметил все-таки.

– Рассказать, какой ты плохой, – улыбнулась я любимому. – Но после моего ответа Лили решила, что наше общение продолжать не стоит. Ты – молодец, я заслушалась.

– Посмотрим, что скажет жюри. Пойдем узнаем, что подготовили другие.

Мы прошлись вдоль длинного ряда конкурсантов, послушали еще несколько презентаций. Погрузившись в свои мысли, упустила момент, когда Эберт исчез. Огляделась по сторонам – и увидела только, как они с Лили скрываются за дверью соседней комнаты. Это еще что за новости? Поспешила следом, распахнула дверь и очутилась в коридоре, куда выходило еще три двери. Где же они? Прислушалась – и пошла на голоса.

– …Послушай, Лили, – говорил Эберт, – я бы простил тебя. Два года назад, полтора, даже год. Я ждал, пока ты одумаешься. Но сейчас я тебя не люблю. И не понимаю, зачем ты это делаешь.

– Делаю что, Эб? Прошу прощения?

– Воруешь мои чертежи.

– Для тебя только это важно!

– Да. Только это. А мое прощение тебе не нужно.

– Но Эберт…

– Мне пора, меня ждут.

– Подожди…

Я не выдержала и распахнула дверь – просто так, без стука. Лили сориентировалась быстро – прижалась к Эберту и поцеловала. Он отшатнулся от нее как от прокаженной. Метнул на меня затравленный взгляд. Если бы я не слышала окончание разговора, то поверила бы. Возможно, поверила бы. Вот только Лили будто ждала чего-то. Реакции проклятия? Не тут-то было.

– Элис, я… – шагнул ко мне Эберт.

– Надо же, – перебила я его. – До чего могут опуститься некоторые женщины, чтобы разрушить чужое счастье. Убить не удалось – так решила влюбить? Идем, Эберт, презентация закончилась, пора собирать экспонаты.

И увлекла его к двери.

В спину донеслись проклятия. Хорошо, что эта дамочка потеряла свои силы, иначе я бы сейчас обзавелась парочкой неприятных бонусов к своему парню.

Эберт молчал. На самом деле его присутствие в зале особо не требовалось – сотрудники «Скай» действовали слаженно, как один механизм. И большую часть работы уже выполнили.

– Мы в «Скай» или домой? – спросила я спокойно.

– Домой, – тихо ответил Эберт.

– Тогда идем?

– Идем. Результаты все равно будут только завтра.

Эберт говорил так, будто между нами вдруг выросла стена, и я пыталась понять причину. Ведь между ним и Лили не происходило ничего предосудительного. И тот поцелуй… Может быть, дело в нем? Эберт ведь не знает, что я все слышала. Но даже если бы нет – я не Лили, проклинать не стану. А вот с соперницей бы побеседовала – без чужих глаз. И еще неизвестно, кто бы кого проклял в итоге разговора.

Мы вышли из зала, в котором внезапно стало слишком душно, и направились к мобилю. Молчание начинало утомлять, но я ждала, пока привычный салон мобиля отгородит нас от посторонних глаз и ушей. Наконец выставочный центр остался за спиной.

– Послушай, Элис…

– Эберт…

Мы заговорили одновременно.

– Говори ты, – уступила я Эберту.

– Элис, то, что ты видела…

– А что я видела? – спросила я спокойно. Если я на кого и злилась, то только на Лили. – Как твоя бывшая вешалась тебе на шею? Пусть скажет спасибо, что мы были на выставке, иначе я бы с ней не так говорила.

Эберт покосился на меня – будто проверить, шучу я или нет. Убедился, что говорю серьезно, и даже улыбнулся.

– Она просила о разговоре. – Он все-таки начал оправдываться. – Я решил, что особого вреда не будет. Прости, не думал, что все так закончится.

– Лили пытается насолить нам любыми способами, – ответила я со вздохом. – Так что будь осторожен, хорошо? Эберт?

