Глава 2. Прощай, Тихий

— Куда выходить?

Странный вопрос для девушки, которую только что позвали замуж. Но я его задала. Ибо решила, что Райан лишился рассудка на почве отчаянья из-за риска потерять бизнес.

Он выразительно приподнял брови, и я пробормотала, продолжая удерживать простынь, чтобы не упала и не обнажила грудь:

— Я слышала, что ты сказал, но… но…

Райан присел рядом на кровать.

— Это деловое предложение, Эрин. Я в затруднительной ситуации. Дед поставил ультиматум: если свадьба не состоится через три недели, он завещает состояние на благотворительность. А мне нельзя его лишаться. Нужна жена и срочно. Но жена, которая не воспримет наш брак всерьез. Только, как временное взаимовыгодное партнерство. На год. Не больше. Ты получишь часть наследства после развода. Станешь вполне обеспеченной женщиной. А, главное, покинешь этот безумный город.

Последняя часть авантюры звучала крайне заманчиво. Но в отличие от Райана, лицо которого светилось от радости, я видела в плане слишком много изъянов

— Разве твой дед не ждет женитьбы на другой девушке?

Райан весело подмигнул.

— Нет. Дед так и пишет: женись, на ком хочешь, но свадьба должна состояться!

— Зачем ему это?

— Мужчины в нашей семье всегда женились рано. Это негласное правило, которое я нарушил. Не позже двадцати лет. А мне вот-вот исполнится двадцать восемь. Дед знает, что я не заинтересован в женитьбе. Потому хочет, чтобы мой брак состоялся при его жизни. Он болен, Эрин. Ему недолго осталось. Ультиматум — ход конем. И поверь, это не пустая угроза. Дед передаст состояние куда угодно — хоть приютам, хоть борделям, лишь бы досадить мне, если не пойду на поводу.

Наверное, следовало спросить, почему Райан не заинтересован в женитьбе. Но это слишком личный вопрос. Наверняка, причина в некой красотке, что разбила ему сердце в юности. О таком он точно не захочет откровенничать.

— Скажи «да», Эрин. Это отличная возможность для нас обоих.

Не поспоришь. Правда. Отличная. Особенно для меня. Но нельзя делать вид, что я — подходящая партия даже для фиктивного брака. Райан понятия не имеет, с кем связывается.

— Ты не понимаешь, — проговорила я, качая головой. — Ты ничего обо мне не знаешь. Я должна тетке кучу денег. И всё моё семейство… хм… с гнильцой.

— Моё тоже, — заверил Райан. — На кого ни глянь — сущий ужас и ходячая катастрофа. От моих родственников и черти из ада взвоют. Что касается долга, это точно не проблема. Я договорюсь с теткой о выплате. Она согласится. Не сомневайся. От меня она получит деньги куда быстрее, чем от тебя, коли останешься в Тихом. Всё, Эрин, одевайся. Идем к тетке. У нас не так много времени. Нужно уезжать сегодня же.

Голова кружилась от нереальности происходящего. Безумие! Сущее безумие!

— Ты всё равно не понимаешь! — возмутилась я. — На нашей репутации не одно пятно. Может, для начала узнаешь, чем зарабатывает моя тетка?

— Меня не напугать. Пусть хоть бордель держит, это не страшно. Мой дед, кстати, в молодости был покровителем десятка подобных заведений. А папенька открыл подпольный бойцовский клуб. И это ни для кого не секрет.

Я закатила глаза. Он прав, семья веселая. Однако…

— У моей тетки тоже клуб. Для дам. Они устраивают чаепития, обсуждают мужчин. Но это для отвода глаз. Настоящее дело внизу — в подвале. Тетка, — я на миг примолкла, а потом выпалила, уверенная, что напугаю Райана: — Там она убивает магию!

Но он не испугался. Только уточнил:

— У младенцев в утробе матерей?

— Да.

