Глава 26. Чары или желание?

Артур

— Идем. — сказал я, направившись к двери. Нужно поесть и уже потом приступать к практике. Очень надеюсь, что не пожалею об этом.

Когда мы вышли на улицу, и проклятый ветер ударил в спину, Корнелия поравнялась со мной. Погода была отвратительная. Не хватало только дождя. Сильный ветер гонял по небу темные грозовые тучи, изредка открывая тусклое солнце.

Ресторан «Элиар-Моу» находился близко. Нанимать экипаж не пришлось. Спустя пять минут мы были на месте. Нас проводили на второй этаж, где я забронировал столик, сокрытый под пологами тишины и невидимости. Ненавижу внимание и люблю тишину.

— Выбирай, что душе угодно. — сказал девчонке, когда нам принесли меню.

— Прям все-все? — сощурилась она. Тон ее голоса заставил меня насторожиться.

— Все. — я взглянул на молодую официантку.

— Ну ладно. — протянула ведьма довольно. — Потом не жалуйся, что я тебя объела. Знаешь ли, у меня аппетит ого-го!

Я прочистил горло. Стало неловко перед официанткой. Этого, похоже, ведьма и добивалась, ведь когда я посмотрел на нее, поймал ее довольный взгляд и заметил пакостную ухмылку.

— Будьте добры, фетучини с грибами и ветчиной, чай Масала, салат Аччик и на десерт профитроли с заварным кремом. Благодарю.

Ведьма хмыкнула.

— Похоже, не одна я люблю плотно покушать. — она подняла на меня взгляд. — Не боишься располнеть? А то с таким скучным образом жизни тебя разнесет как..

— Кхм… Будьте добры, даме то же, что и мне. — сказал я, взглянув на официантку.

Послав мне дежурную улыбку, она ушла, а я хмуро посмотрел на Корнелию. Невыносимая девчонка. Хотел накормить ее, а она… Спокойно. Спокойно, Артур. Ведьма делает это нарочно. Ей нравится выводить тебя из равновесия. И черт возьми, как же здорово у нее это получается! Даже моя сестра, мастер выедания мозга, не владеет такими талантами!

— Даме. — фыркнула Корнелия. — Почему же не «ведьме? И вообще-то, я сама могла сделать выбор.

— Поздно. Придется довериться моему вкусу.

— А он у тебя есть? — усмехнулась она. — Судя по этому, — она окинула взглядом зал. — «хорошему месту», вкуса у тебя нет.

Я вздернул левую бровь.

— А тебе больше по вкусу разбитые харчевни, в которых кормят свинячьим пойлом? Буду иметь ввиду.

Ее острый взгляд врезался в мое довольное лицо. Будь он оружием, я был бы уже в могиле. Девчонка надулась и покраснела. Сомневаюсь, что от стыда. Что это такое, она не знает. Вероятнее всего, от злости. Хм-м… а она милая, когда злится. А взгляд… Он должен пугать, но меня лишь наоборот — завод… Бесы меня подери, что за мысли?!

Стиснув челюсти, я выпрямил спину. Больше мы не разговаривали. Даже, когда нам принесли блюда, ели в молчании. Изредка обменивались взглядами. Но если Клорнелия старалась смотреть на меня как можно реже, я же не мог бороться с желанием. Пока она ела, я подмечал, что из блюд ей понравилось, что — нет.

Эта девушка была для меня загадкой. Я смотрел на нее и видел лишь хрупкую девочку, но сила, которая исходила от нее, говорила о том, что эта «хрупкая девочка» одним щелком пальцев может оборвать жизнь. Нет, жизни! Если ее научить. И даже если не учить. Я помню, как она врезала мне своим проклятием, похоронив под крошкой из могильных плит.

Я помню вкус и запах ее энергии так отчетливо, словно все это произошло вчера. Ее магия мощная. Древняя. Выдержанная. Как хорошее вино. Она здорово дает в голову. Но опять же, понравиться может не всем. Я — темный. Ее энергия меня притягивает. И это меня… настораживает. Не помню, что бы моя магия так тянулась хоть к кому-то. Может все дело в том, что наши жизни связаны?

