Глава 12. Военные действия

После безумной ночи проснулась я поздно. К обеду. Лоуренс, как выяснилось, успел покинуть «Королевство Роуз». Уехал на первом же пароме. И не один.

— Райан отправился с ним, сказал, есть срочные дела на материке, — огорошила Оливия. — А он тебя не предупредил?

Я молчала, не представляя, какое объяснение придумать. В голову ничего не приходило.

— Не переживай, — смягчилась родственница. — Райан вернется завтра к вечеру. Успеете немного отдохнуть друг от друга. И остыть. Семейные ссоры лучше переживать на расстоянии. Меньше шансов усугубить ситуацию.

Оливия покосилась на Флетчера, сидящего в кресле в углу и делающего вид, что читает газету. Ну, разумеется! Он рассказал маменьке, что видел меня с Лоуренсом.

— Как самочувствие, Флетчер? — я расплылась в мстительной улыбке. — Голова не болит после вчерашнего?

— А что вчера случилось? — насторожилась Оливия.

Братец Райана побледнел и угрожающе прищурился. Но я не собиралась молчать. Он-то не удержал язык за зубами.

— Флетчер искал бордель. Но, оказалось, оного заведения на острове не имеется, и он напился с горя. Бедняга Итон еле дотащил нашего героя-любовника до дома.

Оливия заохала. Одно дело, когда сыночек напивается за закрытыми дверьми, и совсем другое, когда позорится на людях в поисках шлюх и выпивки. Виновник переполоха заскрежетал зубами, едва сдерживая проклятья в мой адрес. Я догадалась, что мои дела плохи. Если срочно что-то не предпринять.

— Флетчер, ты не переживай. У местной прислуги есть волшебная настойка, решающая многие проблемы. В том числе, она способна отвадить от борделей.

Я выразительно посмотрела на паразита, а он громко икнул, отлично поняв намек. Посмеет выкинуть фортель, я раскрою его секрет. Райан уверен, что только ему под силу держать Флетчера на коротком поводке. Что ж, кажется, и у меня получится. А что они все хотели? Сами виноваты, что добрая и кроткая Эрин обнаружила способность показывать зубки. Острые зубки!

…От обеда я отказалась. Попросила Кору принести кофе на веранду. Устроилась всё на тех же веревочных качелях, думая о Лоуренсе. Жаль, что он уехал так рано. Ему одному я могла рассказать о ночном «приключении». О Роуз, назвавшей меня аппетитной, и блондинке, что противостояла мегере во имя моей защиты.

Но почему она это сделала, вот в чем вопрос. Может, блондинка стала жертвой Роуз Маклейн, а после смерти пытается спасти от жуткой участи других новобрачных? Вполне рабочая версия. Но надолго ли хватит сил защитницы? Роуз, судя по злобе в глазах, не намерена отказываться от «аппетитной» добычи.

— Что-нибудь еще принести, леди Эрин?

Передо мной появилась бледная Джорданна.

— Нет, — я подала горничной пустую чашку с блюдцем и спросила: — Молодой господин Хант больше не доставлял проблем?

Джорданна покачала головой.

— Прошел утром мимо, что-то шепча под нос. И всё на этом. Спасибо вам, леди.

— Не за что. Ты можешь идти, Джорданна.

Но девочка переминалась с ноги на ногу, явно желая что-то добавить.

— Я выполнила вашу просьбу, — шепнула она, покосившись на закрытую дверь. — Узнала имя женщины, что со скалы сбросилась.

Я подалась вперед. Неужели? Как вовремя!

— Пыталась матушку выспросить, но получила нагоняй, — затараторила Джорданна, не повышая голоса. — Тогда поговорила с папенькой. Он ничего не заподозрил. Сказал, ту бедняжку звали Аманда Мориссон. Папенька запомнил, потому что на материке у него есть кузен с такой же фамилией. Леди Аманда жила в «Королевстве Роуз» с мужем и детьми от первого брака. Папенька назвал ее мужа бедовым. А как только я спросила, почему, махнул рукой. Мол, нечего мне слушать трагические истории. Простите, леди Эрин, что не узнала больше.