Тетка занималась этим с юности. Переняла дело у матушки, а та у бабки. Семейный бизнес, чтоб его. В нашем «славном» городе не признавали магию. А, как известно, коли ты родился магом, это навсегда. Однако до рождения ситуацию можно «исправить». Потому все беременные женщины Тихого посещали тетушку, дабы выяснить, не проскочила ли магическая искра. И если проскочила (а такое случалось с каждым десятым младенцем), тетка проводила особый обряд, чтобы вытянуть магию. Нет, сама она магом не считалась. Скорее, антимагом. Кстати, она рассчитывала, что и мне передался семейный талант. Но, как оказалось, бог миловал. С другой стороны, отец приходился ей двоюродным братом, а не родным. Так что мы не ближайшая родня.

— Не слишком благородное занятие, — изрек Райан после паузы. — Но для нашей свадьбы это не препятствие.

— А как насчет моих родителей? — воспользовалась я еще одним «козырем». — Отец застал мать с любовником. Убил обоих, а потом поджег дом. Вместе с собой и двумя трупами. Я была в школе. Повезло остаться в живых.

Глаза Райана наполнила дымка.

— Мне жаль, Эрин, что тебе пришлось пережить такое. Я тебя понимаю. Моя мать покончила с собой. Мне и года не минуло. Говорили, душевная болезнь.

— Ох…

Райан посмотрел проникновенно.

— Есть еще отговорки?

— Э-э-э…

Кажется, их не осталось. Я выложила всю подноготную.

— Так ты выйдешь за меня?

Наверное, стоило всё обдумать. Хотя… о чем тут думать? Райан увезет меня из Тихого и поможет выплатить долг. Это главное. С остальным разберемся по ходу.

— Да. Я выйду за тебя.

— Отлично! — Райан поднялся с кровати. — Одевайся. Нам предстоит встреча с теткой. И, подозреваю, крайне «занимательная» встреча…

*

О, да! Еще какая «занимательная».

До конца дней не забуду лица тетушки, когда явилась всё в том же свадебном платье, в котором стояла у алтаря в гордом одиночестве, и объявила, что привела нового жениха. Да не просто жениха, а важного гостя с красной повязкой на рукаве!

— Же-же-же…

Квадратная теткина челюсть отвисла окончательно, и фраза так и осталась незаконченной. Левый глаз задергался, а правый медленно закрылся и снова открылся.

— Да, тетушка Флора. Это мой жених Райан…

Я вдруг поняла, что не знаю фамилию будущего супруга. Ох, ну и прокол!

Но жених быстро сориентировался.

— Я Райан Парквэлл-Хант, госпожа Флора, — представился он и поклонился.

Двухэтажная фамилия? Ну и ну! Я чуть не выдала изумленное «Ух!», но вовремя вспомнила, что не стоит этого делать. Изумляться и теряться полагается только тетке.

Кстати, о ней. Мегера немного пришла в себя, поправила крашенные рыжие локоны и усмехнулась, показав кривые зубы:

— Ну, пойдем знакомиться, жених…

…Она пыталась «познакомиться», усадив нас пить чай. Еще как попыталась. И выведать всё возможное. Однако Райан не спешил откровенничать. Мол, приехал по семейным делам. По каким? Неважно, мы еще не семья, а только планируем ею стать. Что до его родни, да, они люди состоятельные, но богат по-настоящему лишь дед. И кому достанется наследство, еще не решено. И не извольте беспокоиться, госпожа Флора, маги среди родни точно не водятся.

— Почему же вы решили взять в жены мою нищую племянницу?

Тетка хитро прищурилась, аки коршун, выслеживающий добычу.

— Буду честен, госпожа Флора. Недавно расстроилась моя свадьба. Родня требует, чтобы я поскорее… хм… исправил ситуацию. Я узнал, что у Эрин похожая проблема, и предложил помочь друг другу. К тому же, мы несколько часов провели вместе, много общались и поняли, что у нас немало общего. Из нас получится отличная пара.

Тетка хмыкнула, сложив пухлые ручки на животе.

— Вижу я, как вы «общались». Глаза у бесстыдницы так и светятся. От меня такие вещи не скроются. В койке вы кувыркались. Вот и всё ваше общение.

Мои щеки заалели от такой прямоты, а Райан и не подумал смущаться. Как и отрицать наши ночные «приключения».

— Это еще одна причина заключить брак. Я человек порядочный.

