Глава 3. Воровка

— Я похожа на ребенка, «прилипшего» к витрине магазина игрушек?

— Есть такое, — Райан рассмеялся. По-доброму. Моя реакция его не забавляла, а, скорее, вдохновляла.

Да, стоило вести себе степенно, раз всем представили меня, как невесту владельца. Но, в конце концов, сейчас мы в каюте, и нас никто не видит, так что имею право любоваться видами с детским восторгом. А полюбоваться было чем. Погода стояла отличная: солнечная, безоблачная, и из окна дирижабля вид открывался потрясающий. Под нами проносились реки, поля и города. Просторы, которые я и не чаяла однажды увидеть собственными глазами.

— Пора отправляться на обед, Эрин, — попытался привлечь внимание Райан.

Но я упорно смотрела в окно.

— Еще десять минут!

Он вздохнул, изображая усталость.

— Хорошо, леди Бейнс. Но только десять.

Леди Бейнс… Как же потрясающе это звучало! Особенно для меня — девушки, которая еще недавно считалась никем. Дома ко мне редко обращались даже по имени. Обычно звучало «Эй, ты!» или «Племянница Флоры, как тебя там?». А теперь я официальная невеста молодого, но весьма уважаемого господина. И одета, как леди. Об этом жених позаботился, едва мы достигли столицы округа. Райан пригласил в гостиницу работников модного магазина, дабы обновили мой гардероб.

— Не подумай, что я стыжусь тебя, — заверил он прежде, чем к нам явилась толпа с горой одежды. — Ты прекрасна в любом наряде. Но нужно произвести впечатление на мою родню. А первое впечатление, увы, во многом зависит от внешнего вида.

Я не возражала. Мне нравилось преображение. Не только обновки, но и новая прическа, над которой долго колдовал парикмахер. Он не сильно что-то поменял, но помог придать форму густой шевелюре и подарил пару средств для укладки, объяснив, как и что нужно делать, чтобы выглядеть сногсшибательно.

— Эрин, — позвал Райан, когда десять минут истекли. — Нам, правда, пора. Пассажиры любят, когда владелец, коли он находится на борту, обедает одновременно со всеми в ресторане.

— Хорошо, — я с трудом оторвалась от созерцания огромного озера, над которым мы пролетали, и поднялась готовая к выходу «в свет».

Да, Райан являлся владельцем этого воздушного судна, перевозившего одновременно до восьмидесяти пассажиров. Называлось оно «Глория». И было, кстати, не единственным. Второе, чуть поменьше, тоже носило женское имя — «Фрейя». Скоро в воздух планировалось поднять и третье, которое сейчас достраивалось. Я пришла в восторг, когда обо всём узнала. Вот вам и собственное дело! Потрясающее дело! Невероятное!

Впрочем, как объяснил Райан, со стороны всё выглядело куда радужнее, чем обстояло в реальности. Мой будущий муж стал первопроходцем. До него на дирижаблях перевозили лишь грузы, а не пассажиров. Потому поначалу новый транспорт не вызывал доверия. Пришлось потратить немало средств на рекламные статьи в газетах и экскурсионные бесплатные полеты, чтобы привлечь клиентов, не говоря уже об остальных вложениях. Сегодня дело приносило стабильный доход. Народ вошел во вкус и выстраивался в очередь, дабы совершить путешествие на дирижабле. Но долгов еще оставалось много.

— Я выплатил долг банку, — рассказал Райан. — С процентами. Но есть спонсоры, которые жаждут вернуть деньги. И поскорее. Самую большую сумму я должен отцу. Он поверил в мою затею, хотя отговаривали и дед, и мачеха. Но сейчас ему самому нужны средства. Его фарфоровая фабрика терпит убытки из-за заграничного товара. Отец просил не тратиться на третий дирижабль. Повременить. Но я не согласился. Он мне нужен, чтобы открыть еще одно популярное направление. Это принесет хороший доход. В теории. Но главная надежда — наследство деда. Оно позволит расплатиться со всеми долгами и набирать обороты дальше.