— Всё в порядке, Джорданна, — заверила я, поднимаясь с качелей. — Ты и так здорово помогла. Не сомневайся. Скажи лучше, в легендах о Роуз Маклейн не упоминается, кем был тот любовник, с которым ее застал муж?

— Ну… — девочка задумалась, припоминая детали. — Имени никогда не называли. Но говорили, это бывший жених. Леди Роуз пообещала ему сердце. Еще на материке. Но не сдержала клятву, вышла за господина Генри. А потом поняла, что ошиблась с выбором. Когда бывший жених приехал сюда, чтобы увидеть леди Роуз в последний раз, она… она не сдержалась и…

— Отдалась ему, — подсказала я.

Ох, неужели, права, убийца муж? В том, что Роуз Маклейн умерла в доме, я не сомневалась. Иначе я бы не видела ее призрак. Но куда Генри дел тело? Точнее, два тела? Роуз и бывшего жениха? Святые угодники! Вдруг кости до сих пор здесь? Закопаны в саду или замурованы в стене?

— Леди Эрин, всё в порядке? Вы побледнели.

Побледнеешь тут. Будь я особой более впечатлительной, лишилась б чувств прямо на веранде.

— Головная боль не проходит со вчерашнего дня, — соврала я и улыбнулась. — Ты свободна, Джорданна. Спасибо за помощь.

Горничная ушла, а я облокотилась на перила и посмотрела вдаль — на беспокойное море. Так же тревожно было и на душе. Из-за призраков. И Райана с его «королевой» — картиной великого художника. Сейчас мне, как никогда, требовалась поддержка. А супруг умчался на материк без объяснений и предупреждений. Впрочем, находись он тут, вряд ли бы я дождалась помощи. Райан торчал бы возле Элеонор, а не решал мои проблемы.

Кстати, о последней…

— Вот ты где!

Пальцы вцепились в перила до боли при звуке голоса соперницы.

Интересно, с каких это пор мы на «ты»? Оливия со мной тоже в этом смысле не церемонилась. Но она-то родственница.

— Что вам угодно, леди Коллинз? — спросила я строго.

Пусть она сколько угодно переходит границы. Я буду вести себя, как леди.

— Что мне угодно? — переспросила Элеонор насмешливо. — Мне нужен твой муж. И твоя сговорчивость.

Колени задрожали. Я ждала, чего угодно, но не прямоты.

— Да-да, ты не ослышалась, глупышка. Хочу немного развлечься с Райаном. В юности он был неказистым птенчиком, смешным до жути. Кто бы мог подумать, что так возмужает и превратится в интересного мужчину. Сделай одолжение, милочка, перестань закатывать истерики и ставить всех нас в идиотское положение. Я верну тебе муженька, когда он мне надоест. Потерпи. Иначе…

Она прищурилась, не закончив предложение. Решила, что я сама додумаю угрозу и непременно испугаюсь.

Но я не собиралась пугаться. С какой стати? После ночной встречи с Роуз Маклейн никакая Элеонор Коллинз не страшна. К тому же, я знала, как найти на нее управу.

— Иначе что? — спросила я с вызовом, глядя нахалке в глаза.

— Придется худо, — заверила та ядовито.

— А именно? — не унималась я. — Может, это вам придется худо, коли я расскажу обо всем господину Коллинзу? Слышала, при разводе вам не достанется и монеты.

Соперница задохнулась от возмущения, явно не ожидая ни отпора, ни осведомленности.

— Только посмей перейти мне дорогу, пигалица, — прошипела Элеонор, тяжело дыша. — Я тебя уничтожу. Опозорю и добьюсь развода для тебя. Лучше сиди тихо, если не хочешь потерять мужа навсегда.

Я безразлично передернула плечами.

— Думаете, я боюсь развода? Ничего подобного. В отличие от вас, мне по брачному договору достанется внушительная сумма. Хотите Райана? Вперед. Я не могу остановить ни вас, ни супруга, коли ему не терпится сходить налево. Но без последствий измена не обойдется, гарантирую. Запомните, леди Коллинз, у вас немало шансов заполучить в постель моего мужа. Но не рассчитывайте на мою сговорчивость. Этого не будет!

