Глава 25. Грезы и кошмары

Я не сомневалась, что к тому моменту, как мы вернемся, друзья будут спать. Так и было. Мы с Мурзом тоже долго не засиживались. Договорились обсудить все с утра на свежую голову и легли в постель. Сегодня кот впервые за много лет вновь спал со мной, забравшись ко мне под одеяло. Его тепло и мурлакающая песенка быстро усыпили меня.

Мне снилась ночь в борделе..

Маг, вжимая меня спиной в стену, жадно целует мои губы. Его язык исследует мой рот. Нет, не так. Он берет его. Поцелуй жесткий, грубый, жадный. Ощущения притупленные, но я все равно чувствую осколки боли и удовольствия, когда он кусает мою нижнюю губу и чуть оттягивает ее.

Зрение затуманено, однако я вижу его лицо… его тело… его шикарное голое крепкое тело. Его руки везде. Они рвутся мне под одежду, сжимают мои груди и ягодицы. Животом я чувствую его эрекцию. Даже через ткань ночной рубашки я ощущаю жар. Мне так хочется его коснуться. Так хочется сжать его член в руке. Так хочется взять его в рот. Так хочется… Мне много чего хочется!

И я не вижу препятствий. Не вижу ничего, кроме невероятного мужчины, переместившего меня на какой-то высокий столик или тумбочку. Все расплывается, но только не он.

Я вижу его лицо отчетливо. Вижу его голодный взгляд, пожирающий мое уже голое тело. Не знаю, куда делась рубашка. Вижу, как светятся его глаза. Вижу, как он проводит рукой по член, придерживая мою ногу за щиколотку у своего бедра. Вижу, как смотрит на мои раскрытые будра.

Я слышу свой голос, но не разбираю слов. Чувствую, как прикусываю губу, сжимаю левое полушарие груди, прихватываю сосок, веду ладонью к правому полушарию. Второй рукой я опираюсь на столик и полулежу, раскрываясь перед магом. Одна моя нога хлипко стоит на тумбочке, согнутая в колене, вторую держит маг.

— Назови меня по имени. — я, наконец, понимаю его слова.

Он резко притягивает меня ближе к себе, и я обхватываю ногами его торс. Головка его члена утыкается в мое лоно. Его пальцы скользят по моей левой ноге, касаются колена и направляются выше, к внутренней стороне бедра. Я не хочу ничего говорить, прикусываю нижнюю губу и стону, запрокинув голову и смотря магу прямо в глаза.

— Непослушная девчонка. — его губы растягиваются в хищной улыбке и через мгновение он входит в меня.

Пространство искажается и меняется, и вот мы уже находимся на кровати. Я скачу на нем, принимая его в себя, а он, держа руки на моих бедрах, подается бедрами мне навстречу. Звуки приглушенные. Я плохо слышу свои стоны и его голос. Но теперь я вижу и ощущаю легкую магию, вившуюся вокруг и окутывающую нас словно туман. Она плавает по кровати, скользит по нашим сплетенным телам. Мне хочется жестче. Быстрее. Глубже. Но ощущения не такие… Что-то не то.

Мгновение, и я стою на четвереньках.

— Держись крепче, ведьмочка. — говорит маг, намотав мои волосы на кулак, и резко входит в меня сзади.

Перед глазами все мелькает. Я чувствую удары бедер сзади и принимаю их. Они жадные, глубокие и быстрые. Но мне этого мало. Хочу еще… еще… еще глубже, сильнее, быстрее и резче.

— Назови мое имя. — мурлычет маг, нагнувшись ко мне и касаясь губами мочки моего уха.

Держа меня за волосы, он поворачивает мою голову вправо, открывая шею.

— Назови. Ну же, милая. Назови. Я хочу его услышать.

— Нет. — стону я, расплываясь в улыбке и уже, словно знаю, что за этим последует. Грубость. Дикость. Наслаждение.

Его зубы прикусывают кожу на моей шее, а левая рука касается моей груди, до боли сжимает то одно полушарие, то второе, теребит соски, а затем скользит вниз по животу и..

Пространство искажается. Я чувствую спиной холод, мои руки и ноги не двигаются, а надо мной возвышается… Только не он… Нет! Нет!