Вначале мне казалось, что переплетены только потоки, но судя по сегодняшней ночи… связь куда глубже. Я уловил боль Корнелии сквозь сон. Почувствовал так отчетливо, словно это мне воткнули кинжал в грудь. Я слышал ее зов. Слышал свое имя, выкрикиваемое в отчаянии. Слышал ее плач и мольбы не трогать. И чувствовал… чувствовал боль..

Эта девочка для меня загадка. Я так и не понял, как она связана с бывшей Верховной ковена Возрождения, не понял, кто она такая, не понял, как забрела так далеко от дома, и как она связана с Алой дамой. А они точно связаны. Зато одно я понял кристально ясно — у нее тайн больше, чем во мне магии. Она — загадка. А загадки, я люблю.

Корнелия с виду кажется хрупкой и невинной девушкой, но ее натура куда глубже. На самом деле она не слабая и не беспомощная. У нее есть стержень, магия и сила духа. Такая Верховная никогда бы не бросила свой народ. Я уверен, у нее были причины.

Про аппетиты ведьма не шутила. Вопреки тому, что порции были огромными, она съела все. И попросила добавки. Не замечая, что улыбаюсь, смотря на нее, я ждал, когда она приступит к десерту и попробует мой любимый шоколадный торт. Сомнений в том, что он ей понравится, не было.

— Я не люблю сладкое. — сказала ведьма.

— Я тоже. Но поверь, он тебе понравится.

Хоть что-то, помимо магии, у нас было общее. Она с сомнением взглянула на торт и, взяв ложечку, зачерпнула маленький кусочек.

— Знаешь, меня это настораживает. — сощурилась она.

— Что именно?

— Все. С чего это вдруг ты стал таким… хорошим? И почему решил меня накормить? Отравить хочешь? Или здесь есть то, что притупит мои чары?

Я усмехнулся.

— А не поздно ли ты задаешь вопросы? — хмурый вид ведьмы стер мою улыбку. — Мне не выгодно тебя травить. И притуплять твои чары — тоже. Отрави я тебя, уйду за грань вместе с тобой, и Боги упаси, этому произойти. Ты мою душу изведешь одним своим присутствием.

Она хмыкнула и, секунду помедлив, попробовала торт.

— М-м-м… он тает во рту! — я еще никогда не видел в глазах кого-то столько восторга.

Она умяла кусочек быстро. На этот раз добавки не просила.

— Что ж, подкрепились, пора выдвигаться. — сказал я.

— Подожди. — она тяжело вздохнула. — Я объелась. Двигаться не могу. Ой-й… Куда я столько ела? Это все ты виноват!

Мои брови взметнулись вверх.

— Да, ты! Скажи, специально решил меня обкормить, чтобы я зад не смогла поднять со стула, и тебе не пришлось со мной возиться?

Я усмехнулся.

— Почему ты везде ищешь подвох?

— Ты маг.

— Ты сказала это так, словно я ужасный монстр.

— А разве нет? Не такие ли как ты принижали нас столько веков, лишали права выбора, гоняли? И не ты ли хотел отправить меня на костер?

— Я бы этого не сделал. — я стиснул челюсти. Мне не понравилось направление нашего разговора.

— Да что ты?! Неужели?

— Я бы отправил тебя в ссылку.

Она фыркнула и скрестила руки на груди.

— Это не лучше. Та же смерть. Только немногим гуманнее. Но и в мире людей ведьме не выжить.

— А как, по-твоему, я должен был поступить? Отпустить? Погладить тебя по головке? Сказать, какая ты умница? Ты — преступница! Ты нарушила два закона: покинула свой чертов ковен и прокляла меня. Ты..

— Не смей называть мой ковен чертовым! — прошипела она, подавшись вперед. В ее серых глазах вспыхнула магия. — Это лучшее место на всем материке!

— Было когда-то. — поправил я.

