Неприятный разговор

Как бы мне ни хотелось сразу же заняться устройством личной жизни отца, занятия никто не отменял, так что на следующий день мне пришлось сосредоточиться на учёбе.

На утреннюю физподготовку я шла с некоторой опаской, не зная, чего мне следует ожидать.

С одной стороны, мы вроде бы с Вирайном всё прояснили между собой и проблем быть не должно.

А с другой стороны, за ночь многое могло измениться. Вдруг он передумал?

Прояснить что-либо мне не удалось. На занятии Вирайн превращался в строго и саркастичного профессора Кьета, а поскольку мы с Алкуром были его «любимыми» учениками, доставалось нам обоим знатно. Особенно едких замечаний и насмешек.

И, да, Алкур всё ещё был вынужден посещать занятия, потому что был привязан к Титвину, а тот наотрез отказывался пропускать занятия без уважительной причины.

Нежелание Алкура вставать в такую рань и «тащиться на эту грёбанную физру» за уважительную причину, естественно, не считалось.

— Надеюсь, вы с профом вчера не доругались окончательно? — во время наматывания кругов вокруг академии, поинтересовался Алкур, как обычно вместе со мной плетущийся в самом конце. И не потому, что не мог бежать быстрее, а потому что ему просто было лень напрягаться.

— Нет, наоборот, вроде как помирились, — ответила я. — Хотя я так и не выяснила, как он так быстро нас нашёл вчера.

— Пф, тоже мне, нашла тайну. Это я его вызвал. И даже сказал, где именно нас искать.

— Что? — я резко остановилась и ошеломлённо уставилась на него. — Ты его позвал? Зачем?

— Затем, что я, конечно, эгоист и дурак, но не до такой степени, чтобы вытаскивать три королевские особы в нелегальный театр, не озаботившись минимальной подстраховкой.

В голосе Алкура слышалось самодовольство.

— Хайот, Лоуи, перерыв никто не объявил! — гаркнул на нас Вирайн, тут же возникший рядом.

— Да ладно, мы только на минутку остановились дух перевести, — тут же заканючил Алкур. — Щас продолжим, не надо так переживать, профессор.

Я лишь закатила глаза, послала Вирайну извиняющуюся улыбку и, легонько толкнув Алкура в плечо, возобновила пробежку.

— Расскажешь, чего ради вообще затеял эту вылазку? — решив оставить до поры до времени вопрос с его «стукачеством», продолжила я расспросы. — Ты что-то там говорил о том, что хочешь проверить Торбиана…

Боковым зрением я заметила, что Вирайн всё ещё следует за нами, причём на таком расстоянии, чтобы без труда слышать каждое наше слово.

«Вот ревнивец…» — с теплом подумала я.

Будь на месте Вирайна кто угодно другой, я бы возмутилась подобной бесцеремонности. А так решила сделать вид, что ничего не заметила.

— Затеял я эту вылазку, чтобы повеселиться самому, немного растормошить Титвина и смутить вас с Мейрой. Ну, и заодно узнать, насколько искушён в подобных вещах Торбиан, — беззаботно заявил Алкур. — Кстати, ты держалась просто великолепно. Применила какую-то ментальную технику? У Мейры-то был защитный артефакт, я его сразу заметил.

— Да, уроки мастера Тария не прошли зря.

— Я так и подумал, — кивнул Алкур. — Кстати, я бы на твоём месте держал ухо востро с Торбианом. Судя по тому, как он реагировал на представлении, подобное зрелище ему далеко не в новинку.

— И что с того? — не поняла я намёка. — Ты, как я погляжу, тоже не в первый раз там был.

— Я там бываю в качестве зрителя. Но многие богатенькие мальчики, да и их отцы, а порой даже деды, с радостью оплачивают расширенную программу. Если ты, конечно, понимаешь, о чём я говорю.

Я недовольно скривилась: намёк был кристально ясен.

И всё же…

— И как же ты сумел определить, что Торбиан относится к любителям экзотики в постели? — мрачно уточнила я.

— Взгляд его выдал, — ответил Алкур совершенно серьёзно. — Многие в зале раздевали суккубов глазами, таковы уж мы, мужчины, с этим ничего не поделаешь. И только Торбиан смотрел скучающе, словно точно знал, что демоницы скрывают под одеждой, и его это не особо интересовало.

— А ты не думаешь, что он просто относится к тем, кто в принципе не одобряет подобного рода связи?

— Тогда бы он смотрел с отвращением или презрением, но никак не так, словно видел всё это тысячу раз.

В его словах был определённый смысл.

— Даже если и так. Не представляю, каким образом интимная жизнь Торбиана касается меня.

— Мужчины, вступающие в связь с суккубами, попадают под влияние их магии, — вместо Алкура ответил Вирайн, почему-то решивший показать, что слышал всё от первого и до последнего слова. — И если эта связь происходит многократно, демоническая магия влияет на их сознание, делая весьма непредсказуемыми и даже агрессивными.

— Я ничего подобного за Торбианом не замечала.

— Никто и не говорит, что он обязательно должен стать неуправляемым маньяком, — заверил меня Алкур. — Просто никогда не оставайся с ним наедине. Так, чисто на всякий случай.