С испугу я громко кричу и дергаю конечностями. Не могу пошевелиться. Я поворачиваю голову в левую сторону и вижу, что рука крепко прижата магией к алтарной плите, по которой течет моя кровь. То же самое происходит с правой рукой и ногами. Запястья исполосованы, как и все тело. Я хочу убраться как можно дальше от этого монстра, смотрящего на меня с омерзительной похотью.

Я кричу, кричу и кричу, а он наслаждается моим ревом, водя рукой по огромному члену. Его глаза пожирают меня, всю меня, каждый дюйм моего тела, каждую гребаную клеточку.

— Прошу… не надо. — молю я, когда он заваливается на меня и утыкается членом в меня.

Я извиваюсь, плачу, кричу. Тело горит от боли, а кровь продолжает течь из меня.

— Нам суждено быть вместе, любовь моя. — страшным загробным голосом говорит он и входит в меня.

Я чувствую боль, она разрывает меня изнутри. Жжение такое невыносимое, что я кричу и задыхаюсь. Его тело давит на меня, душит. Оно липкое и тяжелое. Противное. Он тоже в крови.

Боль нарастает. Я не могу терпеть. С его членом, все глубже входящем в меня, мое тело поражает его отвратительная магия. Она травит меня. Ее яд убивает мою магию. Я не чувствую ее. Не могу защититься. Какой кошмар… Это настоящий кошмар..

— Артур! — в голове крутится только одно имя. Одно. Имя. И я кричу его, умоляю, призываю. — Артур! Артур, помоги! Артур!

— Не смей произносить его имя, шлюха! — больно сжимая мое лицо пальцами, рычит некромант. — И смотри мне в глаза, когда я трахаю тебя! Смотри, гниль!

Все мое тело сковывает. Я не могу не подчиниться и открываю глаза. Слезы текут по щекам, и когда они касаются губ, я понимаю, что это кровь. У меня из глаз течет кровь. И из носа тоже. Ее так много, что я начинаю захлебываться.

— Я приду за тобой! — скалясь, обещает он. Его бедра врезаются в мои, разрывая меня. — И заберу тебя с собой в мое царство, любовь моя! — он заносит руку надо мной, и в ней появляется кинжал с красным каменным лезвием.

— Нет! Нет, не надо! Артур! Артур, помоги!

Лезвие входит в мою грудь, и я резко выныриваю из кошмара.

Мне плохо. Мне так плохо. Я не могу дышать. Воздуха не хватает. Я задыхаюсь. Меня окутывает тьма, на земле еще царит ночь. Моя кожа липкая от пота, ко лбу и вискам липнут волосы. На губах… на губах и подбородке что-то есть.

Я села на кровати, чувствуя бешеный ритм сердца, стучавшего где-то в горле, и провела тыльной стороной ладони по губам. Мокрота. Соленая мокрота. Опустив трясущуюся руку, чтобы она попала на лунный свет, лившийся из окна, я увидела кровь. К горлу подступила тошнота.

Я кое-как успела добежать до санузла и выплюнула все, что было в желудке. Дело чуть не дошло и до внутренностей. Кошмар… это был только кошмар… Я пыталась себя успокоить, когда поднималась с колен, но страх с жадностью глодал душу и не хотел от нее отвязываться.

Руки тряслись, когда я полоскала рот и мыла лицо. Перед глазами все еще стоял мужчина с пепельными волосами и безжизненными светло-голубыми глазами, которые в первую нашу встречу перевернули мою душу. Хватило всего одного взгляда, чтобы я поняла, что такое смерть. Одиночество и холод. Пустота.

Я боялась его. Боялась сильнее, чем костра. Если костер уничтожит меня полностью, то некромант заберет с собой мою душу и будет держать ее в плену всю вечность. Уж лучше я совсем исчезну..

В голове от мыслей было слишком громко. Я села рядом с раковиной, прижалась спиной к холодной кафельной стене и уперлась в нее затылком. Сердце медленно успокаивалось, дыхание выравнивалось, а в ушах больше не шумела кровь.