— Ах ты, маленькая…

Она замахнулась, чтобы влепить пощечину, но я перехватила ее руку, глубоко впившись ногтями в плоть. Нахалка не ожидала железной хватки, не подозревала, сколько эти ручки выполнили работы по дому в Тихом.

— Я вас предупредила, — процедила я грозно, оттолкнула ее руку и ушла в дом.

*

Странно, но победительницей после «разговора» с Элеонор я себя не ощущала. Моральные силы ушли, как вода в решете. Осталась пустота и желание спрятаться. Но я заставила себя накинуть легкое пальто и отправиться на прогулку. Леди не положено бродить по острову в одиночестве. Но всё лучше, чем сидеть в спальне. Или снова столкнуться с соперницей. И кого мне звать? Оливию, отношения с которой испортились? Флетчера? По дороге пришла мысль, что я могла взять Джорданну в качестве компаньонки, но было поздно. Я далековато отошла от «Королевства Роуз».

Погода опять портилась. Тучи сгущались, на глазах превращаясь из светло-серых и темно-синие с фиолетовыми вкраплениями. Они нависали над островом, будто мятое одеяло с прорехами, из которых вылезала грязная вата. Я рисковала пожалеть, что не прихватила зонт. Но злость на наглость Элеонор и гадкое поведение Райана не позволяла повернуть назад. Я шла и шла. Сначала привычным маршрутом вдоль обрыва, затем мимо одноэтажных домиков — аккуратных и уютных. Минут сорок спустя показалась улочка побогаче с каменными домами в два, а то и в три этажа. С балконами и верандами. Не один из них не мог соперничать с «Королевством Роуз», но тут точно жили не простые смертные.

— Добрый день, леди Парквэлл-Хант, — поздоровалась со мной цветочница с седыми волосами, перевязанными черной лентой.

Я невольно глянула на почти полную корзину. Продажи явно шли плохо.

— Сезон заканчивается, леди, — пояснила она, проследив за моим взглядом. — Приезжих почти не осталось. А местным цветы без надобности. Кстати, я Доун.

— Очень приятно, — улыбнулась я.

Так и было. Что-то в этой женщине заставляло забыть о проблемах. Она походила на фею из детской сказки. Скромно одетую, но могущественную, способную помочь любой заблудившейся или попавшей в беду девочке.

— Как дела в «Королевстве Роуз»? — спросила вдруг она. — Всё спокойно?

Меня пробрал озноб. Это обычная вежливость или… нечто иное?

— «Королевство Роуз» странный дом, — ответила я уклончиво. — О нем сочинено столько жутковатых легенд, что волей-неволей начинает мерещиться всякое. Особенно по ночам. Хотя… Я не уверена, что все, что говорят, выдумка.

Доун понимающе закивала.

— Не все. Как и многие легенды, рассказы о «Королевстве Роуз» основаны на реальных событиях. Просто позже они обрастали всё новыми и новыми подробностями. Людям нравится придумывать всяческую жуть. Или, наоборот, приукрашивать истину. Например, о той же Роуз Маклейн. В отличие от молодого поколения, я ее помню. Настоящую. Их обоих. И Роуз, и Генри. Мне тогда лет двенадцать было.

— Приукрашивать? — переспросила я взволнованно, а на лицо упала капля дождя. Будто само небо заплакало, стоило упомянуть призрака.

Доун поджала губы, испугавшись, что сболтнула лишнего.

— Расскажите мне, прошу, — шепнула я. — Все постоянно говорят о бедняжке Роуз. Но я видела ее портрет, и мне показалось, что не такая уж она кроткая и милая.

— Вовсе на такая, — согласилась Доун со вздохом. — Хорошо, леди. Слушайте. Я запомнила Роуз Маклейн избалованной, вздорной и злой. Вечно всем недовольной. Когда она выходила с мужем на прогулку, постоянно на что-то жаловалась: то на погоду, то на прислугу, то на местных жителей. А однажды господин Генри поманил меня, хотел купить цветов для жены. Я уже тогда ходила с корзиной, помогала матери. Но Роуз рассердилась. Мол, не нужны ей второсортные букеты. Раскричалась и оттолкнула меня. Да так, что я упала. Прямиком в грязь. Господин Генри хотел мне помочь, а Роуз сильнее взбеленилась. Назвала мужа тряпкой. Сказала, что жалеет о выборе. Мол, тот — другой не распинается перед сбродом.

