Глава 13. Старые знакомые

Проснулась я в боевом настроении, спустилась вниз, напевая под нос, и присоединилась к остальным за завтраком. Элеонор перекосилась. Она-то ожидала, что запрусь с перепуга в спальне и еще долго не покажу носа. Но я не собиралась уступать нахалке. Землей меня не напугать. Как и многим другим. Я больше не буду жертвой. Ни за что!

— Ты просто цветешь, Эрин, — улыбнулась Оливия.

— Мне снились потрясающие сны, позитивные, — поведала я прежде, чем отправить в рот творог с ягодами. — К тому же, сегодня возвращается Райан.

— И, правда, сегодня, — оживилась Элеонор, глядя ехидно.

Мол, поглядим, на кого он больше обратит внимание.

— Надо бы «обновить» подвески, — проговорила я с деланной задумчивостью. — Представляете, леди Коллинз, господин Парквэлл повесил их в нашей спальне, чтобы следить, исполняем ли мы супружеский долг. Хочет, чтобы поскорее появился наследник.

Оливия закашлялась от неожиданности. Кажется, она не подозревала о выходке Лайонелла. Элеонор и вовсе подавилась. Да так, что пришлось из-за стола выскакивать. А я… мое настроение еще улучшилось. Глупое поведение, недостойное леди, не спорю. Но зато как приятно ставить на место соперницу.

После завтрака я ушла на прогулку. В компании растерянной Джорданны, не привыкшей играть роль компаньонки госпожи. Оливия проводила нас одобрительным взглядом. Мол, пусть со служанкой, но, главное, не одна. Зонты мы не взяли, чтобы не таскать лишний груз. Ветер стих, а солнце пряталось на облаками — белыми-белыми, ни капли не похожими на вчерашние тучи.

— Хотите, покажу самые красивые места на острове, леди Эрин? — предложила горничная.

— Хочу. Но в следующий раз. Сегодня мы отправляемся на кладбище.

— Ку-куда? — бедная девочка споткнулась и чуть не пропахала носом грязь.

Неудивительно, после вчерашней истории с землей.

— Мне сказали, Аманда Мориссон похоронена на острове. Хочу ее навестить.

— За-за-зачем, леди?

Я пожала плечами. Сама не знала точного ответа. Дух Аманды в доме. В могиле только кости, не нуждающиеся ни в чьем присутствии. И всё же меня тянуло туда.

— Я много думала о бедняжке в последние дни, — объяснила я бледной Джорданне. — Вряд ли на остров приезжает родня, чтобы побывать на могилке. Странно, что их с мужем вообще похоронили здесь, а не на материке.

— С мужем? — удивилась горничная.

— Да. Так мне рассказала цветочница. Доун.

— Ах, Доун, — нахмурилась Джорданна. — Она много болтает.

Девочка не испытывала к цветочнице почтения и доверия. Но меня это не остановило. На кладбище я смогу подтвердить или опровергнуть слова Доун.

…Мне почти не доводилось бывать в подобных местах. На похороны родителей меня не пустили. Взрослые посчитали, что ребёнку там делать нечего. Навещать их могилы, переехав в Тихий, я не могла. А на новом месте никто из родственников на кладбище не лежал. Тетка пребывала в добром здравии и обещала пережить всех, кого знала. Воображение же рисовало мрачные картины. Покосившиеся кресты, заросли на могилах и обязательно мрачное низкое небо, зависшее над последним пристанищем, как проклятье.

Однако сегодня я увидела совершенно иную картину: никакой высокой травы или разросшихся кустарников, норовящих оцарапать ветками каждого посетителя. Ровные ряды могилок, клумбы, несколько стройных осин и памятники вместе крестов. Много света и ни намека на уныние. Будто в смерти нет ничего ужасного.

— Нужно найти могилу Аманды, — проговорила я оглядываясь.

— Я догадываюсь, где она похоронена, — пробормотала Джорданна. В отличие от меня, ее кладбище пугало. — Чужаков кладут отдельно.

Девочка не ошиблась. Мы нашли могилу Аманды Мориссон там, где она указала — в сторонке, рядом с елью. Буквы на памятнике сильно стерлись, и имя не читалось, а, скорее, угадывалось. А от надписи ниже, где перечисляют «любимой жене, матери» и так далее, вообще ничего не осталось.

