Дурная голова ногам покоя не дает

— Могу только порадоваться за вас, адепт Хайот, — прохладно проговорил Вирайн, переведя хмурый взгляд с меня на Алкура. — Вы нашли хороших друзей. Жаль только, что вы им совершенно не соответствуете.

— Вы просто предвзяты ко мне, профессор Кьет, — с широкой улыбкой заявил Алкур. — Я — шикарный друг. Просто не для всех.

Вирайн лишь презрительно скривился на это, но ничего больше не сказал и попыток прогнать нас не возобновил. Но и не ушёл, продолжив стоять в дверном проёме, подпирая плечом косяк.

Мы все сочли это своеобразным разрешением и продолжили заниматься уборкой.

— Можешь потихоньку спускать мебель с потолка, — минут через двадцать сказала Мина Алкуру. — Мы почти закончили.

— Эм, — Алкур смущённо почесал переносицу. — На самом деле, не могу. Это специальные чары… В общем, каждый предмет нужно спускать вручную, при этом не разрывая физический контакт.

Мы с Миной и Титвином синхронно вскинули головы и оценили пушистость песца, который к нам пришёл.

— Тут высота не меньше двух метров! — воскликнула я возмущённо, обращаясь к виновнику всего этого безобразия. — Как ты предлагаешь всё это спускать? И ладно стулья и тумбочка. Шкаф и письменный стол мы как вручную должны опустить?

— По изначальной задумке мучиться с этой проблемой должен был магистр Кея, — пожал плечами Алкур, похоже, ни чуточки не раскаивающийся в содеянном. — А теперь я понятия не имею, как выкручиваться.

— Стремянка? — предположил Титвин.

— А лучше две, — кивнула Мина. — Только где мы их возьмём?

Тяжело вздохнув, я повернулась к Вирайну, понимая, что без его помощи нам точно не обойтись.

— Профессор Кьет, — обратилась я к нему, смиренно склонив голову.

— Да, адептка Лоуи, — откликнулся тот бесцветным голосом.

— С нашей стороны будет большой наглостью попросить вас о помощи?

— Это будет огромной наглостью, — заверил меня он. А затем добавил насмешливо: — Но вам ведь с Хайотом наглости не занимать?

Я вскинулась и посмотрела Вирайну прямо в глаза. В них уже не было и тени недовольства. Напротив, на дне зрачка плясали задорные огоньки, вызвавшие очень странное чувство у меня в животе, подозрительно напоминающее пресловутых бабочек — верный признак влюблённости.

— Профессор Кьет, помогите нам раздобыть стремянки, чтобы спустить мебель, — светло улыбнувшись, попросила я, не разрывая зрительный контакт.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился он. — Я снабжу вас всем необходимым. А в знак благодарности вы, адептка Лоуи, столь же тщательно приберётесь в моей мастерской.

«Это что, флирт?» — не поверила я своим ушам.

— Когда? — уточнила я. — Сегодня вечером у меня назначена встреча с мастером Лакурж.

— Послезавтра? — предложил Вирайн, кажется, совершенно не смущаясь того, что у нашего разговора имеются свидетели.

— Да, послезавтра я свободна.

— Отлично, значит, послезавтра. Хайот, — он повернулся к Алкуру. — Пойдёмте, я на своём горбу стремянки тащить не намерен.

— Ректор Фейтман будет недоволен, — заметила Мина, стоило только Вирайну с Алкуром и Титвином выйти из кабинета. — А ваш отец тем более.

— Чем они будут недовольны? — весьма правдоподобно изобразила я недоумение. — Тем, что я буду помогать преподавателю с уборкой? Так в этом вроде нет ничего предосудительного. Более того, в Уставе академии это является одним из официальных способов наказания провинившихся студентов.

— Вы понимаете, о чём я говорю, — Мина была серьёзна как никогда. — Ваши отношения с профессором Кьетом… ничего не выйдет.

— Не тебе об этом судить, — осадила я её, не скрывая своего недовольства.

— Я вынуждена доложить обо всём графу Эрину, — с вызовом вздёрнув подбородок, непреклонно заявила Мина.

— Докладывай, — пренебрежительно бросила я. — Но не забывай, кому и о чём ты собираешься сообщить. Мой отец, бесспорно, король. Только вот он не вечен. — Я вперила в Мину немигающий взгляд и, зловеще усмехнувшись, поинтересовалась: — Уверена, что я недостаточно злопамятна, чтобы отомстить тебе за предательство спустя пару-тройку десятков лет?

Ответить Мина ничего не успела. Потому что сверху донёсся какой-то странный скрежещущий звук, а затем вся мебель, что была на потолке, с оглушительным грохотом рухнула прямо нам на головы.