Я смотрела на Райана с восхищением, когда тот говорил о дирижаблях. Он жил своим делом. Любил его. И это подкупало. Еще мне нравилось, что жених не боится трудностей. Не мужчина, а мечта. Жаль, несбыточная…

*

Нам накрыли столик у окна. Подальше от всех. Но прежде, чем устроиться с комфортом, Райан выступил перед пассажирами с небольшой речью. Поблагодарил за доверие, пожелал удачного полета и рассказал о третьем строящемся дирижабле, который (!) обязательно получит имя его невесты, то бишь, моё. Я чуть не открыла рот от изумления, но вовремя взяла себя в руки. Стояла и мило улыбалась, пока мне аплодировали пассажиры. Все, кроме одного. Тучный мужчина сидел, сложив руки на груди, и взирал на меня, сердито прищурившись. Фактически прожигал взглядом.

Странно. Может, ему не нравится, что воздушным суднам дают женские имена? Я-то точно ничего плохого ему не сделала.

— Хочешь заказать сама? — спросил Райан, когда мы устроились за столиком.

— Нет. Ты лучше знаешь здешнее меню.

Я умела вести себя за столом. Еще мама научила пользоваться всевозможными ножами и вилками. Но выбрать что-то безобидное из трехэтажных названий было выше сил. К тому же, незнакомец продолжал меня рассматривать, что жутко нервировало. Райан не подозревал о чужом внимании, сидел к странному пассажиру спиной.

— Пора обсудить мое дражайшее семейство, — объявил Райан, сделав заказ для нас обоих. — Ты должна представлять, кто есть кто. И чего от этих людей ждать. Их пятеро. Дед — Лайонелл Парквэлл. Отец — Тревор Хант. Его жена Оливия — моя «обожаемая» мачеха. Брат — Флетчер Хант. И сестра — Фрейя Хант.

Я вытаращила глаза, до сего момента полагая, что Райан — единственный ребенок. Получалось, на наследство претендовал не только он? Или нет?

— Брат и сестра? — переспросила я осторожно.

— Сводные. Это дети отца и Оливии. Я неслучайно ношу двойную фамилию. Парквэлл — от матери, Хант — от отца. На этом настоял дед, едва я появился на свет. У него не было сыновей. Только дочь. Моя мать — Глория.

Я понимающе кивнула. Вот в честь кого Райан называл первый дирижабль. А второй, значит, получил имя младшей сестры.

— Дед хотел сохранить фамилию. Я его единственный внук. И наследник. Флетчер и Фрейя ему не кровные родственники. На деньги рассчитывать не могут. Даже через меня. В завещании, точнее, в его последнем варианте, прописано, что если я умру до получения наследства, оно не достанется родственникам. Ни отцу, ни брату с сестрой. Уйдет на благотворительность. Дед параноик. Уверен, что вся семья мечтает сжить меня со свету.

— А это так? — спросила я с тревогой.

Райан подарил веселый взгляд.

— Мегера в семье только Оливия. У нее склочный характер. Но вот с интеллектом не задалось. Она постарается с тобой подружиться, взять под крыло сиротку и провинциалку. Принимай ее помощь с улыбкой, хвали наряды и вкус в целом. И вы поладите. Оливия стерва, но неопасная стерва, если знать, на какие «рычаги» нажимать.

— Ладно, буду милой и… хм… глупой, — пообещала я, стараясь не замечать недоброго взгляда, которым меня всё ещё изучали из-за соседнего столика.

Райан одобрительно подмигнул и продолжил:

— Брат — ему двадцать один — избалованный мальчишка и прожигатель жизни, что сильно бьет по отцовскому карману. Сестра на два года младше Флетчера. Девчонка избалованная, но с твердым характером. Надеюсь, вы подружитесь. Мы с Фрейей близки.

— А отец? Раз он поверил в тебя и помог с деньгами, значит, отношения у вас теплые?

— Я бы не назвал их таковыми. Отец… Он человек сдержанный. Эмоций никогда не проявляет. Любовь демонстрирует делами. Но могу сказать точно, ко мне он относится лучше, чем к Флетчеру. Тот — разочарование. Для отца. Не для Оливии. Она готова носить любимчика на руках и сдувать пылинки.

Я невольно подумала о детстве Райана. Наверное, нелегко пришлось, когда появилась мачеха, а затем родились ее дети. Впрочем, он явно не в обиде. И вряд ли ему доставалось больше, чем мне от тетки Флоры.