— Родственники сами подкрашивают буквы. Золотистой краской, — объяснила Джорданна. — Господин Рэнли — могильщик — следит за чистотой и порядком. Памятники не его забота. Как думаете, леди Эрин, почему тут три могилы?

Я проследила за взглядом служанки и нахмурилась. И, правда, три. На второй, как и на первой, угадывалась фамилия Мориссон. А на третьей… на третьей с памятником в виде ангела мне ей-богу почудилось собственное имя.

Довели призраки….

— Можешь прочесть? — спросила я Джорданну.

Но девочка покачала головой и попятилась, из чего я сделала вывод, что не мне одной мерещится.

— Как думаешь, у могильщика есть записи обо всех, кто здесь похоронен?

— Наверное, леди Эрин, — пробормотала та, мечтая поскорее покинуть кладбище.

Но я не собиралась уходить, пока не узнаю имени на третьей могиле. Зачем? Наверное, виной слова магички Маргот о том, что я умерла, а потом воскресла. Умом я понимала, что не лежу под землей, а стою и смотрю на памятник. Но сердце колотилось, не желая униматься. Мне нужно имя! Нужно и точка!

Увы, ничего не вышло. Оказалось, что господин Рэнли в отъезде. Отбыл на материк. Навестить родню. Вернется через неделю. Его помощник — паренек по имени Тим — сообщил, переминаясь с ноги на ногу, что учетная книга под замком, а ключ только у начальника. Так что «леди придется подождать».

— Хорошо, — кивнула я, понимая, что вариантов не остается. — Сообщите, пожалуйста, когда господин Рэнли вернется. Это очень важно.

Всю обратную дорогу я шла в молчании. Джорданна семенила рядом, не смея произнести и слова. Я ощущала ее тревожные взгляды, но делала вид, что ничего не замечаю.

Только на подходе к «Королевству Роуз» девочка спросила:

— Вы в порядке, леди Эрин?

— Да, — отозвалась я, изобразив беспечность. — Не рассказывай никому, где мы сегодня побывали. Сохрани мою тайну, как мы с мужем храним твою.

— Хорошо, леди, — пробормотала Джорданна с толикой разочарования.

Девочка хотела обсудить мое странное поведение с матерью или теткой. Но ей совсем не улыбалось, чтобы те узнали, что она без разрешения побывала у заезжей магички и устроила «весёлую» жизнь Флетчеру.

…А дома нас ждал сюрприз. Нет, не очередная выходка Элеонор, а неожиданная встреча.

— Хорошо погуляли?

На веранду нам навстречу вышел… Райан собственной персоной. А ведь собирался приехать только на вечернем пароме.

— Надо же, кто соизволил вернуться…

Ох…

А ведь я собиралась отправить гордость в путешествие лесом, но ядовитая фраза сорвалась с языка раньше, чем я успела себя остановить. Стоило увидеть мужа, как вспомнились обиды.

— Кажется, кто-то не остыл, — протянул Райан разочарованно.

Джорданна вжалась в стену, боясь шевельнуться. А мы смотрели друг на друга, будто два волка, встретившиеся на узкой дорожке. Не знаю, чем бы кончилось дело, если б не состоялось «явление». Чье? Элеонор, конечно же! Она выплыла на веранду, невинно хлопая ресницами, и ласково улыбнулась моему супругу.

— Райан, дорогой, нас приглашают на обед. Ты сядешь рядом со мной. Хочу рассказать тебе потрясающую историю.

Руки чесались вцепиться в шевелюру нахалки и хорошенько дернуть. Но я сдержала порыв. Райан явно не увидел в словах Элеонор подтекста. Как и Оливия, стоявшая в дверях. Оба сочтут, что я сошла с ума.

— Что-то я неважно себя чувствую, — я провела тыльной стороной ладони по лбу. — Пожалуй, пообедаю в спальне. Райан, составишь мне компанию?

Разумеется, он не мог отказаться. Как бы муженёк ни соскучился по потенциальной любовнице, если законная жена при свидетелях жалуется на недомогание и просит остаться с ней, игнорировать это нельзя. Особенно когда от брака зависит наследство.

— А ты неплохая актриса, оказывается, — бросил Райан в спальне.