Я прикрыла глаза, вспоминая лицо призрачной Роуз минувшей ночью. Никакого сходства с портретом. Художник, впрямь, постарался нарисовать лучшую версию хозяйки дома, скрыв ее истинную сущность.

Всё в порядке леди Парквэлл-Хант? — спросила Доун с тревогой.

— Да. Просто взгрустнулось. Мы живем в доме, названной в честь дурной особы. Но ничего, — я постаралась беспечно улыбнуться. — Это дело прошлое. Теперь это наш дом. Кстати, в «Королевстве Роуз» есть фотографии многих людей, которые успели там пожить. Меня особенно интересует одна леди. Ее звали Аманда Мориссон. Слышала, она погибла на острове. Упала со скалы во время прогулки.

— Печальный разговор получается у нас, леди, — Доун крепче прижала к себе корзину с цветами, а свободной рукой приподняла ворот, защищаясь от ветра. — Да, я помню ту постоялицу. Красивая была. И славная. Они часто гуляли все вместе: леди Аманда с супругом и детишки. Счастливая семья. Жаль, что всё так обернулось. Они, кстати, похоронены тут — на острове. Леди Аманда и ее муж.

— Муж? — переспросила я удивленно. — Разве он тоже погиб?

— А вы не знали? Он погиб через несколько дней. По своей вине. Или не совсем по своей, — Доун посмотрела на небо, где тучи всё чернели и чернели, готовясь выплеснуть уже не капли, а целые потоки воды. — После смерти жены бедняга обезумел. Не хотел отдавать детишек родне отца. Он ведь был вторым мужем леди Аманды. Но говорил, что дети всё равно его, и он сам их вырастит, никому не позволит забрать. Но прав у господина Мориссона не было. Вот он и решился… хм… на безумство. Украл детей. Пытался сбежать с ними на пароме. Да только кончилось дело плохо. Надо было преследователям дождаться, когда к берегу причалят. Тогда, глядишь, всё б по-другому закончилось. Не свалился бы бедняга господин Мориссон за борт. Не погиб бы нелепой смертью. Но это еще не самое…

— Леди Эрин!

Мы с Доун обе подпрыгнули от громкого крика.

— Ох… — я схватилась за сердце, сердито глядя на приближающегося к нам Итона с закрытым зонтом в руках.

— Леди Эрин, я везде вас ищу. Леди Оливия послала за вами. Погода портится, а вы без зонта. Промокните насквозь, а там и до серьезной простуды недалеко.

— А ведь юноша прав, — Доун снова посмотрела на небо. — Вот-вот польет. Нам всем не помешает отправиться по домам. Возьмите, леди, — она протянула букет астр.

— Но у меня с собой ни монеты, — возразила я.

— Это подарок, леди. Мы о стольких жутких «легендах» говорили. Пусть у вас останутся и приятные воспоминания о встрече со мной.

— Спасибо, — поблагодарила я, принимая из рук Доун букет и жалея, что мы не договорили. Цветочница хотела рассказать что-то еще о муже Аманды Мориссон.

Но ведь эта не последняя наша встреча, верно?

*

Как ни странно, мы успели до ливня. Дождь начался еще по дороге, но не сильный. Нас с Итоном легко защитил зонт. Но стоило переступить порог «Королевства Роуз», как с неба полило, словно мы находились в тропиках.

— Как хорошо, что Итон тебя нашел, — в холле навстречу вышла Оливия.

— Это тебе, — я протянула ей букет любимых астр.

В последнее время отношения трещали по швам. Стоило сделать шаг для сближения. Союзник в борьбе против Элеонор из нее не получится. Но, главное, чтобы не превратилась во врага.

— О! Ты запомнила, что я люблю астры! — растаяла Оливия. — Как мило!

— Встретила цветочницу и вспомнила о тебе, — соврала я, широко улыбаясь.

— Нужно поставить цветы в воду, — она вдохнула аромат астр и дружески погрозила мне пальцем. — Эрин, пожалуйста, больше не уходи на прогулку одна. Иначе местные начнут сплетничать. А это нам ни к чему.