— А дед? Подозреваю, с ним мне придется тяжелее всего.

Райан ответил не сразу. Размышлял с полминуты.

— Дед — человек суровый. Но прямой. С ним лучше держаться уверенно и говорить, что думаешь. И не делать комплементы. Лесть он ненавидит.

Солнечный свет упал на лицо Райана, тот прищурился и невольно прикрыл глаза рукой, а я вдруг представила нас гуляющих по пляжу в обнимку. Наивно, верно? Всё дело в близости. Когда мы занимались любовью, чудилось, что так продолжится вечно, я буду засыпать и просыпаться в объятиях Райана. Но он ясно дал понять, что не видит между нами иных отношений, кроме дружбы и делового партнерства. Нельзя забывать об этом, чтобы не остаться с разбитым сердцем. Ох, как легко, оказывается, привязаться к мужчине, которого едва знаешь…

Хотя иногда складывалось впечатление, что мы знакомы всю жизнь…

— Кстати, дед, наверняка, захочет, чтобы ты подписала свадебный договор. Так что не удивляйся. Но я заставлю включить пункт о выплате при разводе.

— О! Мне ничего не нужно, — заверила я поспешно. — У меня теперь есть наследство.

— Еще как нужно. Эти деньги позволят не продавать украшения. По крайней мере, большую часть. Это же память об отце.

— Но…

— Эрин, давай считать это жалованьем. Я нанимаю тебя выполнить определенную работу. За это ты получишь вознаграждение. Хорошо?

— Хорошо, — смирилась я, поняв, что спорить бесполезно. Райан уже все решил.

Хотя мне идея не нравилась. Одно дело, когда я была нищей. Но теперь… теперь он будто возводил между нами стену. Он начальник, я наемная работница. С другой стороны, почему я обижаюсь? Райан с самого начала был честен. Это деловое предложение, не более. Я не настоящая невеста.

— Мне нужно поговорить с капитаном, — объявил Райан, когда мы покончили с трапезой. — Давай провожу тебя до каюты.

— Не стоит, — отказалась я, заметив, что неприятный тип, поедавший меня взглядом, ушел. — Я сама дойду. Тут трудно заблудиться.

Так и поступили. Райан подсел за столик капитана и первого помощника, а я покинула ресторан в одиночестве. И, как оказалось, зря. Не стоило сбрасывать со счетов таинственного незнакомца и его настырное внимание. Он не просто так скрылся из вида. Выслеживал меня, ждал подходящий момент. И дождался. Едва я миновала длинный коридор и открыла дверь каюты, негодяй набросился сзади, зажал рот и втолкнул внутрь.

— Попалась, воровка! — прошептал на ухо и впечатал лицом в стену. — Думала, останешься безнаказанной? Ну, уж нет! Никто не смеет делать дурака из Джимми Смита!

Я понятия не имела, о чем речь, и, признаться, растерялась. Прежде на меня ни разу не нападали. Тетка с ремнем не в счет. Накатила волна паники и жалости к себе. Вот убьют сейчас ни за что, ни про что. И всё закончится, не начавшись. Райан опять останется без невесты. А я… я… так и умру неудачницей, которая ничего в жизни повидать не успела. Кроме коротких мгновений счастья в постели с мужчиной и полета на дирижабле.

Как ни странно, это помогло. Стоило подумать о непрожитой жизни, как проснулась злость, доселе неведомая. Плохо представляя, что творю, я ударила каблуком нового сапожка негодяя по ноге. Мгновение, и рука, что зажимала рот, ослабила хватку. Не теряя времени, я впилась зубами в палец.

— Ай! Ай-ай-яй! — взвыл противник белугой.

А я… я схватила первое, что попалось, и ударила его по голове. Под звук подающего тела и грохота перевернувшегося кофейного столика выскочила в коридор, громко крича:

— Помогите! Убивают!

Правда, это был еще большой вопрос: кто кого пытался убить…

*

— Так вы не знаете этого мужчину, леди Бейнс?

— Нет. Говорю же, впервые увидела в ресторане. Он сидел недалеко от нас с женихом.