«Куда мне до Элеонор?» — мысленно съязвила я, а вслух сказала, стягивая шарфик:

— Чего не сделаешь, чтобы не испортить всю «малину». Думаешь, твой дед, вернувшись, не спросит прислугу о наших отношениях? Они работают на него, а не на нас. Вмиг доложат, как ты воркуешь с гостьей вместо того, чтобы проводить время с женой.

— Будешь прикрываться дедом? — муженек нахмурился.

— Нет, — я устроилась в кресле, расправив подол. — Я вовсе не хочу с тобой ссориться. Мы союзники, а не враги. Давай поговорим, как взрослые люди.

Райан с трудом удержался, чтобы не перекоситься.

— Ладно, я тебя выслушаю, — проговорил он хмуро и сел на кровать. — Как взрослый.

На языке вертелись ехидные замечания, но я понимала, что это мой последний шанс исправить ситуацию, пока отношения не испортились окончательно.

— Тебе нравится Элеонор. Это факт. И этот факт не нравится мне, — я выставила ладони вперед, призывая Райана к молчанию, пока не закончу. — Дело не в ревности. Наш брак — фикция, и ты вправе делать всё, что пожелаешь. Но не у всех на виду. Тетка притесняла меня двенадцать лет, Ральф бросил у алтаря, выставив на посмешище. Я больше не хочу быть жертвой. А ты именно это пытаешься сделать, когда не сводишь с Элеонор взгляда, полного обожания. Не отрицай, Райан. Передо мной не нужно притворяться. Не унижай меня еще и ложью. Знаю, в прошлый раз я повела себя, как истеричка. Сильно расстроилась, хотя это не оправдание, знаю. Просто… просто не вытирай об меня ноги. Для всех я — твоя жена. И хождения налево превращают меня в… в…

Слова закончились. Все на свете. На глаза едва слёзы не навернулись.

Я боялась, Райан рассердится, решит, что давлю на жалость. Но мой монолог его неожиданно пронял.

— Почему ты сразу не сказала всё, как есть? — спросил он, поднимаясь и делая шаг ко мне. — Эрин, последнее, что я хочу, так это обидеть тебя.

Я пожала плечами. А что тут скажешь? Я ведь и сейчас поведала далеко не всё. Утаила, что действительно ревную. Еще как ревную! Потому что в сердце зарождаются запретные чувства. Чувства, о которых Райану знать нельзя.

— И, кстати, мне не нравится Элеонор, — объявил он, чем заслужил укоризненный взгляд. — То есть, нравится. Но это… это не то…

— В каком это смысле? — осведомилась я, отчаянно пряча досаду.

Он хочет сказать, Элеонор — женщина не для серьезных отношений, а для приятного времяпрепровождения? Так и надо нахалке, конечно. Но со стороны Райана это подло.

Супруг, тем временем, опустился на ковер у моих ног и гляну снизу вверх устало.

— Я всё тебе расскажу, Эрин. Знаю, ты сохранишь секрет. Я не испытываю к Элеонор трепетных чувств. Больше не испытываю. Но она, по-прежнему, действует на меня гипнотически. Но остался лишь… хм… животный инстинкт. Не более.

Сердце сделало кувырок.

Больше не испытывает?!

— То есть, раньше ты… ты…

— Мальчишкой я был очарован Элеонор. Она появилась в нашем доме дамой замужней. Отец вел дела с господином Коллинзом. Элеонор произвела фурор. Особенно на меня. Яркая, уверенная в себе, не похожая ни на кого из нашего окружения. И я… я влюбился. Мне так казалось. Она была старше на пять лет. Но в то время это была пропасть. Когда мне стукнуло восемнадцать, я явился к Элеонор, чтобы предложить… себя.

— Себя? То есть… — я запнулась не в силах продолжить фразу.

— Да. Я признался Элеонор в любви. И… и попытался… В общем, попытался убедить ее, что достоин внимания. В том числе, внимания в спальне. Магичке, которую нанял отец, удалось отсрочить проклятье. Я не боялся заводить отношения. Те, что не приведут к браку. А Элеонор… она расхохоталась. Потрепала по щеке, как ребенка. И назвала «милым мальчиком». Сказала: «ты навсегда останешься любимчиком в моем шлейфе, будешь любоваться, но не прикасаться».

Райан горько рассмеялся, вспомнив, какие чувства испытал в тот момент, но быстро взял себя в руки, став серьезным.