Она сказала «нам», что прозвучало явным намеком на перемирие…

Остаток дня я провела в спальне. Читала, устроившись с ногами в кресле, или смотрела в окно на дождь, гадая, наладится ли погода к завтрашнему дню. Вдруг все паромы отменят, и Райан не вернется. Нам с ним предстояло разобраться в отношениях после крупной ссоры, и я пока плохо представляла, что из этого получится. И всё же с Райаном в «Королевстве Роуз» лучше, чем без него.

Поужинала я в спальне, чтобы исключить встречу с Элеонор. Но, увы, без сюрпризов от мегеры не обошлось. Я не стала дожидаться горничную, чтобы та расстелила постель. Сама откинула покрывало и… отшатнулась, прижав ладони ко рту, чтобы сдержать крик. Простыню, еще утром белоснежно белую, усыпала земля.

— Тьфу! — рассердилась я, когда ужас схлынул.

Нашла чего пугаться! Это всего лишь испачканная простыня. Впрочем, моя реакция — не проявление слабости. Сработал эффект неожиданности. Когда по дому бродят призраки, немудрено шарахаться от всего на свете.

Я позвонила в колокольчик и вызвала Джорданну, чтобы поменяла постель. Не на полу же мне спать. Вот кто испугался всерьез! Едва увидев «подарок» Элеонор, девочка позеленела и начала заикаться.

— Эт-т-т-то клад-клад-клад-би-бищенская зе-зе-земля. Вас про-проклинают, ле-ле-леди…

Мое терпение лопнуло. Проклинают? Вот еще!

— Джорданна, успокойся немедленно. Никто меня не проклинает. Это дело рук леди Элеонор. Скажи, она сегодня покидала дом?

— Нет, ле-ле-леди.

— Значит, она точно не побывала на кладбище. Набрала землю в саду. Или позаимствовала из цветочного горшка. Хотела меня напугать. Вот и всё.

Но служанку было не так просто переубедить.

— Надо про-провести обряд. По-по-зовите Мар-Маргот.

— Я не стану этого делать. Просто поменяй постель Джорданна.

Та мрачно кивнула, но собрав простыню вместе с землей, объявила:

— Я это сожгу, ле-леди.

— Поступай, как считаешь нужным, — махнула я рукой. — Главное, не рассказывай никому о случившемся. Не будем поднимать шум и доставлять леди Коллинз удовольствия.

Девочка кивнула и унеслась из спальни со скоростью ветра. Судя по тому, что с чистой постелью она вернулась лишь через двадцать минут, сначала избавилась от старой. За это время я успела сама мысленно не раз проклясть Элеонор и поразмыслить, как поступить: организовать ответные «военные действия» или сделать вид, что ничего не случилось. Конечно, ничто не мешало заглянуть утром на почту и отправить телеграмму господину Коллинзу. Но это была крайняя мера, которую пока не стоило использовать.

Интересно, у Маргот есть настойка, вроде той, что дала Джорданне магичка Уила? Только не для мужчин, а для женщин? Чтоб отвадить Элеонор от чужих мужей.

Спать на чистой постели я легла при включенном свете. После событий минувшей ночи не хотелось оставаться в темноте. Я лежала и смотрела на потускневшие подвески над кроватью. Дед обязательно проверит их, когда вернется в «Королевство Роуз». Райан должен это понимать. Но готова ли я снова делить с ним постель, зная, что обнимая меня, он представляет мегеру Элеонор. Самое смешное, что я даже о земле на могла ему рассказать. Ее поступок настолько безумен, что Райан не поверит. Решит, что я сошла с ума от ревности и несу бред.

Уснула я часа через два. Под колыбельную, которую напевала призрачная Аманда Мориссон. Она не явилась при включенном свете. Я слышала лишь ее печальный голос. Приснилась, как ни странно, Брук. Сестра, которую я последние сутки ни разу не вспоминала. Нет, я не увидела новую картину из недавнего прошлого. Это было наше общее прошлое. Мы — две девочки в белых платья — носились по цветочной поляне. Срывали пушистые одуванчики и дули на них, а пух разлетался во все стороны и оседал на наших волосах. И я… я чувствовала себя невероятно счастливой.