Первый страх прошел, и я уверенно отвечала на вопросы констебля, что летел на дирижабле по долгу службы, дабы обеспечивать безопасность пассажиров.

— Но господин Смит утверждает обратное. Говорит, вы встречались полгода назад.

Констебль — высокий мужчина с пышными усами — посмотрел строго. Пожалуй, он имел на то основание. Разве можно иначе взирать на девушку, огревшую другого пассажира подзорной трубой по голове.

— Что именно говорит господин Смит, констебль? — спросил ледяным тоном Райан, присутствующий при этой милой «беседе».

— Он утверждает, что полгода назад познакомился с леди Бейнс в столичном развлекательном клубе. Правда, она представилась ему Амандой. Некоторое время спустя они отправились к Смиту домой. Но вместо обещанной ночи любви его ждал «сюрприз». Молодая леди брызнула в лицо сонной настойкой. А когда Смит проснулся, не обнаружил ни мнимой Аманды, ни ценных вещей.

Я закрыла лицо ладонями, понимая, что краснею, как рак. Меня обвиняли и в воровстве, и в неподобающем поведении. Какая леди отправляется с едва знакомым мужчиной к нему домой? Стыд-то какой! А, впрочем, разве это не наша с Райаном история? Только без усыплений и воровства… Но ведь я… я…

У нас всё было не столь неприлично, верно?

— Это полный бред, констебль, — проговорил, тем временем, Райан. — Моя невеста покинула родной город Тихий впервые за двенадцать лет. Она точно не та девушка, что обманула господина Смита. Он обознался.

— Но…

— Смит был трезв, когда общался с этой… хм… Амандой?

— Полагаю, нет.

— Тогда неудивительно, что он принял за нее другую леди.

— Но…

— Уверяю, констебль, Смит ошибся. И на вашем месте я бы признал это как неоспоримый факт. Любой в здравом уме поверит леди, которая не была замечена ни в чем неподобающем, а не праздному гуляке, попавшемуся на обман красотки. Гуляке, который не счел нужным обратиться к вам с подозрениями, а напал на мою невесту в каюте. Это о многом говорит, не так ли? Констебль, я предлагаю забыть эту историю. Оставьте леди Бейнс в покое, а мы не будет предъявлять обвинений господину Смиту в нападении. У нас свадьба на носу, и скандал точно не к месту.

Констебль молчал, обдумывая предложение Райана. Ему не нравился расклад. Ведь если Смит ошибся или лжет, а он придаст дело огласке, может лишиться работы. Ведь я не кто-нибудь, а невеста важного господина, тогда как Смит, впрямь, гуляка и негодяй, поднявший руку на женщину.

— Хорошо, — констебль, наконец, принял решение. — Я объясню Смиту, что он ошибся. А заодно посоветую в следующий раз иметь веские доказательства прежде, чем набрасывать на леди с обвинениями.

— Благодарю, констебль, — Райан подарил ему кивок. — Вы приняли верное решение.

Страж порядка удалился разбираться со Смитом. Но я не ощутила и намека на облегчение. Мы еще не добрались до места, не познакомились с семьей Райана, а я уже доставила уйму неприятностей. Хотя ничего дурного не сделала.

— Райан, мне так жаль! — воскликнула я, глядя на жениха несчастно.

Но он и не думал сердиться.

— Ты ни в чем не виновата. Наоборот. Ты умница, что задала этому идиоту жару. Это я совершил ошибку. Не стоило оставлять тебя одну. Смит же заслужил всё, что с ним случилось. Надеюсь, ту воровку не поймают. О! Я не одобряю преступное поведение, — спохватился Райан, заметив мое удивление. — Но этот случай, пожалуй, исключение.

Я невесело рассмеялась, хотя искренне радовалась, что жених ни капли не злится, оказавшись в столь неприятной ситуации.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— За что?

— За то, что ты моей стороне.

На лице Райана расцвела улыбка.

— Я всегда на твоей стороне, Эрин. И знаю, что ты порядочная девушка. И уж точно не воровка…

И вот тут меня накрыло. Да так, что в ушах загудело, а сердце заколотилось раза в три быстрее положенного. Райан еще что-то говорил. Но я ничего не слышала.

