Знаки внимания

«Подарок» Лортиса оказался с сюрпризом.

Убедившись, что Мейра не против соседства с магической птицей, я собиралась спуститься к комендантше и узнать у той, не завалялось ли где-нибудь в закромах хозяйственного блока птичьей клетки. Ну, мало ли, всякое в жизни бывает…

Клетка не понадобилась. Стоило мне направиться к выходу, ворон, недовольно каркнув, перелетел ко мне на плечо. Я ощутила лёгкое дуновение магии, чёрные перья опали, рассыпаясь тёмными искорками, не успев коснуться пола, а облысевшее тело начало «сдуваться», уменьшаясь в размерах.

Не прошло и минуты, как у меня на плече, вместо ворона, удобно расположился малюсенький жёлтый геккон, смотревший по сторонам суровыми серыми глазками.

«Точно не человек-перевёртыш, — сделала я закономерный вывод из этой демонстрации. — У них есть только одно звериное обличье».

— Какой занятный зверёк, — с интересом разглядывая моего видоизменившегося фамильяра, заметила Мейра. — Я впервые вижу существо, способное вот так легко, по собственному желанию, изменить облик.

— Я тоже.

Вопросов к Лортису стало ещё больше.

Предупредив Мейру, что утром проснусь очень рано, потому что в пять у нас с Алваро запланирована деловая встреча, а заодно пообещав сильно не шуметь, я улеглась спать, устроив ящерку у себя на подушке.

Утром меня разбудил вежливый, но весьма настойчивый стук в дверь.

— Ну, кого там ещё нелёгкая принесла ни свет, ни заря? — недовольно проворчала я, неохотно выбираясь из-под тёплого одеяла.

Часы, висевшие на стене, показывали четыре утра — просто несусветная рань! И надо быть совершенно бессовестным человеком, чтобы заявиться к кому-то в гости в такое время.

Прошлёпав босыми ногами по паркету, я подошла к двери и открыла её, замерев в изумлении.

На пороге, с большим подносом в руках, заставленным тарелками с разнообразной снедью, стоял принц Торбиан.

— Доброе утро, Ваше Высочество, — до безобразия бодро поприветствовал он меня. — Ректор Фейтман сообщил мне, что у вас сегодня запланированы дела с утра, и я взял на себя смелость позаботиться о завтраке.

«Вот хитросделанный засранец! — мысленно возмутилась я, поражаясь доселе скрытым талантам Алваро в интригах. — А я-то, наивная, после вчерашнего разговора решила, что он сдался и перестал мне сватать принца».

— Доброе утро, Ваше Высочество, — изобразив на лице радушие, ответила я на приветствие и посторонилась, пропуская принца в комнату. — Для меня большая честь разделить трапезу с вами и вашей сестрой.

«Ну, берегись, Алваро, — подумала я, закрывая за Торбианом дверь. — Этих махинаций я тебе точно не прощу!»

Пожалуй, пора пересмотреть моё отношение к проделкам Алкура. В конце концов, я пообещала крёстному, что не привлеку Хайота к выживанию Торбина или Мейры. Но ведь портить нервы и делать мелкие пакости самому ректору нам никто не запрещал?

Пока я строила коварные планы мести, Торбиан поставил поднос на стол и принялся аккуратно расставлять приборы, действуя весьма умело, точно опытный официант.

— И чего тебе не спится… — сонно потирая глаза, пробормотала Мейра, садясь на постели.

— Вот, решил поухаживать за дамами, — насмешливо отозвался тот. А затем опустил руку в карман и вытащил пышный бутон алой розы, который и вручил сестре.

— Спасибо, — буквально на глазах расцвела та, принимая подношение.

— Ваше Высочество, — принц же повернулся ко мне. — Надеюсь, вы не откажетесь принять небольшой скромный подарок.

Он отодвинул одну из чашек и взял крошечный глиняный горшочек, с сидящим в нём миниатюрным кактусом, и протянул его мне.

Я не смогла сдержать восторженного вздоха и слегка дрожащими от волнения пальцами взяла малыша.

Он был такой крохотный! Не больше моего ногтя. Однако я ощущала ровное течение магии, исходящее от него и показывающее, что в этом малютке скрывается недюжинная сила.

— Это ведь карликовый эхинокактус? — я вопросительно посмотрела на принца, хотя и так знала ответ.

— Он самый, — с улыбкой подтвердил Торбиан.

«Такая редкость! — мысленно восхищалась я, разглядывая со всех стороны малыша. — Они не переносят пересадку, сразу погибают. А выращенные искусственно невероятно редкие и дорогие…»

— Спасибо, Ваше Высочество, — искренне поблагодарила я Тобиана за столь щедрый подарок.

— Рад, что сумел угодить.

Ответная улыбка принца была мягкой и полной довольства, а я ощутила внезапный укол сожаления.

«Какой он всё-таки хороший, — с горечью подумала я. — Галантный, внимательный. Ну, почему отец не познакомил нас раньше?»

Было бы так легко отказаться от помолвки, если бы Торбиан оказался плохим, невоспитанным или грубым. Но как быть, если он идеален и начинает мне потихоньку нравиться?