Наши лица были совсем близко. Взгляды таранили друг друга. Тяжелые и в то же время острые, как сталь. Воздух загустел от воздействия магии.

— Знаешь, что случается с землями, когда Верховная их покидает? Они умирают, Корнелия. А раз ты здесь, твои земли уже мертвы.

— Ложь! В них достаточно магии, чтобы..

— Чтобы что?

Она резко отстранилась и выпрямилась. Ее лицо стало каменным.

— Хорошая попытка. Но больше я ничего не скажу.

— Я все равно узнаю.

— Желаю удачи.

«Элиар-Моу» мы покидали в молчании. До места, где сейчас находился Саэм, отправились в экипаже. Погода испортилась окончательно. К сильному колючему ветру, гнущему деревни и сдувавшему прохожих, присоединились проливной дождь, гром и молнии. Небо сверкало от вспышек, и каждый раз землю сотрясали сильные грохочущие раскаты, из-за которых испуганно ржали лошади.

В итоге к входу в катакомбы, располагавшемуся в склепе, мы ползли по колено в грязи. Моя магия защитила нас от порывов ветра, дувшего прямо в лица, и дождя, бившего в эту же сторону.

— Отвратительная погода. — пробурчала ведьма, шлепая по грязи.

Я усмехнулся, бросив на нее взгляд через плечо. Она смотрела под ноги, бормоча под нос проклятия и размахивая руками, чтобы удержать равновесие и не поскользнуться. Дорожка шла под скат, и сложно было устоять, не свалившись лицом в грязь. Я уже протягивал ей руку, но она окатила меня таким ледяным взглядом, что даже моя магия, почувствовав угрозу, пробудилась.

— Мог бы и помочь, козел. Протянул бы хоть копытце.

— У меня хороший слух, ведьма.

— Рада за тебя, маг!

— Позволь напомнить, я предлагал тебе помощь. Но ты ведь сильная и независимая.

— Какая от тебя может быть помощь? Ты можешь только в грязи меня утопить.

Женщины… Все не так. Противоречат сами себе. Странные создания.

— И утопил бы, поверь. С превеликим удовольствием. Но уж лучше я потерплю тебя месяц-другой, чем буду лицезреть всю вечность в загробном.

— Взаимно!

— А ты не владеешь случаем стихийной магией? — остановившись и оглядевшись, спросил я. Шли мы, вроде бы, в нужном направлении.

— К сожалению для меня и к счастью для тебя — нет. Иначе бы я уже наслала на тебя все проказы небесные!

— Странно. — хмыкнул я. — А кажется, погода прислушивается к тебе. Такая же отвратительная, как твой нрав.

— Что ты имеешь против моего характера? Ты… ой!

Услышав шлепок, я обернулся и что было мочи засмеялся. Ведьма, упавшая в грязь, сама, как то самое небо, затянутое тучами, метала молнии одним лишь взглядом. Растрепанные волосы лезли ей в лицо, на щеке, руках и одежде была грязь. Она напоминала растрепанного мокрого котенка, обозлившегося на весь мир.

— Это. Не. Смешно! — процедила она, отряхивая с рук ошметки грязи. — В какую бесову дыру ты меня затащил?!

— Это кладбище. Имей уважение. — борясь со смехом, сказал я. — Не ругайся.

— Я еще не начинала! Ты чертов муж… — я заткнул ей рот лоскутом тьмы. Вот так-то. Тишина… — м-м-м… М-М-М! М-м-м!

Она попыталась подскочить, но поскользнулась и упала на попу. Не боясь замараться, я усмехнулся и помог ей подняться. Затем подхватил на руки. Хватит. И так слишком много времени потеряли. Саэм уже на сотни раз все мог успеть проверить.

Эта бестия оказалась на ногах лишь тогда, когда мы оказались в склепе, под которым располагался вход в катакомбы, соединявшие три города. Воздух был затхлым и пыльным. Тяжелым. Помимо естественного запаха здесь сильно воняло магией. Подобные места я не любил. Захоронения — удел некромантов, а я же, хоть и темный маг, но мне по душе ближе проклятия. И одна ведьма смерти, бесы меня подери! В ее магии я ощущаю нечто, что мне по душе.