Этот кошмар всплыл из самых потаенных уголков моей души. Подобное преследовало меня часто, но не заходило настолько далеко. Но… но… Почему мне приснился маг? Да и это был не кошмар. Всего лишь сон… Очень странный сон! Начало я могу объяснить тем, что это были лишь всего воспоминания, а потом мой разум явно захотел чего-то новенького.

Не скажу, что все было реально, но некоторые ощущения… магические ощущения я улавливала так же отчетливо, как и чувствовала боль, когда в мое сердце вошел кинжал из магического камня.

Не будь я так напугана, возможно, сон с участием мага всколыхнул бы что-то внутри меня, но… я протяжно выдохнула, закрыла глаза и провела руками по волосам, убирая их назад. Проклятый некромант! Он..

Дверь в ванную распахнулась, и я ощутила легкую волну темной магии. Я разомкнула веки. Проклятийник. Тяжело дыша, он уставлялся на меня так, словно я была приведением.

Его волосы, разбавленные сединой и обычно уложенные, сейчас были растрепаны. Челка падала на левый глаз и закрывала ухо. Из одежды на нем были только спальные штаны, низко сидящие на бедрах. Голую грудь покрывали короткие темные волосы, дорожкой опускавшиеся по рельефному торсу и уходящие вниз, под резинку штанов.

Если бы не шрамы, которые были на его животе, груди и плечах, я бы… что? Вновь окунулась в произошедшее во сне? Да, именно так. Но шрамы… Какой ужас… Нет, не они страшные, а страшно то, что с ним делами. От их вида у меня болезненно сжалось сердце.

И на мне сейчас тоже полно шрамов…

— Жива. — сказал он через мгновение, словно пока смотрел на меня все это время и сжимал кулаки, не верил своим глазам.

— К сожалению. — хрипло отозвалась я.

Ему мой юмор не понравился. Маг нахмурился и стиснул челюсти, отчего по его скулам забегали желваки.

— Какого черта ты принесся? — спросила я, прижав колени к груди, но тут же выпрямила ноги.

Мне нужно было принять такую позу, чтобы закрыть свои бедра, которые не скрывала короткая ночная рубашка, но я не знала, как это сделать. Но это было и не нужно. Маг смотрел мне только в глаза.

— Ты звала меня.

Мои брови взметнулись вверх.

— Звала?

— Я слышал твой крик во сне. Потом почувствовал боль.

Мгновение мы молчали, затем я поднялась и, подавив желание потянуть ночную рубашку вниз, чтобы закрыть ноги, робко поинтересовалась:

— А сон ты какой-нибудь видел? — в мое лицо бросилась краска, а сердце учащенно забилось. Пожалуйста, скажи — нет! Мне бы не хотелось, чтобы он бывал там, где ему не следует! Мой разум — мое царство!

Я была готова сгореть со стыда. А этот гад еще и подлил масла в огонь. Он окинул меня медленным взглядом, задержавшись на моих голых ногах, и тяжело сглотнув, хрипло сказал:

— Я рад, что ты цела. — и стремительно вышел, чуть не сбив появившуюся в дверях Таню.

— Что я пропустила? — спросила она хриплым после сна голосом и, щурясь от света, посмотрела на меня.

— У меня тот же вопрос? — за ее спиной, из темноты, послышался голос Мурза, и через пару секунд кот вышел на свет. — Тебя вообще оставлять одну нельзя! У меня чуть сердечный приступ не случился!

— А где ты был? — поинтересовалась я, оглядев его. Взлохмаченная шерсть, грязные лапы, липкий от какой-то гадости хвост. — Мурз?

— На разведке! А вот где была ты? — протянул он, сощурившись.

— В отличие от тебя — в кровати!

— От тебя воняет смертью. Где в кровати ты могла найти кладбище?

— Во сне? — нервно хихикнув, предложила я, понимая, что сны то были не совсем снами.

Нет, точнее, это они и были, но присутствовало в них нечто такое, что… Меня передернуло. Нет, даже думать не хочу, что оба этих гада как-то попали в мое сознание. И я с ними… я с… У-у-у!

Сна не было ни в одном глазу, несмотря на поздний час. До рассвета было еще далеко. Мы с Таней и Мурзом расположились на диване, забравшись на него с ногами, и я рассказала им о кошмаре.