Я не поняла, в какую секунду все стало плохо. Только что Эберт смотрел на меня – и вдруг в салоне стало холодно. Эберт выпустил руль, мобиль дернуло в сторону, и только чудом мы не влетели в ближайшее ограждение. Я перехватила управление, еще не осознав, что случилось, и остановила мобиль у обочины.

Кто-то засигналил, обгоняя нас. Меня трясло так, что едва не стучала зубами – но не оттого, что мы едва не разбились, а оттого, что лицо Эберта побелело, на лбу выступила испарина. Он будто не видел меня.

– Эберт? – Я потянулась к нему. – Эберт, что с тобой?

Приступ? Почему такой странный? Но это точно был он. Только без первых двух стадий – привычный жар не пришел, сразу уступая место льду. Я прижалась к Эберту, делясь своим теплом, как поступала уже не раз.

– Ну же, хороший мой, – шептала я, пытаясь его согреть. – Все в порядке. Я здесь, я рядом.

Его прерывистое дыхание медленно выравнивалось. Лицо снова становилось живым, а не восковой маской.

– Элис? – Эберт посмотрел на меня все еще мутным, но уже осознанным взглядом. – Что произошло?

Почувствовала, как по щеке скатилась слезинка. Еще одна. Не выдержала и бросилась в объятия Эберта. Только сейчас страх и ужас ощутились в полную силу.

– Ты напугал меня, – шептала я сквозь слезы.

– Прости, я не понимаю…

– Так, меняемся местами, мобиль домой веду я, – отодвинулась я, открывая дверцу.

Эберт даже не возражал. Значит, дела действительно плохи. Я села за руль, и мобиль снова приподнялся над землей. Путь до дома казался долгим как никогда. Я украдкой наблюдала за Эбертом – он откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. До сих пор плохо? Обычно приступы проходили быстрее.

Наконец впереди замаячил знакомый дом. Мы оставили мобиль на подъездной дорожке и пошли к двери. Эб, кажется, совсем пришел в себя. А вот я – нет. Что это было? Вот и все, что хотела знать.

– Как ты? – обернулась я, как только за нами закрылась дверь.

– В порядке. – Эберт улыбнулся. – Не беспокойся, это всего лишь переутомление.

– Не ври! Мы уже больше месяца живем бок о бок, Эберт. И за это время я видела тебя в любом состоянии. Поэтому, пожалуйста, только не ври. Что спровоцировало приступ? И почему… так?

– Не знаю. – Эберт качнул головой. – Мне просто надо отдохнуть, и все пройдет. Перерасход магии и все прочее. Не о чем переживать. Я пойду к себе.

И поспешил от меня сбежать. Он что, думает, я так просто это оставлю? Тихонько поднялась на второй этаж – пусть думает, что переодеваться, а сама достала из ящика кристалл и вызвала Ральфа.

– Да, мышка, – послышался знакомый голос, и в кои-то веки я была рада, что он быстро откликнулся.

– Приезжай. Немедленно!

– Что случилось? – сразу посуровел Колден.

– Пока не знаю. Эберту резко стало плохо. Это был приступ, но не такой, как всегда. Что-то изменилось. Поэтому просто приезжай.

– Хорошо, через четверть часа буду, – сказал Ральф и отсоединился.

Что ж, оставалось дождаться, пока целитель до нас доберется. Я спустилась на первый этаж и прошла в спальню Эберта, но там его не оказалось. Моя пропажа нашлась в гостиной. Эберт сидел на диване и мелкими глотками пил воду. Увидел меня, поставил стакан и постарался выглядеть беззаботным.

– Плохо притворяешься. – Я села рядом и сжала его ладонь. – Тебе хоть немного лучше?

– Лучше, – кивнул Эберт. – Ты зря беспокоишься.

Вот сейчас приедет Ральф – и узнаем, зря или не зря. А пока я сделала вид, что ему верю, хотя земля уходила из-под ног. Ничего, выберемся. Главное, понять, что происходит и почему, чтобы знать, что делать дальше.