— Мне понадобились месяцы, чтобы пережить отказ. Влюбленность прошла, я понял, что Элеонор вовсе не само очарование. Но притяжение осталось. Я бы даже назвал это магнетизмом. Элеонор действует на меня, как удав. Я будто нахожусь под гипнозом. Потому стараюсь ограничивать наши встречи. В тот вечер я не был готов к «напору» Элеонор. Не знал о ее приезде. И поддался чарам. Но это больше не повторится. Я не самоубийца, Эрин. Мы затеяли авантюру ради наследства и прошли немалый путь. Нельзя рисковать ради роковой красотки. Да и о мстительном господине Коллинзе забывать не стоит. Он не из тех, кто прощает.

Я понимающе кивнула. Мне понравилась исповедь мужа. Я поверила. Всему, что он рассказал. Это подтверждали и слова Лоуренса. Элеонор — картина для любования.

— Тебе нужно кое-что знать, — проговорила я с усмешкой. — У нас с твоим удавом состоялась милая беседа. Она велела мне притвориться слепой и глухой, не мешать вам наслаждаться друг другом. А я… я в ответ пообещала отправить телеграмму господину Коллинзу. Так что Элеонор сильно недовольна моей несговорчивостью.

Райан расхохотался. С явным облегчением.

— Отличный ход. Браво, Эрин, — он зааплодировал мне, а потом спросил с тенью тревоги в карих глазах: — Так между нами всё хорошо?

Я подарила мужу подбадривающий взгляд и проговорила с улыбкой:

— Очень на это надеюсь.

Райан вздохнул с облегчением и снова нахмурился.

— Кстати, я не случайно приехал раньше запланированного. Дел на материке не было, но я хотел задержаться до вечера. Однако позвонил дед. С новостями. Он возвращается завтра утром. И не один. С ним прибудет молодая супружеская пара. Кажется, леди — внучка его старого знакомого. Сам я не встречался ни с ней, ни с мужем.

— Зачем господин Лайонелл их пригласил? — спросила я нервно.

Наверняка, не по доброте душевной. Есть некий скрытый план.

— Хотел бы я это знать, — Райан развел руками. — Но возражать мы не можем. «Королевство Роуз» — дом деда. Он имеет право привозить сюда, кого пожелает.

Я хитро прищурилась.

— Значит, ты приехал раньше, чтобы меня обрадовать?

— Чтобы помириться, — парировал Райан. — Нам лучше воевать с общими неприятелями, чем между собой.

— Согласна, — подтвердила я и помрачнела, заметив, что Райан посмотрел на подвески.

Раз завтра явится дед, он проверит их цвет. А, значит, сегодняшнюю ночь нам предстоит провести вместе. Да, мы с мужем помирились, но я не могла избавиться от мысли, что вместо меня в постели Райан будет представлять Элеонор. Он же под «гипнозом»! Но отказывать ему в близости чревато последствиями. Раз ввязалась в авантюру, надо довести дело до конца. Иначе все прежние усилия напрасны.

*

Но прежде, чем наступила ночь, нас ждали еще несколько событий. Флетчер снова напился и попытался соблазнить Элеонор. На что он надеялся, история умалчивает. Но доподлинно известно о двух пощечинах. Первую он получил от зазнобы, вторую от матушки, которой не пришлось по душе, что сыночек пристает к любимой подруге, годящейся ему, как минимум, в тетушки.

За ужином Оливия пребывала в отвратительном настроении. Правда, уже не из-за Флетчера, а из-за Фрейи. Опальная дочь прислала телеграмму, объявив, что уезжает в путешествие по другим странам на год. Оливия не сомневалась, что Фрейя отправляется в это самое путешествие не одна, с женатым любовником. Посему впадала то в ярость, то в уныние. Досталось, как ни странно, Элеонор. Та имела неосторожность сказать, что в ситуации нет ничего страшного. Фрейя же покинет страну, а за ее пределами никто ни о чем не подозревает, так что и позор останется в тайне.

— Как тебе только в голову взбрело?! — обрушилась Оливия на подругу. — У меня катастрофа, а ты говоришь глупости! Правильно! У тебя нет детей! Тебе не понять!