Сон, с участием мага, опустила. Коту об этом знать не обязательно. А Тане… Конечно, подруга знала о многих подробностях моей личной жизни, как и я о ее — на то мы и подруги — но сон… это глупо. Лишь иногда мы делились подобным, и то, чтобы от души посмеяться над нашим больным сознанием и сделать вывод, что нам нужен мужик для сексуальной дружбы.

Когда ночь прогнали первые лучи солнца, я завела разговор о некроманте.

— Утро добрым не бывает. — изрекла Бяка, окрасившись в бледно-желтый.

— Мы должны предупредить мужчин. — заявила Таня, нервно теребя пальцы.

Ее эти новости напугали. Как и всех нас. Я опешила. Отвернувшись от окна, в котором наблюдала за пробуждающимся городом, удивленно взглянула на подругу.

— Прости, что мы должны сделать?

Танька устало выдохнула и потерла лицо ладонями.

— Помнишь, что случилось в прошлый раз, когда он нашел нас? Что чуть не сделал с тобой? А со мной?

У меня по позвоночнику расползался липкий страх. Перед глазами возникли образы Тани, испачканной в собственной крови, лившейся из ран, и некроманта, занесшего надо мной ритуальный нож, отчего я поежилась. О да, я отлично помнила, что тогда случилось, и понимала, что еще могло случиться.

— Нам не хватит сил с ним справиться, Корнелия.

— Тогда он застал нас врасплох. А сейчас… сейчас… Слушай, — я нахмурилась, осененная догадкой. — А ведь тогда он действовал тихо. Мы даже понятия не имели, что он идет за мной. Зачем тогда сейчас отправил своего кота?

— Только Бог знает, что творится в его больной голове. — Таня встала с кресла, подошла ко мне и выглянула в окно. — Нам нужно с ними поговорить, Корнелия. Понимаю, что тебе этого не хочется, но давай исходить из здравого смысла. Наших сил в борьбе недостаточно, некромант хочет тебя убить, и если он это сделает, умрет и Артур. Так что это в его же интересах беречь твою жизнь.

— А ты что думаешь? — я посмотрела на Мурза, не проронившего ни слова за весь разговор.

— Права она. Нужно подстраховаться. Если он убьет их — не страшно, а вот тебя. Тебя мне будет жалко.

В груди разлилось тепло. Я широко улыбнулась и уж была готова броситься к коту, как со стороны кровати прозвучал слабый измученный стон.

— Воды..

Все взгляды устремились на Пузю. Раньше в подобной ситуации мы с Таней просто входили в ступор, ведь никто из нас еще не знал, что животные могут болеть с похмелья — да и вообще пить! — а сейчас же хочется то ли засмеяться в голос, то ли пожалеть бедного.

— А может лучше водки? — ехидно поинтересовалась Бяка.

Пузя застонал, перекатился на пузико и выплюнул на пол все, что было в его желудке. Водки он точно не хотел. И готова поклясться, даже слышать о ней не желал.

— Или, может, вишневой настойки? — продолжила дракоша.

— Забияка! — возмутилась Таня, еле сдерживая смех.

— Что? Я просто хочу подать ему стопку помощи.

— Воды… — простонал Пузя.

Я тяжело вздохнула и направилась к кувшину с охлажденной водой, в которой плавали листочки мяты. Бяка, подлетев ближе к Пузе, продолжила донимать его. Правда, надолго ее не хватило.

— Фу-у! Как от тебя перегаром прет! — высказалась она и вернулась к Тане на плечо, окрасившись в бледно-зеленый. — Буэ!

— Это не перегар. — защитился Пузя. — А запах приключений.

— Фу-у!

Я усмехнулась и направилась к еноту, держа в руке стакан с прохладной водой.

— Я больше не пью. — вымолвил Пузя, когда осушил почти половину кувшина.

Бяка прыснула со смеху, Таня подавила смешок, а я понимающе улыбнулась, погладив енота по шерстке. Все мы так говорим до поры до времени.