Тетка кашлянула от неожиданности, но быстро опомнилась и «проворковала»:

— А если я не дам согласия?

Райан пожал плечами.

— Я пришел не разрешения спрашивать, госпожа Флора. Эрин совершеннолетняя. Имеет право выходить замуж за кого угодно. Я здесь, чтобы решить вопрос ее долга перед вами. Ни больше, ни меньше. Назовите сумму, что вам пришлось потратить на содержание моей невесты. И отправимся к нотариусу, чтобы заключить договор. Не уверен, что смогу погасить весь долг сразу. Составим график выплат. Поверьте, свадьба в ваших интересах. Иначе вряд ли вы хоть что-то получите. Сомневаюсь, что новые женихи выстроятся в очередь. Эрин — прекрасная молодая леди. Но репутация, увы, погублена.

— Вас же это не пугает, — напомнила тетка.

— Я не из ваших краев. Мне точно не страшно. Назовите сумму.

Мегера сделала вид, что задумалась. Но я не сомневалась, она согласится на предложение и назовет нечто баснословное. Почему нет, раз представилась возможность? Хотя тратила она на меня не золотые горы. Разве что на питание. Одежду мне никогда не покупали. Я с детства носила платья с чужого плеча. Те, которыми не раз расплачивались клиентки за теткины услуги. И ни жаловалась.

И всё же, когда сумма прозвучала, я чуть не кувыркнулась вместе со стулом. Тетка всегда была алчной, но на этот раз она перегнула палку. Но Райан и тут сделал вид, что всё в порядке. Видно, ожидал чего-то подобного.

— Я согласен, госпожа Флора. Осталось составить договор у нотариуса.

— Это ни к чему, — бросила тетка беспечно. — Старый плут потребует огромные проценты. Лучше договоримся сами. Эрин, поди к себе, собери вещи. И переоденься, наконец. Хватит разгуливать в подвенечном платье. Ты ж не сегодня идешь к алтарю.

Я послушалась. Хотя собирать было нечего. Вещи — один единственный сундук — упаковала еще позавчера, уверенная, что тот отправится в дом Ральфа. А вот переодеться, впрямь, не мешало. Снять, наконец, несчастливый наряд. Хотя почему несчастливый? Да, в нем меня бросили у алтаря. С другой стороны, благодаря ему я познакомилась с Райаном. С Райаном, который увезет меня из Тихого далеко-далеко.

Оказавшись в скромной комнате с узкой кроватью, продавленным креслом и старым шкафом я горько рассмеялась. Вспомнилось, как попала сюда впервые и ощутила себя птицей в клетке. Я привыкла к простору родительского дома и светлой уютной спальне, а тетка поселила меня едва ли не на чердаке. Да, родители не страдали от бедности, отец был ювелиром и неплохо зарабатывал. Но его мастерская находилась в доме, и она сгорела, как и все остальные помещения. Вместе с готовыми работами.

Я ненавидела этого человека! Мы никогда не были близки. Он относился ко мне строго, требовал тишины и послушания. Это мама меня баловала и проводила со мной всё свободное время. Мы гуляли, читали и болтали обо всём на свете. Маму я обожала. А он — этот ужасный человек — отнял ее у меня и обрек на жизнь с теткой в Тихом. Да, она изменила. Но это не удивляло. Он не замечал маминого присутствия, в его жизни существовала только любимая работа…

— Ненавижу, — прошептала я и принялась расстегивать платье.

Нечего тут торчать, пока тетка не заговорила Райана до смерти…

…Однако когда я спустилась вниз вместе с горничной, помогавшей нести сундук, эти двое пожимали руки и выглядели довольными друг другом.

— Мы обо всем договорились с твоей тетушкой, — заверил Райан, беря поклажу. — Часть суммы я передам ей сегодня, остальное буду выплачивать раз в месяц. А теперь пойдем, нам пора собираться в дорогу.

Я растерянно кивнула, не понимая, что произошло. Не мог же будущий супруг купиться на бездарные теткины «хитрости».

И он не купился. Едва мы сели в карету, чтобы доехать до гостиницы, Райан сказал:

— Твоя родственница темнит. Я провожу тебя и отправлюсь к нотариусу. Нужно всё задокументировать. Иначе потом эта лиса заявит, что никаких денег не видела.