— М-м-м! — Корнелия, когда я нашел лестницу, указала на лоскуток на ее губах, ударив меня по груди.

Как только я его снял, на меня посыпалась отборная ругань. Честно говоря, таких эпитетов в нашем мире я не слышал. Может, у ведьм за это время видоизменился язык? В том, что она посыпает меня именно руганью, я не сомневался. Уж больно вид у нее был убийственный.

Все время, пока спускались по лестнице вниз, она не замолкала. В итоге я не выдержал и простонал:

— Замолчи уже, женщина!

Чуда не свершилось. До того зала, куда меня вел артефакт Саэма, я шел скрипя зубами. Нервы не выдерживали. Нет, у этой девицы точно талант. Ни одна живая душа не доводила меня настолько, что хотелось удушить несчастного голыми руками. А эту же… Даже собственная смерть не пугала меня.

— Ты эгоистичный козел! Ты..

Я резко развернулся, схватил ее за руку и прижал к стене. Мои руки уперлись в стену по обе стороны от головы ведьмы. Она, наконец, затихла. По-моему, даже дышать перестала. Слыша, как учащенно бьется ее сердце и твердо произнес:

— Еще одно слово, ведьма, и ты пожалеешь. — в моем тоне отчетливо слышалась угроза.

На самом деле, я ничего ей не сделаю. Не посмею поднять руку на женщину или использовать более серьезное заклинание. Пускай даже эта женщина — ведьма. Но женщина же. Девушка. Но припугнуть ее было необходимо. У меня уже голова раскалывается, и глаз дергается.

— Ударишь меня? — произнесла она с вызовом, подняв на меня вспыхнувшие магией глаза. — Нашлешь проклятие? Неужели так низко падешь, маг? Ты..

Подавшись вперед, я накрыл ее губы своими. Всего три секунды, три удара сердца. Совсем не поцелуй, так… соприкосновение губ, но эффект оно принесло невероятный. И пугающий.

Она замолчала и застыла, как громом пораженная. А я добился тишины. И кое-чего еще… От этого магия в крови закипала, в душе зарождалось ощущение правильности и целостности. Но ничего правильного я в этом не видел.

— Ты… ты… ты как посмел?! — выдохнула она возмущенно, накрыв пальцами губы.

Мой взгляд тут же прилип к ним. Таким манящим и… Ты идиот, Артур! Подавив желание отпрянуть, я наоборот прижал ее теснее к стене и прошептал на ухо:

— Лучше молчи, ведьма. У меня много способов заткнуть тебя, не применяя насилие. Один из них я показал. Хочешь испробовать остальные? Они тебе понравятся.

— Н-нет. — выдохнула она мне в шею.

Я сжал руки в кулаки. Не знаю, ответила ли она на вопрос, или же сказала, что не понравятся мои «способы». Плевать.

— Вот и славно. — мне понадобилось немало усилий, чтобы отстраниться.

Энергия недовольно грохотала, тянясь обратно к ведьме. Она нравилась моей внутренней силе, притягивала ее, соблазняла. Часть меня была бы только рада слиться с ведьмой прямо здесь, прямо сейчас. Забраться к ней под одежду, как тогда, в том чертовом борделе, развернуть ее к стене и взять так, что..

— Прекрати так на меня смотреть! — прошипела Корнелия.

— Как? — глухо отозвался я.

— Как конченый маньяк!

— А ты замолчи. И пошли уже.

В итоге Саэма я нашел, находясь в скверном расположении духа. Даже удивительно, что не ведьма, а мои собственные желания довели мою нервную систему до ручки.

Нужно искать способ снять проклятие. Чем дольше оно сидит в моей душе, тем сильнее разгорается то, что мне не принадлежит. Я не могу желать эту девчонку! Минувшая ночь что-то изменила во мне. Что-то, что обретет меня погибель.