Отходил он еще долго, а я, как заботливая хозяйка, кормила и поила его. Таня с Бякой, устав сидеть в четырех стенах, покинули дом, чтобы заглянуть в пару магазинчиков, а Мурз уснул в кресле, согревшись на солнце, которое полдня было затянуто тучами. Я не любила дождливую погоду, она наводила на меня хандру, но сегодня мне очень хотелось дождя. А тот, как назло, обошел город стороной.

После обеда я решила сходить в харчевню, чтобы поесть, и начала собираться. Надела обтягивающие штаны, приобретенные Таней… а черт знает где, рубашку, в которой я тогда была в борделе и под которую нагло лез..

Перед глазами тут же замелькали кадры, от которых внизу живота приятно заныло. Мне захотелось сжать бедра. До этой ночи я даже не думала о проклятийнике как о… о любовнике, бесы меня раздери, а сейчас же… У-у-у! Весь день не могу выбросить его из головы. То одно напомнит, то другое.

Нужно гнать взашей эти мысли! Нужно!

Сделав глубокий вдох и протяжный выдох, я повернулась к зеркалу и окинула себя взглядом. Русые волосы собраны в широкою косу, перекинутую на правое плечо, серые глаза стали на тон темнее из-за магии, бурлящей в крови, щеки украшает румянец, пухлые искусанные губы блестят от лечебной мази, а шрам на остром подбородке скрывает косметика, позаимствованная у Тани.

Сойдет. Теперь можно выйти в город. Шрамы закрыты одеждой и… На языке появилась горечь. Все эти дни я старалась не смотреть на себя в зеркало, надеялась, что шрамы исчезнут со временем, как и обещала Таня, но некоторые из них — а их было достаточно, не проходили. Не сходила и полоска на шее, по которой просто провели лезвием. Казалось бы, она самая незначительная, но ее было видно лучше всего.

От горьких мыслей меня отвлек двойной стук в дверь.

— Войдите.

На пороге объявился маг. Мои брови взметнулись вверх. Он никогда не стучался. Это было что-то новенькое. Я окинула его взглядом, подмечая, как хорошо на нем сидит черная рубашка, расстегнутая на две верхние пуговицы, и брюки. Мысли опять полетели не туда. Черти-и-и..

— Что тебе нужно? — резко бросила я, разозлившись и на себя за то, что думаю о запрещенном, и на него за то, что он наводит меня на такие мысли.

Маг усмехнулся.

— Ты опять не в духе. Еще одна бессонная ночь? — он улыбнулся уголками губ, отчего появились ямочки на щеках.

Я впервые видела его улыбку и даже представить не могла, что у него есть ямочки… У меня вспыхнули щеки.

— Что тебе нужно? — я поджала губы.

— Я наше место, где мы будем практиковаться. Саэм..

— Мы? — перебила его я, опешив.

— Мы. — подтвердил он. — Я буду следить за тем, чтобы ты не разрушила город.

Я прыснула со смеху. От души. Заливисто. Он? Серьезно? Следить? Да в таком случае я похороню нас там быстрее, чем как говорит Таня..? Рак на горе свиснет? Вот насмешил-то! Уф-у! Давно я так не смеялась. Со мной иногда фамильяры справиться не могут. Что он о себе возомнил?

— Твое самомнение не знает границ. — сказала я и подняла взгляд на проклятийника, когда успокоилась и перестала задыхаться.

Улыбка мгновенно сползла с моих губ. Маг смотрел на меня с таким серьезным выражением лица, что я чуть было не попятилась назад. Показалось, что он раздумывает над тем, каким способом убить меня. По позвоночнику пробежалась дрожь, и я тяжело сглотнула.

Маг мотнул головой.

— Пока Саэм проверяет площадку, у нас есть время поесть.

— Я не..

— Тебе понадобится энергия. Без нее сложно управлять магией, тем более такой… смертоносной.

Я подавила смешок. Точнее определение.

— Идем. Я знаю место, где подают хорошие блюда.

— Сомневаюсь, что тех денег, которые ты мне «выделил» хватит на твое «хорошее место». Я поем в своем «хорошем месте».

— Я угощаю.

— А..

Возмутиться я не успела. Он развернулся к двери и коротко бросил:

— Идем.