Сознание унеслось. Куда? В столицу, где Смит познакомился с таинственной Амандой. Я, как наяву, увидела клуб, в котором никогда не бывала. Сцену, где глубоким голосом пела девица в откровенном наряде. Пары, кружащиеся в медленном танце. Официантов, снующих с подносами между столиками. И самого Смита, воркующего с… с… со мной. Я видела его спутницу не со стороны, как всех остальных в клубе. Я была ею. Поправляла галстук-бабочку Смита, шептала на ухо непристойности, которые в реальности ни произнесла бы ни за что на свете, хохотала над его плоскими шуточками.

— Пойдем ко мне, — он весело подмигнул. — Уверен, тебе понравится вид из окна моей квартиры. И не только он.

— Сначала угости меня шампанским. Хорошим шампанским, а не дешевкой.

Это сказала я, без сомнений, но голоса не узнала. Чужой, ниже, чем у меня. С хрипотцой.

— Не проблема, — Смит вытащил из внутреннего кармана пачку купюр — лакомый куш для любой воровки. — Для тебя, моя прелесть, всё только лучшее…

Я засмеялась и поцеловала Смита в пухлую щеку. То есть, не я. А та — другая. Точно, другая. Ведь я не встречалась со Смитом до сегодняшнего дня. Вот только почему-то ощутила, как губы коснулись гладко выбритой щеки…

— Эрин! Эрин, ты в порядке?

— Ох…

Я осознала, что всё ещё нахожусь в каюте. Фактически вишу на Райане.

— Я… я… Прости. Голова закружилась.

— Присядь, — Райан бережно усадил меня в кресло. — Это от переизбытка впечатлений.

— Наверное… — сорвалось с губ.

Ибо не хватило мужества признаться в том, что произошло. Мне не полагалось видеть Смита с воровкой. Никак не полагалось. Да, можно было бы списать всё на разыгравшееся воображение. Но ощущения… Они были чересчур реальными. Даже для сна. А ведь я не спала. Бодрствовала и видела чужие воспоминания наяву…

Безумие. Точно, безумие!

А в безумии не признаются. Уж точно не по своей воле.

— Выпей воды, — Райан протянул стакан.

Я сделала несколько глотков, ощущая, что наваждение отпускает. Картинки из клуба становились менее четкими. Растворялись, уносились прочь, оставляя лишь «послевкусие». «Послевкусие», от которого хотелось убежать. Любым способом…

— Объясни мне кое-что, — проговорила я хрипло. — Ты говорил, что не заинтересован в женитьбе. В настоящей женитьбе. Почему?

Райан опешил и чуть не смахнул с кофейного столика стакан, который я только что туда поставила. И я сама изумилась. Вот и сбежала от «послевкусия»!

Неужели нельзя было придумать другой вопрос?

— Прости, что лезу не в свое дело. Это не из праздного любопытства. И не потому, что я рассчитываю на большее. Нас ждет фиктивный брак, я понимаю. Но твои слова еще тогда показались странными. Если здесь какая-то тайна, я хочу знать заранее. Мне хватило сегодняшнего «сюрприза».

Райан опустился на стул и потер лоб. Он не горел желанием откровенничать, что подтверждало наличие тайны.

— Хорошо, — наконец, изрек Райан, приняв объяснение на веру. — Следовало сразу сказать, но я опасался, что это тебя отпугнет. Эрин, я не могу жениться, потому что проклят. С детства. В семье об этом знает только отец. Он много лет пытался найти способ мне помочь. Но это проклятье невозможно отменить. Только отсрочить. Что и сделала одна опытная магиня. Я могу строить отношения с противоположным полом. Но недолго. Если связь (или брак) продлится больше года, то…

— Ты упадешь замертво? — усмехнулась я, не зная, верить или нет рассказу жениха.

— Нет, Эрин. Со мной ничего не случится. Погибнет моя избранница.

— Ох… — я качнулась. Вместе с креслом.

— Не бойся, — Райан поцеловал меня в лоб. — Ты в безопасности. Мы знакомы считанные дни. Однако нам лучше поторопиться и поскорее провернуть аферу с женитьбой, наследством и разводом. Нельзя, чтобы ты оставалась рядом со мной больше года. Никак нельзя…