— Отличная идея, — похвалила я.

С тетки станется. Найдет способ отвертеться. А письменный договор, заверенный нотариусом — это законный документ. Тут всё по-честному. Глядишь, старая мегера и сумму снизит…

*

Райан объявился через три часа, когда я извелась от ожидания. Решила грешным делом, что он передумал и сбежал. Подумаешь, что вещи в гостинице. Он не нищий, купит себе новую одежду.

— Что-то случилось? — спросила я, увидев румянец на бледных обычно щеках и небольшой сундук в руках.

— Да. Но новости, в общем-то, хорошие. Присядь, Эрин.

Повторно просить не требовалось. Колени сами подогнулись, и я плюхнулась на кровать.

— Что в сундуке?

— Наследство, — огорошил Райан. — Твое наследство.

Я потеряла дар речи, не понимая, что за глупые шутки, а он достал ключ, отпер замок и извлек из сундука несколько футляров. Открыл первый, и я охнула, едва не зажмурившись. Внутри лежало бриллиантовое колье ослепительной красоты. Камушки переливались в свете свечей, будто волшебные.

— Я не понимаю…

— Твоя тетка — лгунья, Эрин. Ты не бесприданница. Вовсе нет. И ты ничего ей не должна. Никакого долга, уверяю. Вот почему госпожа Флора не хотела отправляться со мной к нотариусу. Он знал правду. И, вот, пожалуйста…

Райан открывал один фуляр за другим, демонстрируя новые колье с драгоценными камнями, серьги и подвески. Открыл все, кроме последнего, самого маленького. Но я всё равно ничего не понимала. Откуда наследство? Да, отец был ювелиром. Но ведь всё сгорело. Разве нет?

— Ты многого не знаешь о семье, Эрин. Тетка кормила тебя небылицами, чтобы скрыть правду и держать тебя на коротком поводке, — Райан опустился передо мной на колени. — Отец не убивал мать, а любовника не существовала в природе. Дело в недовольном клиенте — маге-неумехе. Он заказал кольцо на помолвку. Но избранница запустила им в лицо. Кольцо было ни при чем. Девица не хотела замуж за этого парня. А он жаждал кому-то отплатить. Не придумал ничего лучше, как наказать ювелира.

— Ты же не хочешь сказать, что он поджег дом?! — ужаснулась я.

— Нет. Но он принес порошок, которому полагалось вызвать неприятную болезнь. Но, как я говорил, парень был неумехой. Порошок оказался смертелен и крайне заразен. Открыла клиенту твоя мать, провела в гостиную, где он и сыпанул в нее порошок, попав и на себя. Они умерли за считанные минуты. Когда твой отец прибежал на крики, увидел жуткую картину: мертвую жену, умирающего в муках клиента и нечто, смахивающее на плесень, расползающееся по стенам и мебели. Сначала он хотел выбраться, но быстро понял, что заражен и воздух внутри дома. Заметил, как руки покрываются сыпью. Тогда-то он и решил придать всё огню, чтобы остановить заражение. Но прежде он позвонил поверенному, чтобы тот выполнил последнюю волю.

Я слушала, будто находясь в трансе. Огонь во избежание новых смертей! Не было никакого любовника! Не было убийства мамы! То есть, было, но не папиными руками…

— К-к-какую волю? — сорвалось с губ шелестом ветра.

Стены комнаты, в которой Райан накануне подарил мне множество счастливых мгновений, поплыли перед глазами. Как и лицо самого жениха.

— Твой отец создавал потрясающей красоты украшения, — Райан кивнул на открытые футляры. — И он понимал, что неразумно хранить всё в доме. Многие работы лежали в банковских ячейках. Отец приказал поверенному позаботиться о твоем будущем. Передать большую часть украшений госпоже Флоре в качестве платы за твое воспитание и содержание, а оставшимся полагалось достаться тебе после замужества. Местный нотариус собирался передать их тебе сегодня — на следующий день после свадьбы. Той, которая… хм…

— Не состоялась, — подсказала я. Закрыла лицо ладонями и горько всхлипнула.