Она швырнула на стол салфетку, вскочила, провезя ножками стула по полу, и покинула столовую, громко стуча каблуками, как молоточками. Элеонор обиженно фыркнула, попыталась привлечь внимание Райана, но тот ее демонстративно не замечал, говорил со мной о возвращении деда и приезде новых гостей. Но Элеонор не была бы собой, если б не придумала, как добраться до «добычи». После ужина, пока я обсуждала с Корой в какой спальне разместить молодых супругов, она проскользнула за Райаном на веранду, куда он отправился подышать свежим воздухом. Я видела краем глаза, как Элеонор буквально крадется за ним, но ничего не предприняла. Если я доверяю мужу, то доверяю. Ведь так?

Однако любопытство победило. Едва Кора ушла, я на цыпочках подошла к приоткрытым дверям, ведущим на веранду, и прислушалась. Особо и стараться не пришлось. Разговор шел на повышенных тонах.

— Неужели, ты не видишь? Она подставляет меня! Рассказывает гадости! Эта история с землей — сущий бред!

— С какой еще землей?

— С той, которую я ей якобы подсыпала в постель! Девчонка безумна, Райан! Этого не было, клянусь! Она нарочно меня очерняет! Самыми ненормальными способами!

Я чуть лбом о дверь не ударилась. Ах, не было?!

Впору выскочить на веранду и высказать всё, что думаю.

Но Райан и без меня неплохо справлялся.

— Ты подсыпала Эрин в постель землю? — спросил он тоном, будто говорил с умалишенной. — Хотела напугать?

— Нет же! Я… я…

Элеонор не обрадовалась, в какую сторону повернул разговор. Ох, как хорошо, что я не пожаловалась на ее выходку. Теперь крайняя она, а не я. Райан не дурак, сообразил, что «гипнотизерша» не случайно заговорила о земле.

— Ты перешла черту, Элеонор, — отчеканил Райан. — Покинь этот дом. Завтра же!

— Меня пригласила Оливия!

— Она здесь не хозяйка.

— Как и ты, мой дорогой мальчик.

Зря она это сказала. Очень зря. Напомнила Райану, как дала от ворот поворот годы назад.

Раздался звук, похожий на шипение, и муженек объявил:

— Не уедешь сама, выставлю вон с вещами.

Элеонор еще что-то говорила, но этого я не услышала. Поняла, что разговор закончен, и предпочла ретироваться, дабы спорщики не узнали о свидетеле. Сбежала, подобрав подол, из холла в восточный коридор, чтобы подняться на второй этаж по запасной лестнице.

Так тебе и надо, паразитка Элеонор! Поделом!

…Я не торопилась. Заглянула в спальню, которую Кора выбрала для гостей. По размерам она превосходила нашу, но мне показалась мрачноватой из-за бордовой отделки. Я немного постояла у окна, выходившего не на море, а в садик «Королевства Роуз», и только потом вернулась к себе.

Райан меня уже ждал. Не успела я переступить порог, как притянул к себе и призывно поцеловал. В душе оставались сомнения, но тело жаждало поддаться напору мужа. Однако… однако разум нынче оказался сильнее.

Я отстранилась и внимательно посмотрела Райану в глаза.

Он всё понял. Улыбнулся и погладил меня по щеке.

— Я вижу только тебя. Не сомневайся. Сегодня здесь нет никого третьего.

И я поверила. Жадно прильнула к его губам…

*

Утром я покинула спальню позже мужа. Повалялась в постели, с улыбкой глядя на вновь позеленевшие подвески. Вот так, Элеонор! Здесь я главная, не ты!

Когда же я не без помощи Джорданны привела себя в порядок и спустилась вниз, гости во главе с Лайонеллом Парквэллом уже прибыли. Спускаясь по лестнице, я услышала голоса: три мужских и один женский. Говорил в основном дед, советовал Райану устроить прогулку по острову вчетвером, чтобы мы с ним показали другой паре окрестности.

— Отличная идея!

Нога подвернулась, и я чуть не пересчитала ступени. Чудо, что сумела вцепиться в перила обеими руками.

Я узнала мужской голос. До боли знакомый голос. Как и женский, за ним последовавший.

— Ральф, любимый, как я рада, что мы сюда приехали! Здесь та-а-акие виды!

Память живо нарисовала заполненную гостями церковь, нас с женихом у алтаря и белокурую девицу кукольного типа, сорвавшую церемонию.

Святые угодники! Это были они! Мой несостоявшийся муж и его возлюбленная, ради которой он бросил меня у алтаря!

Они таки поженились и приехали в «Королевство Роуз». По приглашению деда Райана…