Глава 9

Ярослава Сигурд пригрозил наказанием за разгуливание по замку и ушел, а я поняла, что на сегодня уже нагулялась. Просто потому что крепость была словно лабиринт. Учитывая, что в прошлый раз Келда бросила меня на плацу, я не знала, кому из служанок можно доверять, а просить адмирала устроить мне экскурсию… Однажды мне придется это сделать, если я задержусь здесь надолго. Но пока мне хватило общения с «мужем». С которым мне придется еще и ночью общаться. Ночью. Ночами… Ох. Я опустилась в кресло возле камина и уставилась на огонь в камине, сдавив виски пальцами. Проклятий в моей практике еще не было, а вот сердечная недостаточность — была. Неважно, что послужило возникновением его заболевания, важно понять, что происходит с его телом, купировать или смягчить приступы. Сигурд сказал, что ощущает сердце словно кусок льда. Мерзнет. У него случаются приступы с одышкой и болью в груди. Это мог быть порок сердца или ИБС. Но для точного диагноза мне требовался анализ крови и ЭхоКГ. А здесь у меня даже стетоскопа нет. Я снова тяжело вздохнула и вспомнила слова адмирала про женское тепло. Женское тепло ему, ага! Все-таки Сигурд — классический мужчина, который несерьезно относится к своему здоровью. При сердечно-сосудистых заболеваниях пациенту, конечно, показана умеренная физическая нагрузка, но не по три часа на плацу и горячие упражнения в постели. Сильно сомневаюсь, что он будет использовать меня в качестве одеяла! Да и Ингрид ясно выразилась, что ярл ей не стихи на ночь читал. Но я не могу лечить пациента таким способом! Тем более что он совершенно неэффективный и неэтичный. Я попала в тело супруги адмирала по ошибке. Я не его жена. Я его лечащий врач. Он сам меня им назначил. Осталось только разобраться с симптомами и назначить ему лечение. Без обычный диагностики, без разговора с предыдущем врачом (я так поняла, что его просто не было, Сигурд разбирался с проклятием сам) путь к выздоровлению может оказаться сложным. Но раз я здесь, я должна сделать все, что от меня зависит. Помимо лечения адмирала, мне было еще над чем подумать. Например, о моей жизни в крепости в качестве его супруги. И что-то сделать с всеобщей нелюбовью к великоруссам, иначе я буду сидеть в этой комнате, как принцесса в башне. Княжна-принцесса. Я провела в размышлениях несколько часов, пока Келда снова не принесла мне еду. На этот раз это было какое-то жирное мясо с кашей и что-то похожее на чай. — Что это? — поинтересовалась я. Пах он очень интенсивно. — Так это травы и ягоды для здоровья, — пожала плечами она. — Какое у этого отвара действие? — Пьете, и ни одна хворь вас не берет! Ни кашель, ни жар. Общеукрепляющее? Я попробовала кислый напиток и подумала, что, возможно, в нем много витамина С. — А кто его готовит? — Так травница наша, в крепости и готовит. Я сделала себе заметку, что нужно будет поговорить с Сигурдом по поводу этой травницы. Если мне понадобятся лекарства, то разбирающийся в этом человек мне поможет. После ужина я спросила у Келды, как я могу помыться. Мне просто необходимо было принять душ или ванну. Или хотя бы обтереться влажным полотенцем! Несмотря на смену тела, мозг помнил привычки моего современного мира. А может, дело было в теле самой Анастасии, возможно, у великоруссов или у княжны с личной гигиеной дела обстояли лучше, поэтому сейчас моя кожа зудела от желания смыть с себя пот и усталость. — Суббота через два дня, княжна, — ответила Келда так, словно это должно было быть для меня очевидным. — День бани. Но таз я вам принесу. — С теплой водой, — уточнила я. — Не из проруби. Я прекрасно помнила разговор со служанками, которые предлагали мне натаскать воды из ближайшей реки. — С теплой, — кивнула рыжая и действительно не обманула, через некоторое время вернулась вместе с