— Эрин? — растерялся Райан. — Ты… ты…

— Мне так стыдно! — вскричала я, давясь слезами. — Я же ненавидела отца! Считала чудовищем! Проклинала все эти годы!

Райан осторожно притянул меня к себе и обнял.

— Это не твоя вина. А теткина. Последствие ее лжи.

Горечь вмиг сменилась гневом. Но не таким, чтобы идти на разборки.

— Давай уедем поскорее, — я отстранилась от Райана и поднялась с кровати. — Не хочу больше оставаться в этом мерзком городе!

Но он посмотрел странно и печально улыбнулся.

— Нам теперь необязательно следовать первоначальному плану.

— П-п-почему? — я не понимала. Он что — передумал брать меня в жены?

— Наследство всё меняет, — пояснил Райан, вставая с колен. — Ты теперь можешь распоряжаться своей жизнью, как пожелаешь. Никакого долга. Будут и деньги, если продать кое-какие отцовские работы. Или даже все. Кроме последней. С этим кулоном, — он открыл последний футляр, — отец просил не расставаться ни при каких обстоятельствах. Это белое золото, кстати.

Мне в ладони легло украшение попроще предыдущих, но очень красивое. С красным камушком посередине. С рубином, без сомнений. А на обратной стороне было выгравировано мое имя.

— Теперь тебе необязательно выходить за меня замуж, Эрин. Можешь сама уехать из Тихого на все четыре стороны.

Он отпускал меня. Освобождал от обещания. Но я не радовалась. И, пожалуй, знала причину. Рядом с ним я чувствовала себя увереннее, спокойнее, а за пределами Тихого ждал незнакомый мир. Да, я жила там когда-то. Но прошло двенадцать лет, а детские впечатления ничего не значили. Я там буду чужачкой. Учиться новым порядкам в одиночку неимоверно страшно. Особенно молодой неопытной женщине.

— Ты прав, необязательно. Однако я это сделаю. У нас уговор. И свою часть ты выполнил. Освободил от долга тетке. Да, его не существовало в помине. Но я бы никогда этого не знала, если бы не ты.

— Эрин…

— Мы поженимся, Райан. Я помогу тебе решить проблему с наследством. Отплачу добром за добро. И точка.

Его лицо озарила мальчишеская улыбка. Он поцеловал мне руку и прошептал:

— Спасибо…

*

Райан покинул номер, чтобы покончить с оставшимися делами, а заодно отправить письмо тетке-лгунье, а я решила еще раз переодеться. Из дома драгоценной родственницы я ушла едва ли не в домашнем платье, скрытым плащом. Однако для дороги оно совершенно не подходило. Я извлекла из сундука другое — серое, строгое и добротное. Не идеальный вариант, но точно не худший. Скинула одно платье, собралась облачиться в другое, когда дверь скрипнула, оповещая о возвращении Райана.

— Экипаж будет ждать нас у крыльца минут через сорок, — заговорил он с порога. — А я тут подумал, что нам не помешает установить одно важное правило и… Ох…

Райан растерялся, не ожидая застать меня в нижнем белье.

Но я не смутилась. Прошлой ночью он видел куда больше.

— Так что ты хотел сказать? — спросила я, как ни в чем не бывало, и взяла с кровати приготовленное платье.

— Э-э-э… Я подумал, что нам стоит придерживаться деловых отношений. Оставаться друзьями. Близкие отношения могут стать помехой. Нам не стоит забывать, что брак фиктивный и продлится недолго.

Стыдно признаться, но я испытала разочарование. Ночи с Райаном стали бы приятным дополнением к остальным обязанностям жены.

— Хорошо, — кивнула я, не показав, что расстроена.

— Хотя… — протянул он, разглядывая мою фигуру. — Можно повременить с этим правилом до отъезда. Как считаешь? Времени не много, но я уверен, мы многое успеем.

Он не дождался ответа. Шагнул ко мне и принялся целовать шею, одновременно стягивая нижние юбки. Я не возражала. Еще как не возражала. Ибо жаждала его напористых ласк. И раз это последний раз, когда мы занимаемся любовью, хотела запомнить каждое мгновение, впитать без остатка…