тазом и мальчиком лет двенадцати, который поставил возле меня металлическое ведро с водой, от которой медленно поднимался пар. Вторым моим заданием для Келды было принести вещи Анастасии. Не могла же великорусская княжна приплыть в чужую страну хотя бы без сменной одежды. Она была аристократкой, к тому же, дочерью правителя. У нее должно было быть как минимум приданое. — Вам все нести? — поинтересовалась прислужница. — Все, — кивнула я. Пора было разобраться с наследством, доставшимся мне от моей предшественницы. Анастасия была образованной, раз мне досталось знание языка северного народа, и я искренне надеялась отыскать в вещах ее дневники, и, возможно, какие-то книги. Что-то, что позволит мне лучше узнать и понять новый мир. Меня настолько вдохновила эта мысль, что я даже на время забыла о времени и о том, что скоро должен был явиться адмирал. Лечиться. В спальню ярла через некоторое время втащили пару больших увесистых сундуков, деревянных и окованных металлом, поставили у стены. А я стянула одежду и обтерлась влажным полотенцем. В идеале хотелось бы помыть голову, но я не представляла, как при помощи ведра воды можно промыть доставшуюся мне копну волос — кажется, Анастасия никогда в жизни не стригла волосы, они доставали мне до бедер. Но волосами можно было заняться в бане, о которой говорила Келда. Закончив с умыванием и растиранием, я босиком добежала до первого сундука и открыла крышку, рассчитывая обнаружить там чистую и, желательно, менее претенциозную и более легкую одежду. На моем свадебном наряде было столько жемчуга и драгоценных камней, что ощущался он словно рыцарский доспех. Платье буквально давило на плечи. В сундуке правда оказалась одежда княжны: роскошные платья, нижние сорочки из нежной ткани, даже отрезы шелка. Но все это выглядело так, словно все вещи сбросили в грязь, а затем сплошным комком вернули в сундук, еще и потоптались сверху. Позабыв о холоде и скромности, я в чем мать родила метнулась ко второму сундуку, размером поменьше. И, естественно, обнаружила точно такой же приступ вандализма. У Анастасии действительно были книги, а еще вышивки орнаментов и пейзажей, и инструменты для вышивания. Больше всего меня впечатлили миниатюрные, грубо связанные куколки, словно созданные неопытными или, скорее, детскими руками. От расписной деревянной шкатулки откололась крышка, а внутри оказались лишь крошечные портреты. Двух девушек и мальчика. Треснувшее на обратной стороне крышки зеркало отразило мое собственное лицо: изящные брови цвета пшеницы, светлые глаза, маленький нос и пухлые губы. Девушки с портретов и мальчик были похожи на меня. Семья Анастасии. Ее сестры и брат. Возможно, эти куколки и портреты были единственным, что она увезла с собой на чужбину. Я опустилась на колени, оперлась локтями о край сундука и попыталась оттереть грязь с миниатюр. Но она въелась настолько сильно, что снять ее можно было лишь с красками. У меня не было никакой связи с княжной. Я не знала, куда она исчезла, когда я пришла на ее место. Ради чего она согласилась стать женой адмирала? Ради кого? А может, ее мнения никто не спрашивал вовсе. Анастасия по крайней мере могла взять с собой портреты тех, кого любила. Я была лишена даже этой малости. Бабушка Света и мама не знали, куда я исчезла. А я даже не была уверена, помнят ли они меня, или меня вымарало из той реальности, в которой один властный мерзавец угрожает моим близким. Я поняла, что реву, когда первая слеза стекла по щеке и капнула на миниатюру. Меня всю затрясло: от скорби по своему прошлому, от ярости на того, кто решил нагадить княжне. Я громко всхлипнула, с шумом втянула воздух в легкие и поднялась, но тут же рухнула обратно, спрятавшись за сундуком. Потому что, не выбрав момента лучше, в спальню вошел адмирал.